авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 13 |

«IV ВСЕРОССИЙСКАЯ НАУЧНАЯ КОНФЕРЕНЦИЯ СТУДЕНТОВ, АСПИРАНТОВ И МОЛОДЫХ УЧЕНЫХ «ПРАВОВАЯ МОДЕРНИЗАЦИЯ КАК ФАКТОР РАЗВИТИЯ ОБЩЕСТВА И ГОСУДАРСТВА», ПОСВЯЩЕННАЯ ...»

-- [ Страница 4 ] --

В соответствии со вторым подходом, право собственности на земельные участки возникает у публичного образования в силу статьи Федерального закона от 21.07.1997 № 122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним»1 (далее Закон о государственной регистрации) после государственной регистрации данного права в ЕГРП на недвижимое имущество и сделок с ним2.

На мой взгляд, реализация первого подхода является наиболее приемлемой, в пользу чего свидетельствуют следующие обстоятельства.

Во-первых, в соответствии со ст. 2 Закона о государственной регистрации, государственная регистрация прав на недвижимое имущество и сделок с ним - юридический акт признания и подтверждения государством возникновения, ограничения (обременения), перехода или прекращения прав на недвижимое имущество в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации.

Согласно ст. 1 Закона о государственной регистрации, недвижимое имущество (недвижимость), права на которое подлежат государственной регистрации в соответствии с настоящим Федеральным законом, земельные участки, участки недр и все объекты, которые связаны с землей.

В соответствии с п. 2 ст. 8 Гражданского кодекса Российской Федерации права на имущество, подлежащие государственной регистрации, возникают с момента регистрации, если иное не установлено законом. Формулировки статьи 3.1 Вводного закона («к федеральной собственности относятся», «к собственности субъекта Российской Федерации относятся», «к собственности поселений, городских округов, муниципальных районов относятся») позволяют сделать вывод о возникновении собственности публично образования на соответствующий земельный участок с момента введения в действие статьи 3.1 Вводного закона (то есть с 01.07.2006), а не с момента государственной регистрации права.

Во-вторых, согласно положениям ст. 36 Земельного кодекса РФ, граждане и юридические лица, имеющие в собственности, безвозмездном пользовании, хозяйственном ведении или оперативном управлении здания, строения, сооружения, расположенные на земельных участках, находящихся в государственной или муниципальной собственности, приобретают права на эти земельные участки. Тем самым, основанием О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним: ФЗ РФ от 21 июля 1997 года № 122-ФЗ // СЗ РФ. 1997. № 30. Ст. 3594.





Решение Арбитражного суда Красноярского края от 12.01.2009 по делу № А33-10704/2008;

Постановление ФАС Восточно-Сибирского округа от 27.04.2004г. N А74-2793/03-К1-Ф02-740/04-С2;

Постановление ФАС Центрального округа от 14.06.2005 по делу N А62-2555/04;

Постановление ФАС Северо-Западного округа от 14.10.2005 N А05-1951/05-16 // СПС «Консультант плюс».

возникновения права собственности на земельные участки является факт владения, пользования земельным участком непосредственно публичным образованием в результате нахождения на нем принадлежащих публичному образованию объектов недвижимого имущества.

В-третьих, в силу ч.1 ст. 30.1 Закона о государственной регистрации, государственная регистрация права собственности Российской Федерации, субъекта Российской Федерации или муниципального образования на земельный участок при разграничении государственной собственности на землю осуществляется на основании заявления исполнительного органа государственной власти или органа местного самоуправления либо действующего по их поручению лица. В заявлении указывается основание возникновения права собственности. Кроме того, согласно абз. 2 п. 1 ст.

3.1 Вводного закона необходимо представить правоустанавливающие документы на объекты недвижимого имущества и кадастровый план земельного участка, подтверждающий нахождение объектов недвижимости на данном участке.

Согласно п. 9 статьи 3 Вводного закона государственные акты, свидетельства и другие документы, удостоверяющие права на землю и выданные гражданам или юридическим лица до введения в действие Федерального закона «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним», т.е. до 28.01.1998 г., имеют равную юридическую силу с записями в ЕГРП на недвижимое имущество и сделок с ним. Следовательно, юридически оформленный факт, владение, пользование земельным участком и объектами недвижимости, находящимися на нем, опосредованно через созданные публичным образованием организации, является основанием возникновения права собственности.

В-четвертых, согласно п. 5 статьи 3.1 Вводного закона изданные Правительством РФ до 1 июля 2006 года акты об утверждении перечней земельных участков, на которые соответственно у Российской Федерации, субъектов РФ и муниципальных образований возникает право собственности при разграничении государственной собственности на землю, являются основанием для государственной регистрации права собственности соответственно Российской Федерации, субъектов РФ и муниципальных образований на такие земельные участки. Исходя из буквального толкования смысла, указанной нормы, установленное законом, отнесение земельных участков к соответствующему уровню публичной собственности является основанием возникновения права собственности на данную землю.

Таким образом, законоположение Вводного закона имеет преимущественное применение в регулировании подобных правоотношений, хотя и устанавливает иное правило по сравнению с заложенным в гражданском законодательстве общим правилом о моменте возникновения права собственности на объекты недвижимого имущества.

Обеспечительная купля - продажа Голик Максим Вячеславович, студент отделения магистратуры Юридического института Сибирского федерального университета Научный руководитель:





Кратенко Максим Владимирович, к.ю.н., доцент кафедры гражданского права Юридического института Сибирского федерального университета Кризисные явления в нашей экономике еще более усложнили предпринимательскую практику в отношении неисполнения договорных обязательств. Однако многие предприниматели не используют законных способов обеспечения своих интересов, а порой и не знают о них.

Впоследствии это приводит к полной невозможности возмещения понесенных ими материальных убытков даже в судебном порядке.

Судебно - арбитражная практика показывает, что количество споров, связанных с расчетами по оплате поставленных товаров, выполненных работ, оказанных услуг с каждым годом не только не уменьшается, а все более возрастает. Причем просрочка по оплате порой составляет несколько лет, в связи с чем кредитор несет потери, вызванные инфляцией, штрафными санкциями, применяемыми за несвоевременные расчеты с бюджетом по налогам и т.д. Для того чтобы избежать либо уменьшить негативные последствия, вызванные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательств, действующим законодательством предусмотрено использование при заключении договора способов обеспечения исполнения обязательств.

Гражданский кодекс Российской Федерации кроме способов обеспечения исполнения обязательств, перечисленных в гл.23, допускает обеспечение исполнения обязательств и другими способами, предусмотренными законом или договором (п.1 ст.329).

В условиях повсеместных неплатежей залог занимает особое место среди способов обеспечения исполнения обязательств по кредитному договору. Это обусловлено содержанием правоотношений, возникающих в силу заключения соглашения о залоге.

На сложность практического применение норм о залоге неоднократно указывалось различными авторами1. По справедливому Маковский А.Л. Общие правила об обязательствах в Гражданском кодексе// Вестник ВАС РФ. 1995. № 9. С. 100.;

Кикабидзе Н. Залоговое законодательство и интересы банков// Хозяйство и право. 1995. № 1.

С. 121-124;

Грось Л. Залог: Вопросы гражданского права и гражданского процесса// Хозяйство и право.

замечанию С.В. Сарбаша, главной проблемой залога является сложность, длительность и практическая трудность процесса обращения взыскания и реализации предмета залога1.

Р.С. Бевзенко совершенно справедливо заметил, что залоговое право является одним из сложнейших отделов теоретической цивиллистики2.

Возникновение фидуциарного залога как способа обеспечения обязательств обусловлено недостатками действующей залоговой конструкции3.

Суть фидуции (фидуциарный залог) заключается в том, что должник в целях обеспечения исполнения своего обязательства передает в собственность кредитору определенное в договоре имущество при условии запрета последнему распоряжаться данным имуществом до определенного срока и возврата этого имущества кредитором должнику в случае надлежащего исполнения обязательства4.

Между привычным нам залогом и залогом фидуциарным существует принципиальная разница, в литературе высказываются мнения, что фидуциарный залог вообще не имеет ничего общего с институтом залога 5.

Профессор Б.М. Гонгало выразил опасение, что, воспринимая фидуцию в качестве разновидности залога, ввиду отсутствия в ГК РФ норм о фидуции, существует вероятность квалификации судами таких сделок как притворных6.

На наш взгляд, различия между залогом, поименованным в ГК РФ и фидуциарным залогом, или фидуцией такова, что исследуемое правоотношение следует было бы правильнее называть “обеспечительная купля-продажа”. Оба правовых явления имеют общие истоки в римском праве, однако они прошли каждый свой путь развития и приобрели каждое свою специфику.

Е.Г. Комисарова и Д.А. Торкин в своём совместном труде по этому поводу пишут: “Безусловно, если пренебрегать волеизъявлением сторон и рассматривать обеспечительную куплю-продажу как тщательно завуалированный залог, а не самостоятельный способ обеспечения 1996. № 2. С. 69-81;

Гонгало Б.М. Гражданско – правовое обеспечение обязательств: Автореф. дисс. … д ра юрид. наук. Екатеринбург, 1998. С. 34-36.

Сарбаш С.В. Обеспечительная купля-продажа в арбитражной практке// Вестник ВАС РФ. 1999. № 11.

С. 101.

Бевзенко Р.С. Проблемы исполнения обязательств и его обеспечения// Гражданское право: Актуальные проблемы теории и практики/ По общ. ред. В.А. Белова. М.: Юрайт – Издат, 2007. С. 719.

Непоименованные способы обеспечения обязательств в гражданском праве/ Е.Г. Комисарова, Д.А.

Торкин. – М.: Аспект Пресс, 2008. – 144 с.

О.Старостина, О.Степанова, Е.Тимохина. Способы обеспечения исполнения обязательств// Экономико – правовой бюллетень. 1999. № 12.

Белов В.А. Новые способы обеспечения банковских обязательств// Бизнес и банки. 1997. № 46. С. 5;

Мельничук Г.В. Правовая природа расчётных форвардных сделок и сделок РЕПО// Законодательство.

200. № 2. С. 27.

Гонгало Б.М. Общие положения об обеспечении обязательств и способах обеспечения обязательств// Цивилистические записки: Межвузоский сб. науч. трудов. М.: Статут, 2001. С. 102.

обязательства, избежать вывода о притворности сделки будет невозможно.

По это причине важно не только отличать обеспечительную куплю продажу от залога, но и относится к ней как к равноценному способу обеспечения обязательств, который имеет право на существование наряду с поручительством, неустойкой и другими способами обеспечения обязательств”1.

Главное отличие обеспечительной купли-продажи от залога состоит в том, что при заключении договора залога право собственности на заложенное имущество к залогодержателю не переходит, он приобретает лишь право требовать исполнения обязательства за счёт стоимости предмета обеспечения, а не за счёт самого предмета обеспечения, как это имеет место в обеспечительной купле продаже.

Приведённые конструктивные отличия обеспечительной купли продажи от залога, несмотря на свою очевидность, недостаточны для нормального функционирования данного способа обеспечения.

В литературе указывается на ряд проблем с которыми сталкивается практика при применении обеспечительной купли-продажи. Прежде всего это риск должника лишиться переданного в собственность кредитору предмета обеспечения обязательства, так как “любые оговорки в договоре о запрете иным образом распорядится отчуждаемой вещью не имеют абсолютной силы и не влекут недействительность действий собственника”2.

Данная проблема порождает поиск иных механизмов обеспечительного присвоения и предложения по внесению соответствующих изменений в действующее законодательство.

Так же проблемой является удовлетворение требований кредитора за счёт обеспечительного имущества при ненадлежащем (частичном) исполнении обязательства. В этом случае в отношении предмета обеспечения предлагается применять нормы ГК о залоге. Несмотря на то, что до настоящего времени данный способ обеспечения исполнения обязательств на получил широкого распространения в российском гражданском обороте, потребность в его использовании коммерческими юридическими лицами велика5. Решение обозначенных проблем в дальнейшем, на наш взгляд, позволит использовать обеспечительную куплю-продажу и в отношениях граждан.

Е.Г. Комисарова и Д.А. Торкин. Указ. соч. С. 75.

Скловский К.И. О возможности ограничения права собственности договором// Хозяйство и право. 1999.

№ 5. С. 111.

Е.Г. Комисарова и Д.А. Торкин. Указ. соч. С. 78-80.

Там же, С. 81.

Скворцов В.В. Развитие залога в коммерческой сфере// Актуальные проблемы коммерческого права:

Сб. статей/ По ред. Проф. Б.И. Пугинского. М.: ИКД «Зерцало-М», 2002. С. 148.

Коллективное управление авторскими и смежными правами Дроздов Виталий Михайлович, студент 3 курса Юридического института Сибирского Федерального Университета Научный руководитель:

Сорокина Светлана Яковлевна, к.ю.н., доцент кафедры гражданского права Юридического института Сибирского федерального университета Вопрос о коллективном управлении авторскими и смежными правами становится все более актуальным в наши дни. Очевидно, что обладателям авторских и смежных прав довольно трудно следить за всеми видами использования своих прав в индивидуальном порядке. Ведь ежедневно по радио, телевидению, в развлекательных и фитнес клубах, а также во многих других местах можно услышать или увидеть сотни произведений, охраняемых авторскими или смежными правами. Таким образом, правообладателю для защиты своих прав необходимо заключать лицензионный договор, в котором следует указывать способы и размер вознаграждения за использование объекта интеллектуальной собственности с каждым пользователем. В этих случаях на помощь авторам и обладателям смежных прав приходят специальные организации, осуществляющие коллективное управление правами авторов и правообладателей. Организации, управляющие имущественными правами авторов и правообладателей на коллективной основе, создаются именно для случаев, когда осуществление авторских и смежных прав в индивидуальном порядке затруднено или когда допускается использование объектов авторских и смежных прав без согласия правообладателей, но с выплатой им вознаграждения. Организации коллективного управления являются «важным связующим звеном между авторами и пользователями произведений, охраняемых авторским правом, поскольку они обеспечивают получение авторами платы за использование их произведений». Вступившие в законную силу 1 января 2008 года новые положения части IV Гражданского Кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) существенно усложнили жизнь российским организациям по коллективному управлению правами. Теперь деятельность таких организаций может осуществляться при условии получения Горностай Н.В. Коллективное управление авторскими и смежными правами // Новая адвокатская газета.-2008.- №19 (036) государственной аккредитации на управление авторскими и смежными правами. Однако одновременно с аккредитованной организацией допускается деятельность и других организаций по управлению правами на коллективной основе при условии заключения ими договоров с правообладателями. Основное различие между аккредитованными и не аккредитованными организациями, управляющими авторскими и смежными правами, состоит в объеме полномочий. Только аккредитованные организации могут осуществлять управление авторскими и смежными правами, а также сбор вознаграждения для тех правообладателей, с которыми у организации договоры о передаче полномочий по управлению правами не заключены. Более того, согласно ч. 2 ст. 1245 ГК РФ сбор средств для выплаты вознаграждения за свободное воспроизведение фонограмм и аудиовизуальных произведений в личных целях, вправе осуществлять только аккредитованная организация. Также организация, получившая государственную аккредитацию, для защиты прав, которыми она управляет, вправе предъявлять требования в суде и от имени неопределенного круга правообладателей (ч. 5 ст. 1242 ГК РФ). По отношению к деятельности аккредитованной организации не применяются ограничения, предусмотренные антимонопольным законодательством.

Согласно ч. 4 ст. 1244 ГК РФ правообладатель, не заключивший с аккредитованной организацией договор о передаче полномочий по управлению правами, имеет право в любой момент полностью или частично отказаться от управления аккредитованной организацией его правами, письменно ее уведомив. После получения такого уведомления управляющая организация обязана исключить названные права или объекты из договоров со всеми пользователями и разместить информацию об этом в общедоступной информационной системе.

Подобные нововведения закона порождают на практике довольно интересные ситуации. Стоит только вспомнить общеизвестное дело Российского авторского общества в защиту прав и интересов группы Deep purple. Итак, очевидно, что сфера коллективного управления правами стремительно развивается. За последнее время правовое регулирование этих отношений претерпело существенные изменения. Законодатель установил определенные требования к функционированию и деятельности организаций по управлению авторским и смежными правами на коллективной основе, взяв их под государственный контроль.

Решение Кировского районного суда города Ростов-на-Дону №2-926\09 от 15 июня 2009 года.

Коллизии в гражданском праве Ерицян Инга Нелсиковна, студентка 3 курса Юридического института Иркутского государственного университета Научный руководитель:

Шорников Дмитрий Владимирович, к.ю.н, доцент кафедры гражданского права Юридического института Иркутского государственного университета Коллизии в гражданском праве – это противоречия между положениями двух или нескольких норм права, либо расхождения между содержанием общеправовых принципов, выраженных в системе норм права, и положениями конкретных норм права.

Соответственно смысл разрешения коллизий в праве сводится к выбору одной из норм, положения которых противоречат друг другу.

Коллизии в праве могут иметь естественный характер, например, при возникновении противоречий в связи с действием норм во времени или в пространстве, при наличии противоречий в отношениях, регулируемых правом (т. е. при конфликте законных интересов).

Коллизии могут быть также вызваны ошибками в правотворчестве, недостатками в кодификационной работе или при формировании системы права.

В настоящее время в России превалирует вторая группа причин.

Достаточно хаотичные правовое регулирование и правоприменение в России привели к возникновению отдельных способов разрешения коллизий, которые хотя и используются для разрешения коллизий, но не могут быть отнесены к общеправовым принципам. Это свидетельствует о постепенном размывании ранее сложившейся системы общеправовых принципов разрешения коллизий в праве.

Существует способ, применяемый в случаях, когда речь идет о коллизии между нормами, содержащимися в подзаконных актах одного уровня, принятых различными органами.

Его суть заключается в том, что правовое регулирования конкретного вопроса на подзаконном уровне может осуществлять только строго уполномоченным органом, акту которого и отдается приоритет, т.е. в этом случае, прежде всего, производится оценка правомочности органа, принявшего акт, осуществлять правовое регулирование данного вопроса.

Этот способ достаточно ограниченной сферы действия, который применяется вместо принципа приоритета нормы, обладающей более высокой юридической силой, опять же при невозможности применения принципа приоритета специальной нормы перед общей.

Рассмотрим применение принципов и способов разрешения коллизий в праве на конкретных примерах.

В соответствии с п.2 ст.854 Гражданского кодекса РФ без распоряжения клиента списание денежных средств, находящихся на счете, допускается по решению суда, а также в случаях, установленных федеральным законом или предусмотренных договором между банком и клиентом. В то же время согласно ч.3 ст.27 ФЗ «О банках и банковской деятельности» взыскание на денежные средства и иные ценности физических и юридических лиц, находящиеся на счетах и во вкладах или на хранении в кредитной организации, может быть обращено только на основании исполнительных документов в соответствии с законодательством РФ. Иными словами, Гражданский кодекс РФ определяет более широкий перечень оснований списания банками денежных средств со счетов без распоряжения клиентов.

Гражданский кодекс РФ и ФЗ «О банках и банковской деятельности»

являются актами одного уровня (федеральными законами). Поэтому первый принцип разрешения коллизий между правовыми нормами здесь неприменим.

Указанные статьи не соотносятся как общая и специальная, поскольку у них разные сферы действия. По субъектам шире сфера действия ст.854 Гражданского кодекса РФ, поскольку она касается взыскателей, действующих не только на основании исполнительных документов, но и положений законов и договоров. По объектам – наоборот.

Статья 854 Гражданского кодекса РФ определяет перечень случаев, когда возможно списание с банковских счетов без согласия их «владельцев»

только денежных средств. Статья 27 ФЗ «О банках и банковской деятельности» распространяется не только на денежные средства, но и на иные ценности клиентов, с которыми работают банки (например, на драгоценные металлы, ценные бумаги).

Вместе с тем, поскольку вопросы списания средств с банковских счетов без распоряжения их владельцев включены в предмет регулирования Гражданского кодекса РФ, то указанная коллизия в части, касающейся денежных средств, должна разрешаться в пользу положений Гражданского кодекса РФ как кодифицированного акта (абз.2 п.2 ст.3).

В части, касающейся обращения взыскания на иные ценности, хранящиеся в банках, действует ст.27 ФЗ «О банках и банковской деятельности», поскольку в этой части она п.2 ст.854 Гражданского кодекса РФ не противоречит.

Можно перечислять ещё множество примеров и предлагать выходы из сложившихся ситуаций. Но все же основной задачей является осознание вопроса, нужно ли предлагать решение данных коллизий или свести их к минимуму и предотвратить их появление вновь? Что является наиболее приемлемым и осуществимым?

Проблемы осуществления правомочий пользования и распоряжения общим имуществом в нежилом здании Медяник Егор Юрьевич, студент 3 курса Юридического института Сибирского федерального университета Научный руководитель:

Сорокина Светлана Яковлевна, к.ю.н., доцент кафедры гражданского права Юридического института Сибирского федерального университета Правовой режим общего имущества нежилого здания, помещения в котором принадлежат разным лицам, на сегодняшний день законодателем не определен. Это порождает определенные расхождения в правоприменительной практике, затрудняет нормальный гражданский оборот помещений в таких зданиях. Институт общего имущества в нежилом здании требует глубокого теоретического осмысления.

В соответствии с законодательством1 недвижимостью признается как само здание, так и жилое или нежилое помещение в нем. Однако кроме помещений, на которые установлена частная собственность, есть еще и иные. Исходя из их целевого назначения, эти помещения являются общим имуществом здания. Как справедливо замечает Е.А.Суханов причиной появления такой искусственной конструкции и исчезновения зданий как единых вещей является долгий период осуществления хозяйственной деятельности без юридической связи объекта недвижимости с землей. В доктрине к общему имуществу здания относятся помещения, предназначенные для обслуживания более одного помещения в здании, крыши, ограждающие несущие и ненесущие конструкции этого здания, лестницы, коридоры, оборудование, находящееся за пределами или внутри помещений. Такого определения общего имущества придерживается в своем постановлении и ВАС РФ3.

Собственнику помещения в нежилом здании принадлежат правомочия владения, пользования и распоряжения общим имуществом.

Правомочие пользования общим имуществом, принадлежащее собственнику одного из помещений, может быть нарушено О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним: ФЗ №122-ФЗ от 21.07.97, статья 1.

О понятии недвижимости и его влиянии на иные гражданско-правовые категории // Суханов Е.А.//Вестник гражданского права, 2008, N 4.

О некоторых вопросах практики рассмотрения споров о правах собственников на общее имущество здания: Постановление Пленума ВАС РФ от 23 июля 2009 г. N 64.

собственниками других помещений в здании. Каждое право нуждается в эффективной защите, потому в доктрине были выработаны научные концепции, которые восприняли в своей практике арбитражные суды.

Часть авторов1, указывая на отсутствие принципиальных различий, предлагают применять к данным отношениям по аналогии положения ст.288-290 Гражданского кодекса РФ (далее ГК) и ст.36 Жилищного кодекса РФ (далее ЖК), регламентирующих право собственности на жилые помещения. Такой подход встречается в практике арбитражных судов2.

Возможным представляется регулирование порядка пользования (эксплуатации) здания путем установления сервитутов, дающих лицу право пользоваться помещениями, находящимися на праве частной собственности у других лиц. Установление таких сервитутов возможно как путем заключения соглашения между собственниками, так и путем их установления судебным решением. В последнем случае при обременении помещения (коридора, подвала и т.д.) сервитутом собственник вправе установить плату за их пользование (ст. 274 ГК)3. Некоторые арбитражные суды пошли по пути применения данной конструкции4. Однако спорным остается вопрос об установлении платы за пользование имуществом, которое должно обеспечивать реализацию общественного интереса (к примеру, лестница на другой этаж).

Существует так же точка зрения5, согласно которой все общее имущество здания составляет совокупность отдельных вспомогательных помещений для каждого основного помещения, на которое устанавливается право собственности. В этом случае основное помещение и вспомогательное соотносятся как главная вещь и принадлежность.

Следовательно, при отчуждении основного помещения отчуждается и вспомогательное. Однако одно помещение вполне может быть признано вспомогательным для нескольких других помещений (к примеру, помещение, где стоит отопительное оборудование). В случае спора собственник помещения, который лишен возможности пользоваться общим имуществом, также может защитить свое право с помощью негаторного иска.

К примеру, Недвижимое имущество. Государственная регистрация и проблемы правового регулирования// Алексеев В.А. //Волтерс-Клувер, 2007г.;

Институт государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним в системе защиты прав собственности граждан и юридических лиц // Плотникова И.Н. // Государственная регистрация прав на недвижимость: теория и практика. М., 2005.

см. например, Постановление ФАС Центрального округа от 22.02.2005 N А62-823/04.

Не смотря на то, что классический сервитут по ст. 274 ГК устанавливается в отношении земельных участков, существует точка зрения о возможности распространения этих положений и на помещения.

Постановление ФАС Северо–западного округа от 07.09.2005 N Ф04-4751/2005(13324-А45-5) ;

Постановление ФАС Поволжского Округа от 22.06.2006 по делу N А65-26566/2005-СГ3-12 ;

Постановление ФАС Уральского округа от 02.11.2004 N Ф09-3622/04-ГК и др.

Понятие недвижимого имущества: исторический очерк и современное состояние // Виноградов П.Н. // Законодательство. 2008. N 8.

Высшая судебная инстанция в целях упорядочения сложившейся судебной практики предложила применять к данным отношениям по аналогии гражданского законодательства ст.249, 289,290 ГК1.

Собственнику помещения в здании во всех случаях принадлежит доля в праве общей собственности на общее имущество здания. Размер этой доли по общему правилу определяется пропорционально площади, находящихся в собственности лица помещений. Суд может определить иной размер доли исходя из объема помещения, приходящегося на единицу площади.

Производный характер права собственника на долю в общей собственности налагает некоторые ограничения на правомочие распоряжения в отношении этого имущества. Так в соответствии с ч. ст.290 ГК невозможно совершение любых действий, влекущих передачу доли отдельно от права собственности на помещение. По соглашению сособственников общего имущества в здании возможна передача отдельных частей здания в пользование иным лицам.

Интересным является вопрос заключения договора пользования несущей стеной или крышей здания для размещения наружной рекламы.

Стороной такого договора, предоставляющей имущество в пользование, признаются все сособственники общего имущества здания, которые образуют множественность лиц в соответствии с действующим законодательством. Постановление ВАС указывает, что к таким договорам применяются по аналогии положения законодательства о договоре аренды, и они подлежат государственной регистрации применительно к п.2 ст. ГК. При этом обременение устанавливается на все здание в целом. Данное толкование представляется спорным. Распространение на отношения по пользованию частью несущей стены или крышу положений главы 34 ГК не согласуется с правовой природой договора аренды. Сложность представляет и идентификация предмета (объекта) аренды.

Вызывает определенные возражения и право собственников помещений в здании требовать признания за собой права общей долевой собственности на общее имущество. Собственник, у которого зарегистрировано право собственности на объект, который впоследствии признается общей собственностью в рамках данной трансформации, по сути, теряет этот объект права собственности, получая вместо него только долю.

Нерешенной остается также проблема права собственности на земельный участок под нежилым зданием. Статья 36 ЖК распространяет режим общей собственности на участок и объекты, расположенные на этом участке, предназначенные для обслуживания многоквартирного дома.

Возможно распространение действия этой статьи по аналогии и на правовой режим земельного участка под нежилым зданием.

О некоторых вопросах практики рассмотрения споров о правах собственников на общее имущество здания: Постановление Пленума ВАС РФ от 23 июля 2009 г. N 64.

К вопросу о признании права собственности на объекты самовольного строительства Осетрова Ирина Викторовна, студентка отделения магистратуры Юридического института Сибирского федерального университета Научный руководитель:

Шишмарева Татьяна Петровна, к.ю.н., доцент кафедры гражданского права Юридического института Сибирского федерального университета 1. Глава 14 ГК РФ в качестве одного из способов приобретения права собственности на объект предусматривает создание самовольной постройки и признание на нее права собственности при наличии предусмотренных законом условий.

Согласно ст. 222 ГК РФ самовольной постройкой может быть недвижимое имущество (жилой дом, другое строение, сооружение или иное недвижимое имущество), обладающее признаками, установленными гражданским законодательством, а именно:

- земельный участок, на котором была создана постройка, не был отведен для ее строительства в установленном законодательством порядке;

- на ее создание не была получена необходимая разрешительная документация;

- самовольное строение было создано с существенным нарушением градостроительных и строительных норм и правил;

- в результате возведения указанной постройки происходит нарушение прав и охраняемых законом интересов других лиц либо возникает угроза жизни и здоровью граждан.

2. Необходимо выделить ряд проблем в юридической науке и судебной практике в отношении объектов незавершенного строительства:

- применение нормы ст. 222 ГК РФ в отношении объекта незавершенного строительства;

- возможность рассмотрения объекта незавершенного строительства как «иного недвижимого имущества» в смысле ст. 222 ГК РФ.

2.1. Первая позиция: исключает возможность применения статьи к такого рода объектам. Термин «постройка» предполагает известную степень законченности процесса строительства, что основано на грамматическом толковании положений статьи 222 ГК РФ, в частности:

«недвижимое имущество, созданное на земельном участке», «лицо, осуществившее самовольную постройку», «осуществившим лицом»

(Герценштейн О.В., Мананников О.).

2.2. Вторая позиция: признает возможность применения статьи к такого рода объектам. Согласно ст. 130 ГК РФ: «объект незавершенного строительства относится к недвижимому имуществу», а исходя из смысла п. 1 ст. 222 ГК РФ любое недвижимое имущество (включая и незавершенный строительством объект), отвечающее одному из трех условий, названных в данной норме, является самовольной постройкой, на которую, может быть признано право собственности в судебном порядке.

Термины «постройка» и «созданный» не следует толковать в смысле незавершенности процесса строительства.

На наш взгляд, необходимо согласиться с О.А. Беляевой, которая указывает, что «если права на объекты незавершенного строительства регистрируются в порядке, установленном для недвижимого имущества, то и право собственности на них может быть признано в судебном порядке».

Так согласно п. 3 ст. 25 ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» отсутствие разрешения на строительство или документов землеотвода могут служит основанием для отказа в регистрации прав на объект незавершенного строительства и, следовательно, признания объекта, заявленного на регистрацию, самовольной постройкой по смыслу ст. 222 ГК РФ.

3. Также остается неразрешенным вопрос о том, при каких условиях и в каком порядке положения ст. 222 ГК РФ может применяться к самовольно реконструированным объектам недвижимости. Существуют различные мнения относительно того, является ли реконструированный объект самовольной постройкой или нет:

3.1. Первая позиция: признание права собственности на самовольно реконструированный объект по правилам ст. 222 ГК РФ возможно лишь при условии, если в результате реконструкции появился объект, существенно отличающийся от объекта до начала реконструкции.

Результат реконструкции - объект недвижимости с новыми техническими характеристиками.

3.2. Вторая позиция: признание права собственности на самовольно реконструированные объекты по правилам ст. 222 ГК РФ возможно независимо от характера реконструкции. При этом применяются правила ст. 6 ГК РФ - аналогия закона, поскольку, исходя из буквального толкования, понятие самовольной постройки, по своему содержанию, не охватывает самовольно реконструированные объекты. При оценке такого объекта недвижимости его квалифицируют согласно ст. 222 ГК РФ, если, например, произошло изменение целевого назначения земельного участка, на котором находился первоначальный объект, или были проведены строительные работы без специального разрешения.

Таким образом, исходя из анализа положений гражданского законодательства, нельзя определить правовые последствия реконструкции объекта недвижимости. В ГК РФ отсутствует норма, согласно которой по причине произведенной реконструкции происходит изменение права собственности на вещь. В связи с этим нельзя не согласиться с мнением о том, что к отношениям по самовольной реконструкции нормы о самовольном строительстве не могут применяться в полной мере.

Передача исключительных прав по лицензионному договору.

Саломатова Светлана Александровна, студентка 3 курса Юридического института Сибирского федерального университета Научный руководитель:

Сорокина Светлана Яковлевна, к.ю.н., доцент кафедры гражданского права Юридического института Сибирского федерального университета Часть четвертая Гражданского Кодекса РФ (далее - ГК РФ) закрепила два основных вида договоров по передаче исключительных прав: договор об отчуждении исключительного права и лицензионный договор. Существенным изменением законодательства явилась замена авторских договоров на лицензионные. До 1 января 2008 года, лицензионный договор заключался только в отношении исключительных прав на изобретение, промышленный образец, полезную модель). В соответствии со ст. 1235 ГК РФ по лицензионному договору одна сторона - обладатель исключительного права на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (лицензиар) предоставляет или обязуется предоставить другой стороне (лицензиату) право использования такого результата или такого средства в предусмотренных договором пределах.

В теории гражданского права выделяют два вида лицензионного договора, связанные с получением исключительной лицензии и неисключительной. Между тем классическая теория интеллектуальных прав традиционно выделяла третий вид лицензионных договоров - договор полной лицензии, по которому лицензиар утрачивал возможность использовать интеллектуальный продукт способами, переданными лицензиату. Существует точка зрения, что у лицензиата по договору исключительной лицензии может появиться монополия на использование интеллектуального продукта. В случае заключения договора на условиях исключительной лицензии, как и при отчуждении исключительного права в целом, имеет место транслятивное правопреемство (когда возникновение Николаева Е.Ю. Правовая характеристика лицензионного договора в сфере интеллектуальной собственности/ Е.Ю. Николаева//Гражданин и право.-2009.-№5.-С.48.

Чупрунов И. С. Договор об отчуждении исключительного права и лицензионный договор как формы распоряжения исключительным правом /И. С. Чупрунов//Московский журнал международного права. 2008. - № 1. - С. 117.

права приобретателя происходит с одновременным прекращением такового у отчуждателя). Однако, существенным отличием договора об отчуждении исключительных прав от договора, заключенного на условиях исключительной лицензии, является тот факт, что в первом случае происходит абсолютная уступка исключительного права, а при исключительной лицензии право может перейти не в полном объеме и на более короткий срок. Сторонники противоположной точки зрения, считают, что право лицензиата по договору исключительной лицензии не является самостоятельным, оно зависимо от исключительного права лицензиара.

По лицензионному договору не происходит полная передача исключительных прав. Как правило, лицензиат вправе использовать результат интеллектуальной деятельности способами, предусмотренным договором. Обычно это один, два, максимум три способа, поэтому лицензиар вправе заключить лицензионный договор с другим лицом, даже если он предоставил кому-либо право использования результата интеллектуальной деятельности на условиях исключительной лицензии. В данном случае действует одно ограничение - договором должны быть предусмотрены способы использования результата интеллектуальной деятельности, не указанные в ранее заключенных договорах. ГК РФ предусмотрена также возможность заключения лицензионного договора на условиях неисключительной лицензии. В соответствии с п. 1 ст. 1236 ГК РФ целью договора, заключенного на условиях неисключительной лицензии, является предоставление лицензиату права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации с сохранением за лицензиаром права выдачи лицензий другим лицам.

В литературе высказывается мнение, что заключение лицензионного договора (на условиях неисключительной лицензии) влечет за собой обременение исключительного права лицензиара. Суть данного обременения заключается в следующем: позитивное содержание исключительного права не претерпевает никаких изменений (лицензиар вправе использовать интеллектуальный продукт всеми теми же способами, что и до выдачи лицензии);

происходит ограничение негативной составляющей содержания исключительного права, т.е. возможности запрещать третьим лицам использование интеллектуального продукта. В лицензионном договоре необходимо четко формулировать условие о предмете договора.

Мирошникова М.А. Сингулярное правопреемство в авторских правах/ М.А. Мирошникова.- СПб, 2005. С. 115.

Чупрунов И. С. Договор об отчуждении исключительного права и лицензионный договор как формы распоряжения исключительным правом /И. С. Чупрунов//Московский журнал международного права. 2008. - № 1. - С. 117.

Пиленко А.А. Защита прав изобретателя/ А.А. Пиленко.- М., 2001. -С. 467.

Например, в последнее время широкое распространение получило использование произведений путем распространения через Интернет. Как правило, в электронных библиотеках в Интернете используются так называемые электронные версии книг в формате PDF. При подготовке лицензионного договора о распространении электронных версий книг в сети Интернет, не стоит забывать о том, что файл формата PDF это один из способов объективного выражения произведения и нельзя указать в договоре формулировку «передаёт право использования электронной версии книг». Сама по себе электронная версия книги не считается объектом исключительного права, им является само произведение литературы, науки и т.п. Такая ошибка может повлечь для лицензиара неблагоприятные последствия, поэтому во избежание споров необходимо указать интеллектуальное право, например, литературное произведение и конкретные способы его использования.

Вызывает интерес вопрос о разработке положений предоставляющих возможность свободного использования конкретных результатов интеллектуальной деятельности в информационно-телекоммуникационных сетях в указанных правообладателем пределах. Для эффективности правового регулирования следует разработать процедуру выдачи правообладателем собственникам интернет-ресурсов разрешений, которые будут предусматривать свободное пользование конкретным объектом интеллектуальной деятельности.

Проблемы государственной регистрации юридических лиц Соловкова Ксения Александровна, студентка отделения магистратуры Юридического института Сибирского федерального университета Научный руководитель:

Сорокина Светлана Яковлевна, к.ю.н., доцент кафедры гражданского права Юридического института Сибирского федерального университета Государственная регистрация юридических лиц - процесс, необходимый и важный для современной России, которая провозгласила себя правовым, социальным государством с элементами рыночной экономики (ст. 1, 7, 8 Конституции РФ). В этой ситуации нужно найти наиболее приемлемый вариант построения системы государственной регистрации, который бы полностью соответствовал поставленным положениям. Начало уже было положено принятием Федерального закона «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей»*, реформированием органов, осуществляющих государственную регистрацию, снижением административных барьеров в этом процессе.

Результат исследования теоретических источников и анализ практической деятельности дает возможность обратить внимание на необходимость внесения ряда принципиальных корректив в законодательство по избранной теме.

Одним из важных проблемных моментов является такая стадия регистрации юридических лиц, как правовая экспертиза документов, представленных в регистрирующий орган. Это основная стадия, стержень всей регистрации юридических лиц, что подчеркивается и ведущими административистами: «Основное назначение регистрации - проверка соответствия учредительных документов или специальных прав законодательства»1.

требованиям российского Поэтому работа регистрирующего органа должна быть направлена, в частности, на выявление ложных и недостоверных сведений, представленных на регистрацию, что возможно через правовую экспертизу документов.

Однако реально выявить подобные нарушения при сегодняшней *Далее Закон о регистрации Алехин П.П., Кармолицкий А.А., Козлов Ю.М. Административное право Российской Федерации. М.:

Зерцало. - 1997. - С. 317.

организации процедуры регистрации юридических лиц в РФ практически невозможно;

потому что по общему правилу проведение такой экспертизы не предусматривается. Исключением является лишь обязательная экспертиза при регистрации так называемых специальных юридических лиц: политических партий, общественных объединений, религиозных организаций и др.

Закон о регистрации не возлагает на регистрирующий орган обязанность по проведению правовой экспертизы представленных на государственную регистрацию сведений;

однако, это не означает, что документы, представляемые на государственную регистрацию, не должны отвечать требованиям законности и достоверности содержащейся в них информации. В исследовательской литературе на это обстоятельство также стали обращать внимание и давать соответствующую оценку.

Справедливо, к примеру, отмечает Д.В. Ломакин, что «Закон о государственной регистрации юридических лиц нельзя свести к установлению перечня представляемых для регистрации документов. В противном случае это будет не закон, а памятка делопроизводителю». Необходимо дополнить Закон о регистрации нормами о содержательной проверке представленных на государственную регистрацию документов.

Было бы правильно дополнить гл. III «Порядок государственной регистрации» ст. 9.1 «Правовая экспертиза представленных на государственную регистрацию документов», которая бы, во-первых, ставила в обязанность регистрирующим органам проведение правовой экспертизы представленных документов и, во-вторых, четко обрисовывала процедуру такой экспертизы, которая включала бы как минимум следующее:

а) проверку соблюдения надлежащего порядка и правильности оформления учредительных документов, то есть формальную сторону представленных сведений;

б) проверку содержательной стороны представленных сведений:

- их истинность (достоверность), - соответствие представленных документов Конституции РФ, Федеральному закону «О государственной регистрации юридических лиц», иным федеральным законам, - сведения о юридических лицах - учредителях создаваемого юридического лица на факт обнаружения процесса их ликвидации;

в) проверку наличия в Едином государственном реестре юридических лиц зарегистрированного юридического лица с тем же наименованием той же организационно-правовой формы на территории, в пределах которой данное лицо осуществляет свою деятельность.

Ломакин Д.В. О проекте федерального закона «О государственной регистрации юридических лиц»

//Законодательство. - 2001. - № 6.

Последнее обстоятельство мало привлекает внимание исследователей и законодателей, однако его важность также бесспорна.

При государственной регистрации регистрирующий орган не проводит экспертизу наименования юридического лица, в результате чего сейчас может существовать несколько фирм с одинаковым названием. Данный факт, несомненно, может вводить в заблуждение, быть причиной недоразумений и осложнений при взаимодействии юридических и физических лиц.

Кроме того, необходимо увеличить список оснований для отказа в государственной регистрации, отразив в нем нарушения, обнаруженные при правовой экспертизе представленных на регистрацию документов. В данном случае вполне приемлемо были сформулированы основания для отказа в государственной регистрации юридических лиц в действовавшем Законе РСФСР «О предприятиях и предпринимательской деятельности»:

«Отказ в государственной регистрации предприятия возможен в случае нарушения установленного настоящим Законом порядка создания предприятия, а также несоответствия учредительных документов требованиям законодательства РСФСР» (п. 2 ст. 35). Для того чтобы снизить возможность административных препон со стороны регистрирующих органов, было бы правильным уточнить данную формулировку указанием не на «требования законодательства РСФСР», а на «требования федеральных законов Российской Федерации». Круг таких федеральных законов невелик - это прежде всего ГК РФ, а в ряде случаев – специальные законы, закрепляющие отдельные требования к юридическим лицам.

Кроме того, необходимо увеличить срок государственной регистрации и установить в законе возможность ее приостановки в определенных законом случаях, по аналогии с регистрацией прав на недвижимое имущество и сделок с ним.

Эти предложения по совершенствованию правового регулирования государственной регистрации юридических лиц позволили бы усилить действенность и эффективность этого правового института в российской правовой системе, что в свою очередь, отразится и на стабильности гражданского оборота.

Произошедшие в 90-е гг. прошлого и начале нового столетия изменения в правовом регулировании многих общественных отношений, носящих, по сути, популистский характер, ни к какому положительному эффекту не привели. Как сейчас справедливо начали признавать в литературе, экономика и гражданское общество самостоятельно не могут стабильно и динамично развиваться без регулирующей роли государства.

Только посредством проведения такой политики можно достичь желаемой стабильности в обществе и необходимого порядка в общественных отношениях.

При этом увеличение влияния государства в сфере легитимации предпринимательства ни в коем случае не должно привести к злоупотреблению государственными органами предоставленными им правами, как это было в советское время, как это иногда встречается и сегодня.

В связи с этим можно согласиться с тезисом некоторых авторов, указывающих на то, что ни в коем случае нельзя сковывать инициативу, предприимчивость субъектов рыночных отношений, необходимо предусматривать минимальное количество инстанций, органов, разрешающих или запрещающих ту или иную предпринимательскую деятельность, которая должна основываться на законах, а не инструкциях, опутывающих предпринимателя со всех сторон. Ведяхин В. М., Ревина С. Н. Типы и методы правового регулирования рыночных отношений.

// Правоведение. - 2002.- № 2.

Понятие объекта незавершенного строительства Цепцова Дарья Сергеевна, студентка 3 курса Юридического института Сибирского федерального университета Научный руководитель:

Сорокина Светлана Яковлевна, к.ю.н., доцент кафедры гражданского права Юридического института Сибирского федерального университета На сегодняшний момент не существует единого понимания понятия «объект незавершенного строительства». Как известно, легальное понятие объекта незавершенного строительства не получило закрепления в Гражданском кодексе РФ (далее - ГК РФ).

Объекты незавершенного строительства отнесены к недвижимому имуществу (ст. 130 ГК РФ). Однако необходимо уточнить такие понятия как "недвижимость", "недвижимые вещи" и "недвижимое имущество". Еще Г.Ф. Шершеневич отмечал, что отечественное законодательство не выдерживает терминологии и употребляет слово "имущество" вместо "вещь", а вместо имущества говорит о собственности или об имении1.

Указанное замечание справедливо и в настоящее время. Прежде всего, это относится к неоднозначности и неопределенности употребления термина "имущество" в ГК РФ. Так, согласно ст. 128 ГК РФ к объектам гражданских прав в числе прочих относятся "вещи, включая деньги и ценные бумаги, иное имущество, в том числе имущественные права".

Таким образом, в понятие "имущество" абсолютно обоснованно включено понятие "вещи". В то же время п. 1 ст. 2 ГК РФ к имущественным отношениям (объектом которых является имущество) относит вещные, обязательственные и исключительные отношения. Тем самым законодатель помимо вещей в понятие "имущество" опосредованно включил и все другие объекты гражданских прав, за исключением нематериальных благ.

Это широкое понимание термина "имущество", в ГК РФ используется и узкое понимание. Так, в соответствии с п. 1 ст. 209 ГК РФ "собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом". Учитывая, что право собственности является вещным правом (объект которого - индивидуально-определенная вещь), Шершеневич, Г.Ф. Учебник русского гражданского права / Г. Ф. Шершеневич. - М.: Статут, 2005. - С.

98.

употребляемое в указанной статье понятие "имущество" приравнивается к понятию "индивидуально-определенной вещи"1.

По мнению О.М. Козырь, российский законодатель использует термин "недвижимое имущество" в качестве синонима "недвижимых вещей" лишь чисто условно, в действительности ограничивая категорию недвижимости только вещами. Представляется, что содержание ст. 130 ГК РФ полностью исчерпывается термином "недвижимая вещь", а используемое ст. 132 ГК РФ понятие предприятия как имущественного комплекса полностью соответствует термину "недвижимое имущество"2.

Следует согласиться с высказанной позицией. Однако некоторые ученые придерживаются точки зрения, что все указанные понятия являются синонимами.

Российский законодатель разделяет два вида недвижимых вещей:

1) вещи, недвижимые по своей природе (среди которых можно отдельно выделить земельные участки, участки недр, а также иные недвижимые вещи, "прочно связанные с землей", перемещение которых без несоразмерного ущерба их назначению невозможно);

2) вещи, недвижимые в силу закона (морские суда, космические объекты и др. Выделение подобной категории связано с тем, что данные объекты являются дорогостоящими, имеют важное значение для жизнедеятельности, а их эксплуатация в строго определенных условиях требует специального контроля за их обращением в гражданском обороте)3.

Открытым остается вопрос: что представляет собой предмет, отвечающий признакам недвижимого имущества до установления возможности приобретения на него права собственности или до регистрации такого права. В.В. Чубаров считает, что ответ "достаточно прост" и такой предмет представляет собой совокупность движимых вещей, которая по своим физическим свойствам напоминает недвижимую вещь4. Между тем согласиться с таким простым решением очень сложно.

Войдя в состав «недвижимой вещи», движимые вещи (строительные материалы) утрачивают свое прежнее качество. Происходит это не в силу признания вещи недвижимой, а фактически. Поэтому к моменту Виноградов, П. Недвижимое имущество: историческое и современное понимание / П. Виноградов// из СПС КонсультантПлюс Козырь, О.М. Недвижимость в новом ГК России / Под ред. А.Л. Маковского ГК России. Проблемы Теория. Практика. - М.: 1998. - С. 275.

Виноградов, П. Недвижимое имущество: историческое и современное понимание / П. Виноградов// из СПС КонсультантПлюс Чубаров В.В. Проблемы правового регулирования недвижимости / В. В. Чубаров. – из СПС КонсультантПлюс фактического создания объекта недвижимости говорить о существовании движимых вещей, из которых она состоит, вряд ли возможно1.

Согласно п. 1 ст. 130 ГК РФ недвижимость определяется как «все, что прочно связано с землей, то есть объекты, перемещение которых без несоразмерного ущерба их назначению невозможно». Из закона явствует, что критериями отнесения объекта к недвижимому имуществу являются его объективные физические свойства, а не отношения по поводу этого объекта. Следовательно, режим недвижимого имущества должен применяться к любому объекту незавершенного строительства, который отвечает критериям ст. 130 ГК РФ, независимо от того, когда начато или остановлено его строительство и когда совершались сделки по поводу этого имущества. Это подтверждается и судебной практикой2. Данная позиция представляется обоснованной. Между тем, существует противоположная точка зрения, представленная Сухановым, по которой недвижимость - категория юридическая, а не физическая и главное ее свойство - не физическая "неотрывность" от земли, а юридически необходимая государственная регистрация правового режима соответствующей вещи.

Далее необходимо разграничить понятия «самовольная постройка» и «объект незавершенного строительства». Актуальность этого вопроса состоит в том, что не все объекты незавершенного строительства возводятся на легальных основаниях, следовательно, возникает вопрос о правовом режиме таких объектов. Сначала необходимо определиться, является ли самовольная постройка недвижимостью. По этому вопросу существует две точки зрения:

1. В соответствии со ст. 222 ГК самовольная постройка является недвижимостью (Афонина А.). В силу ст. 130 ГК РФ объекты незавершенного строительства отнесены к недвижимому имуществу.

Согласно п. 1 ст. 222 ГК РФ самовольными постройками можно считать не только жилой дом, другое строение, сооружение, но и иное недвижимое имущество. Незавершенный строительством объект как недвижимое имущество (ст. 130 ГК РФ) также может быть признан самовольной постройкой и в отношении его может быть заявлено требование о признании права собственности при наличии оснований, установленных п.

3 ст. 222 ГК РФ.

2. Самовольная постройка представляет собой конечный результат строительной деятельности, а объект незавершенного строительства еще находится в процессе своего создания, следовательно, нельзя признать Алексеев, В. А. Недвижимое имущество: государственная регистрация и проблемы правового регулирования / В. А. Алексеев// из СПС КонсультантПлюс Информационное письмо Президиума ВАС РФ от 13 ноября 1997 г. N 21 "Обзор практики разрешения споров по договорам купли-продажи недвижимости".

Суханов, Е. А. О понятии недвижимости и его влиянии на иные гражданско-правовые категории / Е. А.

Суханов// из СПС КонсультантПлюс права собственности на незавершенные объекты как на самовольные постройки.

Однако, представляется, что объект незавершенного строительства более широкое понятие по отношению к самовольной постройке, так как объект незавершенного строительства может возводиться как на законных основаниях, так и без них.

Итак, объект незавершенного строительства – недвижимая вещь, существующая с момента, осуществления действий, непосредственно направленных на создание объекта, отвечающего признакам, обозначенным в ст. 130 ГК РФ.

Право пользования жилым помещением членами семьи собственника и бывшими членами семьи собственника Чикун Мария Александровна, студентка 3 курса Юридического института Сибирского федерального университета Научный руководитель:

Сорокина Светлана Яковлевна, к.ю.н., доцент кафедры гражданского права Юридического института Сибирского федерального университета Данный институт находится на стыке гражданского, жилищного и семейного права. Поэтому отношения по пользованию жилым помещением членами семьи и бывшими членами семьи собственника жилого помещения регулируются по-разному, что порождает много проблем в правоприменительной практике, связанных с противоречивостью законодательства и неурегулированностью многих вопросов.

Нет единого мнения о правовой природе и виде данного права.

Большая часть авторов относит его к числу вещных, так как оно соответствует практически всем их признакам (Е.А. Суханов, С.М.

Корнеев, Ю.М. Козлова). Но их оппоненты, ссылаясь на ч.2 ст. 292 ГК РФ (переход права собственности на жилой дом или квартиру к другому лицу является основанием для прекращения права пользования жилым помещением членами семьи прежнего собственника, если иное не установлено законом), т.е. на отсутствия права следования, и другие характерные черты, считают, что право пользования относится к числу обязательственных прав (Г.Л. Гонашвили). В данный момент дискуссия по этому вопросу продолжается. Представляется, что договорные отношения здесь отсутствуют, а значит и природа данного права - вещно-правовая.

Ни в жилищном, ни в семейном законодательстве нет определений понятий «семья», «член семьи» и других. В теории различные авторы определяют эти термины по-разному, но практически все едины в мнение о том, что требуется нормативное закрепление данных понятий для более удобного и четкого применения.

Статья 31 Жилищного кодекса РФ (далее - ЖК РФ) относит к членам семьи собственника супруга, детей, родителей собственника, которые проживают с ним совместно в его жилом помещении. Также членами семьи собственника могут быть признаны другие родственники, нетрудоспособные иждивенцы и в исключительных случаях – иные граждане, если они вселены собственником в качестве членов семьи.

Постановлением Пленума ВС РФ от 2 июля 2009 г. № 14 в частности разъяснено, что все остальные граждане могут быть признаны судом членами семьи собственника в зависимости от того в каком статусе их вселял собственник (члена семьи, нанимателя или другом).

Необходимо определить объем прав и обязанностей членов семьи собственника жилого помещения, а также ответственность, которую они несут перед собственником и другими участниками гражданского оборота.

Члены семьи собственника имеют с ним равные права на пользование жилым помещением. Также как и на собственника на ни возлагается обязанность использовать жилое помещение строго по назначению и обеспечивать его сохранность. Дееспособные и ограниченные судом в дееспособности граждане, являющиеся членами семьи собственника, несут с ним солидарную ответственность (ч. 2, 3 ст. 31 ЖК РФ).

Следует отметить, что нормы ЖК РФ, регулирующие права и ответственность членов семьи собственника, носят диспозитивный характер, закрепляя возможность решения этих вопросов соглашением.

Правовая природа данного соглашения не уточнена. Некоторые авторы считают, что такое соглашение может быть пунктом брачного договора1.

ЖК РФ не устанавливает специальных требований к порядку заключения такого соглашения, а также к его форме и условиям. К таким соглашениям применяются правила Гражданского кодекса РФ (далее – ГК РФ) о гражданско-правовых сделках (ст. 153-181 ГК РФ), исходя из норм части статьи 7 ЖК РФ2. В то же время высшая судебная инстанция упоминает в п. 9 указанного постановления о договоре вселения и пользования жилым помещением члена семьи собственника. Таким образом, можно сделать вывод, что соглашения между собственником жилого помещения и членами его семьи (бывшими членами его семьи) должны заключатся в форме договора вселения и пользования жилым помещением, к которому будут применяться правила ГК РФ о гражданско-правовых сделках.

Некоторые авторы считают необходимым введение государственной регистрации указанного права. На практике этого не происходит, так как реализация данного права членами и бывшими членами семьи собственника жилого помещения, регулируемого жилищным, семейным и наследственным законодательством, при государственной регистрации будет затруднена. Однако, это послужило бы их защите.

Особенно интересным и важным является вопрос о том, кого можно отнести к бывшим членам семьи собственника. В литературе есть разные формулировки понятия «бывший член семьи», но объединяет их одно: в Гришаев С.П. Правовой режим недвижимого имущества // СПС Консультант Плюс – 2007.

Постановление Пленума ВС РФ от 2 июля 2009 г. № 14 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации»

качестве оснований для признания гражданина бывшим членом семьи ученые называют прекращение семейных отношений и (или) прекращение совместного проживания (И.А. Дубровская, А.А. Кирилловых, А.А.

Шорин и др.)1.

В Постановлении Пленума ВС РФ № 14 от 2 июля 2009 г.

разъясняется, что «по смыслу частей 1 и 4 статьи 31 ЖК РФ, к бывшим членам семьи собственника жилого помещения относятся лица, с которыми у собственника прекращены семейные отношения. Под прекращением семейных отношений между супругами следует понимать расторжение брака в органах записи актов гражданского состояния, в суде, признание брака недействительным. Отказ от ведения общего хозяйства иных лиц с собственником жилого помещения, отсутствие у них с собственником общего бюджета, общих предметов быта, неоказание взаимной поддержки друг другу и т.п., а также выезд в другое место жительства могут свидетельствовать о прекращении семейных отношений с собственником жилого помещения, но должны оцениваться в совокупности с другими доказательствами, представленными сторонами».

Следовательно Верховный Суд РФ связал определение бывших членов семьи с социологическим понятием «семьи».

Право пользование жилым помещением членами семьи собственника прекращается по следующим основаниям: прекращение семейных отношений, гибель жилого помещения, смерть пользователя, отказ пользователя от принадлежащего ему права2. При прекращении семейных отношений ч. 1 ст. 35 ЖК РФ предусмотрена возможность выселения бывшего члена семьи собственника. Суд с учетом ч. 4 ст. 31 ЖК РФ может сохранить за бывшим членом семьи собственника право пользование жилым помещением на определенный срок, если у бывшего члена семьи собственника жилого помещения отсутствуют основания приобретения или осуществления права пользования иным жилым помещением, а также если имущественное положение бывшего члена семьи собственника жилого помещения и другие заслуживающие внимания обстоятельства не позволяют ему обеспечить себя иным жилым помещением. Также суд вправе обязать собственника жилого помещения обеспечить иным жилым помещением бывшего супруга и других членов его семьи, в пользу которых собственник исполняет алиментные обязательства, по их требованию (круг таких лиц по СК РФ обширен).

На практике часто возникает вопрос, как выселить бывшего члена семьи собственника после истечения срока, на который право пользование за ним было сохранено судом. Следует ли собственнику подавать новый Савельева Н.М. О правовом положении бывших членов семьи собственника жилого помещения // Законы России: опыт, анализ, практика. – 2009. - № Корнилова Н.В. Прекращение права пользования жилым помещением членами семьи собственника // Жилищное права. – 2006. - № 10.

иск о выселении? Способом решения данной проблемы видится указание в судебном акте положение о последующем выселение бывшего члена семьи, то есть использование в резолютивной части формулировки - «на срок…с последующим выселением».

Интересно, что в соответствии со ст. 19 ФЗ «О введении в действие ЖК РФ»1 действие положений ч. 4 ст. 31 ЖК РФ об утрате права пользования жилым помещением бывшим членом семьи собственника не распространяется при условии, что в момент приватизации этого жилого помещения указанные лица имели равные права пользования этим помещением с лицом его приватизировавшим. При этом к таким лицам не может быть применена ч. 2 ст. 292 ГК РФ. Это положение представляется не бесспорным. Правило, закрепленное в ч. 2 ст. 292 ГК РФ касается членов семьи собственника, а значит и исключения также должны касаться членов семьи. Между тем, в ст. 19 речь идет о бывших членах семьи, поэтому вряд ли правомерно закрепление за ними возможности бессрочного пользования жилым помещением.

Федеральный закон от 29.12.2004 N 189-ФЗ (ред. от 08.05.2009) "О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации" (принят ГД ФС РФ 22.12.2004) // СЗ РФ.- 2005. - № 1. – ст. 15.

ТЕНДЕНЦИИ СОВЕРШЕНСТВОВАНИЯ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА О ЮРИДИЧЕСКИХ ЛИЦАХ Коллизии и пробелы в правовом регулировании статуса автономных образовательных учреждений Азанова Марина Васильевна, студентка 4 курса Юридического института Сибирского федерального университета Научный руководитель:

Качур Нина Фёдоровна к.ю.н., доцент, заведующая кафедрой гражданского права Юридического института Сибирского федерального университета Статьёй 2 Закона РФ «Об образовании»1 в качестве принципа государственной политики в области образования провозглашена автономность образовательных учреждений. Академическая автономность обусловливает необходимость в определенной экономической самостоятельности, что должно отражаться и в установлении соответствующего гражданско-правового регулирования.

Последовавшие после принятия Федерального закона «Об учреждениях» автономных изменения в сфере высшего профессионального образования, связанные с подписанием Указа Президента РФ «О Федеральных университетах»3 и принятием на его основе Федерального закона «О внесении изменений в отдельные законодательные акты по вопросам деятельности Федеральных университетов»4 породили целый ряд проблем, вызванных наличием коллизий и пробелов в правовом регулировании статуса автономных образовательных учреждений.

Так, существует противоречие между нормативно закрепленной высокой степенью имущественной, финансово-хозяйственной самостоятельности автономного образовательного учреждения и весьма ограниченным размером его ответственности по своим обязательствам.

Федеральное автономное образовательное учреждение отвечает по своим обязательствам лишь не относящимся к особо ценному движимым Об образовании: Закон РФ от 10 июля 1992 г. № 125-ФЗ // Ведомости РФ. 1992. № 30. Ст. 1797.

Об автономных учреждениях: Федеральный закон от 03.11.2006 № 174-ФЗ // СЗ РФ. 2006. № 45. Ст.

4626.

О Федеральных университетах: Указ Президента РФ от 07.05.2008 № 716 // СЗ РФ. 2008. № 19. Ст.

2118.

О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам деятельности Федеральных университетов: Федеральный закон от 10.02.2009 № 18-ФЗ // СЗ РФ. 2009. № 7. Ст. 786.

имуществом, закрепленным за ним собственником или приобретенным автономным учреждением за счет средств, выделенных ему собственником, стоимостью менее 500 000 рублей, не предназначенным для основной деятельности учреждения, не связанным с реализацией образовательных программ, с обеспечением содержания, охраны жизни и здоровья обучающихся, воспитанников, за исключением денежных средств, выделенных ему собственником. Ответственность только «закрепленным» имуществом противоречит принципу хозяйственной самостоятельности автономного учреждения, поэтому имеется необходимость в разграничении в пункте 3 статьи 2 Федерального закона об автономных учреждениях1 имущества, принадлежащего автономному учреждению, и закрепленного за автономным учреждением имущества.

Ответственность автономного образовательного учреждения только «закреплённым» имуществом исключает возможность обращения взыскания в порядке исполнительного производства на денежные средства должника - автономного учреждения, что противоречит статье Федерального закона «Об исполнительном производстве» от 02.10.2007 № 229-ФЗ2.

Кроме того, из-за наличия оценочных понятий в законодательстве существует возможность злоупотреблений при отнесении имущества автономного образовательного учреждения к особо ценному.

Одной из проблем, связанных с участием автономных учреждений в гражданском обороте, является также неопределенность в решении вопроса о том, распространяется ли действие Федерального закона от 21.07.2005 № 94-ФЗ «О размещении заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных и муниципальных нужд»3 на автономные учреждения. Неприменение правовых ограничений и гарантий, предусмотренных данным законом, к автономным образовательным учреждениям, противоречит принципу результативности и эффективности использования бюджетных средств, поэтому необходимо включение автономных учреждений в число получателей бюджетных средств. Вместе с тем, закон не должен применяться к автономным образовательным учреждениям в случаях, связанных с осуществлением автономным учреждением деятельности, не подпадающей под выполнение задания учредителя.

Противоречивость нормативно-правового регулирования следует отметить и в области управления автономным образовательным учреждением. Например, правомочия наблюдательного совета Об автономных учреждениях: Федеральный закон от 03.11.2006 № 174-ФЗ // СЗ РФ. 2006. № 45. Ст.

4626.

Об исполнительном производстве: Федеральный закон от 02.10.2007 № 229-ФЗ // СЗ РФ. 2007. № 41.

Ст. 4849.

О размещении заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных и муниципальных нужд: Федеральный закон от 21.07.2005 № 94-ФЗ // СЗ РФ. 2005. № 30. Ч. 1 Ст. 3105.

автономного учреждения подпадают под более широко и абстрактно сформулированные в законе1 цели деятельности попечительского совета федерального университета, при этом не урегулирован вопрос о том, каким образом будет происходить взаимодействие между наблюдательным и попечительским советами. В состав наблюдательного совета с правом решающего голоса не включен ректор или иной руководитель автономного образовательного учреждения, несмотря на то, что именно он владеет полной и оперативной информацией о состоянии дел в учреждении.

Данные проблемы далеко не исчерпывают перечня пробелов и коллизий, которыми изобилует правовое регулирование статуса автономных учреждений. Законодателем создан неполноценный субъект гражданского оборота, что ставит под сомнение целесообразность дальнейшего продвижения по такому пути совершенствования законодательства о юридических лицах.

О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам деятельности Федеральных университетов: Федеральный закон от 10.02.2009 № 18-ФЗ // СЗ РФ. 2009. № 7. Ст. 786.

Акционерные соглашения в РФ: меры гражданско-правовой ответственности за нарушение и меры обеспечения обязательств Бокарева Ирина Сергеевна, студентка 4 курса Юридического института Сибирского федерального университета Научный руководитель:

Богданова Инна Сергеевна, к.ю.н., доцент кафедры гражданского права Юридического института Сибирского федерального университета Летом 2009 г. В РФ, наконец-то, был законодательно закреплен институт Акционерных соглашений (далее - АС). АС(е) является очень гибким по содержанию правовым инструментом корпоративного права, поэтому АС(я) достаточно давно и успешно используются за рубежом. В российской практике первые АС(я) стали появляться еще в 90-х г. XX в., но не были законодательно урегулированы, обычно противоречили императивным нормам гражданского и корпоративного законодательства и в силу этих и иных причин были лишены исковой защиты, т.к.

признавались судами недействительными. Необходимость либерализации корпоративного права требовала от законодателя урегулирования этого вопроса. И 03 июня 2009 г. был принят ФЗ N 115-ФЗ "О внесении изменений в ФЗ "Об акционерных обществах" и статью 30 ФЗ "О рынке ценных бумаг". Он в свою очередь дополнил ФЗ от 26.12.1995 N 208 ФЗ "Об акционерных обществах" (далее – ФЗ «Об АО») статьей 32.1.

Данная статья содержит определений АС(я) и ряд иных основополагающих положений. Согласно ст. 32.1 «акционерным соглашением признается договор об осуществлении прав, удостоверенных акциями, и (или) об особенностях осуществления прав на акции». И «по акционерному соглашению его стороны обязуются осуществлять определенным образом права, удостоверенные акциями, и (или) права на акции и (или) воздерживаться от осуществления указанных прав».

В своем исследовании мы рассматриваем вопросы, связанные с исполнением АС, а также мерами ответственности за нарушение его условий. Чем же обусловлена необходимость такого исследования?

Любой договор должен работать не только в смысле его соответствия нормам закона, добровольной реализации его положений сторонами, но и с точки зрения возможности защиты прав по нему в случае нарушения и его исполнения в принудительном порядке. Так и участники АС(я) заинтересованы в исполнении его условий как добровольно, так и принудительно. В противном случае заключение АС(я) просто лишено смысла. По этому для участников АС одной из самых серьезных проблем является реальное обеспечение их гарантиями исполнения соглашения и защиты нарушенных прав. В случае отсутствия таких гарантий и мер защиты, институт АС в РФ может оказаться не жизнеспособным.

Исследование данной сферы поможет выявить проблемные моменты, сформулировать предложения по совершенствованию законодательства.

Согласно п. 7 ст. 32.1 ФЗ «Об АО» «акционерным соглашением могут предусматриваться (1) способы обеспечения исполнения обязательств … и (2) меры гражданско-правовой ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение таких обязательств». Также «права сторон акционерного соглашения, основанные на этом соглашении, в том числе права требовать возмещения причиненных нарушением соглашения убытков, взыскания неустойки (штрафа, пеней), выплаты компенсации (твердой денежной суммы или суммы, подлежащей определению в порядке, указанном в акционерном соглашении) или применения иных мер ответственности в связи с нарушением акционерного соглашения, подлежат судебной защите».

В литературе подчеркивается, что содержание ст. 32. ориентировано в основном на денежные выплаты различного рода, но не позволяет применить принуждение к исполнению в натуре1. Этот вывод вытекает из п. 4 ст.32.1 ФЗ «Об АО», согласно которому нарушение АС(я) не может являться основанием для признания недействительными решений органов общества. Таким образом, в большинстве случаев, стороны соглашения, непосредственно заинтересованные в обеспечении исполнения установленных обязательств в натуре, в том числе в принудительном порядке (в первую очередь это может касаться голосования определенным образом по некоторым вопросам управления или деятельности общества), лишены самого эффективного средства правовой защиты нарушенных интересов, т.к. закон не предоставляет и не допускает возвращения ситуации в состояние, предшествовавшее нарушению акционерного соглашения. Но не стоит забывать, что перечень вопросов, которые могут быть предметом АС достаточно широк, по этому, например, при заключении договора по поводу осуществления прав на акции (например, в случае обязательства не продавать свои акции в течение определенного срока) принуждение к исполнению в натуре все же возможно. В целом, на наш взгляд, такая ситуация существенно снижает ценность данного института, поскольку объективно препятствует достижению его целей.

Носова Д. Соглашения участников ООО. Акционерные соглашения. Новеллы российского законодательства и некоторые вопросы их реализации / Д. Носова // Закон.- 2009. - № 10. – С. 130.

Существуют проблемы и с денежными выплатами. Рассмотрим неустойку: ст. 333 ГК РФ предусматривает возможность уменьшения ее размера судом, «если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства». Учитывая то, «в российской правовой культуре, а вслед за ней и в судебной практике, не сложилось понимания того, насколько нарушения корпоративных договоренностей существенны для сторон и насколько серьезны последствия таких нарушений, не стоит ожидать от судов взыскания с нарушителей значительных сумм»1. По этой же причине не всегда эффективна такая мера, как возмещении убытков. Более того, факт и размер причиненных убытков подлежит доказыванию стороной заявляющей требования. Но как их доказывать, если, например, участник АС нарушил обязанность голосовать определенным образом? Очевидно, что в случае подобных нарушений доказать факт и размер убытков, а следовательно, добиться их возмещения представляется маловероятным 2.

На наш взгляд, более эффективной мерой из тех, что перечислены в п. 7 ст. 32.1 ФЗ «Об АО» является компенсация, например, установленная в твердой денежной форме. Но и тут не стоит забывать, что на самом деле денежное возмещение не всегда способно компенсировать понесенных реальных временных, трудовых и денежных потерь, а главное — не гарантирует достижения основной цели - эффективного управления компанией.



Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 13 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.