авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ



Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 6 |
-- [ Страница 1 ] --

Министерство культуры Российской Федерации

Департамент образования и науки Кемеровской области

Кемеровский государственный университет

культуры и искусств

КУЛЬТУРА И ИСКУССТВО:

ПОИСКИ И ОТКРЫТИЯ

Сборник статей

по материалам межрегиональной студенческой

научно-практической конференции

(г. Кемерово, 23 апреля 2010 г.)

Кемерово 2010

1

УДК 008+70 ББК 71+85 К90 Редакционная коллегия:

д-р пед. наук, проф. КемГУКИ Е. Л. Кудрина (председатель);

д-р культурологии, проф. КемГУКИ В. И. Марков (сопредседатель);

д-р культурологии, проф. КемГУКИ А. М. Кулемзин;

д-р пед. наук, проф. КемГУКИ Н. И. Гендина;

д-р культурологии, проф. КемГУКИ Н. Л. Прокопова;

канд. искусствоведения, доц. КемГУКИ И. Г. Умнова;

канд. пед. наук, доц. КемГУКИ О. И. Алдохина;

канд. эконом. наук, доц. КемГУКИ Н. М. Трусова;

канд. пед. наук, доц. КемГУКИ Л. И. Лазарева;

канд. пед. наук, доц. КемГУКИ Л. В. Мирошниченко;

канд. пед. наук, доц. КемГУКИ Е. А. Кагакина Ответственный редактор:

канд. культурологии, доц. КемГУКИ Л. Ю. Егле К90 Культура и искусство: поиски и открытия [Текст]: сборник статей по материалам межрегиональной студенческой научно-практической конфе ренции (г. Кемерово, 23 апреля 2010 г.) / КемГУКИ. – Кемерово: Кемеров.

гос. ун-т культуры и искусств, 2010. – 228 с.

ISBN 978-5-8154-0140-2.

Сборник включает тексты лучших докладов межрегиональной студен ческой научно-практической конференции. Рассматриваются актуальные во просы философии культуры, искусствоведения, культурологии, педагогики, музееведения, социально-культурной деятельности, экономики социально культурной сферы и информационных технологий.

УДК 008+ ББК 71+ ISBN 978-5-8154-0140-2 © ФГОУ ВПО «Кемеровский государственный университет культуры и искусств», ПРЕДИСЛОВИЕ В Кемеровском государственном университете культуры и ис кусств с момента основания вуза ежегодно проводятся студенческие на учные конференции. Подобные мероприятия способствуют развитию по знавательного интереса к содержанию научных исследований, формированию профессиональной мотивации будущих специалистов, а также овладению студентами методологией научного познания и мето дикой научных исследований. Научно-исследовательская работа студен тов является продолжением учебного процесса в вузе, она неразрывно связана с деятельностью научных школ университета и организуется не посредственно на кафедрах, факультетах, в НИИ и лабораториях. Со держание научно-исследовательской работы студентов определяется ос новными направлениями научных исследований этих подразделений и соответствует профилю деятельности университета.

В марте – апреле 2010 г. в Кемеровском государственном универ ситете культуры и искусств проходила межрегиональная студенческая научно-практическая конференция «Культура и искусство: поиски и от крытия», которая ежегодно проводится с целью выявления и активиза ции творчески одаренной молодежи, способной к научной деятельности в области культуры и искусств.

Для студентов университета культуры и искусств конференция традиционно проходила в два этапа. На первом этапе в институтах уни верситета была организована внутривузовская работа кафедральных сек ций, а 23 апреля был проведен второй, межрегиональный этап конферен ции, в работе которого приняли участие студенты из Омска, Томска, Новокузнецка, Красноярска, Ленинска-Кузнецкого и других городов.

Работа секционных заседаний межрегиональной студенческой на учно-практической конференции «Культура и искусство: поиски и от крытия» была организована в соответствии с основными направлениями работы конференции под руководством ведущих ученых университета.

На секционных заседаниях было заслушано более ста докладов, боль шинство из которых сопровождались презентациями. В обсуждении док ладов приняли активное участие преподаватели и студенты Кемеровско го государственного университета культуры и искусств, Омского государственного университета, Кемеровского государственного универ ситета, Кузбасской государственной педагогической академии, Кузбас ского государственного технического университета. Выступления затро нули широкий спектр проблем, как традиционных для исследований в области культуры и искусства, так и в значительной мере расширяющих представление о ней. Многие доклады вызвали живой интерес и серьез ную дискуссию. На закрытии были подведены итоги работы конферен ции. Участники отметили важность и полезность участия в подобных мероприятиях. Работа над докладами не только позволила получить но вые знания в области культуры и искусства, но и помогла в привитии навыков применения этих знаний на практике.

По итогам работы был сформирован сборник материалов конфе ренции «Культура и искусство: поиски и открытия».

Открывает сборник раздел, объединяющий статьи, которые посвя щены философско-мировоззренческим проблемам культуры. Студентка философского факультета ОмГПУ И. Пчёлкина в своем исследовании за трагивает проблему соотношения структуры естественной и научной мифологии. Она подчеркивает, что в современном мире мифология при обретает новые формы, кроме естественной и искусственной (научной) существует и политическая, и рекламная, и философская мифологии.

К. Химич, студентка КемГУКИ, в статье «Забвение сакральных смы слов» попыталась доказать, что сакральное не исчезает полностью в соз нании нашего современника, хотя и подвергается забвению, меняет фор мы своего бытия.

Второй раздел посвящен исследованию историко-культурного на следия в современном обществе. Интерес представляют статьи, раскры вающие проблемы музеефикации культурных ландшафтов, использова ния Интернет-технологий для развития современного музея. Так, Д. Мурманцева, студентка ОмГУ, попыталась определить, насколько эффективны Интернет-технологии для развития сайта Омского государ ственного литературного музея им. Ф. М. Достоевского.

Третий раздел сформирован из работ, посвященных современным проблемам развития искусства. В статьях этого раздела нашло свое от ражение одно из важнейших направлений в области искусствоведения – исследование искусства региона. Особый интерес представляет работа студентки КемГУКИ О. Гапоновой «Вокальное творчество композиторов г. Кемерово», в которой предпринята попытка на основе анализа во кального творчества В. В. Шергова, М. В. Аристовой, К. В. Туева и Д. М. Полякова выявлить традиционное и особенное в ракурсе взаимо отношений поэтического текста и формы. В работах студентов РГППУ Е. Соковец, К. Гуляевой, К. Архипенко и Е. Гнусарева представлены результаты изучения истории застройки г. Кемерово и исследования ар хитектурных памятников г. Мариинска.

В раздел «Сценическое искусство в современных условиях: про блемы и поиски решения» вошли работы студентов, в своих исследова ниях поднимающих вопросы динамики развития народной танцеваль ной культуры в ХХI в., бытования традиций скоморошества в современной праздничной культуре. Интересное исследование пред ставлено в работе студентки КемГУКИ А. Лозовой «Изучение “портре та зрителя” как уточнение коммуникационной модели “Театр – зри тель”», цель которого – выяснить «портрет зрителя» кемеровского Театра для детей и молодежи.

Пятый и шестой разделы сборника посвящены актуальным про блемам теории и практики психолого-педагогических и социально педагогических исследований. Работы этих разделов носят как теорети ческий, так и практический характер и отражают интересы современного студенчества, связанные с адаптацией студентов в вузе, адаптацией и де задаптацией студенческих семей, анализом жизненных ценностей моло дежи. Работы участников конференции также затрагивают проблему со циальной адаптации детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей и факторы формирования мотивации приемных родителей.

Студентку КемГУКИ А. Шмайкову заинтересовала проблема возникно вения синдрома профессионального выгорания у социальных работников и профилактики данного синдрома. Следует отметить высокий теорети ческий уровень представленных в этом разделе работ.

В раздел «Исследование и разработка информационно коммуникативных технологий как основа информатизации общества»

вошли работы студентов института информационных и библиотечных технологий КемГУКИ. Основное внимание обращено на изучение Ин тернет-ресурсов. В статьях поднимаются вопросы внедрения информа ционно-коммуникационных технологий, которые позволяют не только оптимизировать деятельность сотрудников учреждений и организаций, но и создать более комфортную среду для персонала и клиентов.

В следующем разделе нашли отражение результаты совместного научного поиска педагогов и студентов в области формирования инфор мационной культуры личности. Е. Косолапова в своей статье отразила опыт создания электронного учебного пособия в виде учебно справочного терминологического гипертекстового мультимедийного словаря. В разделе также представлена статья Е. Попковой, исследовав шей mind maps как прием формирования критического мышления сту дентов.

В разделе «Экономические проблемы социальной сферы» собраны статьи, в которых студенты обращаются к анализу инновационных тех нологий Кемеровской области, отмечая, что именно инновации стано вятся одним из важнейших факторов развития экономики, к изучению социально-экономических проблем моногородов Кузбасса, к исследова нию цены на рынке образовательных услуг, рассматривая это как инст румент социальной политики.

Сборник завершает раздел «Менеджмент в социально-культурной сфере: основные направления деятельности». Публикуемые в разделе материалы различны по тематике и содержанию, однако объединяющим началом для них служит стремление авторов постичь приемы менедж мента в социально-культурной сфере. В работах анализируется инфор мационная обеспеченность предоставления государственных услуг, рас сматриваются этические основы и правила этикета в международном бизнесе, изучаются инновации, которые используются предприятиями сферы сервиса и туризма.

Представленные в разделах студенческие работы охватывают раз личные аспекты современной культуры, что отражает основные направ ления научных исследований в сфере культуры, проводимых в Кемеров ском государственном университете культуры и искусств.

Многоаспектность студенческих работ свидетельствует о серьезном на учно-исследовательском потенциале университета, способствующем развитию новых научных направлений и школ, определяющих векторы инновационной деятельности в сфере культуры и искусств.

Раздел 1. КУЛЬТУРОЛОГИЯ: СИНТЕЗ НАУК И. В. Пчёлкина Науч. рук.: д-р филос. наук, проф. ОмГПУ В. В. Николин СООТНОШЕНИЕ СТРУКТУРЫ ЕСТЕСТВЕННОЙ И НАУЧНОЙ МИФОЛОГИИ (НА МАТЕРИАЛЕ РАБОТ М. ЭЛИАДЕ И Ф. БЭКОНА) Мифология – это древнейшее образование, первое мировоззре ние человека;

она существовала еще в те архаические времена, когда не были оформлены философия и культура. Миф выступает той базой, на которой они формировались. И то и другое до сих пор несут опре деленную мифологическую окраску. Отсюда следует, что при изуче нии философии и культуры необходимо также обращать внимание и на мифологию.

Мифология долгое время занимала умы исследователей. При верженцы многих школ, направлений в философии по-своему интер претировали ее содержание, высказывали мнение о причинах ее воз никновения, а также о ее влиянии на другие области человеческого знания. Мифология не исчезла в наши дни, в век научно-технических достижений она присутствует в культуре. Наряду с естественной ми фологией появились различные ее модификации, искусственная науч ная мифология.

Под естественной мифологией понимается первобытная и являю щаяся естественным, живым образованием у различных народностей, со ставляющая важную часть их жизни, слитая с их традициями и обряда ми. А в качестве искусственной мифологии рассматривается уже переработанная, созданная на основе естественной, которая также играет важную роль в процессе познания.

Естественной мифологии посвящено творчество М. Элиаде, при этом он не затрагивает в своем анализе античной мифологии, а берет только доантичный период, так как считает его более чистым и необхо димым для исследования. Элиаде выделяет пять основных положений, касающихся каждого мифа:

1. Миф составляет историю подвигов сверхъестественных существ.

2. Миф представляется как абсолютная истина и обладает сакральной наполненностью.

3. Миф всегда имеет отношение к созданию, явлению чего-то в мир.

4. Миф в процессе познания человеком объясняет происхождение вещей.

5. Миф, так или иначе, проживается аудиторией.

Ф. Бэкон же в своей работе «Новый Органон» подвергает переин терпретации именно античную мифологию, так как она уже есть перера ботка естественной мифологии в поэтической форме (например, произ ведения Гомера) и является переходным этапом от естественной к искусственной мифологии. Так Бэкон писал о мифах: «в некоторых ми фах я нахожу удивительные и совершенно очевидные подобие и связь с обозначаемыми в них вещами как в самом сюжете мифа, так и в значе нии имен, которыми наделены действующие в них лица, так что невоз можно отрицать, что этот тайный смысл уже с самого начала был зало жен в мифе и старательно завуалирован его создателями» [1, с. 119].

Античная мифология является несовершенной, мешающей правильным логическим выводам, и рассматривали ее неверно, поэтому необходимо ее переинтерпретировать, чтобы использовать на помощь изобретатель ному духу. Ф. Бэкон разбирает это на трех уровнях своей философии:

чувство, рассудок, разум (на чувственном уровне – теорию идолов, на уровне рассудка – метод истинной индукции, на уровне разума – изобре тение, т. е. «открытие открытия»).

Идолы есть мифы и видимости, возникающие на уровне воспри ятия. Эти мифы могут привести к неверным выводам, следует освобож даться от них, чтобы они не мешали дальнейшему анализу и изобрета тельству. Когда на этом уровне мифы будут отброшены, можно переходить к следующему уровню. Мифы рассудка – это неверные при чинно-следственные связи, но истинная индукция и их позволяет избе жать путем тщательного изучения фактов, составления таблиц. Данные мифы также следует отсечь, как и первые. Мифы разума – собственно мифы, которые должны как бы переинтерпретироваться, а не полностью отвергаться, как идолы и причины. То есть, можно увидеть, что с разны ми мифами Бэкон работает по-разному, но особенно интересны тут ми фы разума и своеобразное их толкование. Именно на их примере видно, что мифология может творчески обогащать и провоцировать изобрете ния, но все-таки является самообманом разума, способным привести к неверным выводам и сковывать дальнейший анализ.

По словам Фишера, «задача, которую Бэкон ставит своему веку: он хочет подчинить науку духу изобретения, освободить этот дух от случая, которому до сих пор были подвержены и предоставлены человеческие изобретения;

он хочет установить новую логику, соответствующую духу изобретения, чтобы с этих пор люди сознательно и потому чаще делали то, что до сих пор им удавалось непреднамеренно, как будто случайно и потому так редко, чтобы с этих пор они не приобретали, а изобретали»

[2, с. 252].

Далее можно сказать о некотором различии функций естественной и искусственной мифологий. Если в естественной мифологии централь ной является социально-регулятивная функция, т. е. осуществление ре гулирования, упорядочивания повседневной жизни, при этом творческая и познавательная остаются как бы на втором плане, но все же присутст вуют в жизни общества, то в искусственной в центр выходит именно творчество и открытие нового знания, с помощью которых возможно обогащение творческой активностью. Но нельзя сказать, что социально регулятивная полностью исчезает, косвенно она все-таки работает, так как новое знание изменяет науку, изобретение влияет на культуру обще ства и общество в целом.

И та и другая мифология предполагают открытие, только и в этом есть свои сходства и различия. Бэкон, как уже говорилось выше, разраба тывал свою философию как философию изобретательства и открытия, и мифология занимала в ней важную позицию, по крайней мере, на на чальной стадии развития идеи. Мифология проходит через все уровни философии Бэкона, и таким образом выделяется три вида мифов: мифы восприятия, рассудка и разума. Можно заметить, что мифология – это тип самообмана, но в конечном итоге она провоцирует открывающее от крытие, которое всегда направлено вперед, к новому знанию. В этом за ключается отличие от естественной мифологии, в которой существует направление по кругу, то есть мифические события повторяются снова и снова, возвращаясь к временам «начала начал». Данная мифология цик лична, в ней время обратимо, присутствует идея о «вечном возвраще нии». При всевозможных обрядах всегда воспроизводится, открывается заново какое-либо изобретение, ремесленный навык, но это обязательно навык уже известный. Можно заметить своеобразный парадокс: с помо щью мифологии происходит открытие чего-либо известного еще с дав них времен.

Однако миф всегда имеет отношение к созданию, явлению чего-то в мир и к тому же в процессе познания человеком объясняет происхож дение вещей, норм поведения, обрядов. «Действительно, знание о проис хождении какого-нибудь предмета, животного или растения равнозначно тому, что мы приобрели над ними магическую власть, которая позволяет господствовать и по своему желанию управлять их воспроизведением и размножением» [3, с. 25]. Несмотря на это направление развития по кру гу, которое и сковывает движение мысли, как в естественной, так и в ис кусственной мифологии всегда присутствует дух открытия: например, для человека архаического общества открытие мира сверхъестественно го, а через него и обычного земного мира.

Следует уделить внимание и творческой энергии, которая присут ствует и в той и в другой мифологии и которая собственно и провоциру ет открытие. Как было рассмотрено ранее, в своей мифологии архаиче ские общества часто возвращаются к временам начала начал, которое мыслится, воспринимается всегда как образец творения и при этом обла дает немалой энергией, большой творческой активностью. Чтобы при общиться к ней и проникнуться ее силой, было необходимо снова и сно ва, при различных обстоятельствах жизни воспроизводить мифы о творении. Исходя из этого, очевидно, что мифология несла большой за ряд энергии и могла провоцировать дальнейшие всевозможные действия людей, проживающих мифологические сюжеты. Другое дело, что вследствие своих определенных качеств эти действия не были направлены на открытие в современном смысле этого слова.

Но именно эту черту Бэкон перенес в искусственную мифологию, хотя и понимал, что мифология – это самообман разума, который пре пятствует правильному умозаключению. Однако можно предпринять по пытку избавиться от неподходящих мифов, идолов и выявить правиль ные причинно-следственные связи. Это размыкает круг естественной мифологии и дает возможность направить ее на принесение практиче ской пользы, а именно на провоцирование открывающего открытия, по мощь разуму на начальном этапе развития идеи.

Для людей архаических обществ, в которых естественная мифо логия представляет собой живое явление, мир является открытым, хотя и не совсем, он все-таки всегда остается таинственным, не разгаданным до конца. Мир пребывает в постоянном взаимодействии с человеком, и, чтобы понять его, достаточно знать мифы и уметь разгадывать, что под ними имелось в виду. Это важно и для искусственной мифологии, как уже было рассмотрено выше. В философской системе Бэкона мифология должна быть связана все же не просто с открытием, а именно с откры вающим открытием, изобретением. Это очень отличается от мифологии архаических обществ, так как предполагает открытие, влекущее за собой многие другие, которые могут качественно отличаться от породившего их, самого первого. Таким образом, предполагается принесение большой практической пользы и господство человека над природой. Определен ная польза присутствует и в естественной мифологии как объяснении уже существующего: люди верят, что без воспроизведения мифов, на пример, нельзя излечиться или собрать хороший урожай. Но в данном случае польза скорее в убеждении и вере, а в изобретении она более ощутима.

Итак, вполне ясно, что искусственная мифология вышла из естест венной, взяв из нее много полезного. Переработав, переинтерпретировав основные моменты, можно направить мифологию в новое русло, приме нить во многих областях знания, поставить на помощь науке. Мифология приобретает все новые формы: кроме естественной и искусственной (на учной) существует и политическая, рекламная, в последнее время даже говорят о философской мифологии и так далее. Мифология – не просто мировоззренческая основа культуры, она всегда будет в ней присутство вать.

Литература 1. Бэкон Ф. Великое восстановление наук. Новый Органон. – Режим доступа: http://lib.ru/FILOSOF/BEKON/nauka2.txt 2. Фишер К. История новой философии: Введение в историю новой философии. Фрэнсис Бэкон Веруламский. – М.: ООО «Издательство ACT», 2003. – С. 251–252.

3. Элиаде М. Аспекты мифа. – М.: ACADEMIA, 1994. – С. 24–25.

К. В. Химич Науч. рук.: д-р культурологии, проф. КемГУКИ В. И. Марков ЗАБВЕНИЕ САКРАЛЬНЫХ СМЫСЛОВ Культурология, по мнению ряда авторов, – это типично постмо дернистская наука, исходящая из идеи о множественности культурных миров и взглядов на них. «Причем этому настроению сопутствует убеж дение, что мир повседневности является единственной и базовой реаль ностью…», – пишет В. С. Цукерман, – профессор кафедры культуроло гии и социологии Челябинской академии культуры и искусств [3, с. 118].

Повседневная культура играет все большую роль в жизни человека эпохи «поздней современности», ей придается роль фундаментального основания человеческого существования. Мир повседневности воспри нимается личностью как естественный и предзаданный порядок жизни, включающий в себя повторяющиеся явления, артефакты, условия вос производства и жизнедеятельности.

Культура повседневности поэтому – это поле пересечения самых различных пластов культуры, как наиболее современных, так и древ неархаичных, как рутинных и будничных, так и сверхзначимых и глу бинных.

Объект нашего небольшого исследования – мир повседневности, а предмет – неоднозначные превращения сакрального, когда оно погружа ется в мир современной обыденной жизни человека. Цель же – поста раться доказать, что сакральное не исчезает полностью в сознании наше го современника, хотя и подвергается забвению, меняет формы своего бытия. Но предварительно – небольшой анализ основных понятий.

Сакральное – святое, священное, важнейшая мировоззренческая категория, выделяющая области бытия и состояния сущего, восприни маемые сознанием как принципиально отличные от обыденной реально сти и исключительно ценные. Обособленность сакрального от преврат ностей профанного ставит сакральное в положение незыблемого идеала, возвышенного и верного образца для подражания. Сакральное некото рыми своими аспектами связано с архетипическим.

Архетипическое – от слова «архетип» – (прообраз, первоначало, образец). Юнг писал, что памятью передается не содержание, а чистые формы, получающие содержание из опыта. Архетипические образы все гда сопровождают человека, они являются источником мифологии, рели гии, искусства.

Для нашего анализа важно также понятие культурных границ.

Всякая культура начинается с проведения границ, с разделения ми ра на внутреннее («свое») пространство и внешнее («их») (Ю. Лотман).

В мифологическом сознании культурные границы сакрализованы.

Их проведение – привилегия богов или царей-жрецов. «Свое» и «чужое»

пространства разделялись межевыми и путевыми знаками – фетишами (древнегреческими гермами, славянскими чурами-шурами), стенами, ли месами, порогами, которые находились под защитой богов-хранителей или рассматривались в качестве «дома» божества. «Профанный» и «са кральный» миры были разделены особыми очистительными ритуалами и барьерами.

Культурные границы (выражаемые, в частности, в стереотипах, нормах, запретах, предписаниях, ценностях, эталонах и моделях желае мого поведения) закладываются в процессе инкультурации и определяют культурную идентичность человека. Для нас особую значимость будет представлять граница между сакральным и профанным, а также способы ее преодоления в реальной жизни культуры.

Идея сакрального объективирует в своем содержании саму способ ность культуры различать, отделять значимое от незначимого. Она де монстрирует демаркацию бытия человека, его неоднородность и прису щую ему значимость. Значимое бытие представляет не только свое существование, но и свой смысл, свое значение, которые всегда существуют как отнесение в различии, что показывает граница сакрального и профанного. Выделение сакрального для культуры является ее исходным онтологическим актом, актом утверждения ее собственного бытия. Особый культурный смысл приобретает ситуация пересечения границы двух миров. Этот переход приводит не к пространственному перемещению, а к попаданию в другое временное измерение. Пересечение порога храма выводит человека из мира текущей повседневности в мир вечных ценностей, открывает ему само существование времени. Обряды «порога», ритуалы перехода и т. п.

открывают новое со-стояние, новое время.

Понимание времени как состояния, а не изменения утверждается актом пересечения границы, которая, символизируя разделение значимо го и незначимого, становится одновременно указателем на существова ние такого пространства, где важно не расположение, а со-положение, то есть одновременность, одноврЕмение [4, с. 96].

Например, русская культура исторически существовала в двух по нятиях времени: линейном и сакральном. Сакральное время раскрывает ся в православном юлианском календаре, богослужениях, символах и праздниках Миротворного круга. Великий миротворный круг оказывает ся не только символом, но и формообразующим началом;

в символике цифр, праздников, годовых, недельных и суточных циклов юлианский календарь раскрывает жизненно важные ценности культуры. Для изуче ния сакрального времени особое значение приобретает тема встречи:

встречи линейного и сакрального времени, времени и вечности, встречи двух культур, светской и религиозной, встречи человека с Богом. Невоз можно провести строгую грань между сакральным и линейным временем и мировоззрением.

На подобное разделение сакрального и светского можно указать в изобразительном искусстве, где, как правило, очевидно отличие иконы от портрета;

сложнее отличить житие от жизнеописания, еще более сложно строго отделить светскую поэзию от духовной и т. д. Все же в большинстве своем памятники культуры соотнесены с тем или иным праздником определенного календаря. Календарный круг как обобщаю щий смысловой образ времени-вечности вместе с тем непосредственно связан с историческим временем;

концепция этого круга является синте зом двух идей: вневременности и длительности, поэтому в юлианском календаре, несущем освященное время, возможна встреча линейного и сакрального времени. Юлианский календарь служит основой богослуже ний православной церкви. Посредством суточного, недельного и годово го кругов богослужений освящается все время человеческой жизни. Ико на является элементом православной картины мира: словесной иконой православия называют церковно-славянский язык, а иконой времени – Пасхалию, или юлианский календарь.

Существование двух календарей в России говорит о том, что две сферы, духовная и светская, как бы разошлись по своим календарям, со держанием которых во многом определяется двоемирие русской культу ры. Духовная культура живет временем Юлианского календаря, освя щенного верой, долгой историей, церковными праздниками.

Светская культура живет по новому стилю и свидетельствует о но вом рационалистическом подходе человека к понятиям, которые непро ницаемы и непознаваемы логическим путем, в том числе к категории времени. Понятие времени при таком подходе теряет свое мистическое измерение и становится временем прогресса [5, с. 460–461].

Другой аспект этой проблемы может быть представлен в связи с такой характеристикой современного общества, как потребительство.

Потребление сегодня становится формой инициации и социализации че ловека. Homo festivus (человек празднующий) – прежде всего порожде ние общества потребления, в котором сам акт потребления представляет ся как праздничное действо. При этом праздничное десакрализовано, а повседневное (обыденное, рядовое), напротив, порою возводится на пье дестал эстетического идеала.

Изначально же праздник – сфера сакрально-ритуального, мифопо этического, традиционного, включающая либо повторные вехи кален дарного времени, либо культурную память священных событий (зафик сированных каноническим Писанием или историческим преданием).

Основной признак праздника – выделенность из заурядного будничного времени.

Праздничность, в отличие от праздника, лишенная торжественно сти и приподнятости, сегодня, прежде всего, связана с областью коммер ческой, где на первый план выступают категории избыточного, аскезе же места не находится, а то и вовсе не предполагается. Современный мир трансформировал праздник в зрелище и шоу-бизнес, с которым homo fes tivus неразрывно связан пуповиной субъектно-объектных отношений, выступая как искусный режиссер и активный участник.

Находясь в сфере повседневности, сакральное как бы растворяется и не осуществляет полностью и явно свои функции. Иногда кажется, что оно полностью ушло из жизни, подверглось забвению. Но проблема заб вения в культуре тоже далеко не однозначна.

Мы постараемся показать, что именно забвение – необходимый элемент исторической динамики культуры, без которого дальнейшее развитие было бы невозможно. Забвение помогает древним сакральным архетипам возродиться в новых формах.

Конечно, историческая память – важнейшая составляющая куль турного наследия, имеющая огромное воспитательное значение для со циализации молодого поколения, обеспечения преемственности и непре рывности исторического бытия данной общности. Это очень сложный и гибкий феномен. Одной из парадоксальных особенностей исторической памяти является то, что для того, чтобы исполнить искомую функцию идентификации, она должна включать в себя свою противоположность – забвение. Забвение входит в механизм становления этой памяти, ее со хранения и поддержания. Это – обязательный элемент процесса форми рования, изменения и закрепления идентичности.

Забвение не должно рассматриваться только как некая потеря, по меха в процессе движения исторической памяти. Без него память просто не способна выполнить свое предназначение в общественной жизни.

Многие исследователи отмечают, что память народная абсолютно ненадежна в отношении только что пройденного этапа жизни. Исходя из опыта недавнего времени нашей истории, даже время СССР отпечата лось в сознании людей по-разному. В современной публицистике, в «ку хонных» рассуждениях на эту тему мы видим, что образ недавно пере житого совершенно различен. Одни помнят бесконечные очереди и дефицит, другие – яркие праздники, уверенность в будущем, гарантиро ванные социальные льготы. Знаменитые и обласканные вниманием арти сты и общественные деятели той поры неожиданно утверждают, что по стоянно подвергались преследованиям.

Фактически речь идет о ложной, иллюзорной памяти, которая и служит основой исторической самоидентификации общества, группы и т. д. в новых условиях. В основе ее лежит своеобразное частичное, точнее избирательное забвение, помогающее сформировать нужный в настоящее время потомкам образ исторических событий.

Память народная изменчива и в ценностном отношении. Сейчас при рекламе фильмов формула «лидер советского кинопроката» воспри нимается уже в целом положительно. Еще недавно это служило бы нега тивной характеристикой и не могло быть пригодно в рекламных целях.

Один из первопроходцев в области изучения исторического забве ния М. Хальбвакс акцентировал частичность и избирательность коллек тивной памяти, наличие социальных рамок, сужающих поле зрения при формировании содержания этой памяти, и при этом обосновал, что час тичное забвение – желательный и необходимый для истории процесс.

Еще Локк говорил, что память человека – это неисчерпаемая кла довая опыта, из которой он, по мере необходимости, извлекает нужное ему содержание. А, следовательно, нужное в настоящем далеко не всегда совпадает с тем, что когда-то было погружено в глубины этой памяти.

Глубинные, архетипические слои культурной памяти всплывают в годы кризисов и начинают вновь определять направленность человеческой деятельности. В наши дни это наглядно видно в неожиданном для мно гих возрождении этничности, культурных противостояний там, где, ка залось бы, все давно уже забыто: например, валлоны в Бельгии неожи данно вспоминают старые распри с фламандцами, жители Уэльса или Шотландии подчеркивают свои культурные границы с англичанами.

А. Я. Гуревич пишет, что архаическое сознание в целом антиисто рично. Память коллектива о действительно прошедших событиях со временем перерабатывается в миф, который лишает события их индиви дуальных черт.

Помимо этого, не нужно забывать и о психологии. Человеку свой ственно вытеснение негативной информации из индивидуального созна ния. Память народа подчас тоже нуждается в таком необходимом очи щающем забвении – вытеснении просто для того, чтобы можно было сохранить психическое здоровье и жить дальше. Гекман в своей статье «Мифологические образы в Интернет-пространстве» [1] говорит о том, что человеческая природа чутко реагирует на универсальную оппозицию хаос/порядок и выстраивает ряд ограничителей в ситуации, когда нечто не вписывается в представление о порядке. Мифологическое сознание упорядочивает хаос в архаических космогониях, вводя привычные для человека образы-символы и персонажей, чьи возможности неизмеримо выше человеческих. Интернет-пространство – прорыв в бесконечность – заставляет часть пользователей PK, пусть с нарочитой иронией, воспро изводить архаические стереотипы поведения, налаживания контактов в непостижимой для большинства возможности стереть пространственные границы коммуникации с создаваемыми воображением сверхъестествен ными посредниками между освоенной реальностью и той, которая толь ко осваивается.

Эти процессы помогают понять один из законов культурной дина мики, который гласит, что в культуре ничего не пропадает, архаические пласты культуры, вытесняясь обыденностью современной жизни, могут вновь возродиться. Иногда они становятся опорой национального возро ждения, а иногда порождают религиозный фундаментализм.

Забвение сакральных смыслов меняет их форму и помогает им воз родиться вновь в современной культурной ситуации. В культуре все продолжает существовать в скрыто-символической форме на уровне бес сознательного и оказывать влияние на поведение людей, их эмоциональ ное состояние, а отсюда и на язык, поведение.

Литература 1. Гекман Л. П. Там чудеса… (Мифологические персонажи в Ин тернет-пространстве // Вестник Кемеровского государственного универ ситета культуры и искусств. – 2009. – № 9. – С. 69–73.

2. Толкачева М. С. Использование мифологических структур в мо лодежной рекламе: их влияние на массовое сознание // Вестник Кемеров ского государственного университета культуры и искусств. – 2009. – № 9. – С. 34–39.

3. Цукерман В. С. Культурное пространство и смежные понятия // Культурное многообразие: от прошлого к будущему: сб. ст. – СПб., 2008. – С. 118.

4. Конев В. А. Автохтонные идеи культуры как основа самооргани зации культуры // Культурное многообразие: от прошлого к будущему:

сб. ст. – СПб., 2008. – С. 96.

5. Перова Е. Ю. Календарное двоемирие русской культуры как от ражение современной ментальности // Культурное многообразие:

от прошлого к будущему: сб. ст. – СПб., 2008. – С. 460–461.

6. Выжлецова (Перекатиева) Н. В. К вопросу определения культур ных границ // Культурное многообразие: от прошлого к будущему:

сб. ст. – СПб., 2008. – С. 117.

7. Семина Н. Б. Homo festivus как герой современной культуры // Культурное многообразие: от прошлого к будущему: сб. ст. – СПб., 2008. – С. 156.

8. Культурология: учебник / под ред. Ю. Н. Солонина, М. С. Кага на. – М.: Высшее образование, 2009. – 566 с.

О. В. Черновалова Науч. рук.: канд. филос. наук, доц. ТомОКиИ Д. Е. Крапчунов ОБРАЗ ЖЕНЩИНЫ В СРЕДНЕВЕКОВОМ РЕЛИГИОЗНОМ СОЗНАНИИ: ОХОТА НА ВЕДЬМ Российская и мировая медиевистика считают началом Средневеко вья крушение Западной Римской империи в конце V в. Относительно конца Средневековья у историков нет единого мнения. Предлагалось считать таковым: падение Константинополя (1453), открытие Америки (1492), начало Реформации (1517), начало Английской революции (1640) или начало Французской революции (1789).

В последние годы отечественная медиевистика относит окончание периода Средневековья к концу XV – началу XVII вв. Именно в эти века по всей Европе происходила «охота на ведьм», которая является ярким и кро вавым пятном в истории человечества. В последние десятилетия благодаря систематической кропотливой обработке судебных документов, монастыр ских и муниципальных архивов удалось воссоздать приблизительную кар тину событий. Анализ собранного и обработанного материала по данной теме, представленного трудами таких авторов, как М. А. Орлов «История сношений человека с дьяволом», Тарновский «Ведьмы», Ж. Мишле «Ведь ма. Женщина». Наибольшую ценность имеют труды Я. Шпренгера и Г. Ин ститориса «Молот ведьм», И. Р. Григулевича «История инквизиции».

В древние времена женское начало в большинстве культур счита лось темным, губительным, искушающим. Напомню, что слово «иску шение» звучит усладительно лишь для современного человека. Для большинства традиционных культур искушение – это плохо, это то, что сбивает с истинного пути.

В древнем мире женщина – всегда источник соблазнов. В ветхоза ветном обществе, описывающем состояние человека после грехопадения, положение женщины изображается как двойственное. С одной стороны, женщина находится на «вторых ролях». Она практически исключена из общественной жизни и во всем подчинена мужчине. С другой стороны, большим уважением пользуется женщина-мать как хранительница очага и воспитательница детей.

Образ женщины в Средневековье был образом некоего морального монстра, сотканного из низменных желаний, уродливых черт характера.

В Своде канонического права северо-итальянского юриста Грациана женщина трактовалась как существо низшее и зависимое от мужчины.

Поскольку женщина не была создана по образу Бога, то считалась неса мостоятельной, не обладавшей авторитетом и правоспособностью. Об щественная активность женщины ограничивалась властью мужчины, ко торому она была обязана служить.

Как известно, одно из основных обвинений, адресованных женщи не в средневековой христианской традиции, – это особая ответствен ность Евы за грехопадение человечества. Ее преступление заключалось в том, что она нарушила божественную заповедь, поддалась на прельще ние змея-дьявола и сбила с праведного пути мужчину. Последствия были ужасными для человечества: человек утратил знания о Боге, был изгнан из Рая, стал смертным, склонным к греху. Представление о вине Евы в грехопадении во многом было связано с идеей о предрасположенности женщины к такой форме трансгрессии, как колдовство и ересь. Известно, что в средневековой Западной Европе 80 % жертв ведовских процессов были женщины, поэтому, как нам кажется, правильнее было бы называть ведовство не ересью колдунов, а ересью ведьм.

Таким образом, мы приходим к выводу, что в Средневековье до минировала точка зрения о предрасположенности женщины к наруше нию норм. Это проявлялось в утверждениях об особой склонности жен щины к колдовству, ереси, особой женской сексуальности, которая ведет к погибели мужчину и женщину, и даже в самом тезисе о вине Евы за первородный грех. Эти взгляды, базировавшиеся на традиционных пред ставлениях о женской природе, оказывали и продолжают оказывать влияние на современное отношение к женщине.

Женщина была создана второй, из ребра мужчины. Ребро – это грань, женственность – это грань человечности, необходимый аспект женской природы, своеобразный ответ на отказ женщине в полноте ее человечности. То, что женщина была создана из ребра, указывает на ее второстепенную роль, однако женщина создана из ребра – из середины жизни человека, а не из остатков, что может указывать на то, что жен щина стоит на границе между добром и злом, светом и тенью, то, к чему она будет принадлежать, зависит от нее. И вот уже первая женщина, соз данная Богом, поддается искушению.

Страх перед женской сексуальностью также являлся одним из факто ров, превратившим ведовство в сатанинскую ересь и ужасное преступление в период между концом XV и концом XVII в. Это время принято называть «охотой на ведьм» – этапом истории, споры о котором ведутся до сих пор.

«Охота на ведьм» – это не просто фанатичное увлечение церковных деятелей в борьбе за очищение мира от отступников Бога, ее породил ком плекс причин, базисом которых является Библия, рисующая второстепен ное и приниженное положение женщины и подтверждающая таковое ее положение, а также обстоятельства, сложившиеся в общественной среде на данном этапе его развития: церковь, имеющая мощнейший авторитет в об ществе;

кризис, распространившийся на все сферы его жизни;

затяжные войны. Развитие широкомасштабной «охоты» связано с деятельностью церкви, признававшей колдовство и открыто боровшейся с ним. Все это привело к тому, что «охота» прокатилась по всей Европе, собирая все больше и больше подтверждений служения дьяволу.

Именно в это время и возникает «охота на ведьм»: когда женщина признана и доказана порочной, когда она легко может быть соблазнена и служить соблазнителю – тогда по всей Европе вспыхивают тысячи костров с невинно сгорающими на них женщинами. Причины тому кроются как в Библейских сюжетах, так и в сложной кризисной ситуации, сложившейся в Европе в то время. Таким образом, «охота на ведьм» была вызвана рядом причин, тесно связанных между собой, основой которых являются библей ские сюжеты, указывающие на вторичное положение женщины и на ее связь с дьяволом, в которую она вступает, совершенно не задумавшись о Божьих наставлениях. Вера в существование ведьм удачно сплетается с общим про цессом дезориентации общества, что и вылилось в «охоту на ведьм».

«Охота на ведьм» возникла и получила свое развитие в недрах ин квизиции. Инквизиция – это исследователи, ученый совет, наблюдатели, однако в определенную эпоху (c XIII в.) инквизиция наделяется еще и су дейскими правами, что окончательно развязало руки ярым борцам с ересью и позволило им вершить судьбы людей. Главной ее целью была борьба с ересью, и ересью считалось всякое деяние, противоречащее постановлени ям церкви или ею запрещаемое. Террор инквизиции отрицательно повлиял на отношение церкви к колдовству, ибо на вопрос о том, не занимались ли еретики среди прочих деяний также и колдовством, обвиняемые под пыт ками все чаще вынуждены были признаваться, что действительно были связаны с дьявольскими демонами, отреклись от христианского учения и с помощью дьявола причинили немало вреда. Инквизиторы собирали при знания и использовали их как доказательство того, что дьявол не только подстрекал свои жертвы к отходу от христианской веры, но и вознаграждал их за это сверхъестественными способностями. Женщины с большей лег костью, чем мужчины, встают на путь суеверия, ведь они более доверчивы.

Во-вторых, они более впечатлительны от природы, а значит, легче подда ются дьявольским иллюзиям. И, наконец, они очень болтливы и не могут не разговаривать, передавая друг другу искусство магии. Их слабость за ставляет их использовать тайные средства, чтобы отомстить мужчинам по средством колдовских наговоров и проклятий.

«Охота на ведьм» состояла из нескольких этапов, первым из которых был арест и предъявление обвинений. Обычным поводом для подозрений в сговоре с дьяволом была обычная зависть, злость или страх соседей, родст венников или просто окружающих людей. Очень часто для начала рассле дований хватало одних только слухов, однако встречались также случаи доноса на подозреваемого. Надо заметить, что донос осуществлялся по принципу «если я не донесу на кого-то, то донесут на меня», т. е. по боль шинству своему только из страха стать подозреваемым в колдовстве.

Если судьи укреплялись в своих подозрениях, следовал арест. Арест повергал обвиняемого в настоящий ужас, так как тюрьмы в те времена представляли собой страшное зрелище. Особенно тяжело приходилось женщинам: они были абсолютно беспомощны перед домогательствами своих надзирателей и нередко подвергались насилию. Большинство судей сознательно пользовались этим тюремным террором, чтобы еще до начала процесса сломить волю обвиняемых и лишить их сил.

После ареста и предъявления обвинений начиналась, пожалуй, од на из ужаснейших частей «охоты» – допрос, целью которого являлась дача признаний подозреваемым. Чтобы их добиться, ведьму подвергали пыткам. Пыткам на ведовских процессах отводилось главное место, ибо лишь благодаря им «охотникам за ведьмами» удавалось выжать из обви няемых те безумные признания, которые впоследствии должны были служить подтверждением церковных бредней о дьяволе, сделке с демо нами и сатанинских чарах. Другим испытанием был поиск «ведьминой отметины». Считалось, что дьявол метит своим знаком всякую спутав шуюся с ним ведьму. Этот-то знак и разыскивали судьи. Чтобы не про смотреть его, обвиняемой обривали голову и тело. Стоило только оты скать какие-либо подозрительные участки кожи, например, пигментные пятна, как палач прокалывал их иглой. Если подозреваемая не чувство вала при этом боли или у нее не выступала кровь, считалось доказанным, что пятно это – и впрямь «ведьмина отметина». Поэтому прежде всего обращались к испытанию иглой. Нередко такое лишенное чувствитель ности место действительно находили на теле. После окончания пыток истерзанной жертве оглашался приговор. Относительно окончательного приговора надо сказать следующее: он не мог быть вынесен тому, кто не сознался в содеянном преступлении. Сознание же может быть двояким:

добровольным или под давлением доказательств.

Исполнение приговора в процессах по колдовской ереси могло быть отсрочено в двух случаях: во-первых, если осужденная беременна, отсроч ка длилась до ее разрешения от бремени;

во-вторых, если осужденная при зналась в преступлении, а потом снова начала отрицать вину. Большинство приговоров носили «смертельный характер», и осужденные отправлялись на костер. Сожжение ведьм – публичное зрелище, главной целью которого было предостеречь и устрашить собравшихся зрителей.

В настоящее время ведутся споры по поводу численного количе ства жертв «охоты на ведьм». Согласно некоторым данным, их коли чество составляет примерно 14–23 тыс. человек с 1300 по 1700 г.

Количество изгнанных на чужбину оценивается в 100 тыс. человек.

Примерно столько же было и тех, кто отделался более легким наказа нием или предостережением.

Большинство людей считают «охоту на ведьм» делом далекого прошлого. Если они порой и задумываются о ней, то лишь как об одной из многих исторических эпох, безвозвратно канувших в Лету. «Охота на ведьм» в наши дни – бессмыслица, дурная выдумка. Как же заблуждают ся те, кто так думает!

Вспомним еще раз историю «охоты на ведьм». Все начиналось с твердой веры, постепенно вызревшей в лоне христианской церкви: ве ры в могущество дьявола. Дабы сокрушить заповеди Господа, дьявол собирает вокруг себя легкомысленных людей, превращая их в ведьм и колдунов – своеобразную террористическую группу посланцев преис подней.

Эти религиозные фантазии не представляют опасности до тех пор, пока любой человек волен верить в них или нет. Но это продолжалось не долго. Вскоре церковь сделала следующий роковой шаг: она объявила веру в могущество дьявола и его пособников догматом, научно доказан ным фактом. Это в корне изменило положение дел. С тех пор на первый план вышла борьба любыми средствами с преступным заговором, с про клятой ведовской бандой, которая действительно существует. Последст вия этой борьбы нам уже известны.

Разве может такое случиться в наш век, век науки? На это мож но ответить: уже случилось. В январе 1933 г. Адольф Гитлер стал рейхс-канцлером Германии. Власть в стране захватили национал социалисты – партия, у которой также были свои непоколебимые догматы. Они гласили, что мир представляет собой арену вечной борьбы между различными расами. Придя к власти, они объявили свои расовые бредни «достоверной научной истиной». Таким обра зом, евреи оказались в том же положении, что и средневековые ведь мы. Из абстрактного противника они превратились в легко доступно го смертельного врага.

Эти примеры должны послужить нам предостережением, ведь в них отчетливо прослеживается путь общества к массовому помешатель ству: зарождение веры, затем провозглашение ее «непререкаемой исти ной» и, наконец, насилие во имя этой истины, преследование или полное истребление действительных или мнимых врагов. Тот, кто осознает та кую опасность, будет с недоверием относиться к любым проповедникам «вечных истин» и решительно выступит против, если они вновь позовут на «охоту за ведьмами».

Литература 1. Григулевич И. Р. История инквизиции (XIII–XX вв.). – Режим дос тупа: http://www.gumer.info/bogoslov_Buks/History_Church/grigul/04.php 2. Мишле Ж. Ведьма. Женщина. – Режим доступа:

http://bookall.ru/blaarey.html 3. Орлов М. А. История сношений человека с дьяволом. – М., 1992.

4. Тарновский В. Ведьмы. – М., 1994.

Раздел 2. ИСТОРИКО-КУЛЬТУРНОЕ НАСЛЕДИЕ И СОВРЕМЕННОЕ ОБЩЕСТВО Ю. Л. Судюкова Науч. рук.: д-р ист. наук, проф. КемГУКИ A. И. Мартынов МУЗЕЕФИКАЦИЯ КУЛЬТУРНЫХ ЛАНДШАФТОВ РУССКОГО ОСВОЕНИЯ ПРИТОМЬЯ Проблемы сохранения ценных природных и историко-культурных территориальных комплексов остаются актуальными на протяжении многих лет. Сохранение таких территорий становится альтернативой ак тивным хозяйственным преобразованиям окружающей среды и процес сам урбанизации, которые далеко не всегда учитывают историко культурные и экологические приоритеты.


Современная наука определяет ландшафт как территориальную систему, состоящую из природных или природных и антропогенных компонентов и комплексов, развивающихся во взаимосвязи, а термин «культура» (от лат. cultura) обозначает возделывание, образование, развитие, почитание, исторически определенный уровень развития общества, выраженный в типах и формах организации жизни и дея тельности людей, а также в создаваемых ими материальных и духов ных ценностях.

Наиболее полное определение понятия «культурный ландшафт»

дано Институтом культурного и природного наследия – Ю. А. Веде нин, М. Е. Кулешова, Р. Ф. Туровский определяют культурный ланд шафт как природно-кулътурный территориальный комплекс, сфор мировавшийся в результате эволюционного взаимодействия природы и человека, его социокультурной и хозяйственной деятельности и со стоящий из характерных сочетаний природных и культурных компо нентов, находящихся в устойчивой взаимосвязи и взаимообусловлен ности [1, с. 15].

В данной работе культурный ландшафт понимается, как историче ская система взаимодействия природного и антропогенного ландшафтов, обладающая высокой степенью экологической, исторической и культу рологической информативности.

Культурный ландшафт исторических сел Притомья является свое образным и неповторимым явлением в общероссийской культуре в связи с природно-климатическими, историко-экономическими и другими усло виями освоения этого региона. Он развивался и развивается вместе с ос воением природного ландшафта, порой исторически меняя его до неуз наваемости.

Сохранение и изучение культурного ландшафта исторических сел Притомья, сложившегося на основе культурно-исторической преемст венности и являющегося историко-культурным наследием, особенно важно в современном развивающемся урбанистическом обществе. Это и определяет актуальность исследования.

Цель данной работы – выявить культурные ландшафт русского ос воения Притомья для музеефикации в составе экомузея.

Заявленная цель предполагает решения следующих задач:

- собрать материал, изучить и проанализировать процесс формиро вания культурных ландшафтов Притомья;

- выявить типы культурных ландшафтов Притомья, провести их исследование и анализ в качестве объектов музеефикации;

- на примере культурных ландшафтов исторических сельских по селений Притомья Крапивинского района сделать предложение по их музеефикации.

В качестве объекта выступает генезис, формирование и разви тие культурных ландшафтов Притомья, связанных с освоением их русскими.

Предметом исследования является культурные ландшафты сель ских поселений Притомья Крапивинского района.

На территории Притомья объекты историко-культурного наследия, связанные с его освоением, представлены двумя группами памятников культурного ландшафта:

1. Острог как центр, опорный пункт русской колониальной по литики Сибири. В нем жили служилые люди, собирали ясак, получа ли жалование от царя. В остроге господствовала государственная по литика.

2. Вокруг крепостей образовывались вольные поселения – ху тора и заимки, создаваемые казаками и стрельцами. В заимках они имели избы, содержали рабочий скот, косили сено, по мере сил и средств занимались хлебопашеством. Хутора и заимки служилых и посадских людей при естественном увеличении их семейств и путем последующих присоединений сюда пришлых людей превратились в деревни и села.

Остроги сейчас представляют собой культурный слой (за исключе нием Кузнецкого острога, где создан историко-архитектурный музей заповедник «Кузнецкая крепость»). Значимость имеет историческая тер ритория, культурный ландшафт.

Деревни в большинстве своем существуют и поныне, но население не знает, что живет в исторических селах, либо знают, но не сохраняет историческую память об этом.

В своей работе мы хотели бы остановиться на культурных ланд шафтах Крапивинского района.

Главным культурным ландшафтом п. Крапивинский является Мун гатский острог. Согласно историческим документам, поставлен Мунгат ский острог был в одно лето 1715 г. по просьбам многочисленных пере селенцев, которые осваивали пашню в этой местности, присланными из Кузнецкого острога казаками. По описанию академика Г. Ф. Миллера, острог состоял «из обводной стены, сооруженной из бревен и кольев в виде полукруга со стороны, противоположной берегу. Внутри ее нахо дятся, помимо дома приказчика, судной избы, магазинов и амбаров, не сколько частных домов. А остальные жилые дома вместе с часовней на ходятся вне острога. Со стороны реки никаких укреплений нет. Вся окружность при измерении была определена в 410 саженей. Гарнизон со стоит из беломестных казаков, которые за службу освобождены от по душной подати и пользуются свободным хлебопашеством. Название острога взято от речки Мунгат, падающей в 2 верстах выше него с запа да» [2, с. 24].

Выбор места для поселения – задача весьма трудная. Необходимо, чтобы вокруг располагались хорошие угодья – пастбища, сенокосы, лес, места для охоты и рыболовства. Место должно быть защищено от вра гов, находится неподалеку от дорог и т. д. и т. п. Такие места древним жителям были хорошо известны. Именно на них и находится большин ство древних поселений. Там же селились и русские землепроходцы. По этому, изучая закономерности расположения древних поселков, можно выявить и наиболее удобные места для устройства современных насе ленных пунктов.

К югу от острога на р. Быструха стояла д. Кропивина (так у Г. Ф. Миллера. – Ю. С.). По преданиям, первым здесь поселился рыбак по фамилии Крапивин. Часто бывало так, что деревня носила имя осно вателя. Например, д. Лачиново называли еще и Баева. Фамилия Баевы в Крапивинском районе сохранилась. Деревня Банное (Банново) называли еще и Чердынцева, эта фамилия тоже сохранилась. Она указывает и на место выхода фамилии основателей г. Чердынь в Пермской губернии.

Известно, что в начале XVIII в. в Мунгатском остроге проживал Петр Крапивин. Возможно, он или его родственники и были основателями де ревни.

Деревня Банное находилась в 8 верстах ниже острога. Сейчас эта деревня называется Банново. В 6 верстах от Банной стояла д. Нижнеяр ская, ее потом стали называть Березовоярка. Еще ниже находилась д. Бе резовка. Она своего названия не меняла.

Возможно, эти деревни и острог стояли на ответвлении пути, кото рый вел на Томск от современного Белово мимо деревень Коновалово, Ефтифеева, Верх-Уенская через верховья Ини вдоль реки Мунгат мимо Мунгатского острога. Далее путь переходил на правый берег Томи (при мерно в районе д. Змеинка) и шел на Верхотомский острог, далее на ост рог Сосновский и на Томск. Деревня Верхотомка сейчас находится чуть ниже Кемерова, а Сосновка – близ границы Кемеровской и Томской об ластей. Сохранились и деревни, от которых начинался этот путь. Только Верх-Уенскую деревню стали называть Каракан.

Выше Крапивина по Томи практически никто не живет. Этот район был наиболее труден для освоения, поскольку местность там – горнота ежная. В таких районах всегда хуже бонитет земель, меньше количество биомассы на единицу площади и т. д. Поэтому подобные земли заселяют относительно поздно, когда более удобные территории заняты. Именно поэтому русские заселили в первую очередь местность вокруг Мунгат ского острога, где условия более благоприятны для жизни. Вверх по То ми от Крапивина наиболее удобная местность – котловина вокруг Сал тымаково. Не зря там поселились тюльберы, основавшие юрты Сустанаковы (современная Салтымаково). Первая русская деревня Лачи ново находилась близ них. Местность по рекам Терси, Тайдон, Осипово русские заселили только в XIX в., ближе к его концу. Правда, в наши дни все деревни здесь оставлены.

Вот так появились первые жители на территории современного Крапивинского района. Их занятия были обычны для XVIII в. – земледелие и скотоводство.

Археологическую разведку в поисках остатков Мунгатского остро га и исторических поселений впервые провели сотрудники Томского и Сталинского краеведческих музеев 16 июля 1940 г. под руководством Н. А. Чернышева, в 1954 г. археологическую разведку проводил археолог У. Э. Эрдниев [3], в 1962 г. – А. И. Мартынов [4]. Несмотря на эти иссле дования, Мунгатский острог так и не попал в официальный список ар хеологических памятников Кемеровской области 1989 г. [5], и не было предложено практических решений по сохранению его культурных ландшафтов.

В очередной раз разведочные работы на месте древней деревни Мунгат на северной окраине поселка Крапивино были организованы в июле 1997 г. археолого-этнографической экспедицией КемГУ и НГПИ.

Исследования показали, что здесь можно создать экомузей «Мунгатский острог» [6, с. 3].

После графической реконструкции возможна разработка проекта генплана экомузея под открытым небом «Мунгатский острог» [7, с. 28].

На месте трех усадеб по современной ул. Совхозной (№ 54, № 52 и № 50) по архитектурному проекту предстоит восстановить все постройки, су ществующие во времена Академической экспедиции профессора Г. Ф. Миллера в середине XVIII в. (дом-связь приказчика, магазин с двумя амбарами, судную избу, две-три жилых усадьбы сотрудников экомузея) и обнести все это частоколом в форме полукруга с двумя проездными воротами и смотровой башенкой. В доме приказчика можно будет оборудовать музей истории острога и Крапивинского района, судную избу и торговые амбары использовать под хозяйст венные цели, а магазин сделать действующим и продавать сувенир ную продукцию. Обслуживать экомузей и проживать в отстроенных домах-связях усадебного комплекса могут казаки-станичники. Они же вместе с милицией могут патрулировать улицы поселка, пресекать случаи браконьерства на Томи и в окрестных заказниках, т. е. зани маться тем же, что делали их далекие предки, преумножая богатства нашего чудного края.


Экомузей должен стать связующим компонентом, отражая исто рию острога и исторических сел.

Создание экомузея «Мунгатский острог» будет способствовать экономическому развитию района, культурно-познавательного туризма региона, обеспечит сохранность культурных ландшафтов. Экомузей бу дет обслуживать местное население и принимать туристов. Он должен работать со школами и детскими садами, чтобы с самого раннего возрас та жители поселка осознавали, в каком исторически значимом месте они живут.

Создав экомузей «Мунгатский острог», мы не дадим забыть об уникальной истории Сибири.

Литература 1. Веденин Ю. А., Кулешова М. Е. Культурный ландшафт как категория наследия [Текст] // Культурный ландшафт как объект наследия / под ред. Ю. А. Веденина, М. Е. Кулешовой. – М.: Институт наследия;

СПб.: Дмитрий Буланин, 2004. – С. 13–36.

2. Миллер Г. Ф. Описание Кузнецкого уезда Тобольской про винции в Сибири в нынешнем его состоянии, в сентябре 1734 года // Си бирь XVIII века в путевых описаниях Г. Ф. Миллера. – Новосибирск, 1996. – С. 24.

3. АНКМ. – НФ-Д. Оп. 1. Р. 1. Д. 23. Л. 21–22.

4. АНКМ. – НФ-Д. Оп. 1. Р. 1. Д. 39. Л. 7, 17.

5. Кулемзин A. M., Бородкин Ю. М. Археологические памятни ки Кемеровской области: Материалы к Своду памятников истории и культуры СССР. – Кемерово: Кемеровское кн. изд-во, 1989. – Вып. 1. – 158 с.

6. Кимеев В., Ширин Ю. Раскопки Мунгатского острога // Тайдон. – 26 ноября 1997. – № 94 (6914). – С. 3.

7. Живем Крапивинской судьбою: очерки истории Крапивин ского района / ответ. за вып. В. А. Малин. – Новосибирск, 2004. – С. 28.

О. В. Мартакова Науч. рук.: канд. ист. наук, доц. КемГУКИ Е. А. Ковешникова АКТУАЛИЗАЦИЯ ИНДУСТРИАЛЬНОГО ТУРИЗМА И ЕГО ПЕРСПЕКТИВЫ В Г. КЕМЕРОВО В настоящее время в мире возрастает роль туризма, развиваются его виды и формы, он превращается в мощную индустрию. Одним из сравни тельно новых и перспективных видов туризма является индустриальный, он приносит большой доход государству, а главное сохраняет и популяри зирует индустриальное и культурное наследие конкретной территории.

Индустриальный туризм – исследование территорий, зданий и ин женерных сооружений производственного (не гражданского) или специ ального назначения, а также любых оставленных (заброшенных) соору жений с целью получения психологического и эстетического удовольствия или удовлетворения исследовательского интереса. Это яв ление обладает многими чертами молодежной субкультуры и на англий ском языке носит название «urban exploration» (городское исследование).

В молодежной среде оно иногда называется термином «сталкерство».

Россия считается меккой индустриальной культуры, где сохранилось большое количество промышленных памятников, требующих работы по их кодификации, сохранению и в ряде случаев перепрофилированию.

Однако говорить о широком движении за сохранение индустри ального наследия еще очень рано. Участники этого процесса, как в России, так и в других странах, делятся на государственных и общест венных.

К государственным в России относятся структуры министерства культуры;

музеи и музейные комплексы, как федерального, так и регио нального подчинения;

общества защиты историко-культурных объектов.

Вопросами индустриального наследия в той или иной мере заняты музеи профильных высших учебных заведений или сами учебные заведения, например, архитектурно-строительного профиля, а также научные учре ждения.

Из общественных структур, имеющих отношение к данной про блеме, можно назвать общества краеведов, ряд общественных молодеж ных и познавательных обществ. Кроме того, на ряде предприятий, в ос новном, частных, сейчас сохранились музеи или музейные комплексы, где продолжается работа по сохранению индустриального наследия дан ного предприятия. Занимаются этим и отдельные энтузиасты.

Сама концепция и понятие «индустриальное наследие» возникли от носительно недавно и претерпели некоторые изменения в течение ряда лет.

В самом общем виде индустриальное наследие, являясь частью материаль ного культурного наследия, определяется как совокупность строений и ар тефактов, произведенных обществом с использованием труда и считаю щихся достаточно важными для сохранения их для будущих поколений.

Если для многих объектов материального культурного наследия в первую очередь применяются такие критерии, как эстетичность и уникаль ность, то материальное наследие индустриального периода ценится, преж де всего, как документальное и материальное доказательство экстраорди нарности этого периода в истории человечества. Изучение и восстановление индустриального наследия помогает понять индустриали зацию – один из наиболее значительных периодов в истории достаточно развитых в настоящие время стран, регионов, городов.

Образовательная ценность индустриального наследия основана на трех основных критериях.

1. Технологии, изобретенные человеком.

2. Социальная ценность, которая включает в себя условия работы и образа жизни, а также отношения между людьми и их умение решать кон фликты.

3. Экологическая ценность, а именно то изменение среды, которое происходит в процессе производства.

Объекты индустриального наследия привлекают очень много тури стов. В настоящее время существуют множество примеров старых инду стриальных объектов в России, которые нашли свое экономическое бу дущее через индустриальный туризм [1].

Несмотря на молодость данного вида туризма он имеет несколько различных видов.

Одним из наиболее распространенных видов индустриального ту ризма является посещение оставленных (заброшенных) объектов. Это могут быть недостроенные сооружения, когда-то действовавшие про мышленные, хозяйственные и военные объекты, брошенные жилые до ма, районы и даже города (так называемые города-призраки: например, Кадыкчан, Припять, Колендо). Широкое распространение такого вида индустриального туризма связано, видимо, с относительно небольшими рисками для здоровья и, обычно, неохраняемостью объектов. Так как в большинстве случаев целью такого туризма является получение созерца тельного, визуального удовольствия, многие такие исследователи явля ются фотографами, работниками индустриальной сферы, Предлагая авантюры и приключения, этот вид туризма пользуется популярностью у совершенно разных социальных групп.

Другое направление – это проникновение на охраняемые террито рии, территории действующих промышленных зон и зон, не созданных для нахождения в них людей (инфильтрация).

Этот вид индустриального туризма наиболее экстремальный и тре бует серьезной подготовки, экипировки и высокого уровня авантюризма, так как связан с серьезными опасностями. Часто такая деятельность со пряжена с нарушением законов, что иногда еще больше возбуждает ис кателей приключений, а надписи на табличках типа «посторонним вход запрещен», «выхода нет», «пожарный выход», «предъяви пропуск» и «опасность, не входить» становятся прямыми указаниями к действию.

Главной целью становится получение порции адреналина и особое пси хическое удовлетворение от посещения закрытых для посторонних зон.

Стремительно развивающимся и популярным среди молодежи ста новится исследование подземных сооружений (диггерство).

Слово «диггерство» происходит от слова «диггер» (от анг. to dig – копать) – так себя называют люди, занимающиеся исследованиями под земных сооружений, построенных человеком с применением строительных материалов и технологий: например, дренажных систем, канализационных коллекторов, подземных рек, промышленных туннелей. Предметом особо го интереса многих диггеров является метро и поиск так называемых стан ций-призраков. Этот вид индустриального туризма также требует серьез ной физической подготовки и специальной экипировки.

Экстремальным и одним из экстравагантных видов индустриально го туризма являютя прогулки по крышам (руфинг, руферство).

Этот довольно опасный (по понятным причинам) вид туризма рас пространен, в основном, в крупных городах. Люди, увлекающиеся созер цанием видов, открывающихся с городских крыш, называют себя по-разному – «руферы» (от анг. roof – крыша), «крышелазы», «крыше ры», «крышнаиты» и т. д. В последнее время это движение приобрело много приверженцев и одновременно столкнулось с новыми трудностями, так как увеличилось количество препятствий на пути к главной цели – появились домофоны, охрана, замки и законы, предписывающие вешать замки на выходы на крыши. Среди городов Российской Федерации стоит выделить Санкт-Петербург как один из наиболее привлекательных для руферства городов по причине плановой застройки и регламента по вы соте зданий, что позволяет взгляду охватывать большие пространства.

И то, что он является вторым по величине мегаполисом РФ, делает его в этом плане вне конкуренции.

На западе популярность индустриальный туризм получил после того, как на него обратили внимание масс-медиа и в начале 80-х гг. на брал популярность музыкальный стиль «индастриал». В СССР большой скачок интереса к эстетике заброшенных объектов и промзон произошел после выхода фильма «Сталкер» Андрея Тарковского. Название «стал кер» стали применять по отношению к себе любители индустриального туризма, хотя по фильму Сталкер – это проводник по Зоне, а не ее иссле дователь.

Отсутствие в 80-х гг. в СССР возможности получать и обмениваться достоверной информацией привело к невозможности консолидировать участников движения в стране, делая его уделом одиночек. Все сильно изменилось с появлением Интернета, позволившего свободно обмени ваться информацией, объединяться и организовывать совместные поездки на труднодоступные и далекие объекты. За рубежом издается множество журналов, книг, снимаются документальные фильмы и телевизионные пе редачи на тему городских и индустриальных исследований [2].

У нас в стране также развиваются такого рода экскурсии, они ста новятся популярными и привлекают в первую очередь молодежную ау диторию, но практика показывает неравномерность их развития, а зачас тую полное отсутствие такового в отдельных регионах страны.

Наша цель – показать перспективы развития индустриального ту ризма в г. Кемерово, обозначить и познакомить с возможными объекта ми экскурсионного показа в г. Кемерово.

В Кемерово такое направление, как индустриальный туризм, на се годняшний день еще не получило развития.

Актуальность разработки экскурсионно-туристического мар шрута по индустриальным объектам не вызывает сомнений, так как это совершенно новое для нашего города и перспективное направле ние туризма.

Кемерово – это молодой город, начавший свой исторический путь в начале XX в. века, но он имеет богатую историю, большое количество памятников, монументальных сооружений и т. д. Не каждый из нас готов узнать город с иной стороны, посмотреть на него изнутри.

Рассказывая и показывая свой город, мы в первую очередь обраща ем внимание на центр, его величие и насыщенность культурными объек тами показа притягивают туристов.

Но у нашего города есть и другая история – индустриальная. Стоит познакомиться с историей появления и развития Кировского района го рода Кемерово. В ходе экскурсии будет дана краткая история Кировско го района, причины его образования, индустриальная история района, что имеет образовательно-воспитательное значение.

Целевая аудитория для данного экскурсионно-туристического про екта – от 18 лет и старше, но основная категория – это молодежь в воз расте от 18 до 30 лет. Разнообразны его подвиды и направления, среди которых вызывают особый интерес у молодежи экстремальные, которые сопряжены с определенным риском. Этот проект может для современ ных молодых людей стать альтернативой времяпрепровождения, так как у них не всегда есть достойные занятия для организации свободного времени.

Анализ собранного массива литературы и источников показал, что многие вопросы не изучены и не раскрыты должным образом.

Нами исследованы и отобраны в Кемерово три объекта показа, ко торые будут включены в экскурсионо-туристический маршрут.

Одна из составляющих Кемеровской промзоны ПО «Коммунар» поя вился на территории большого химического завода «Прогресс» в 40-х гг.

вследствие эвакуации завода из Украины. Производственный процесс был полностью остановлен в 1997 г. На сегодняшний день по всей тер ритории завода имеются бетонные дорожки (почти заросли) и переходы, которые ранее служили для передвижения персонала по территории за вода. Ходить по улице было запрещено, ибо завод был секретным. Завод находится на окраине, в удалении от жилой зоны. Территория на сего дняшний день не охраняема.

Второй объект показа – ПО «Прогресс». Днем рождения ком бината № 392 (позже ПО «Прогресс») считается 19 декабря 1939 г. – день выпуска первой продукции. В годы Великой Отечественной войны комбинат боеприпасов № 392 принял оборудование пяти эва куированных заводов наркомата боеприпасов. В 1980 г. завод «Прогресс» был переименован в производственное объединение «Прогресс». Ныне работающее предприятие, но из более 20 корпусов работают только два, остальные заброшены. Поэтому данный завод как объект экскурсии представляет особый интерес и с исторической точки зрения.

Следующий объект, включенный в экскурсионно-туристический маршрут, – Анилино-красочный завод. Датой основания завода считает ся 2 июня 1942 г. С началом рыночных преобразований предприятие по лучило наименование ОАО «Спектр». В ноябре 1997 г. на нем было вве дено внешнее управление. ОАО «Анилино-красочный завод» было создано в июне 2000 г. С ноября 2003 г. производство было остановлено из-за нерентабельности. На сегодняшний день территория завода не ох раняема [3, 4, 5].

Таким образом, индустриальный туризм – экскурсионно туристическое направление, в наше время хорошо развитое во всем мире, теперь дошло и до России. В первую очередь оно получило раз витие в крупных городах, таких как Санкт-Петербург, Москва, Екате ринбург и др. Считаем, что в Кемерово есть хорошая база для создания и реализации данного проекта. Индустриальный туризм – это действи тельно перспективное направление привлечения в сферу экскурсий большого числа молодежи с познавательными, досуговыми и другими целями.

Литератутра 1. Запарий В. В. Индустириальное наследие. – М., 2006.

2. http://www.kemerovo.ru/news/?id= 3. ГАКО. Р-461. Оп.2. Д.1. Л. 1, 9, 10, 11, 22, 69, 97, 175.

4. ГАКО. Р-461. Оп.2. Д.1. Л. 188.

5. ГАКО. Р-461. Оп.2. Д.2. Л. 579.

Д. В. Мурманцева Науч. рук.: канд. пед. наук, доц. ОмГУ Л. В. Секретова ИСПОЛЬЗОВАНИЕ ИНТЕРНЕТ-ТЕХНОЛОГИЙ ДЛЯ РАЗВИТИЯ СОВРЕМЕННОГО МУЗЕЯ НА ПРИМЕРЕ ОМСКОГО ГОСУДАРСТВЕННОГО ЛИТЕРАТУРНОГО МУЗЕЯ ИМ. Ф. М. ДОСТОЕВСКОГО Электронные технологии широко используются в настоящее время во всех сферах деятельности музея (учетно-фондовой, научной, экспози ционно-выставочной, реставрационной, издательской). Современные электронные технологии позволяют избежать многократного дублирова ния одинаковой информации и усовершенствовать информационную деятельность музея.

Для музеев электронные технологии предоставляют самый значительный шанс стать еще более влиятельными центрами куль туры, образования, искусства и политики. Электронные технологии создали особую форму для репрезентации какой-либо информации [1, с. 139].

Цель данного исследования состоит в том, чтобы определить, на сколько эффективны Интернет-технологии для развития сайта Омского государственного литературного музея им. Ф. М. Достоевского.

Электронное представление музея в сети Интернет (cайт) – это до кумент, по сути своей, являющийся электронной публикацией о музее в сети. Сайт отражает лицо музея, обращенное в открытое информацион ное пространство, и это накладывает особую ответственность на тех, кто его создает и представляет [2, с. 136].

Обычно музейные сайты в Интернете делят на две группы: пред ставительства реально существующих музеев и виртуальные музеи.

Ситуация с представительствами более или менее понятна: музей ный сайт – не самостоятельная структура, а функциональная часть суще ствующего музея, каким и является музей им. Ф. М. Достоевского, реа лизующая часть музейных программ, в первую очередь, популяризационных. Что же касается виртуальных музеев, то здесь не совсем все понятно. Просмотр данного типа сайтов убеждает, что сего дня «виртуальным музеем» могут назвать любой набор изображений с пояснительными текстами.

Несколько столетий ушло на становление особого института, кото рый сегодня именуется музеем. Обогащенные опытом предшествующих поколений, мы знаем, что музей – это не просто объекты с этикетками, что он чем-то отличается от выставки, библиотеки, склада или фонотеки.

Но в Интернете это знание как-то не прижилось [1, с. 80].

В сегодняшней России люди, приходящие в музей, и посетители музейных сайтов составляют две разные группы. Зона их пересечения не столь уж велика.

Именно поэтому у музейного представительства своя публика.

Кроме того, оно имеет свои информационные ресурсы, свою архитектуру и дизайн – все, чтобы стать самодостаточным и превратиться в вирту альный музей. Главное отличие между ними – в появлении обратной свя зи: традиционный музейный сайт есть лишь техническое средство для продвижения музейной информации, а вот виртуальный музей способен оказать существенное влияние на развитие музея, реально помочь в пе реосмыслении музейной деятельности [3, с. 93].

В наши дни музейный сайт стал необходимым аксессуаром для большинства музеев. Не будем обсуждать истоки этого явления, а рас смотрим структуру сайта Омского государственного литературного му зея имени Ф. М. Достоевского.

Попав на страницу сайта музея им. Ф. М. Достоевского, в первую очередь обращаешь внимание на раздел «Жизнь музея». На первый взгляд кажется, что он сложен в оформлении и подготовке. Но на самом деле это не так. Зрительный ряд и текстовое наполнение в его рубриках остаются практически неизменными. История музея, фотоэкскурсия, творческий коллектив меняются не каждый день, а телефон для справок и почтовый адрес и того реже. Следовательно, и необходимость вводить новые данные возникает нечасто. Исключением в этом разделе являются рубрики «Научная и издательская деятельность», «О нас пишут» и газета «Литературный дом». Такая форма издания газеты имеет привлекатель ные стороны. Во-первых, увеличивается потенциальный круг читателей, во-вторых, тираж издания в Интернете бесконечно велик, а вот у поли графического издания он всегда конечен, в-третьих, электронная версия в любой момент может быть обновлена, это публикация, которую всегда можно считать незавершенной.

Если же виртуального посетителя музея им. Ф. М. Достоевско го заинтересуют отдельные произведения, то ему следует обратиться к разделу «Экспозиции и выставки». Хочется отметить, что это не альбом и не каталог собрания, а краткая характеристика и презента ция основных коллекций, отдельных знаменитых произведений и персоналий.

Показ выставок на web-страницах преследует две цели. Первую из них можно назвать презентационной, а вторую – ретроспективной.

На сегодняшний день на сайте музея им. Ф. М. Достоевского пред ставлены: анонсирование предстоящих выставок, описания и даты теку щих выставок в музее, перечень выставок, представляющих коллекции музея им. Ф. М. Достоевского, информация о прошедших выставках, включая изображения экспонатов.



Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 6 |
 



Похожие работы:





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.