авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ

Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 | 7 |   ...   | 13 |

«РОССИЙСКАЯ АКАДЕМИЯ НАУК ОТДЕЛЕНИЕ ОБЩЕСТВЕННЫХ НАУК РАН НАУЧНЫЙ СОВЕТ РАН ПО МЕТОДОЛОГИИ ИСКУССТВЕННОГО ИНТЕЛЛЕКТА МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И ...»

-- [ Страница 5 ] --

• Рассуждения по абдукции, основанные на применении следующего правила: если каждый факт (пример) может быть объяснен с помо щью имеющихся гипотез, то гипотезы принимаются, т.е. предпо лагается, что они сформированы на достаточном основании. В том случае, когда посылка правила абдукции ложна, делается вывод о необходимости расширения исходного набора фактов с помощью внешних источников.

В предлагаемом Вашему вниманию докладе речь пойдет о такой разновидности ДСМ метода, как обобщенный ДСМ метод, а именно будет рассмотрен несимметричный ДСМ метод, предложенный Д.В.

Виноградовым [1]. И хотя сам автор не считает этот метод разновид ностью обобщенного, согласно классификации, введенной Н.И.

Мельниковым, несимметричный ДСМ метод можно рассматривать как подвид обобщенного метода [2].

Основным отличием обобщенного ДСМа от простого является то, что обобщенный ДСМ метод — метод «контекстный». Это означа ет, что если в простом методе ищутся абсолютные минус гипотезы (антипричины), то обобщенный метод вместо этого ищет локальные тормоза для каждой конкретной гипотезы, которые работают только для той причины, для которой они были найдены. Таким образом обобщенный ДСМ куда лучше доопределяет матрицу свойств в тех МАТЕРИАЛЫ КОНФЕРЕНЦИИ случаях, когда для предметной области важна именно контекстность.

И в то время как простой ДСМ в таких случаях доопределит матрицу свойств определив у большего числа объектов отсутствие свойства (в силу своей безконтекстности), обобщенный сохранит для многих из этих объектов неопределенность наличия свойства, что позволит до определять эти объекты во время следующей итерации применения метода.

Особенностью же несимметричного обобщенного ДСМ метода является еще и то, что ищутся только причины наличия свойств у объ екта и таким образом порождаются только положительные гипоте зы. В свою очередь ведет к тому, что в ходе работы подобного мето да, исключается порождение противоречий (противоречия появ ляются тогда, когда для одного и того же объекта одинаково имеются доводы как в пользу наличия свойства у объекта так и в пользу отсут ствия этого свойства).

В данной работе будет предложена формулировка понятий и правил с теоретико множественной точки зрения. Данный подход к введению формального аппарата представляется более удобным для работы на нелогических языках программирования, т.к. позволяет от казаться от ввода таких понятий, как J операторы, и от использования множества тормозов в качестве аргумента в предикатах.





Также будет рассмотрена возможность уменьшения объема хра нимых гипотез за счет поиска более общих гипотез. С этой целью бу дет введено разделение на более сильные и более слабые гипотезы в рамках обобщенного ДСМ метода, то есть в условиях наличия тормо зов.

Литература:

1. Виноградов Д.В. Стратифицированная логическая программа для не симметричного ДСМ метода. // Международная конференция «Смир новские чтения», М.: 1997.

2. Мельников Н.И. Решатель интеллектуальных задач типа ДСМ. // НТИ Сер. 2. — 2001. — №4.

3. Финн В.К. Базы данных с неполной информацией и новый метод авто матического порождения гипотез // Диалоговые и фактографические системы информационного обеспечения. — М.,1981.

4. Финн В.К. О возможностях формализации правдоподобных рассужде ний средствами многозначных логик // Всесоюзный симпозиум по ло гике и методологии науки. — Киев : Наукова думка, 1976.

5. Финн В.К. О машинно ориентированной формализации правдоподоб ных рассуждений в стиле Ф.Бэкона — Д.С.Милля // Семиотика и ин форматика. — 1983. — Вып. 20.

142 МАТЕРИАЛЫ КОНФЕРЕНЦИИ ЭПИСТЕМИЧЕСКИЕ СОСТОЯНИЯ КАК ЭЛЕМЕНТ ЛОГИЧЕСКОЙ СЕМАНТИКИ В.И. Мартовская, философский факультет СПб ГУ, Санкт Петербург.

Эпистемическая логика занимается исследованием состояния знаний (убеждений) агентов в определенный момент (отрезок) вре мени. Существуют различные модели эпистемических состояний (различные репрезентации состояния знания) и их изменения.

Все модели функционируют в рамках единой эпистемологичес кой теории, которая обеспечивает концептуальную основу для иссле дования проблем изменения состояния знания и убеждений. Такая теория должна прояснять, во первых, основные эпистемические эле менты;

во вторых, критерий рациональности, согласно которому осу ществляется переход из одного состояния знания в другое [1].

К основным эпистемическим элементам относятся: 1. Класс мо делей эпистемических состояний (epistemic states), или состояний, в которых агент придерживается определенных убеждений. Под эпи стемическими состояниями здесь понимается формализация психи ческих состояний. Таким образом, некоторое состояние, например, компьютерной программы может быть рассмотрено как модель эпи стемического состояния. 2. Классификация эпистемических позиций (epistemic attitudes), в которой каждому элементу состояния присваи вается определенное значение, которое может и не ограничиваться означиванием элемента только как истинного или только как ложного.

3. Набор эпистемических дополнений (epistemic inputs), то есть тех фактов, дополнительной информации, которые позволяют перехо дить из одного эпистемического состояния в другое или производить изменения в эпистемическом состоянии. 4. Классификация эписте мических изменений, или изменений убеждений, наиболее важными компонентами которой являются расширение знания (expansion), ка чественное изменение знания (revision) и сокращение знания (con traction).





Критерий рациональности относится к метауровню эпистемоло гической теории. Благодаря ему можно говорить, например, о непро тиворечивости набора утверждений, принадлежащих модели эписте мических состояний [2].

Существуют различные модели эпистемических состояний:

1. Эпистемическое состояние как набор утверждений, которые признаются агентом истинными и которые берутся из некоторо МАТЕРИАЛЫ КОНФЕРЕНЦИИ го языка L. Рациональное эпистемическое состояние может быть представлено не всяким произвольным набором утверждений, но только таким, которое отвечает двум критериям рациональ ности эпистемического состояния: во первых, предложения на бора должны согласовываться друг с другом, то есть между ни ми должны быть установлены определенные отношения следо вания;

во вторых, агент должен принимать логическую необхо димость вывода одного утверждений из другого.

2. Модели, в основе которых лежат возможные миры. В отличие от первой модели убеждения агента понимаются не как набор предложений, а как набор содержаний предложений, выражае мых через пропозиции. Набор пропозиций отождествляется с набором возможных миров. Предложение выражает данную пропозицию, если и только если оно истинно в возможных ми рах, которые конструируют набор миров, в которые входит дан ная пропозиция [1].

Эпистемическая логика как ветвь интенсиональной логики. Мо дель эпистемической логики Я. Хинтикки. Введение эпистемического оператора K и разработка формальной семантики для этого операто ра, исходя из модели возможных миров.

Эпистемическое состояние группы агентов. Проблема общего знания и оператор общего знания. Исследование уровней знания [2].

3. Модели, основанные на субъективных возможностях (Bayesian Models).

4. Изменение состояния знания в модели Питера Гарденфорса (Peter Gardenfors). Три основных типа изменения состояния зна ния: расширение знания (expansion), качественное изменение знания (revision) и сокращение знания (contraction) [1].

Литература:

1. P. Gаrdenfors. “Knowledge in Flux: modeling the dynamics of epistemic states” (1988).

2. R. Parikh. “States of Knowledge and Group Action” (http://www.sci.brook lyn.cuny.edu/cis/parikh/parikh pubs.html).

144 МАТЕРИАЛЫ КОНФЕРЕНЦИИ ВОЗМОЖНОСТИ ПОСТРОЕНИЯ ИСКУССТВЕННОГО ИНТЕЛЛЕКТА С ПОЗИЦИЙ ПОДХОДА ПРЕДСТАВЛЕНИЯ ЗНАНИЙ В ВИДЕ МНОГОМЕРНОГО СЕМАНТИЧЕСКОГО ПРОСТРАНСТВА С.А. Тактаев, компания «Сумма технологий», г. Хабаровск.

1. Проблемы разработки систем искусственного интеллекта свя заны с представлением информации.

• За 50 лет развития вычислительной техники искусственный ин теллект разработан не был, несмотря на то, что были описаны и формализованы в языках программирования все основные ког нитивные алгоритмы, оцифрованы миллионы изображений, зву ков, рисунков, страниц книг, при том, что число единиц компью теров составляет в мире несколько миллионов, а мощность каж дого компьютера выросла примерно в миллион раз (по А.С. На риньяни).

• Следовательно, проблема — не в алгоритмах и не в мощности вычислительных ресурсов. Можно предположить, что отсутству ет необходимый способ представления информации. Действи тельно, человек стремится заставить компьютер думать по че ловечески, не понимая при этом, как сам он это делает.

• В настоящее время основные разработки «разумных машин» ве дутся по пути обучения нейронных сетей на выборках информа ции. Ограниченность данного подхода связана с тем, что внут реннее представление информации в нейронной сети трудно формализовать, а значит и анализировать.

• Для решения большинства задач распознавания важен анализ смыслового контекста. Дело усложняется и тем, что в естествен ных языках слова неоднозначно связаны по смыслу с тем, что оно обозначают (синонимы, полисемы, идиомы).

2. Понятийное представление информации. Пространство поня тий. Карта пространства понятий.

• Предлагаемый подход заключается в том, чтобы не анализиро вать смысл слов, а непосредственно описывать классы объектов окружающего мира (в данной работе — понятия) анализировать их взаимодействие.

МАТЕРИАЛЫ КОНФЕРЕНЦИИ • Для этого представим все множество понятий в виде абстракт ного многомерного пространства — «пространства понятий» или «семантического пространства».

• Упорядочим понятия по всем возможным признакам, затем вы берем из них семантически ортогональные и проведем норми рование. Это значительная работа, но она конечна — число поня тий (как классов объектов окружающего мира) можно оценить порядка 500 тыс., число признаков — порядка 50 тыс.;

• Описав границы каждой области — понятия мы получим «карту пространства понятий».

3. Возможности подхода «карты пространства понятий» в разра ботке искусственного интеллекта, решений неформализованных за дач, объяснении рассудочной деятельности.

• С точки зрения подхода пространства понятий, можно предполо жить, что алгоритмы нейронных сетей являются способом экспе риментального расчета координат положения определенных по нятий в пространстве понятий, т.е. весовые коэффициенты ней ронных сетей и есть некие координаты в некоей области прост ранстве понятий. То есть, нейронная сеть представляет собой карту пространства понятий заданной предметной области, но неупорядоченную, без заданных ортонормированных осей се мантических координат. Это ведет к невозможности применения нейронных сетей без предварительного обучения на конкретной выборке, т.е., на каждом новом классе задач, обучение надо про изводить заново, что не позволяет перенести знания, зафикси рованные в одной нейронной сети, в другую.

• Тогда это позволит моделировать решение творческих задач, т.е.

задач без изначально формализованного алгоритма решения.

Рассмотрим пример. Пусть ставится задача достижения некоей цели с неизвестным или неформализованным путем достижения (создание вещества с заданным свойствами, достижения задан ного положения компании на рынке и т.д.), а на выходе должен получиться алгоритм (набор шагов) для ее достижения. С помо щью карты пространства понятий, — определяем положение понятия — цели в карте семантического пространства;

— выбираем наиболее близкие к цели понятия;

— рассматриваем семантические отличия — разность координат по нятия — цели и существующих понятий;

— отражаем семантические отличия в пространство действий и ищем наиболее похожие действия;

— последовательно применяем выбранные действия к выбранным понятиям;

146 МАТЕРИАЛЫ КОНФЕРЕНЦИИ — если результат достаточно близок к цели, то фиксируем получен ный набор (наборы) понятий и действий как оптимальный.

• Рабочая гипотеза: разум оперирует с внутренним представлени ем информации, близким к пространству понятий. При проведе нии анализа разум осуществляет сопоставление рассматривае мого понятия с некоей областью пространства понятий, и, если необходимо интерполирует (уточняет) координаты понятия, тем самым ранжируя рассматриваемое понятия в своем внутреннем аналоге понятийного пространства. При проведении синтеза, разум осуществляет перенос уже существующих понятий и дей ствий в новые области внутреннего пространства понятий (экс траполирует их), соответственно описывая новые области про странства понятий в терминах того или иного языка (математи ки, живописи, музыки). Данный подход позволяет подступиться к объяснению природы таланта. Можно предположить, что талант ливые люди оперируют с внутренним представлением простран ства понятий (в психологии этому термину соответствует — «картина мира»), более точным, совершенным, проработанным, чем у остальных людей. Это и позволяет им принимать наиболее оптимальные решения, искать наиболее точные формы и симво лы.

• Создавая карту пространства понятий, мы, по сути, создаем многомерную карту знаний человечества. Следовательно, выра жение этих знаний через алгебру понятий позволит выявить скрытые структурные взаимосвязи различных областей челове ческого знания, причем этот процесс можно алгоритмизировать, а значит и автоматизировать. Представления понятий, действий как математически описанных областей пространства понятий, даст возможность анализировать похожесть понятий, действий вне зависимости от их контекста, то есть сравнивать между со бой понятия, структуры информации, алгоритмы из различных понятийных областей, например, сравнивать генную инженерии и музыки. При анализе топологии пространства понятий, оче видно, выявятся «белые пятна» — то есть понятийные области, не описанные в существующих естественных или научных язы ках. Анализ границ этих областей даст возможность вычислить «краевые условия» для заполнения этих «белых пятен», то есть, возможность указать направление и необходимые условия ис следований, для совершения открытия или изобретения в дан ной области.

МАТЕРИАЛЫ КОНФЕРЕНЦИИ Литература:

1. Лотман Ю.М. Семиосфера. Культура и взрыв внутри мыслящих миров.

Статьи. Исследования. Заметки.(1968 1992). С. Петербург: «Искусст во—СПБ», 2000.

2. Нариньяни А.С. «еHOMO — два в одном» Материалы Диалога http://www.dialog 21.ru/Archive/2004/Narinjani.htm 3. Луценко Е.В. Автоматизированный системно когнитивный анализ в управлении активными объектами (системная теория информации и ее применение в исследовании экономических, социально психоло гических, технологических и организационно технических систем):

Монография (научное издание). — Краснодар: КубГАУ. 2002. — 605 с.

см. (http://lc.kubagro.ru).

4. Норманн Д. Теория семантических сетей.

5. Метод кластеризации текстов, учитывающий совместную встречае мость ключевых терминов, и его применение к анализу тематической структуры новостного потока, а также ее динамики. Киселев М. В. Пи воваров В. С. Шмулевич М. М. Компания Megaputer Intelligence, грант компании Яндекс №102930.

6. Language Trees and Zipping Dario Benedetto1, Emanuele Caglioti1 and Vittorio Loreto ”La Sapienza” University, Mathematics Department, P. le A.

Moro 5, 00185 Rome, Italy. benedetto@mat.uniroma1.it, caglioti@mat.uniroma1.it.

7. Semantic and Generative Models for Lossy Text Compression IAN H. WIT TEN,* TIMOTHY C. BELL,+ ALISTAIR MOFFAT++ CRAIG G. NEVILL MAN NING,* TONY C. SMITH§ AND HAROLD THIMBLEBY.

Секция IV ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ ИССЛЕДОВАНИЯ ВИРТУАЛЬНОЙ РЕАЛЬНОСТИ Руководители: д.т.н., проф. М.Б. Игнатьев, д.филос.н., проф. А.А. Крушанов ПРОБЛЕМА ВООБРАЖЕНИЯ В ВИРТУАЛЬНОЙ РЕАЛЬНОСТИ А.А. Брылевская, студентка 5 курса кафедры философии науки и техники философского факультета СПбГУ.

Виртуальная реальность неумолимо входит в нашу жизнь. Техни ческий прогресс не стоит на месте, и то, что раньше казалось фанта стическим, сейчас становится реальным. Проблема виртуальных ми ров очень популярна последнее время. Связано это с появлением но вых цифровых технологий, а в особенности персональных компьюте ров. Сегодня понятие виртуальной реальности, равно как и категории виртуальности вошли в научный, философский и повседневный оби ход. В компьютерной технике широко используется понятие вирту альной памяти, виртуальной машины, виртуальной реальности и т.п.

Здесь же мне хотелось бы рассмотреть только компьютерную вирту альную реальность.

Термин «Virtus» у древних римлян означал некое состояние ду шевного подъема воина, воинскую доблесть, которую он проявлял в бою. В то же время в античной философии «Virtus» — это доброде тель, присущая только самым мудрым.

Для средневековой же философии «Virtus» обозначало некую си лу, чье присутствие в объекте или в Боге не подлежит сомнению. Дан ная сила переводит объекты из небытия в бытие. Если же объект еще не существует, осуществление поведения с помощью этой силы, что значит, что объект обретает возможность действовать. Для средневе кового человека «Virtus» порождает мышление, а не наоборот. Нико лай Кузанский в работе «О видении Бога» рассуждает о виртуальнос ти совсем иначе, чем современный ученый. Он ищет причины роста в неких высоких уровнях реальности, в то время как ученый искал бы объяснения в более низких уровнях реальности.

МАТЕРИАЛЫ КОНФЕРЕНЦИИ Прежде чем рассматривать реальность виртуальную, необходи мо рассмотреть альтернативный вопрос: насколько реальна та самая действительность, реальность, в которой, мы живем? Этот вопрос да леко не однозначный, поскольку никто даже не может доказать, что эта реальность вообще существует.

Мы общаемся с материальной реальностью путем органов чувств. Считается, что их пять — зрение, слух, осязание, обоняние и вкус. Именно эти пять чувств отделяют нас, наше “Я” от мира физиче ского. Однако, если мы внимательно присмотримся к себе, то заме тим, что это далеко не все, что связывает нас с этим миром. Кроме то го, что мы ощущаем этот мир, мы находимся и взаимодействуем с этим миром. В конце концов, мы чувствуем себя, свои ощущения.

Но здесь следует остановиться. Дело в том, что то, что мы видим, реально не существует. Я смотрю на стол, и вижу синюю чашку. То есть я вижу синий предмет имеющий форму чашки. Весь вопрос заключа ется в том, что те понятия, на которых я основываюсь, не относятся к тому материальному миру, к которому я отношу предмет “чашка”, по скольку не существует материального (физического) понятия “цвет” и понятия “форма”. Эти понятия не относятся к миру как к таковому, они относятся к нашему сознанию и его способности организовывать и распределять полученную информацию по категориям.

Все дело в том, что мы все мыслим образами. Весь процесс мы шления, памяти и восприятия использует образы. Я сознательно не говорю, являются ли эти образы визуальными, аудиальными или вер бальными. Данное здесь понятие “образа” гораздо более общее.

Возможно, с информационной точки зрения образ олицетворяет ин формацию как таковую — знания, чувства, мысли. Как результат, про цесс жизни нашего сознания в этом мире приводит к обмену образа ми со внешним миром.

Когда мы пытаемся познать материальный объект, мы понимаем, что он не может быть познан полностью исчерпывающим образом. По словам Фомы Аквинского он должен отождествляться не с вещью как материальным объектом, а лишь с определенной ее стороной, т.е.

формальным объектом. Другими словами, эта идентификация носит не реальный, а чисто потенциальный характер. Чтобы это могло про изойти, из единичной вещи должен попасть в чувства познающего ее отпечаток — образ, или изображение. Именно эти образы материаль ных объектов во внешних чувствах Фома Аквинский называет чувст венными познавательными формами — species sensibiles. И хотя он рассуждает так именно по отношению к миру материальному, эти рассуждения очень точно подходят для других миров.

Когда мы пытаемся перенести, выразить образы нашего созна ния в материальный мир — мы пытаемся воплотить наши идеи в ре 150 МАТЕРИАЛЫ КОНФЕРЕНЦИИ альность. Когда мы пытаемся создать или изменить вещь в реальном мире мы пытаемся сделать ее образ похожим на тот, который мы хо тим получить. То есть мы пытаемся сделать так, чтобы образ, порож даемый этой вещью в нашем сознании совпадал с тем образом об разцом, который мы хотим достичь. Точность и полнота переноса об раза из одного мира в другой целиком зависит от нас и от наших спо собностей взаимодействовать в обоих мирах. Как результат, мы мо жем оценивать полноту индивида с той точки зрения, насколько пол ным является его внутренний образ и насколько полно он может его представить (то есть передать во внешний мир). Процесс общения как таковой тоже является процессом передачи образа — передачи его из нашего ментального пространство в пространство физическое — мы выражает данный образ голосом, жестикуляцией, мимикой, лю бым действием, которое относится к физическому пространству. Со беседник, в свою очередь, пытается понять то, что мы ему сообщаем — то есть воссоздать в своем внутреннем мире те же самые образы.

Проблема заключается в том, что полученный образ является в прин ципе другим, отличным от исходно передаваемого. И, что самое инте ресное, он всегда будет другим, поскольку внутренние миры комму никатора и реципиента всегда различны.

Когда говорят о виртуальных реальностях, чаще всего имеют в виду «виртуальные реальности погружения», то есть то, когда пользо ватель ПК полностью погружается в виртуальный мир. Таким обра зом, пользователь оказывается внутри виртуального мира и смотрит изнутри него на окружающую реальность. Надо отметить самые важ ные черты компьютерной виртуальной реальности:

1. В виртуальном мире человек получает воздействия на свои органы чувств от субъектов и объектов виртуального мира.

2. В виртуальном мире существует обратная связь, то есть пользова тель может взаимодействовать с объектами (и субъектами) вирту ального мира.

3. В виртуальном мире может быть своя логика событий, свои законо мерности.

Пользователь виртуальной реальности может не только слы шать, видеть и осязать объекты виртуальной реальности, но также и взаимодействовать с ними. Человек, погружённый в виртуальный мир, может изучать его, открывать законы этого мира. В связи с этим интересен вопрос: возможно ли отличить виртуальную реальность от привычной нам реальности. Можно ли определить, в какой реальнос ти мы находимся, в какой реальности произошло то или иное собы тие, поскольку воздействие виртуальной реальности на органы чувств может быть весьма достоверным.

МАТЕРИАЛЫ КОНФЕРЕНЦИИ Современное молодое поколение теснейшим образом связано с новыми технологиями, таким даже как компьютер, без существова ния которого некоторые индивиды уже даже не могут помыслить свою жизнь. И появляется интересный вопрос: где находится такой человек — в реальном мире с живыми людьми, или же в виртуальном со свои ми фантазиями.

Литература:

1. Ковалевская Е.В. «Компьютерные виртуальные реальности: философ ский анализ» М., 1998 г.

2. Кузанский Николай. «О видении бога»;

Сочинения. 1980 г.

3. Носов И.А. «Идея виртуальности» М., 1997 г.

ПРОБЛЕМА ЗАВИСИМОСТИ ОТ ВИРТУАЛЬНОЙ РЕАЛЬНОСТИ А.М. Демильханова, аспирант Кыргызско Российского Славянского Университета, г. Бишкек, Кыргызстан.

Концепция ВР появилась из склада наших культурных мечтаний об освобождении от телесной оболочки, избавлении от границ мате риального тела. ВР может однажды сделать возможными нереальные мечты, включая: «опыт увеличения наших физических и сенсорных сил;

выход из тела и возможность смотреть на себя со стороны;

при нятие новой идентичности;

постижение объектов, имеющих немате риальную природу…возможность изменять окружающую среду через вербальные команды или физические жесты;

поскольку креативные мысли реализуются немедленно». Пока еще действующая технология не способна выполнить эти желания, те возможности о которых меч тали начали жить своей собственной жизнью в нашем культурном во ображении. [1] Виртуальная реальность — это иммерсивная и интерактивная имитация реалистичных и вымышленных сред, т.е. некий иллюзорный мир, в который погружается и с которым взаимодействует человек, причем создается этот мир имитационной системой, способной фор мировать соответственные стимулы в сенсорном поле человека и воспринимать его ответные реакции в моторном поле в реальном времени [2] 152 МАТЕРИАЛЫ КОНФЕРЕНЦИИ Виртуальная реальность может являться фактором возникнове ния компьютерной аддикции. Определяя аддиктивное поведение, как уход от реальности посредством изменения психического состояния [3] можно говорить, что создаваемая компьютером реальность несо мненно изменяет психическое состояние, чем склонные к аддикции личности и стали пользоваться, тем более, что взаимодействие с ком пьютером не только не порицается обществом, но и служит показате лем определенной значимости, включая материальный достаток.

Главный казус современной проблематики исследования ВР со стоит в сведении феномена виртуальности к компьютерным реально стям, сетям, Интернету и прочим цифровым, компьютерным техноло гиям и средствам электронной коммуникации. В нашей работе пред полагается рассмотрение проблемы зависимости от виртуальной ре альности, но не только компьютерной.

Для исследования данного феномена в качестве объектов нами были выбраны 2 группы людей, находящихся во взаимодействии с виртуальной реальностью: 1 — 28 человек с компьютерной зависимо стью, возраст испытуемых от 18 до 28 лет;

2 — 20 человек с наркоти ческой зависимостью, возраст испытуемых от 18 до 30 лет. Все испы туемые лица мужского пола.

Используемые методики: проективные методики Дом. Дерево.

Человек;

Рисунок Несуществующего Животного;

Нарисуй Человека, Человек под дождем.

Проводимое нами исследование предварительное и является частью диссертационной работы По результатам исследования были получены следующие дан ные:

1. По сравнению с группой наркоманов у компьютерных аддиктов мож но констатировать несформированную Я концепцию. Кроме того мы можем говорить об искажении у компьютерных аддиктов представ ления о реальности. Я концепция и сформированность картины ми ра — два взаимосвязанных феномена. Нарушение одного из них ве дет к нарушению второго. В группе наркоманов 68,75% испытуемых социально дезадаптированы. В отличие от группы наркоманов ком пьютерная аддикция не вызывает социальной дезадаптации.

2. У компьютерных аддиктов можно констатировать проблемы с поло ролевой идентификацией и нарушение в сфере установления взаи моотношений с лицами противоположного пола и сексуальными партнерами. У большинства испытуемых нарушены взаимоотноше ния с отцом. В данном случае можно говорить, что одной из важных причин нарушения полоролевой идентификации является отсутст вие связи с отцом. В классических работах З.Фрейда успешный вы ход из эдиповой фазы подразумевает идентификацию с отцом, ус МАТЕРИАЛЫ КОНФЕРЕНЦИИ тановление с ним эмоционально теплых отношений. У компьютер ных зависимых сама возможность отсутствует. У лиц с наркотичес кой зависимостью проблемы полоролевой идентификации встреча ются только у 6%.

3. Наличие шизоидных черт характера у компьютерных аддиктов, кото рые при анализе находятся в антагонистической связи к сфере ком муникации и установлении эмоциональных контактов. В данном слу чае можно говорить о «ложной шизоидности». Внешние шизоидные проявления не приводят к реальной социальной дезадаптации и к отсутствию интереса в межличностных взаимоотношениях. Кроме того, в группе высок уровень стремления не выделятся и быть «та ким как все». В группе с наркотической зависимостью у 32% испыту емых имеются шизоидные черты характера. К тому же в отличии от компьютерных зависимых, у большинства испытуемых этой группы присутствуют оппозиционные установки на мир, символическое стремление к отрешенности от мира, уклончивость в контактах.

4. У группы испытуемых с компьютерной аддикцией, в отличие от груп пы с химической аддикцией, присутствуют различные формы иска жения представления о действительности, в том числе и нарушения на уровне физиологии восприятия.

Литература:

1. David Birch, Peter Buck. “Virtual reality”, 1999.

2. Коловоротный С. Виртуальная реальность: манипулирование време нем и пространством. — М., 2003.

3. Леонова Л.Г., Бочкарева Н.Л. Вопросы профилактики аддиктивного поведения в подростковом возрасте. Учебно методическое пособие.

Новосибирск. 1998.

4. Психологические тесты под ред. А.Л. Корелина. — М., 2001.

СОЦИАЛИЗАЦИЯ ПОДРОСТКА И ВИРТУАЛЬНЫЙ МИР ИНТЕРНЕТА А.Л. Дрозд, старший преподаватель кафедры философии, БГТУ «ВОЕНМЕХ»

им. Д.Ф. Устинова, г. Санкт Петербург.

На рубеже третьего тысячелетия массовая компьютеризация, внедрение и развитие новейших информационных технологий приве ли к впечатляющему рывку вперед в сферах образования, бизнеса, промышленного производства, научных исследований и обществен 154 МАТЕРИАЛЫ КОНФЕРЕНЦИИ ной жизни [1, с. 7]. Новые информационные технологии теперь уже не выступают только в качестве средств передачи, обработки и хранения информации, а играют культурообразующую роль, поскольку на их основе создается особая среда со своим специфическим содержани ем и нормами социального взаимодействия и общения.

Чем больше человек преобразует свой мир, тем в большей мере он порождает непредвиденные социальные факторы, которые начи нают формировать структуры, радикально меняющие человеческую жизнь. Современная индустриальная культура действительно созда ет широкие возможности для манипуляции сознанием, при которых человек теряет способность рационально осмысливать бытие. Посто янно меняющийся мир обрывает многие корни, с одной стороны, стя гивая всех индивидов в единое человечество, а с другой — изолируя, атомизируя людей. [2, с. 31 34].

На основе этих реалий начинает активно формироваться и раз виваться виртуальная картина мира (ВКМ) в самых крайних, негатив ных (нерепрезентативных) моментах ее проявления, она предопреде ляет вторжение и воздействие в жестких, неразумных формах в/на бытие человека. Особенно опасно формирование ВКМ в образах еще несформировавшейся личности подростка.

ВКМ — это, в какой то степени, специфическая пропасть, в кото рую падает ребенок подросток, чтобы вырваться из этого мира. Это не те зияющие вершины, к которым надо идти, а пропасть, куда он ва лится, причем, все более и более засасываясь этой реальностью, из которой не находит выхода. Он оказывается тотально обречен сидеть в ней, в духовно культурной деградации и зависимости от материала достаточно жестко канонизируемого по формам, определенного, но доступного в восприятии, и в какой то степени вызывающего пози тивные эмоции, включая психологические зависимости, и не только, а гораздо сложнее — зависимости на уровне физиологии, почему, не редко, и происходит физическое разрушение подростков, в частнос ти, которые живут этой реальностью.

Сегодня уже стало очевидным, что наличие подобной социокуль турной среды оказывает принципиальное влияние на процессы соци ализации подростка, изменив как структуру его досуга, так и органи зацию информационного пространства. Иными словами, сегодня владение компьютерной техникой является мощным фактором, опре деляющим жизненно стилевые характеристики молодого поколения.

В первую очередь здесь следует обратить внимание на гендерные различия: мальчики подростки гораздо более активно используют новые информационные технологии, что требует специального педа гогического осмысления.

МАТЕРИАЛЫ КОНФЕРЕНЦИИ Наряду с гендерными, существуют социально стратификацион ные факторы. Причем, если, начиная со второй половины 90 х годов (теперь уже прошлого века), последовательно сокращался разрыв между детьми из разных социальных страт в возможности регулярно го пользования компьютером, то относительно пользования Интерне том сохранилось жесткое социальное неравенство. И в этой связи ос тро встает вопрос о равенстве возможностей в доступе к информа ции.

В результате социологических исследований был сделан нема ловажный вывод о необходимости рассмотрения Интернета не толь ко как средства общения, но и как особой социокультурной среды со своим характерным содержанием и специфическими нормами регу ляции взаимоотношений [3, с. 152 153].

Всемирная паутина уже давно живет собственной жизнью и раз вивается по одной ей ведомым законам: сплетает узоры и расплета ет их, соединяет людей и разводит, сокращает пути к информации, но предоставляет необозримый выбор сайтов, призывая пользователя объять необъятное. Здесь не существует сдерживающих факторов, здесь бессилен всякий контроль, за исключением самоконтроля. Ин тернет дает подросту повышенную степень свободы. Готов ли он к ней?

Выход из этой непростой ситуации следует искать в формирова нии развитой, зрелой личности, которая сможет спокойно относиться к новой реальности, понимать, что Интернет, предоставляя небыва лые возможности, предъявляет и большие требования. Ориентиром в лабиринте должны служить принципы традиционной морали.

Конечно, детей нельзя бесконтрольно пускать во Всемирную па утину. Но ведь и запретить им пользоваться компьютером — нереаль но! Как тут быть? Наверное, нужно с раннего возраста воспитывать у человека отношение к компьютеру как к инструменту. И тогда вирту альный мир лишится демонических черт, которыми его то и дело на деляют сегодня. Он будет подчинен человеческому сознанию, а не на оборот. Интернет — своего рода улица. Но оградить стеной от нее ре бенка невозможно. Значит, нужно быть рядом с ним. Интересоваться тем, что его увлекает в Паутине, и увлекаться вместе с ним [4, с. 101].

Литература:

1. Абдеев Р.Ф. Философия информационной цивилизации. М.: ВЛАДОС, 1994 — 336 с.

2. Степин В.С. Теоретическое знание. М.: Прогресс Традиция, 2003 — 744 с.

156 МАТЕРИАЛЫ КОНФЕРЕНЦИИ 3. Собкин В.С., Евстигнеева Ю.М. Подросток: виртуальность и социаль ная реальность. По материалам социологического исследования. Тру ды по социологии образования. Том VI. Выпуск X. М.: Центр Социоло гии Образования РАО, 2001 — 156 с.

4. Котова Е. Контакт всегда открыт // Беларуская думка. №2, 2001.

МЕТАМОДЕЛЬНОЕ ПРЕДСТАВЛЕНИЕ ВИРТУАЛЬНОГО ПРОСТРАНСТВА В.Л. Зорина, ученик ГОУ СШ №7, кл. 10б, г. Москва;

Г.С. Казарян, ученик ГОУ СШ, кл. №7 10в, г. Москва;

Н.В. Зорина, ст.преп. каф. ИТС МИРЭА, г. Москва.

Человечество настолько быстро привыкает к комфорту, что во просы вроде: ”А откуда этот комфорт взялся?” или “Почему это так а не иначе?” не каждый додумается, рискнет или вообще захочет за дать. Но несмотря на основную массу людей прогресс все же проис ходит и находятся такие люди, готовые поставить ребром вопросы та кова типа, попытаться раскрыть их суть и выставить на всеобщий суд.

Сегодня мы попытаемся раскрыть суть еще одного такого интересно го явления, называемого в народе всемирной паутиной.

В наше время уже существует целая масса различных Интернет страничек, вместе составляющих единое киберпространство. А те перь давайте попробуем представить себе модель всего киберпрост ранства мира, включая все его творения и ресурсы. Частично и образ но представить саму модель у нас может и получится, но полностью описать все ее аспекты вряд ли кто сможет. Поэтому, для того чтобы описать, что же представляет из себя знаменитый “Интернет” в це лом, нам поможет его метамодель. Метамодель — есть представле ние основного объекта на определенном этапе, т.е. постепенное уп рощение основной модели методом создания модели на модель.

(простейшая схема метамодели какого-либо объекта) Концептуально отдельно взятый сайт можно рассматривать как набор информации, рассчитаной на разную публику (каждый сайт имеет свое логическое направление и содержание) и представленной МАТЕРИАЛЫ КОНФЕРЕНЦИИ графически по средствам языков программирования. Передача ин формации от машины к человеку достигается не сразу, а в течении не скольких этапов (поэтапно):

(схема метамодели киберпространства) Итак, проведя небольшое логическое исследование, мы можем выявить три этапа матамодели киберпространства:

1) Локальное представление 2) Концептуальное представление 3) Физическое представление Рассмотрим поэтапно каждый из уровней нашей метамодели.

Локальное представление. Данный этап основывается на вос приятии пользователем информации, обрабатываемой и выводимой непосредственно самой машиной. Т.е. локальным представлением по сути являются сами люди, просматривающие те или иные веб стра нички. Это представление рассчитано на массовость, т.е. на огромное количество пользователей.

Физическое представление. На данном этапе главная роль от водится машине, которая, обрабатывая информацию, выдает ее пользователю. Особенность этого представления состоит в том, что оно частично зависит от человеческого фактора. Т.е. человек в неко тором отношении влияет на работоспособность машины, улучшая или наоборот, ухудшая ее.

Концептуальное представление. Или логическое представле ние основано на интеллектуальном запрограмировании информации в машине для дальнейшей обработки и передаче ее пользователю.

Таким образом концептуальный уровень является именно тем связу ющим звеном, которое дает возможность человеку использовать ос новную информацию, а именно — гипертекст. Получается, что логиче ское представление связывает между собой локальное и физическое представления.

158 МАТЕРИАЛЫ КОНФЕРЕНЦИИ ВИРТУАЛЬНАЯ РЕАЛЬНОСТЬ В СОВРЕМЕННОЙ ФИЛОСОФИИ И.Д. Карпенко, к. филос. н., доцент, Институт философии НАН Беларуси, г. Минск.

Понятие «виртуальная реальность» в философской литературе не новое, оно прошло сложную историческую реконструкцию. Кон цепция и практика «виртуальной реальности» имеют довольно разно образные контексты возникновения и развития. Чтобы определить современный статус понятия «виртуальная реальность» имеет смысл проследить его процесс формирования.

Впервые понятие «виртуальность» употребили в Древнем Риме.

Словом virtus — лат. «сила, энергия» обозначалось особое состояние душевного подъема воина. Далее, в схоластике понятие «виртуальная реальность» обрело категориальный статус в ходе переосмысления платоновской и аристотелевской парадигм. Выяснилась определен ная связь посредством virtus между реальностями, которые принад лежат к разным уровням в собственной иерархии. Объекты верхнего уровня существуют как «виртуальная реальность», созданная объек тами нижнего уровня. Функционирование объектов более высокого уровня не задается и не определяется полностью объектами нижнего уровня, а лишь отображается как результат определенных соглаше ний объектов нижнего уровня (подобно тому как государство для лич ностей). Категория «виртуальность» активно разрабатывалась и в контексте разрешения иных фундаментальных проблем средневеко вой философии — конституирования сложных вещей из простых, энергетической составляющей акта действия, соотношения потенци ального и актуального.

В восточной философии нет такого резкого противопоставления Бога человеку и природе, в то время как весь мир одушевлен одним и тем же духом, Богом. Представление об абсолютном бытии создает ся путем сведения всех вещей к единому целому.

Становление монистической картины мира, заменившей боже ственные закономерности на законы природы, означало постулиро вание одной реальности — «природной». Тем не менее, сохранился общекосмический статус virtus как особой, всепроникающей силы, которая проходит через все дискуссии о соотношении науки и рели гии, науки и мистики, о природе и горизонтах магического.

В дальнейшем интересующий нас термин воскрешают физики.

Он начинает применяться для обозначения мнимых элементарных МАТЕРИАЛЫ КОНФЕРЕНЦИИ объектов, так называемых «виртуальных частиц событий» в рамках квантовой теории поля.

Новую жизнь понятие «виртуальность» обретает после того, как в употребление входит эпитет «виртуальная реальность», который был впервые употреблен в английском языке в Массачусетском Техноло гическом Институте в конце 1970 х годов для обозначения трехмер ных макромоделей реальности, создаваемых при помощи компьюте ра и передающих эффект полного присутствия человека в ней. Перво начально подобные модели применялись в военной области в обуча ющих целях, например, для имитации управления самолетом. В даль нейшем название «виртуальная реальность» обозначает новый ком пьютерный продукт и этот эпитет получил широкое распространение в качестве маркетингового ярлыка и понятия массовой культуры.

Самобытная философия «виртуальной реальности» — это важ ная и принципиальная её особенность (была первоначально разрабо тана не столько профессиональными философами, сколько инжене рами компьютерщиками, общественными деятелями, писателями, журналистами.

В современной философии подход, основанный на признании полионтичности реальности и в таком контексте производящий ре конструкцию природы виртуальной реальности, получил наименова ние «виртуалистики» (Н.А. Носов, С.С. Хоружий). В данном исследо вании будем исходить из того, что виртуальная реальность рассмат ривается как:

1. концептуализация революционного уровня развития кибернетики, позволяющая открывать и создавать новые измерения культуры и общества и порождающая новые острые проблемы, требующие кри тического осмысления;

2. развитие науки множественности миров, изначальной неопреде ленности и относительности объективной реальности.

Для анализа понятия виртуальная реальность классические со циально философские парадигмы оказываются недостаточными.

ВИРТУАЛЬНАЯ РЕАЛЬНОСТЬ И БЫТИЕ А.А. Кириллова, МГПУ, г. Мурманск.

Понятие «виртуальная реальность», вошедшее в обиход в XX в.

многогранно и многопланово. Авторство термина «виртуальная ре альность» приписывают американскому исследователю Д. Леньеру, 160 МАТЕРИАЛЫ КОНФЕРЕНЦИИ но историю представлений о виртуальной реальности можно просле дить, начиная с глубокой древности.

Термин «виртус» встречается еще у Цицерона. Позднее его ис пользовали Фома Аквинский, Макиавелли и Кузанский, Гадамер и Де карт, Кант и Ницше, Флоренский и Лосев и многие другие, внесшие вклад в становление и развитие данного понятия. В настоящее время продолжаются бурные дискуссии по поводу того, что же такое «вирту альная реальность» (ВР). Современная философия также стремится осмыслить феномен ВР.

Существует множество толкований термина «виртуальная ре альность». Некоторые авторы связывают возникновение виртуальной реальности с новейшими компьютерными технологиями, другие по нимают под ней все то, что не поддается рациональному пониманию, третьи — чистую фантазию и воображение и т.д. Нередко понятия «виртуальное» и «возможное» употребляются в одном и том же значе нии. Свой вклад в разработку данного понятия вносят не только зару бежные, но и отечественные философы.

М.Ю.Опенков рассматривает виртуальную реальность в рамках онто диалогического подхода [1]. Он подчеркивает, что понятие ВР «предлагает такую парадигму мышления, которая дает возможность анализировать в едином плане реалии, относящиеся к разным типам знания: естественнонаучному, гуманитарному или техническому».

В.В. Афанасьева, [2] анализируя виртуальность с философских позиций, выделяет четыре онтологических горизонта виртуального бытия: 1) естественные виртуальности, включающие все виртуальные объекты физического мира;

2) технические виртуальности, создавае мые компьютерными технологиями и средствами «масс медиа»;

3) культурные виртуальности, включающие виртуальные феномены ми фологии, религии, философии, этики, литературы, искусства;

4) вир туальность мистического плана.

К разновидности виртуальной реальности относится сетевая виртуальная реальность, которая представляет собой коммуникатив ное пространство в виде интерактивной среды. Ее специфика состо ит в том, что вся система коммуникативных действий и отношений, а также ресурсы, накапливаемые в результате совокупной человечес кой деятельности, связываются в единую глобальную структуру. В виртуальной реальности воссоздается содержание индивидуального и коллективного сознания человека.

При всем разнообразии существующих трактовок виртуальной реальности, в целом они дают представление о важнейших свойствах данной реальности. Именно совокупность различных подходов и поз воляет наиболее полно выявить смысл виртуальной реальности. Од МАТЕРИАЛЫ КОНФЕРЕНЦИИ новременно возникает возможность совершенно по другому взгля нуть на привычные явления.

Так, феномен виртуальной реальности заставляет по новому ос мыслить постановку проблемы бытия в философии. Бытие является философской категорией, обозначающей реальность, существую щую объективно, независимо от сознания, воли и эмоций человека.

М. Хайдеггер в своей работе «Бытие и время» [3] анализирует про блему реальности в ее отношении к фундаментально онтологическо му вопросу с трех позиций:

а) реальность как проблема бытия и доказуемости «внешнего мира», б) реальность как онтологическая проблема, в) реальность и забота.

Исследование идеального как системного качества, имеющего неметрическое пространственное существование, способ этого су ществования вызвал появление нового термина, принадлежащего Д.В. Пивоварову — «виртуальное бытие». Технические виртуальности, создаваемые с помощью компьютеров, позволяют изучать процессы, происходящие в данной реальности, «изнутри». Они создают иллю зию реального присутствия человека в самых сложных и недоступных для него ранее местах.

«Виртуальная реальность» представляет собой новый вариант бытия, что позволяет сформулировать ряд положений, ранее невоз можных по отношению к понятию «бытие».

Будучи для человека чем то внешним, бытие налагает опреде ленные ограничения на его деятельность, заставляет соизмерять с ним свои действия. Вместе с тем бытие является источником и усло вием всех форм жизнедеятельности человека. Бытие представляет не только рамки, границы деятельности, но и объект творчества челове ка, постоянно изменяющего бытие, сферу возможностей, которую че ловек в своей деятельности превращает в действительность.

Новое виртуальное бытие создается и воспроизводится при по мощи компьютерных технологий и сетей (Интернет, Фидо, ВВS и т.д.) Поэтому термин «виртуальность» существует в качестве основной ха рактеристики той среды, мира, в который входит человек благодаря современным информационным технологиям. Еще в середине 90 х годов изобрели аппаратуру виртуальной реальности.

В виртуальности при помощи сознания создается пространст венно временная реальность, которая выступает по отношению к со знанию человека как объективная реальность. Бытие в виртуальной реальности является результатом синтеза человеческих сенсорных и рассудочных способностей, взятых в их всеобщности. Одной из глав ных особенностей, связанных с виртуальной реальностью, является, с одной стороны, уход человека от самого себя из реального жизнен 162 МАТЕРИАЛЫ КОНФЕРЕНЦИИ ного пространства (своего бытия), а с другой стороны, приход к себе «реальному» в виртуальном пространстве, в виртуальном бытии.

Отдельным миром, искусственной средой со своими законами представляется Интернет, который разросся в глобальную компью терную сеть. На данном этапе при помощи современной техники вос создается пространство, и бытие человека оказывается в среде, со зданной машинами. В силу сетевой анонимности человек в значи тельной мере более свободен интеллектуально и этически, морально.

Получается, что его «бытие» в сети в большей степени наделено смыслом, чем в реальной жизни.

Таким образом, возникновение виртуальной реальности застав ляет по новому взглянуть на проблему бытия, выявить новые соци ально философские аспекты бытия, требующие дальнейшего осмыс ления и разработки.

Литература:

1. Опенков М.Ю. Виртуальная реальность: онто диалогический подход.

— дис. докт. филос. наук. М., 1997.

2. Афанасьева В.В.Онтология виртуальности// Философия и будущее цивилизации: Тезисы докладов и выступлений IV Российского фило софского конгресса (Москва, 24 28 мая 2005г.): В 5 т. Т.3. — М.: Совре менные тетради, 2005. — 672 с.

3. Хайдеггер М. Бытие и время. — М.: «Наука», 2002.

НАПРАВЛЕНИЯ ФИЛОСОФСКОГО ИССЛЕДОВАНИЯ ВИРТУАЛЬНОЙ РЕАЛЬНОСТИ Н.Ю. Кликушина, Омский государственный технический университет, г. Омск.

I. Научное осмысление проблем, связанных с феноменологией виртуальной реальности, только начинается и насчитывает не более десяти лет. Сегодня это, пожалуй, одна из областей исследования, не сравнимая ни с какой другой по динамике становления и разви тия.

Исследовательская работа в контексте данной тематики, как нам представляется, ведется в двух направлениях. Первое направление связано с изучением феномена виртуальной реальности с точки зре МАТЕРИАЛЫ КОНФЕРЕНЦИИ ния общего, более широкого подхода, и имеет, на наш взгляд, меж дисциплинарный характер, второе — соотносится с сугубо техничес кой областью.

Итак, в соответствии с широкой феноменологической трактов кой, виртуальная реальность раскрывается как:

— некая реальность, рожденная в некотором взаимодействии и суще ствующая до тех пор, пока длиться это взаимодействие;

— состояние субъекта (человека), которое может быть образовано различными внутренними и внешними причинами [1];

— реальность, пережитая через символы [2];

С точки зрения этих определений свойством виртуальности об ладает вся наша повседневная жизнь, поскольку социальное бытие всегда пронизано символичностью и осуществляется через взаимо действие социальных субъектов. В рамках вышесказанного можно го ворить о виртуальной реальности искусства, науки, экономики. Чело век жил, живет и будет погружен в феномен виртуальности.

Второе направление исследований связывают с сугубо техниче ской областью, виртуальную реальность здесь ассоциируют с кибер нетическим пространством:

— киберпространство создается на базе компьютера, в котором по средствам технических средств и различных эффектов производит ся полная изоляция пользователя от окружающего мира;

— реальная действительность заменяется на воображаемую, модели руемую, имеющую собственные правила и законы.

Данное разграничение концепций виртуальной реальности наи более распространенное и, на наш взгляд, наиболее общее, но не единственное. Междисциплинарный характер феномена дает про стор в направлениях его изучения.

II. Возвращаясь к тезису о том, что вся реальная действитель ность имеет атрибуты виртуальности, возникает вопрос о трансфор мации человеческого бытия под влиянием виртуальной реальности и взаимоотношении виртуальной и социальной реальности. Возможно несколько ступеней в его изучении:

— Виртуальная реальность как символическая реальность. Символи ческая функция человеческого сознания вытекает из компенсирую щего мышления. Сознание человека воспринимает ограниченное число социальных явлений, в то время как окружающий мир в реаль ности разнообразнее. Но и сознание воспроизводит больше симво лов, чем воспринимает реально. Поэтому возникают системы сим волов, с помощью которых человек объясняет противоречивые све дения о реальном мире. Эти системы символов и формируют вирту альную реальность.

— Социальные смыслы виртуальной реальности. Всякий переход от одной сферы жизнедеятельности к другой сопровождается перехо 164 МАТЕРИАЛЫ КОНФЕРЕНЦИИ дом из одной виртуальной реальности в другую. Так, переходя из виртуальной реальности театра или кино в реальность книги, чело век, владея необходимыми символами, совмещает эти реальности в своем сознании.

— Жизненные смыслы виртуальной реальности. Виртуальная реаль ность, при глубоком погружении, воздействует на все органы чувств человека, интуицию, воображение, творческие способности и по знавательную деятельность. Кроме того, «сознание приобретает черты полиментализма, а бытие становится двойственным из за по стоянных переходов от ординарной к виртуальной реальности и об ратно»[3].

III. Рассмотрение феномена в подобном контексте определяет новаторские моменты, которые связаны с анализом категорий «вир туальная реальность», «киберпространство», «информационная сре да», их соотношением;

и как следствие этого, рассмотрением про цесса трансформации социального и индивидуального бытия под влиянием этих категорий.

Подобный анализ обеспечивает понимание виртуальной реаль ности как способа конструирования образа мира и образа человека, что неразрывно связано с отражением в виртуальности общих соци альных закономерностей и процессов.

Литература:

1. Корсунцев И.Г. Субъект и виртуальная реальность. М., 1998.

2. Кастельс М. Информационная эпоха: экономика, общество, культура.

М., 2000. С. 351.

3. Шаповалов Е.А. Философские проблемы виртуальной реальности // Виртуальная реальность как феномен науки, техники и культуры: Ма териалы первого Всероссийского симпозиума по философским про блемам виртуальной реальности. СПб., 1996. С. 6 12.

ВИРТУАЛЬНЫЙ «ДРУГОЙ»

И ПРОБЛЕМА ИДЕНТИЧНОСТИ ЧЕЛОВЕКА М.Ю. Мартынов, к. филос. н., Чувашский государственный педагогический университет им. И.Я. Яковлева, г. Чебоксары.

Б. Уорф в работе «Отношение норм поведения и мышления к языку» утверждает, что в восприятии действительности мы исходим из определенной лингвистической модели, относительно которой вы МАТЕРИАЛЫ КОНФЕРЕНЦИИ рабатывается точка зрения на существующий мир. Автор приводит две модели: SAE (Standard Аverage Еuгореаn — «среднеевропейский стандарт») и язык индейского племени Хопи. В языке SAE существует четкая граница между реальным и “мыслительным миром”. В языке Хопи эта граница отсутствует: мысль о фрагменте реальности и сама реальность есть одно и то же. Западный человек объективирует свое субъективное целостное восприятие реальности («объективация субъективного»). Он отделяет мир и мысль об этом мире, выраженную в языке. Для него характерна дистанция между ним самим и окружа ющим миром. Это «субъект объектное», бинарное отношение к ре альности явилось, по нашему мнению, источником возникновения проблемы множественности реальностей в западной культуре или проблемы соотношения «моноонтической» и «полионтической» пара дигм (Н.А. Носов).

Дистанция между субъектом и тем, что субъектом не является, затрагивает проблему референции или репрезентации. Ключевым моментом всех теорий репрезентации является знак и то, как он соот носится с действительностью. Согласно одним теориям, адекватная репрезентация реальности осуществляется посредством необходи мой взаимосвязи между ментальными репрезентациями и их рефе рентами. Согласно вторым, — между референтами и их ментальными репрезентациями. Остальные отрицают эту необходимость, выдвигая конвенциональную теорию знака.

В современных концепциях знак перестает быть репрезентацией некой внешней ему реальности. Необходимая связь между знаком и референтом, означающим и означаемым — исчезает. Знак становит ся самодостаточным, — самодостаточной реальностью. Он уже не требует себе означаемого. Знак «исчезает», уступая место симулякру (Ж. Делез, Ж. Бодрийяр и др.).

Специфика симулякра различима в контексте исследований со временных социокультурных реалий, где превалирует образ симуль танной социальной реальности, где наблюдается взаимозаменяе мость вымысла и реальности. Славой Жижек в книге «Добро пожало вать в пустыню Реального» в качестве примера удачно указал на то обстоятельство, что событие 11 сентября (крушение Всемирного тор гового центра), которое оценивается некоторыми аналитиками как окончание американского «отдыха от истории», может быть воспри нято лишь посредством вопроса: «Где мы столько раз видели ту же са мую картину?» Восприятие реальности становится опосредованным.

Современная реальность теряется в контексте массового потреби тельского отношения к действительности (реклама, мода, шоу биз нес, и др.), где доминируют «высокие» информационные технологии.

С. Жижек: «В конце процесса виртуализации мы начинаем пережи 166 МАТЕРИАЛЫ КОНФЕРЕНЦИИ вать саму реальную действительность как виртуальную», а виртуаль ную как условие существования реальной, которая мыслится как «луч шая видимость себя самой» [1, с.18]. «Виртуальное» становится усло вием существования «реального». Еще один из характерных приме ров — это виртуализация повседневности американского постиндус триального мира, где происходит «дематериализация самой реаль ной жизни, превращение ее в призрачное шоу» [1, с.21]. Этот пример имеет отношение не только к американскому образу жизни, но свой ственен всей культуре в целом.

Одной из метафор современной массовой культуры является ме тафора «Окон» (N.K. Denzin). Современный человек включен во множе ство культурных и субкультурных миров, участие в которых возможно посредством метода «подглядывания». Моделируя свой мир по анало гии, действуя только в контексте «стимул реакция», индивид стремится обезопасить свою социальную целостность, пытаясь «успеть жить». Но в результате сама приватность индивида становится иллюзией, а иден тичность как репрезентация личности в социальном пространстве — проблемой (П. Бергер, Б. Бергер, Г. Келнер, Д. Рисмэн). Некоторые ис следователи даже называют идентичность современного человека «из вне ориентированной» (Х. Абельс). При условии тотальной включенно сти индивида в социальный процесс самоидентификация становится возможной только при наличии процесса виртуализации.

Вспомним зайца из мультипликационного фильма «Ну погоди!».

Бегство зайца от враждебного волка и его спасение от этой реальной опасности «другого» зависело от того, как заяц смог укрыться от ре ального себя и отождествиться с ирреальным телевизионным зайцем (он помещает себя в пустой «теле ящик» и имитирует действия вирту альной копии себя). Отождествив себя с множеством, поместив себя, тем самым, вне себя, став «как все» (зайцы) он получил шанс на спа сение. С этого момента для него существует лишь одна опасность — это быть узнанным, то есть опасность уничтожения его виртуального «другого», что грозит уничтожением факта идентичности зайца (так как виртуальное есть условие существования реального). Другими словами его идентичность сконструирована множеством виртуаль ных вещей, утрата которых грозит зайцу гибелью.

Таким образом, в современном социуме реальная идентичность зависит от виртуальной. Здесь преобладает дистанция не от индиви да до того, что индивидом не является, а от индивида до того, что стремится им стать. От индивида до рекламного щита, телевизора, монитора компьютера и т.п. и, в целом, до виртуального «другого», без которого уже невозможна встреча индивида с самим собой. То тальная потребность в виртуальном «другом» как основание для са моидентификации человека формирует общество «последних лю МАТЕРИАЛЫ КОНФЕРЕНЦИИ дей», предполагающего стремление к тождеству индивидуального и общественного.

Литература:

1. Жижек С. Добро пожаловать в пустыню Реального. — М.: Фонд «Праг матика культуры», 2002. — 160 с.

КОНЦЕПТУАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ ИССЛЕДОВАНИЯ ВИРТУАЛЬНОЙ РЕАЛЬНОСТИ. СМЫСЛОВАЯ ИНТЕРПРЕТАЦИЯ ВИРТУАЛЬНОЙ РЕАЛЬНОСТИ Д.А. Меркушев, студент 5 курса, Пермский государственный университет, г. Пермь.

Бурное развитие средств межнациональной коммуникации в со временном обществе (информационном) путем создания единой (глобальной) сети, привело к формированию особого рода реальнос ти — «виртуальной реальности». Однако, рассматривая современное состояние данного феномена, можно говорить о частичной утрате коммуникативной функции, вместе с тем приобретается совершенно новое значение, а именно, виртуальное пространство теперь высту пает как модель мира. Такое моделирование первоначально имело форму операций счетного характера, основанного на математичес кой логике (что технически было реализовано в ЭВМ), но последую щее развитие информационного поля выявило ограниченность «счет ной» логики. Безусловно, технология кодировки в двоичную систему (0 1), т.е. создание цифровой модели (или архивации) знания, необ ходимо, т.к. это представляет собой операционную среду для вирту альной реальности как некоторую последовательность пустых и (или) заполненных ячеек. Но это нужно только для того, чтобы виртуальное пространство имело возможность осуществлять те или иные проце дуры (операции), сама же виртуальная реальность основана на иной логике (назовем ее «надматематическая структурно содержатель ная» логика). Что это за «логика» ответить сложно, ввиду недостаточ ной развитости самой виртуальной среды (структурная логика не «оголилась» целостно), но на сегодняшний день, феномен «виртуаль ной реальности» возможно интерпретировать как смысловую реаль ность или дискурсивно семантическое поле.

168 МАТЕРИАЛЫ КОНФЕРЕНЦИИ В рамках данной интерпретации «виртуальное пространство»

предстает как универсум чистых смыслов, где смыслы предстают как бестелесные поверхности «событий образов» на границе вещей (метафизическая поверхность). Как «точки без толщины и субстан ции, о которой некто говорит и которая странствует по поверхности вещей» [3, с. 449 450]. Такие точечные события смыслы (точки оз начивания, опредмечивания), пульсирующие по поверхности вещей окружающего мира, «считываются» с помощью существующих спо собов отцифровки и собираются в некий универсум. По нашему мнению, такую характеристику смыслов достаточно подробно изла гает Ж. Делез в работе «Логика смысла». Несмотря на то, что в этой книге описывается особое человеческое «бытийствующее» созна ние, выстраиваемые Делезом схемы могут проецироваться на вир туальное пространство, а именно, та особая логика — «логика смыс ла». «Все смыслы события образуют иной род последовательности, нежели причинно следственная связь, это выходит из квази физики бестелесного — короче, из метафизики и события требуют более сложной логики» — пишет Делез [3, с. 29 43]. Областью смысла яв ляется анонимный поток речи (говорение);

именно о нем мы гово рим, как о всегда прошедшем или готовом произойти, и, тем не ме нее, он осуществляется в экстремальной точке сингулярности. Но эта грамматика смыслом требуется совершенно иной формы орга низации. Мишель Фуко в статье «Theatrum philosophicum» коммен тирует это так: «грамматика смысла события вращается вокруг двух асимметричных и непрочных полюсов: инфинитивное наклонение и настоящее время. Смысл событие — это всегда и смещение насто ящего времени, и вечное повторение инфинитива» [3, с. 450]. Т.о.

все высказывания всегда происходят в настоящем времени, гово рим ли мы о прошедшем, говорим ли мы о будущем, оставаясь при том в настоящей ситуации. И действительно, существующие в грам матической (языковой) форме события смыслы в виртуальном про странстве всегда находятся в ситуации настоящего, не смотря на то, что происходит постоянное временное обновление. Они будто бы складываются в безвременное пространство или «архивируются».

Все богатство содержания культуры возможно подвергнуть такому «складированию» — языковое построение смысловой модели мира.

Такие идеи также были близки Людвигу Витгенштейну, который в «Логико философском трактате» обратил знание в формы высказы вания, но логика была вынесена за пределы мира и имела характер формальной. Однако уже поздний Витгенштейн в «Философских ис следованиях» пишет о том, что логика находиться здесь, в каждой отдельной языковой игре и является неотъемлемым содержанием всякого события (имеется ввиду всякая конкретная ситуация, а не МАТЕРИАЛЫ КОНФЕРЕНЦИИ событие смысл в Делезовском значении, хотя это понимание близ ко). Такое построение осуществляется путем воссоздания гиппер текстуальной ссылочной структуры виртуальной реальности, что на сегодняшний день широко используется в глобальной сети. Перехо дя от ссылки к ссылке, мы не следуем строгой хронологии событий или определенного пути, т.к. такое движение «во времени» и «прост ранстве» смысловой реальности весьма спонтанно. Мы просматри ваем всю имеющуюся базу знания как единый ссылочный архив. Яс но, что для тотального архивирования необходимо помимо того, что мы обозначили как структурно содержательная логика, совершенно иная техническая база и, возможно, такой «мегаархиватор» синте зирующий знания, накапливающий и после упаковывающий их, с по следующим продуцированием, может быть назван «искусственным интеллектом».

Во многом описанная гипперструктура имеет ярко выраженный аудио визуальный характер и связано с наглядностью1 (показатель ностью, «экранностью»), т.е. имеет нелинейную структуру. Это обсто ятельство можно интерпретировать как содержательность смыслов событий в виде некой образности, облаченное в структуру.

В заключении добавим, следующее. То, что зовется нами «вирту альным пространством», пространством в строгом смысле не являет ся, а представляет собой некоторое поле и в свете сказанного вирту альную реальность можно назвать дискурсивно семантическим по лем (полем чистых смыслов).

Литература:

1. Витгенштейн Л. «Логико философский трактат» // Витгенштейн Л.

Философские работы. М., Гнозис, 1994.

2. Витгенштейн Л. «Философские исследования» // Витгенштейн Л. Фи лософские работы. М., Гнозис, 1994.

3. Делез Ж. «Логика смысла», Екатеринбург, «Деловая книга», 1998.

4. Делез Ж. «Различие и повторение, СПб., 1998.

5. Фуко М. «Theatrum philosophicum» // Ж. Делез «Логика смысла», Екате ринбург, «Деловая книга», 1998.

1 Имеется ввиду программные «интерфейсы» в операционных системах.

170 МАТЕРИАЛЫ КОНФЕРЕНЦИИ ВИРТУАЛЬНАЯ ИСТОРИЯ: СУЩНОСТЬ, МЕТОДОЛОГИЯ, ФУНКЦИИ В.А. Нехамкин, кандидат философских наук, доцент кафедры философии, МГТУ им. Н.Э. Баумана, г. Москва.

Понятие «виртуальность» — одно из наиболее распространен ных в современном научном познании. Им пользуются физики и ин женеры, химики и биологи, медики и агрономы, историки и филосо фы. В обыденной жизни нас все чаще окружают виртуальные объекты:

деньги, газеты, книги и даже … браки, заключаемые в системе «Ин тернет». Все это говорит о том, что наряду с объективным миром, в котором живет современный человек, постепенно возникает и дру гой: виртуальный, дающий людям не только очевидные преимущест ва, но и несущий немало проблем. «Хотим мы этого или нет, но нам во все более значительной степени придется жить не только в историче ской, но и в виртуальной действительности» [1. С.114]. Соответствен но, исследование виртуальной реальности — крайне актуальная зада ча для любой науки. В данной работе будут рассмотрены основные подходы к адаптации понятия «виртуальность» в рамках историческо го познания.

В настоящее время помимо традиционного, существует и кон трафактическое моделирование исторического процесса. В нем име ют место различные направления. Так, на уровне Альтернативной ис тории формируются гипотезы о потенциальном развитии. В Экспери ментальной — они проверяются на степень соответствия реальности.

Следующий затем логический шаг: создать сценарий, т.е. попытаться подробно описать, как данная историческая ситуация могла разви ваться в целом и по возможности — в деталях. Эту задачу решает Виртуальная история, обладающая рядом специфических особенно стей.

Первая из них — уменьшение роли источника (документа) при данной форме исторического познания. Так, традиционная истори ческая наука исходит из доминирования источников. «История пи шется по документам. Документы — это следы, оставленные мысля ми и действиями некогда живших людей. …Всякая мысль и … посту пок, не оставивший следа или след которого исчез, навсегда потерян для истории» [5. С.13]. В Виртуальной истории документ (источник) благодаря самой логике изучения объекта становится вторичным, а на первое место выходит мысль историка, его способность созда МАТЕРИАЛЫ КОНФЕРЕНЦИИ вать по возможности непротиворечивые логические построения, до казывающие гипотезы о возможности иного хода исторического раз вития.

Вторая особенность Виртуальной истории — увеличение доли субъективности результатов исследования. Как правило, создатель сценария, описывая во всех подробностях возможный ход развития событий, всецело увлечен собственной гипотезой. В итоге устанав ливаются лишь положительные стороны изучаемого явления. Крите рием истины в таком случае становится лишь интуиция исследовате ля.

Третья особенность Виртуальной истории — манипуляции со временем. Для традиционного исторического познания оно преиму щественно линейно, константно. «Прошлое есть некая данность, ко торую ничто не властно изменить» [2. С.35]. Из однозначно установ ленных событий прошлого вытекали логически строго определенные события будущего. В Виртуальной истории ученый может сам, изме няя переменные исторического процесса (например, допустив захват вермахтом Москвы в 1941 г.), задавать для людей прошлого опреде ленное («другое») будущее. «Силой своего воображения он восста навливает некий момент прошлого в качестве вымышленного настоя щего, относительно которого он по новому определяет, что есть про шлое и что есть будущее» [8. С.186].

Четвертая особенность Виртуальной истории — специфические каузальные связи. В традиционной исторической науке они развива ются по схеме «причина следствие». Здесь на теоретическом уровне исследователи идут, как правило, двумя путями. Первый — произво дят изменения в причине и, с помощью средств логического анализа, пытаются выяснить: к какому это приведет следствию? Например, ес ли считать главной причиной удержания Красной армией Москвы в 1941 г. присутствие в городе И. Сталина, то рассматриваются послед ствия его возможной гибели под бомбежкой [4]. Второй: изменяют реальное следствие на желательное создателю сценария. (Напри мер, следствием неявки войск Груши, стало поражение армии Напо леона в сражении при Ватерлоо. Но что могло произойти, если бы эти силы пришли на поле битвы?). Затем — смотрят, как это могло воз действовать на событие. Следовательно, в Виртуальной истории при чина и следствие часто меняются местами.

Таким образом, виртуальная история имеет предметом подроб ное описание контрафактических исторических ситуаций, обладает рядом специфических особенностей. В методологическом плане это означает следующее:

172 МАТЕРИАЛЫ КОНФЕРЕНЦИИ 1. Виртуальная история опирается на традиционное историческое по знание, добытую в его рамках информацию. Но не является его «ра бом». Имеет право на собственную интерпретацию прошлого.

2. Виртуальная история — одно из направлений (наряду с Альтерна тивной и Экспериментальной историями) контрафактического ана лиза исторического процесса. Цель ее существования — создание особых описаний потенциальной исторической действительности:

сценариев.

3. У виртуальной истории существует собственная методология: пра вила К. Клаузевица [3. С.155 157], Д. Мило [6. С.197], И. Бестужева Лады [1. С.122].

4. Виртуальная история, как и контрафактическое историческое по знание в целом, осуществляет ряд функций: 1) мировоззренчес кую (расширяет наши знания о прошлом);

2) методологическую (раскрывает новые средства исследования исторического про цесса);

3) прагматическую (позволяет извлекать из прошлого по лезные в интересах настоящего и будущего «уроки»);

4) прогнос тическую (дает возможность прогнозировать историческое разви тие).

Относительно перспектив развития Виртуальной истории, мож но согласиться с мнением О.А. Ржешевского: «У виртуальной исто рии есть настоящее и будущее. Степень ее научного признания зави сит главным образом от того, насколько исследования в этом на правлении будут основаны на документах и фактах, которые при ином стечении обстоятельств могли бы изменить ход событий» [Цит.

по: 7. С.46].

Литература:

1. Бестужев Лада И.В. Ретроальтернативистика в философии истории // Вопросы философии. 1997. № 8.

2. Блок М. Апология истории. — М., 1986.

3. Клаузевиц К. О войне. — М., 1997.

4. Кудряшов С., Олейников Д. Оккупированная Москва // Родина. 1995.

№5.

5. Ланглуа Ш.В., Сеньобос Ш. Введение в изучение истории. — СПб, 1899.

6. Милорд Д. За экспериментальную, или веселую, историю // THESIS.

1994. №5.

7. Одиссей. Человек в истории. 2000. — М., 2000.

8. Попор А. Двенадцать уроков по истории. — М., 2000.

МАТЕРИАЛЫ КОНФЕРЕНЦИИ «ВОЗМОЖНЫЙ МИР» ИЛИ «ВИРТУАЛЬНАЯ РЕАЛЬНОСТЬ»

В.О. Саяпин, аспирант кафедры философии и методологии науки, Тамбовский Государственный Университет имени Г.Р. Державина, г. Тамбов.

Идея, что у настоящего может быть не жестко предопределенное одно, а множество направлений развития в будущем выражается по нятием «возможный мир». Первоначально концепция возможных ми ров была разработана Г.В. Лейбницем в логико метафизическом и те ологическом значении для объяснения совершенства и необходимо сти существующего мира как творения Бога. Возможные миры в сис теме Лейбница, все мыслимые Богом взаимно непротиворечивые по ложения дел относительно всех вещей и их состояний. Фактически привлекается идея актуально бесконечного множества (мыслимого как завершенное) всех непротиворечивых систем (комбинаций) поло жений дел, заданных относительно бесконечного множества вещей, свойств и отношений.

В XX веке, начиная с работ Р.Карнапа, идея возможных миров стала широко применяться в логической теории модальностей. В на чале 1970 х годов С. Крипке и Я. Хинтикка разрабатывают семантику возможных миров для модальных логик, в которой в качестве значе ний пропозиций принимались их истинность или ложность не только в действительном мире, но и во всех возможных мирах, соотносимых с действительным, то есть при других обстоятельствах, другом течении событий или другом их понимании сознанием, одним словом, в раз личных модальных контекстах. Именно с этого времени понятие «вир туальное» начинаю связывать с распространенным в модальной логи ке понятием «возможный мир».

Идея модели возможных миров из логики и философии проник ла в языкознание и литературоведение, где «возможный мир» часто отождествляют с «воображаемым миром» [3], а иногда и с «виртуаль ным миром» [1]. Но, помимо чисто умозрительных конструкций пред полагается существование «возможного мира» и как физически дан ного. Согласно А.М. Мостепаненко, «возможный мир — это макси мальное множество явлений, которое может сосуществовать при со четании определенной формы законов природы, определенной топо логии пространства времени и определенного комплекса физичес ких констант. Различное сочетание этих трех факторов в принципе мо 174 МАТЕРИАЛЫ КОНФЕРЕНЦИИ жет обеспечивать существование целого спектра возможных миров, обладающих различными физическими характеристиками» [2]. При этом исходя из физической аргументации, «возможные миры» пере водятся в класс необходимых, т.е. данный взгляд требует, чтобы где то они были воплощены.

Поэтому, в любом случае возможные миры, в отличие от вирту альных, соответствуют различным способам представления или опи сания реальной онтологии. Любой акт наблюдения в физике перево дит объект, находящийся в состоянии бытия в возможности в дейст вительное, осуществившееся, с которого и начинается какое либо высказывание о действительном и возможном его состоянии, кроме того, это положение касается, не только конкретной возможности, но и абстрактной, введенной в философский обиход для описания по вторяющихся явлений.

Очевидно, что вероятностный язык описывает действитель ность, представленную в научном познании и которую он держит за «образец», тогда язык, конституирующий виртуальные реальности, — язык творческой, генерирующей деятельности, и в тоже время язык бессознательного, аффективного. Тем самым виртуальное становит ся фактом ментальных и психических измерений, продуктом «субъек та», но позиционируемым, то есть «воспринимаемым», как (как если бы) автономная и самоценная «объективная данность». По сути, идею виртуальной реальности сформулировал еще Л. Витгенштейн, напи савший в «Трактате», что мир счастливого совсем другой по сравне нию с миром несчастливого.

В связи с этим виртуальная реальность вполне отвечает необхо димым требованиям «возможного мира» и как некая знаковая модель, и как объективировано данный для человека, фактически существую щий феномен. Виртуальная реальность — это один из вариантов воз можного мира, но возможный мир — не обязательно, виртуальный мир (виртуальная реальность). Следовательно, из факта концепции возможных миров не следует необходимость существования вирту ального мира.

Литература:

1. Анненкова Е.И., Игнатьев М.Б. Виртуальные миры Н.В.Гоголя // Вирту альные реальности. Труды лаборатории виртуалистики. Труды центра профориентации. — М: 1998. Вып. 4. — С. 140.

2. Мостепаненко A.M. Проблема «возможных миров» в современной ко смологии // Вселенная, астрономия, философия. — М., Изд во МГУ, 1988. — С. 84.

3. Степанов Ю.С. В трехмерном пространстве языка. — М.: Наука. 1985.

— С. 90, 91.

МАТЕРИАЛЫ КОНФЕРЕНЦИИ ВИРТУАЛЬНОСТЬ И МОРАЛЬНОСТЬ А.А. Скворцов, кандидат философских наук, философский факультет, кафедра этики, МГУ им. М.В. Ломоносова, г. Москва.

Виртуальная реальность всё основательнее входит в нашу жизнь. Огромное количество людей уже не мыслят себя без Интерне та, а миллионы из них сделали его основным полем своей деятельно сти. Таков факт, и с ним приходится мириться. Однако философское умозрение всегда отличалось от обыденного тем, что не просто кон статировало факты, но и спрашивало: служит ли определённое обсто ятельство улучшению положения человека в мире или ухудшению?

Данный вопрос относится к компетенции этики и, применительно к нашей теме, может быть переформулирован так: при каких условиях тотальное распространение виртуальной реальности может служить улучшению, гуманизации человеческих отношений?

Виртуальная реальность значительно расширила человеческие возможности. Но при этом она радикально нерациональна, она не желает формализовываться и организовываться, напротив — желает жить и расширять себя без всяких ограничений. Есть интересный культурологический факт, требующий серьёзного философского размышления. Как получилось, что компьютерная техника, ставшая изначально выражением мечты об абсолютно объективном, всемогу щем, бессмертном искусственном интеллекте, в итоге обернулась созданием киберпространства, действующим по малопонятным, ир рациональным закономерностям? Его колоссальный успех, стреми тельное развитие лишний раз показало трагическое одиночество че ловека в мире. Он готов искать себе собеседника в искусственной действительности, часто идя на разрыв с реальной жизнью. Она ста новится для него спасением от обыденности, местом проявления та ланта, не нашедшего возможности открыто реализовать себя в соци уме. Виртуальность лишний раз доказала нам банальную мысль о том, что человек — не самодостаточное существо. Он вечно обречён развивать свой творческий потенциал, стремиться к целостности.

Очевидно, что тяга к созданию иной реальности неискоренима, и виртуальность отныне станет вечным спутником человека, таким же, как и техника.



Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 | 7 |   ...   | 13 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.