авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |
-- [ Страница 1 ] --

ПРОТИВОДЕЙСТВИЕ КОРРУПЦИИ: ПРАВОВЫЕ СРЕДСТВА И

МЕТОДЫ

Сборник статей по материалам второй международной научно-практической

конференции

25 октября 2013 года

МИНОБРНАУКИ РОССИИ

Филиал

федерального государственного бюджетного образовательного учреждения

высшего профессионального образования

«Российский государственный гуманитарный университет»

в г. Великий Новгород (Филиал РГГУ в г. Великий Новгород) ПРОТИВОДЕЙСТВИЕ КОРРУПЦИИ: ПРАВОВЫЕ СРЕДСТВА И МЕТОДЫ Сборник статей по материалам второй международной научно практической конференции 25 октября 2013 года Великий Новгород УДК 346/546 (063) ББК 67. Р- Редакционная коллегия:

Канд.эконом.наук Рымарь С.А.

Канд.юрид.наук Калпинская О.Е.

Отв.ред.канд.юрид.наук Андреева Л.А.

Противодействие коррупции: правовые средства и методы.

Сборник статей по материалам второй международной научно-практической конференции /Отв.ред.канд.юрид.наук Л.А.Андреева. - Филиал РГГУ в г.Великий Новгород: Типография «Виконт», 2013 – 193 с.

Сборник статей содержит материалы второй международной научно-практической конференции «Противодействие коррупции: правовые средства и методы».

Авторами статей рассмотрены вопросы истории возникновения и развития коррупции, сущности понятия и определения правового явления, проблемы в области противодействия коррупции и методы противодействия коррупционным проявлениям.

Сборник статей предназначен для преподавателей юридических дисциплин, аспирантов, студентов, магистрантов, научных и практических работников, а также может быть использован в деятельности органов власти и управления по противодействию коррупции.

© Филиал РГГУ в г.Великий Новгород ISBN 978-5-2859-0107- СОДЕРЖАНИЕ Раздел 1. Борьба с коррупцией: международный аспект………………… Федоров А.В. Антикоррупционная конвенция ОЭСР в правовой системе Российской Федерации: уголовно-правовой аспект……………..…………………… Калпинская О.Е. Международные правовые аспекты борьбы с коррупцией…….. Политова А.С. Уголовная ответственность за коррупционные правонарушения в Украине: проблемы теории и практики………………………………………………… Кобыльников В.П. Роль Центральной комиссии Коммунистической партии Китая по проверке дисциплины в борьбе с коррупцией.……………………….…………..… Митюнова И.Г. Организация деятельности специализированных служб по борьбе с «отмыванием» криминальных доходов (опыт Французской республики)…………. Криминологическое и уголовно-правовое определение Раздел 2.



коррупции…………………………………………………………………….. Каширин Р.М. Криминалистическая характеристика коррупционных преступлений и ее элементы…………………………………………………………....…. Михайлова В.С. Различные толкования понятия «коррупция», ее виды и сущность……………………………………………………………..…………………..…... Андреева Л.А. Понятие коррупционного преступления………………….………..… Грудинин Н.С. Уголовно-правовая характеристика состава дачи взятки в контексте противодействия коррупции в современной России……………………… Иванов П.А. Взяточничество в действующем кодексе: сужение либо расширение условий привлечения к уголовной ответственности.………………….…………….... Алешкова Н.П. Бытовая коррупция: реальность или вымысел…………………..… Андреев С.Ю. Особенности назначения наказания за коррупционные преступления..……………………………………………………………………………… Раздел 3. Противодействие коррупции в органах власти и управления.. Кирьянов А.Ю. Противодействие коррупции: о некоторых аспектах деятельности органов местного самоуправления………………………………………………………... Богданов А.Г. Противодействие коррупции в сфере административных правоотношений……………………………………………………………………………… Гаврилова Н.В. Роль Администрации Президента РФ в вопросах противодействия коррупции…………………………………………………………………………………… Локшина К.Н. Перспективы совершенствования антикоррупционной политики в Российской Федерации…………………………………………………….……………… Березин А.Н. Финансовая полиция как орган по противодействию коррупции….. Четверикова Л.В. О некоторых проблемах проведения антикоррупционной экспертизы нормативных правовых актов и их проектов…………………………… Старостина А.А. Антикоррупционная экспертиза нормативно-правовых актов…………………………………………………………………………………………. Карюк А.В. Проблемы проведения антикоррупционной экспертизы нормативных правовых актов……………………………………………………………………………… Раздел 4. Коррупция в сфере экономики и бизнеса………………………… Сидорова Е.В. Коррупция в сфере размещения госзаказа. Продолжение..………….. Костыгова А.А. Проблемы поставки для государственных и муниципальных нужд в Российской Федерации…………………………………………………………………..… Замышляев Д.В. Противодействие коррупции в системе контроля оборота драгоценных металлов……………………………………………………………………… Галкина М.А. Законодательные методы предупреждения коррупционной составляющей в Федеральном законе «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг»………………………………………………………………………. Раздел 5. Коррупция: социальные реалии……………………………….. Строева Г.В. Формирование антикоррупционного поведения с точки зрения авторской теории самоисправления осужденных………………………………………. Пасько И.Т. Человек и его возможности конструирования социальной реальности………………..…………………………………………..………………............. Карева А.В. Российская коррупция как социально-правовое явление: историко правовой анализ…………………………………………………………………………….. Паско З.А. Религия как ценностно-мифологический закон культуры………………. Ромаданов О.М. Борьба с коррупцией в Российской Империи (в исторической ретроспективе)……………………………………………………………………………….. Список авторов……………………………………………………………………………… Раздел 1. Борьба с коррупцией: международный аспект.





Федоров А.В., кандидат юридических наук, профессор, Заслуженный юрист Российской Федерации, главный редактор журнала «Наркоконтроль»

(г. Москва, Россия) АНТИКОРРУПЦИОННАЯ КОНВЕНЦИЯ ОЭСР В ПРАВОВОЙ СИСТЕМЕ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ: УГОЛОВНО-ПРАВОВОЙ АСПЕКТ Аннотация: в настоящее время одним из актуальных вопросов правоведения является вопрос о влиянии на развитие национальных законодательств международных договоров.

Ключевые слова: конвенция, договор, глобализация, законодательство, правовая система.

В эпоху глобализации это влияние распространяется на все государства мира, в том числе и нашу страну, включение которой в общемировые процессы на основе международных договоров нашло отражение в Конституции Российской Федерации.

Согласно статье 15 Конституции международные договоры Российской Федерации являются составляющей её правовой системы, и если международным договором установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора.

В связи с этим перед законодательными и правоприменительными органами нередко встают вопросы, связанные с применением норм международных актов. Представляется целесообразным рассмотреть некоторые из них на примере реализации положений Конвенции Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР) по борьбе с подкупом иностранных должностных лиц при осуществлении международных коммерческих сделок 1997 г.[1], к которой Российская Федерация присоединилась в прошлом году[2].

В соответствии с Конституцией этот международный договор получил признание в качестве составной части российской правовой системы, представляющей собой, согласно выработанному в теории права определению, совокупность общеобязательных норм, правовой идеологии и судебной (юридической) практики[3].

Но можно ли рассматривать данную Конвенцию ОЭСР как источник российского уголовного права?

Долгое время в отечественной уголовно-правовой науке доминировал тезис о том, что уголовный закон выступает в качестве единственного источника уголовного права. Как представляется, данный тезис не должен подвергаться сомнению и сегодня, когда речь идет о нормативном закреплении уголовно-правовой материи в части касающейся криминализации и пенализации, т.е. установления преступности и наказуемости деяния.

Однако если принять во внимание положения Конституции, имеющие уголовно-правовое значение, и вопросы правоприменения с учетом наличия бланкетных диспозиций и использования в уголовном законе оценочных понятий, а также с учетом в правоприменении судебной практики[4], можно вести речь о более широком понимании источников уголовного права, когда при определенных обстоятельствах в качестве таковых возможно признавать и международный договор. Таким образом, целесообразно рассматривать источники уголовного права в узком и широком их понимании.

В Уголовном кодексе закреплено узкое понимание источника уголовного права. Так, согласно ст.1 УК российское уголовное законодательство состоит из Уголовного кодекса, и новые законы, предусматривающие уголовную ответственность, подлежат обязательному включению в Уголовный кодекс, который основывается, в том числе, на нормах международного права.

Соответственно, в уголовно-правовой сфере нормы международных конвенций не могут применяться непосредственно, требуется их «включение» через национальный закон в Уголовный кодекс, что соответствует классическому римскому положению «нет преступления без указания на то в законе», а также Конституции, согласно статье 71 которой уголовной ответственности в Российской Федерации подлежит лицо, совершившее деяние, содержащее все признаки состава преступления, предусмотренного Уголовным кодексом.

На данное обстоятельство обращено внимание в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации 2003 г. «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации»[5], разъяснившем, что международные договоры, нормы которых предусматривают признаки составов уголовно наказуемых деяний, не могут применяться судами непосредственно, поскольку такими договорами прямо устанавливается обязанность государств обеспечить выполнение предусмотренных договором обязательств путем установления наказуемости определенных преступлений внутренним (национальным) законом.

Международно-правовые нормы, предусматривающие признаки составов преступлений, применяются как таковые лишь в тех случаях, когда норма Уголовного кодекса непосредственно устанавливает необходимость применения международного договора.

Статьи Уголовного кодекса, предусматривающие ответственность за дачу взятки иностранному должностному лицу, получение взятки этим лицом и посредничество в таком взяточничестве (ст.ст. 290, 291 и 2911 УК РФ), отсылок к международным договорам не содержат. Более того, сама конвенция ОЭСР включает положения, согласно которым охватываемые ею правонарушения определяются как уголовно-наказуемые преступления и караются в соответствии с внутренним правом страны.

Изложенное является основанием для рассмотрения рядом ученых такого рода международных договоров как источника воздействия на становление и развитие российского уголовного законодательства[6], что, на наш взгляд, не вызывает сомнений, в том числе в случаях, когда международным договором предусматривается уголовно правовой запрет тех или иных деяний.

Включение определяемого нормами международного договора уголовно правового запрета в национальное право, имеет важнейшее значение в системе нормативно-правового регулирования общественных отношений в условиях глобализации, когда происходит определенная унификация национальных законодательств, в том числе связанная с минимизацией особенностей отдельных национальных правовых систем.

Это наглядно подтверждает процесс реализации Российской Федерацией положений Конвенции ОЭСР.

Хотя данная Конвенция в соответствии с Конституцией и является составной частью правовой системы Российской Федерации, она не может применяться непосредственно, поскольку выполнение её требований осуществляется путем принятия норм национального законодательства. Это, в частности, относится к определению элементов составов соответствующих преступлений и административно наказуемых правонарушений.

По правилам ОЭСР, прежде чем конкретное государство получит приглашение присоединиться к Конвенции против подкупа, оно должно привести свое законодательство в соответствие с основными антикоррупционными стандартами, представляющими собой признанные участниками этого международного договора и обязательные для исполнения требования к национальным законодательствам и практике их реализации, закрепленные в Конвенции, Комментарии к ней, а также в многочисленных рекомендациях, принятых ОЭСР.

К числу таких стандартов относятся установление для физических лиц уголовной ответственности за подкуп иностранных должностных лиц и должностных лиц публичной международной организации, а для юридических лиц – уголовной или административной ответственности за такой подкуп, определение в национальном законе понятия иностранного должностного лица, а также должностного лица публичной международной организации, и некоторые другие.

В 2008 – 2012 годах в Российской Федерации внесены такие изменения в законодательство.

В частности, в Уголовный кодекс внесены изменения, устанавливающие ответственность за подкуп иностранных должностных лиц, а в примечании к ст. 290 этого Кодекса раскрыты понятия иностранного должностного лица и должностного лица публичной международной организации, установлена административная ответственность юридических лиц за коррупционные правонарушения.

Выполнение остальных антикоррупционных стандартов ОЭСР допускается уже после присоединения государства к Конвенции и вступления для него в силу для этого международного договора (Конвенция вступила в силу для Российской Федерации 17 апреля 2012 г. ).

Такая работа в настоящее время ведется в Российской Федерации. При этом для обеспечения соответствия положений Уголовного кодекса требованиям Конвенции ОЭСР, естественно, необходимо время, и, по всей видимости, – весьма длительное.

Согласно существующим в ОЭСР процедурам, как только страна присоединяется к Конвенции, ход выполнения ею антикоррупционных стандартов, закрепленных в Конвенции и взаимосвязанных с ней актах ОЭСР, рассматривается в рамках специальной Рабочей группы.

При оценке выполнения Конвенции ОЭСР против подкупа государствами – её участниками ключевым является вопрос о соответствии национального законодательства положениям данного международного договора. Оценка проводится в несколько этапов.

По итогам первого и второго этапов оценки российского законодательства уже даны некоторые рекомендации уголовно-правового характера.

С учетом этих рекомендаций можно выделить такие основные направления изменения уголовного законодательства в целях выполнения конвенционных обязательств как:

- криминализация обещания и предложения взятки в качестве самостоятельных оконченных преступлений;

- криминализация обещания и предложения взятки, а также посредничества во взяточничестве вне зависимости от определения категории тяжести преступления и размера взятки;

- криминализация обещания, предложения или предоставления неправомерных неимущественных преимуществ иностранному должностному лицу;

- установление сроков давности, достаточных для расследования и судебного преследования подкупа иностранных должностных лиц;

- исключение из уголовного законодательства обстоятельств, позволяющих освобождать от ответственности за подкуп иностранных должностных лиц;

- полная криминализация получения взятки третьим лицом;

- обеспечение соразмерности штрафов;

- обеспечение уголовно-правовых оснований оказания международной правовой помощи по делам о подкупе иностранных должностных лиц и ряд других решений уголовно-правового характера.

Высказанные экспертами ОЭСР сомнения в части соответствия российского уголовного законодательства стандартам Конвенции и подготовленные ОЭСР на основе их выводов рекомендации по совершенствованию российского законодательства требуют внимательного рассмотрения.

Особенностью Конвенции ОЭСР против подкупа является то, что в ней весьма «мягко» закреплены жесткие требования к участникам Конвенции.

С одной стороны, этот международный договор направлен на достижение функциональной эквивалентности мер, принимаемых государствами – его участниками по установлению ответственности за подкуп должностных лиц иностранных государств без выдвижения требований в отношении однотипности законодательных решений или изменения фундаментальных принципов правовой системы конкретного государства.

С другой стороны невыполнение требований о реализации ряда однотипных решений является препятствием для получения согласия стать участником Конвенции ОЭСР против подкупа и в последствии – членом ОЭСР.

Фактически государство – кандидат на вступление в члены организации ставится перед выбором: либо дать согласие на изменение национального законодательства (иногда достаточно фундаментального), чтобы пройти необходимые процедуры оценки и получить приглашение стать членом ОЭСР, либо отказаться вносить изменения в национальное законодательство и быть признанным неготовым к вступлению в члены ОЭСР.

Российский законодатель, образно говоря, подходит к развилке на пути развития национального уголовного законодательства и должен определиться, по какой из двух дорог идти дальше – по пути достижения единообразия со стандартами международных антикоррупционных договоров, отказываясь от отдельных традиционных положений национальных правовых систем, либо по пути сохранения и отстаивания таких положений, что станет препятствием для включения России в ряд международных интеграционных процессов и организаций.

Некоторыми российскими органами рекомендации зарубежных экспертов и организаций безоговорочно воспринимаются как руководство к действию, в том числе к разработке соответствующих законопроектов, хотя их реализация зачастую разрушает в определенной степени системность российского законодательства. К такого рода рекомендациям, например, можно отнести требование о криминализации обещания и предложения взятки, что в российском законодательстве традиционно рассматривается как стадия совершения преступления – приготовление либо покушение на его совершение.

Отказ от традиционных уголовно-правовых положений является весьма спорным. Следует отстаивать целостность российской национальной правовой системы, не нарушать принципы соответствующих отраслей права. Никто из зарубежных партнеров не может диктовать, каким должно быть национальное законодательство России, основываясь на своей трактовке международных договоров и собственном понимании практики их применения.

Представляется необходимой выработка четкой и последовательной правовой политики по вопросам реализации нашей страной международных обязательств, в том числе по антикоррупционным конвенциям, и не только ОЭСР, но и другим.

В то же время там, где это допустимо без противоречия с фундаментальными принципами национальных правовых систем, внесение в законодательство, в том числе уголовное, изменений, являющихся по своему содержанию нетрадиционными для современного российского права, необходимо, если этого требует выполнение добровольно взятых на себя международных обязательств.

Возникает вопрос, а стоило ли присоединяться к Конвенции ОЭСР против подкупа, включив её тем самым в правовую систему Российской Федерации, если её реализация потребует столь существенных изменений российского законодательства. На наш взгляд ответ может быть только один – несомненно стоило.

ОЭСР является авторитетной международной экономической организацией и членство в ней, а оно невозможно без присоединения к Конвенции, открывает перед страной участницей дополнительные возможности в развитии международного экономического сотрудничества, в том числе обеспечивает участие в принятии важных решений в указанной сфере.

Кроме того, Конвенция ОЭСР – один из первых международных многосторонних антикоррупционных договоров. Раньше её была принята только Межамериканская конвенция против коррупции 1996 г.[7] Конвенция ОЭСР стала предтечей последующих антикоррупционных международных договоров, в силу чего является по сравнению с ними менее современной.

Она принималась в прошлом веке в иных исторических условиях и достаточно узким кругом стран. В силу указанных причин на данный момент сложилась ситуация, когда имеют место определенные противоречия между Конвенцией ОЭСР и более поздними антикоррупционными конвенциями.

Присоединение к Конвенции ОЭСР новых государств и их последующее вступление в ОЭСР позволит, на наш взгляд, создать условия дальнейшего развития антикоррупционных стандартов ОЭСР, обеспечить их трансформацию применительно к новой социально-политической обстановке в мире с учетом национальных интересов стран – её участниц, сгладить противоречия с другими антикоррупционными конвенциями.

Литература 1. Конвенции Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР) по борьбе с подкупом иностранных должностных лиц при осуществлении международных коммерческих сделок 1997 г// Собрание законодательства Российской Федерации. 2012.

№ 17. Ст. 1899.

2. Федеральный закон от 1 февраля 2012 г. № 3-ФЗ «О присоединении Российской Федерации к Конвенции по борьбе с подкупом иностранных должностных лиц при осуществлении международных коммерческих сделок // Собрание законодательства Российской Федерации. 2012. № 6. Ст. 622.

3. Алексеев С.С. Право: азбука – теория – философия: Опыт комплексного исследования. – М., 1999. С. 47 – 48.

4. Бойцов А.И. Судебная практика как источник уголовного права // Судебная практика в российской правовой системе. – СПб., 2003. С. 9 – 68.

5. Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации 2003 г. «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации»// Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 2003. № 12. С. 3 – 8;

2013. № 5. С. 1 – 2.

6. Родионова Т.А. Проблемы влияния международного права на отечественное уголовное законодательство: история вопроса и перспективы развития. – М., 2012. С. 86.

7. Международно-правовые основы борьбы с коррупцией и отмыванием преступных доходов: Сб. документов / Сост. В.С. Овчинский. – М.: ИНФРА-М, 2004. С. 556 – 567.

Калпинская О.Е., доцент, кандидат юридических наук, доцент кафедры уголовного права и криминологии Новгородского государственного университета имени Ярослава Мудрого (г.Великий Новгород, Россия) МЕЖДУНАРОДНЫЕ ПРАВОВЫЕ АСПЕКТЫ БОРЬБЫ С КОРРУПЦИЕЙ Аннотация: данная научная статья посвящена роли международно правовых норм в борьбе с коррупцией. Указывается особое исключительное значение концентрации усилий мирового сообщества на борьбу с коррупции с позиции не только уголовного права, но и гражданского права. Также определена взаимная связь таких явлений как коррупция и организованная преступность.

Ключевые слова: коррупция, транснациональная организованная преступность, конвенции, международное сотрудничество.

Международное сотрудничество в борьбе с коррупцией на сегодняшний день обусловлено тем обстоятельством, что для коррупции, как и для других видов преступности, давно не существует национальных границ.

В поле зрения ООН проблема коррупции находится уже более двух десятилетий. В Резолюции VIII Конгресса ООН (Гавана, 1990 г.) «Коррупция в сфере государственного управления» отмечалось, что «проблемы коррупции в государственной администрации носят всеобщий характер и что, хотя они оказывают особенно пагубное влияние на страны с уязвимой экономикой, это влияние ощущается во всем мире». Помимо вышеупомянутой Резолюции, в 90-е годы на уровне ООН были приняты:

Резолюция Генеральной Ассамблеи «Борьба с коррупцией», Международный кодекс поведения должностных лиц (1996) и Декларация ООН о борьбе с коррупцией и взяточничеством в международных коммерческих операциях (1996).

Значительным шагом по противодействию коррупции стала Палермская конвенция ООН против транснациональной организованной преступности [5]. Для России данный документ вступил в силу с 25 июня 2004 года.

Это шаг к унификации законодательства различных стран по борьбе с соответствующими и сопутствующими им преступными проявлениями. В Конвенции даны основные понятия организованной преступности и коррупции в понимании мирового сообщества, поставлена задача криминализации коррупции в национальных правовых системах. В рамках реализуемой ООН глобальной программы борьбы с коррупцией принято выделять три уровня (вида) этого явления:

1. Коррупция в сфере государственной администрации, которая связана главным образом с представлениями граждан и опытом их взаимоотношений с государственными учреждениями, местными органами власти, полицией, таможней и т.д.

2. Коррупция в сфере коммерческой деятельности, связанная с опытом работы средних фирм и предприятий розничной торговли, а также с представлениями предпринимателей;

такая коррупция нарушает рыночные процессы и связи и может способствовать образованию монополий и усилению нечестной конкуренции.

3. Коррупция на высоком уровне в финансовых, политических и административных коридорах власти. Это наиболее разрушительный вид коррупции, который может создавать серьезные проблемы в международных экономических и политических отношениях.

Настаивая на криминализации коррупции, Палермская конвенция предлагает целый ряд рекомендаций, которые должны быть учтены в национальном уголовном законодательстве. При ее ратификации российской стороной высказана общая положительная их оценка.

Значительное внимание уделено процедурным проблемам расследования коррупции. Конвенция содержит, в частности, специальные положения о мерах поощрения заявителей, а также о защите свидетелей и лиц, сообщающих информацию (ст. 32 - 33), о способах взаимодействия в процессе выдачи, передачи осужденных, при оказании взаимной правовой помощи, при передаче уголовного производства (ст. 44 - 49).

Еще более радикальные предложения, в том числе и широкий перечень коррупционных деяний, содержатся в Конвенции Совета Европы об уголовной ответственности за коррупцию (ETS № 173), принятой 4 ноября 1998 г.[6].

Из закрепленных в данном акте принципов, имеющих значение для уголовного права, необходимо выделить следующие: принятие эффективных мер для предупреждения коррупции и в связи с этим поощрения этичного поведения;

обеспечение скоординированной криминализации национальной и международной коррупции;

обеспечение независимости лиц, осуществляющих функции по предупреждению, расследованию, обвинению и правосудию в отношении коррупции, предоставление им средств для эффективного собирания доказательств, защита лиц, сотрудничающих с правосудием в борьбе с коррупцией, и обеспечение тайны расследования;

принятие адекватных мер по предупреждению использования юридических лиц для совершения коррупционных преступлений;

ограничение иммунитета должностных лиц от уголовной ответственности до степени, минимально необходимой в демократическом обществе.

К настоящему времени Конвенция об уголовной ответственности за коррупцию подписана 46 государствами. Российская Федерация подписала Конвенцию 27 января 1999 г., а ратифицировала ее в 2006 г.

В главе III Конвенции предусмотрено осуществление контроля за выполнением положений Конвенции. Согласно ст. 24 Конвенции функции контроля возложены на Группу государств против коррупции (GRECO). В состав GRECO входят автоматически все государства, ратифицировавшие Конвенцию. Цель деятельности данной организации определяется следующим образом: «повышать способность своих членов бороться с коррупцией путем наблюдения за соблюдением ими своих обязательств в этой области, используя динамический процесс взаимной оценки и контрольного давления».[1, 16-21].

Меры борьбы с коррупцией при помощи правовых средств гражданского права получают признание на международном уровне. Одно из важнейших достижений в этом направлении – принятие 4 ноября 1999 г. в г. Страсбурге на уровне Совета Европы Конвенции о гражданско-правовой ответственности за коррупцию.

Этим документом предполагается введение гражданской ответственности государства перед лицами, которые понесли ущерб в результате актов коррупции, совершенных должностными лицами при исполнении своих функций, по искам о возмещении ущерба от имени государства или соответствующих органов.[4, c.29-32].

Указанная Конвенция устанавливает общие для стран-участниц правила гражданско-правового и гражданско-процессуального характера в рассматриваемой сфере.

Несмотря на многочисленные антикоррупционные инициативы ООН сохранялась потребность в разработке единого специального акта, который бы заложил основы глобальной антикоррупционной политики в новом столетии.

Конвенция ООН против коррупции была принята в г. Нью-Йорке октября 2003 г., а в декабре того же года подписана представителями государств на конференции в г. Мериде (Мексика).[7, с.13-15]. Для Российской Федерации данный документ вступил в силу с 8 июня 2006 года.

Цель Конвенции состоит в предупреждении и искоренении во всем мире коррупции, которая, по мнению ООН, подрывает экономическое развитие стран, ослабляет демократические институты, нарушает общественный порядок и разрушает доверие общества, в результате чего процветают организованная преступность, терроризм и другие угрозы всеобщей безопасности.

Конвенция ООН против коррупции закрепляет, что каждое государство участник в соответствии с основополагающими принципами своей правовой системы разрабатывает и осуществляет или проводит эффективную и скоординированную политику противодействия коррупции, способствующую участию общества и отражающую принципы правопорядка, надлежащего управления публичными делами и публичным имуществом, честности и неподкупности, прозрачности и ответственности.[3, с.17-19].

Анализ проблемы реализации Конвенции ООН показывает, что важным условием такой реализации является обеспечение системного подхода к противодействию коррупции в публичной и частной сферах, предполагающего использование единых принципов борьбы с коррупцией в государственном и негосударственном секторах. К числу таковых относятся:

публичность и прозрачность деятельности;

недопущение конфликта интересов;

контроль и ответственность лиц;

сочетание правовых и неправовых инструментов, средств и др.[8, с.108-120].

Задачи Конвенции сводятся к следующему: содействовать принятию и укреплению мер, направленных на более эффективное и действенное предупреждение коррупции и борьбу с ней;

поощрять, облегчать и поддерживать международное сотрудничество, а также оказывать техническую помощь в предупреждении коррупции и борьбе с ней, в том числе в принятии мер по возвращению активов;

поощрять честность и неподкупность, ответственность, а также обеспечить надлежащее управление публичными делами и публичным имуществом.

К сожалению, Конвенция не дает прямого определения коррупции, между тем это понятие охватывает достаточно обширный круг уголовно наказуемых деяний, совершаемых умышленно (ст. ст. 15 - 25), каждое из которых имеет свои особенности и свою специфику. К таким деяниям относятся: подкуп национальных публичных должностных лиц;

подкуп иностранных публичных должностных лиц и должностных лиц публичных международных организаций;

хищение, неправомерное присвоение или иное нецелевое использование имущества публичным должностным лицом;

злоупотребление влиянием в корыстных целях;

злоупотребление служебным положением;

незаконное обогащение;

подкуп в частном секторе;

хищение имущества в частном секторе;

отмывание доходов от преступлений;

сокрытие;

воспрепятствование осуществлению правосудия.

Помимо обширного круга коррупционных преступлений, Конвенция ООН 2003 г. содержит положения относительно превентивных мер, международного сотрудничества и технической помощи.[2, с.17-21].

Таким образом, проблема борьбы с коррупцией является актуальной не только в России, но и за рубежом. За десятилетия проблема коррупции приобрела настолько угрожающий размах и международный характер, что противодействие ей стало одним из первоочередных направлений деятельности государств, международных организаций и мирового сообщества. Кроме того, в настоящее время совершено очевидной становится связь коррупции с отмыванием денежных средств и организованной преступностью, представляющая серьезную угрозу национальной и международной безопасности.

Можно согласиться с мнением Качелина М.С. о том, что коррупция относится к тем проблемам, которые невозможно решить в отрыве от других, что оказывает отрицательное воздействие на экономические, культурные и политические основы стабильности отдельных стран, мировой финансовой системы и международного правопорядка.

В этой связи источники международного права формируют не только основу эффективного противостояния отмыванию денежных средств и организованной преступности, но и представляют собой прежде всего важнейший и действенный инструмент регулирования борьбы с коррупцией.

Не секрет, что международное сотрудничество по вопросу выработки единой антикоррупционной политики находится в стадии становления. Но один факт того, что данная работа имеет место быть, вселяет надежу на победу в данной борьбе, в том числе и для нашей страны.

Для Российской Федерации участие в международных усилиях по борьбе с коррупцией имеет огромное значение. Несмотря на различия между интересами России и ведущих индустриальных стран Запада, являющихся инициаторами международных антикоррупционных актов, международное сотрудничество в этой области является взаимовыгодным и необходимым.

Заинтересованность в эффективном противодействии коррупции обусловлена общностью интересов России и Запада (вопросы инвестиций, экономического развития, взаимной торговли). Борьба с коррупцией, в том числе и на международном уровне, отвечает требованиям Конституции Российской Федерации, определяющей Россию как правовое демократическое государство, гарантирующее своим гражданам их права и свободы.[7, с.13 15].

Литература 1.Карпович О.Г. Борьба с коррупцией в рамках Совета Европы / О.Г. Карпович // Внешнеторговое право. - 2011. - № 2.

2.Качелин М.С. Международно-правовое противостояние отмыванию денежных средств и организованной преступности в контексте борьбы с коррупцией / М.С. Качелин М.С. // Налоги (газета). – 2010. - № 18.

3.Капович Д.Н. Уголовно-правовое и уголовно-процессуальное обеспечение противодействия коррупции: международные стандарты и российское законодательство / Д.Н. Капович // Международное уголовное право и международная юстиция. – 2012. - № 1.

4.Кушниренко С., Зоточкин А. Об имплементации в национальное законодательство России международных правовых норм, направленных на усиление борьбы с коррупцией / С. Кушниренко, А. Зоточкин // Уголовное право. – 2008. - № 6.

5.Конвенция ООН против транснациональной организованной преступности [Нью Йорк, 15 ноября 2000 г.: ратифицирована Федер. Собр. (федер. закон от 26 апр. 2004 г. № 26-ФЗ)] // Собрание законодательства Рос. Федерации. - 2004. - № 40. - Ст. 3882.

6. Конвенция Совета Европы об уголовной ответственности за коррупцию (ETS № 173) [Страсбург, 27 янв.1999 г.: ратифицирована Федер. Собр. (федер. закон от 25 июля 2006 г. № 125-ФЗ)] // Собрание законодательства Рос. Федерации. – 2009. - № 20. - Ст.

7. Лошакова С.А. Эволюция международно-правовых аспектов сотрудничества государств в борьбе с коррупцией / С.А. Лошакова // Безопасность бизнеса. - 2009. - № 2.

8. Мусаелян М.Ф., Хатаева М.А. Правовые проблемы противодействия коррупции / М.Ф. Мусаелян, М.А. Хатаева // Журнал российского права. – 2012. - № 1.

Политова А.С., кандидат юридических наук Донецкий юридический институт МВД Украины (г. Донецк, Украина) УГОЛОВНАЯ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ ЗА КОРРУПЦИОННЫЕ ПРАВОНАРУШЕНИЯ В УКРАИНЕ: ПРОБЛЕМЫ ТЕОРИИ И ПРАКТИКИ Аннотация. В статье анализируется отнесение того или иного состава преступления к коррупционным правонарушениям. Автор проводит сравнительный анализ правоприменительной деятельности правоохранительных органов и точек зрения ученых на данную проблему и формирует собственное виденье преступлений коррупционной направленности.

Ключевые слова: коррупция, коррупционные правонарушения, уголовная ответственность, преступление.

Коррупция в современных условиях стала фактором, который реально угрожает национальной безопасности и конституционному строю Украины.

Это явление негативно влияет на разные стороны общественной жизни:

экономику, политику, управление, социальную и правовую сферы, общественное сознание, международные отношения. Коррумпированные отношения все более вытесняют правовые, этические отношения между людьми, из аномалии постепенно превращаются в норму поведения.

01 июля 2011 года вступил в силу Закон Украины от 07.04.2011 «О принципах предотвращения и противодействия коррупции», призванный если не искоренить, то хотя бы как-то уменьшить коррупцию в Украине.

В данном Законе дается определение основных терминов, которые употребляются не только в самом документе, но и в других нормативно правовых актах антикоррупционной направленности. Если в данном Законе, коррупция – это использование лицом, указанным в части первой статье данного Закона, предоставленных ему служебных полномочий и связанных с этим возможностей с целью получения неправомерной выгоды или принятия обещания/предложения такой выгоды для себя или других лиц или соответственно обещание/предложение или предоставление неправомерной выгоды лицу, указанному в части первой статье 4 данного Закона, или по его требованию другим физическим или юридическим лицам с целью склонить это лицо к противоправному использованию предоставленных ему служебных полномочий и связанных с этим возможностей;

то коррупционное правонарушение – это умышленное деяние, которое содержит признаки коррупции, совершенно лицом, указанным в части первой статье 4 данного Закона, за которое законом установлено уголовную, административную, гражданско-правовую и дисциплинарную ответственность.

В тоже время в самом Законе нет признаков коррупции, нет перечня деяний, за которые наступает, в частности, уголовная ответственность, что и вызывает определенные трудности. Зато Законом регулируется вопрос о субъектах, которые осуществляют мероприятия по предотвращению и противодействию коррупции (ч. 5 ст. 5), которыми являются органы прокуратуры, специальные подразделения по борьбе с организованной преступностью Министерства внутренних дел Украины, по борьбе с коррупцией и организованной преступностью Службы безопасности Украины.

Представляется, что с учетом этих основных факторов сегодня формируются показатели работы правоохранительных органов Украины в противодействии коррупционной преступности. Внешне это выглядит достаточно респектабельно. По крайней мере, такая картина дается в докладах правоохранительных органов.

Есть к этому и достаточные основания. Например, по результатам принятых органами внутренних дел Украины на протяжении 2012 года практических мероприятий, направлено в суд уголовные дела за совершение 1713 преступлений с признаками коррупции, из них 904 – получение взяток (ст. 368 Уголовного кодекса Украины – далее УК), 155 – присвоение, растрата имущества или завладения им путем злоупотребления служебным положением (ст. 191 УК), 239 – злоупотребление властью или служебным положением (ст. 364 УК), 41 – превышение власти или служебных полномочий (ст. 365 УК), 72 – служебная подделка (ст. 366 УК).

ГНС;

 42;

 2% СБУ;

 405;

 15% МВД;

 1713;

 62% Прокуратура;

 578;

 21% Рисунок №1. Количество коррупционных правонарушений в 2012 году, уголовные дела по которым направлены в суд (в процентном соотношении по субъекту выявления преступления)[12] Таким образом, приведенные статистические данные по так называемым «коррупционным правонарушениям», за которые предусмотрена уголовная ответственность, дают основания к ним отнести такие составы преступлений:

ст.ст. 191, 364, 365, 366, 368 УК Украины. Однако существуют и другие точки зрения на данную проблему.

В соответствии с положениями главы III Конвенции Организации Объединенных Наций против коррупции от 31 октября 2003 г.

коррупционными преступлениями признаются: 1) подкуп национальных публичных должностных лиц;

2) подкуп иностранных публичных должностных лиц и должностных лиц публичных международных организаций;

3) хищение, неправомерное присвоение или иное нецелевое использование имущества публичным должностным лицом;

4) злоупотребление влиянием в корыстных целях;

5) злоупотребление служебным положением;

6) незаконное обогащение;

7) подкуп в частном секторе;

8) хищение имущества в частном секторе;

9) отмывание доходов от преступлений [1].

В национальном законодательстве и уголовно-правовой науке пока еще не существует нормативного, единственного научного определения понятия коррупционного преступления (правонарушения). Среди ученых существует точка зрения о допустимости и целесообразности выделения «коррупционных преступлений» как отдельного вида и их разделения на тех, которые могут быть признаны всегда коррупционными («безусловно коррупционные»), и те, которые могут признаваться коррупционными лишь при определенных условиях их совершения («условно коррупционные») [2, 130].

К «безусловно коррупционным преступлениям», как правило, относятся:

получение взятки (ст. 368 УК), злоупотребление властью или служебным положением (ст. 364 УК), провокация взятки (ст. 370 УК), завладение чужим имуществом путем злоупотребления должностным лицом своим служебным положением (ст. 191 УК), привлечение заведомо невиновного к уголовной ответственности (ст. 372 УК). Перечень «условно коррупционных преступлений» значительно шире. К этой категории могут быть отнесены:

нарушение неприкосновенности жилья граждан (ст. 162 УК), противодействие законной хозяйственной деятельности (ст. 206 УК), вмешательство в деятельность работника правоохранительного органа (ст.

343 УК), невыполнения судебного решения (ст. 382 УК) и др. [3, 104-105].

Е.Н.Кисилюк и К.С.Лановенко отмечают, что уголовно-правовые мероприятия по противодействию коррупции, в первую очередь, заключаются в установлении уголовной ответственности за соответствующие деяния. В действующем уголовном законодательстве основная роль в этом аспекте принадлежит преступлениям, которые расположены в ХVII разделе Уголовного кодекса Украины «Преступления в сфере служебной деятельности». Это связано с тем, что любое преступление, которое совершается должностным лицом (за исключением служебной небрежности) является по своей сути разновидностью коррупционной деятельности. Кроме того, именно такой специальный субъект (должностное лицо) и является обязательным признаком всех предусмотренных в этом разделе составов преступлений (за исключением дачи взятки). Конечно, перечень коррупционных преступлений этим не исчерпывается, однако данный раздел объединяет наиболее типичные и распространенные из них, выступая, таким образом, ядром антикоррупционной уголовно-правовой политики [4, с.101 107]. Н.В.Кимлык считает, что коррупционное преступление – это преднамеренно общественно опасное деяние, совершенное должностным лицом органов государственной власти или местного самоуправления путем злоупотребления служебным положением и превышением властных полномочий, за которое необходимо предусмотреть уголовную ответственность [5, с.222]. К признакам, свойственным коррупционным преступлениям, исследователь относит: 1) сфера, в которой возможное совершение коррупционных преступлений – сфера органов государственной власти;

2) совершение преднамеренных противоправных действий, связанных с использованием служебного положения из корыстных побуждений или других личных интересов с целью незаконного обогащения или получение других преференций;

3) специальный субъект – государственное должностное лицо, уполномоченное выполнять функции государства [5, с.222]. Л.Д.Гаухман отмечает, что в уголовно-правовом значении коррупция представляет собой предусмотренные уголовным законом общественно опасные деяния, субъектом которых являются должностные лица и которые совершаются посредством использования должностных полномочий из корыстной заинтересованности и в целях личного обогащения. Эти деяния обоснованно, на наш взгляд, именовать коррупционными преступлениями.

Они составляют наиболее опасное проявление коррупции [6, с.6].

Также существует точка зрения, что коррупционным может быть признано любое преднамеренное преступление, которое совершается должностным лицом органа государственной власти или местного самоуправления с использованием своего служебного положения из корыстных побуждений, другой личной заинтересованности или для удовлетворения интересов третьих лиц [7, с.27]. Следовательно, как утверждает А.В.Выговская, коррупционными преступлениями по отечественному криминальному законодательству признаются получение взятки (ст. 368), дача взятки (ст. 369) и провокация взятки (ст. 370) [8, с.352].

В.Куц и Я.Тринева под коррупционным преступлением понимают предусмотренное уголовным законодательством Украины коррупционное правонарушение, за которое установлена уголовная ответственность [9, с.35].

Некоторые авторы, решая этот вопрос, предлагают законодательно закрепить понятие «коррупционное преступление» с целью его отграничения от других должностных преступлений [10, с.117].

Вместе с тем, некоторые ученые считают, что коррупционное преступление – это общественно опасное деяние, которое непосредственно посягает на установленный порядок деятельности органов государственной власти и органов местного самоуправления, авторитет и другие охраняемые законом интересы этих органов и выражается в неправомерном использовании должностными лицами таких органов власти или служебных полномочий в корыстных или других личных интересах или интересах третьих лиц, или предусмотренное Уголовным кодексом другое общественно опасное деяние, которое органично связано с названным выше преступлением, обуславливает его совершение, заключается в его укрывательстве или является его попустительством [11, с.117]. Поэтому, исходя из данного определения, на наш взгляд, к коррупционным преступлениям необходимо отнести любое преднамеренное преступление, которое совершается должностным лицом органа государственной власти или органа местного самоуправления с использованием власти или служебного положения из корыстных побуждений, другой личной заинтересованности или для удовлетворения интересов третьих лиц.

Проведенный нами анализ позволяет сделать следующий вывод, что к коррупционным правонарушениям (преступлениям), предусмотренных уголовным законодательством Украины, следует, на наш взгляд, отнести:

ст. 364 УК «Злоупотребление властью или служебным положением», ст. 364 1 УК «Злоупотребление полномочиями должностным лицом юридического лица частного права независимо от организационно-правовой формы», ст. УК «Превышение власти или служебных полномочий», ст. 365-1 УК «Превышение полномочий должностным лицом юридического лица частного права независимо от организационно-правовой формы», ст. 365-2 УК «Злоупотребление полномочиями лицами, которые предоставляют публичные услуги», ст. 366 УК «Служебная подделка», ст. 368 УК «Принятие предложения, обещания или получения неправомерной выгоды должностным лицом», ст. 368-2 УК «Незаконное обогащение», ст. 368-3 УК «Подкуп должностного лица юридического лица частного права независимо от организационно-правовой формы», ст. 368-4 УК «Подкуп лица, которое предоставляет публичные услуги», ст. 369 УК«Предложение или предоставление неправомерной выгоды должностному лицу», ст. 369-2 УК «Злоупотребление влиянием», ст. 370 УК «Провокация подкупа».

Литература 1. Конвенции Организации Объединенных Наций против коррупции от 31 октября 2003 г. [Електронний ресурс]. – Режим доступу :

http://www.un.org/ru/documents/decl_conv/conventions/corruption.shtml.

2. Мельник М. І. Корупція – корозія влади (соціальна сутність, тенденції та наслідки, заходи протидії): [монографія] / М.І. Мельник. – К. : Юридична думка, 2004. – 400 с.

3. Протидія корупційній злочинності в Україні: навч. посібник / Ю. І. Дмитрук, І. В.

Красницький, Є. В. Пряхін та ін. – Львів : ЛьвДУВС, 2010. – 308 с.

4. Кісілюк Е. М. Оціночні поняття в злочинах у сфері службової діяльності / Е. М.

Кісілюк, К. С. Лановенко // Боротьба зорганізованою злочинністю та корупцією (теорія і практика). – 2011. – № 24. – С. 101-107.

5. Кимлик Н. В. Поняття та ознаки корупційних злочинних діянь / Н. В. Кимлик // Науковий вісник Національного університету ДПС України (економіка, право). – 2012. – № 3 (58). – С. 218-224.

6. Гаухман Л. Д. Коррупция и коррупционное преступления / Л. Д. Гаухман // Законность. – 2000. – № 6. – С. 6.

7. Курс кримінології: Особлива частина: Підр. / М. В. Корнієнко, Б. В. Романюк, І. М.

Мельник та ін.;

За заг. ред. О. М. Джужи. – К.: Юрінком Інтер, 2001. – 352 с.

8. Виговська О. В. Кримінальна відповідальність за корупційні злочини за вітчизняним і зарубіжним кримінальним законодавством : порівняльна характеристика / А.

В. Виговська // Правова держава. – Вип. 2011. – С. 351-357.

9. Куц В. Поняття корупційних злочинів та їх види / В. Куц, Я. Триньова // Вісник Національної академії прокуратури. – 2012. – № 4. – С. 32-36.

10. Чубенко І.В. Генезис поняття корупції / І.В. Чубенко // Бюлетень Міністерства юстиції України. – 2009. – № 1 (87). – С. 113-118.

11. Борьба с коррупцией в переходной период – 2. Коррупция в отношениях между предприятиями и государством в странах Европы и Центральной Азии в 1999 – годах: Пер. с англ.– М.: Издательство «Весь мир», 2004.– 116 с.

12. Звіт про результатами проведення заходів щодо запобігання і протидії корупції у 2012 році [Електронний ресурс] - Режим доступу:

http://issuu.com/uacorrupt/docs/corrupt_report_2012.

Кобыльников В.П., студент Северо-Западного института (филиала) Университета имени О.Е. Кутафина (г.Вологда, Россия) Научный руководитель Кудряшов Е.О., к.ю.н., преподаватель Северо-Западного института (филиала) Университета имени О.Е. Кутафина (г.Вологда, Россия) РОЛЬ ЦЕНТРАЛЬНОЙ КОМИССИИ КОММУНИСТИЧЕСКОЙ ПАРТИИ КИТАЯ ПО ПРОВЕРКЕ ДИСЦИПЛИНЫ В БОРЬБЕ С КОРРУПЦИЕЙ Аннотация: Актуальность темы обусловлена активной политикой России по противодействию коррупции и опыт КНР может принести в этом определенную пользу. Данная работа посвящено месту и роли Центральной комиссии Коммунистической партии Китая по проверке дисциплины. Проанализированы задачи, направления деятельности данного органа. Автором приведена статистика деятельности по привлечению коррумпированных чиновников к ответственности.

Ключевые слова: Комиссия по проверке дисциплины, КНР, коррупция.

На современном этапе развития России противодействие коррупции является одним из основных направлений государственной политики.

Обращение к опыту Китая обусловлено географической и исторической близостью двух государств. Китайский опыт может быть в чем-то полезен и российской стороне, ведь эти две страны связывают довольно тесные экономические и политические отношения[2].

Индекс восприятия коррупции Китая за 2011 год составил 3,6, что определило 75-е место в общем рейтинге (в 2007 году – 3,5 и 72 место)[3].

По китайскому телевидению время от времени демонстрируют публичные расстрелы чиновников. Только за период с 2000 по 2010 г. в Китае было расстреляно за коррупцию около 10 тыс. чиновников, еще 120 тыс.

получили по 10-20 лет заключения, однако количество коррупционных преступлений не сокращается. Это может свидетельствовать о том, что борьба с коррупцией в Китае, зачастую, носит характер внутрипартийной борьбы.

На протяжении многих лет несовершенная законодательная база в борьбе с коррупцией компенсировалась партийным нормотворчеством и наказаниями по партийной линии. В частности, за период с 1997 по 2002 г.

партийными комиссиями различных уровней было возбуждено 861 персональных дел. Взыскания по партийной линии получили 846 150 человек, в том числе 137 711 были исключены из партии, но уголовному преследованию подверглись 37 790 человек, т.е. менее 5% общего количества наказанных коммунистов.

В период с декабря 2002 по июнь 2007 года комиссии по проверке дисциплины по всей стране возбудили 677 924 дела. Партийно дисциплинарные взыскания получили 518 484 человека[1, с.59]. Среди проштрафовавшихся чиновников много тех, кто останавливался в роскошных отелях за казенный счет, устраивал застолья за государственный счет под видом официальных мероприятий. Такие должностные лица получают строгие партийные взыскания, их исключают из КПК, снимают с работы, но далеко не все из них становятся фигурантами уголовных дел.

Основой созданного в Китае механизма борьбы со взяточничеством является Центральная комиссия Коммунистической партии Китая по проверке дисциплины (далее – ЦКПД), которая действует в стране с декабря 1978 г. Данный партийный орган непосредственно принимается участие в борьбе с коррупцией, и, скорее всего, в ближайшее время его роль останется неизменной.

В соответствии со ст. 43 Устава Коммунистической партии Китая[4] (далее – Устав партии) ЦКПД по проверке дисциплины ведет свою работу под руководством ЦК партии. Все местные и первичные комиссии по проверке дисциплины ведут свою работу под двойным руководством:

парткомов соответствующих ступеней и вышестоящих комиссий по проверке дисциплины.

Основными задачами партийных комиссий по проверке дисциплины являются обеспечение соблюдения Устава партии и других норм внутрипартийной жизни, проверять претворение в жизнь линии, курса, политики и решений партии, помогать парткомам в усилении стилевого партийного строительства, в организации и координации работы по борьбе против разложения (ст. 44 Устава партии).

Комиссии по проверке дисциплины воспитывают членов партии в духе соблюдения дисциплины и выносят решения в целях ее поддержания;

осуществляют контроль за исполнением власти руководящими кадровыми работниками-коммунистами;

рассматривают и решают наиболее важные и сложные дела о нарушении парторганизациями либо членами партии Устава и других внутрипартийных норм, налагают либо отменяют взыскания членам партии по этим делам;

рассматривают обвинительные заявления и жалобы членов партии;

охраняют права членов партии.

Комиссии по проверке дисциплины докладывают парткомам своих ступеней о вопросах, возникающих по ходу рассмотрения наиболее важных и сложных дел, и итогах их разрешения. Комиссии по проверке дисциплины на местах и в первичных организациях одновременно докладывают об этом еще и вышестоящим дисциплинарным комиссиям (ст. 44 Устава партии). Таким образом, видим, что ЦКПД подотчетна ЦК партии, который является объектом ее работы и одновременно контролирующим звеном. А контролировать то, что контролирует тебя довольно сложно. Поэтому возможна подмена реального контроля за партийной дисциплиной внутренними интригами различного рода.

ЦКПД, исходя из потребностей работы, может направить группу или инспектора по проверке дисциплины на постоянную работу в центральные органы партии и государства. Руководитель группы или инспектор по проверке дисциплины могут присутствовать на соответствующих заседаниях партийного руководства того учреждения, в которое они направлены[5].

ЦКПД состоит из ста тридцати человек. В ее задачи входит проведение расследований в отношении подозреваемых в злоупотреблениях и тех или иных нарушениях членов партии. Лишь по завершении расследования ставится вопрос об исключении провинившегося политика или чиновника из партии, затем дело передается в правоохранительные органы[6].ЦКПД принимает различные документы, касающиеся применения партийных дисциплинарных взысканий. В документе под названием «Разъяснения к применению Положения о наказании нарушителей партийной дисциплины КПК в отношении нарушений дисциплины в сфере безопасности на производстве» дано определение десяти основным видам нарушений и описаны формы их проявления. В частности, речь идет о вмешательстве в работу по безопасности на производстве с использованием служебных полномочий, неисполнении партийных и государственных политических установок, о нарушениях, связанных с лицензированием, участием в акциях хозяйственных субъектов и др. Ведь за крупными авариями зачастую кроется коррумпированность чиновников[7]. Этим и вызвано вмешательство ЦКПД в несвойственною ей сферу, что еще раз свидетельствует о высоком уровне коррупции в Китае.

Еще в первые годы политики реформ и открытости (начались в году) в Китае был выведен из состава Политбюро ЦК КПК и отдан под суд первый секретарь Пекинского горкома партии Чэнь Ситун. Его прочили в генеральные секретари ЦК, в преемники Дэн Сяопина, а приговорили за коррупцию к 16 годам лишения свободы. В 2010 г. был расстрелян вице-мэра Пекина Лю Чжихуа. Он семь лет возглавлял управление наукоградом Чжунгуанцунь. Бывший вице-мэр сумел использовать для своей личной наживы стратегический поворот китайского руководства к развитию инновационной экономики. Среди наиболее громких дел, связанных с коррупцией в высших эшелонах власти следует отметить осуждение председателя Постоянного комитета Всекитайского собрания народных представителей Чэна Кэцзе. Ему было предъявлено обвинение в хищениях в особо крупных размерах. Бывший вице-спикер прежде был губернатором провинции Гуанси. Он оказывал предпринимателям незаконные услуги и получил за это взяток на 4,5 млн долл. Разоблачение вице-спикера потянуло за собой целый шлейф коррупционных дел в провинции Гуанси. Был расстрелян мэр г. Гуйян Ли Чэнлун, успевший присвоить более 500 тыс.

долларов[8].

Заместитель секретаря ЦКПД заявил, что следующим шагом в борьбе с коррупцией станет создание здоровой системы регистрации отчетов и централизованного хранения документов госработников, выезжающих за границу и въезжающих в страну;

будет усилен контроль за средствами, ужесточена борьба против подпольных меняльных лавок и подобной противозаконной финансовой деятельности;

будет усилено международное сотрудничество по исполнению законов, разлагающиеся элементы будут подвергаться аресту и предаваться суду[9].

Западные исследователи среди основных причин распространения коррупции и экономических преступлений указывают на фактическую возможность для высокопоставленных чиновников партийного аппарата избегать уголовного наказания. Устав КПК гарантирует приоритет ЦКПД и ее местным отделениям над судами при проверки членов партии в связи с совершенными ими преступлениями, в том числе коррупционными.

Отдельные высокопоставленные чиновники, нарушающие любой закон, могут полностью избежать уголовного наказания и быть подвергнуты лишь партийным взысканиям[3;

59].

Таким образом, ЦКПД – суперведомство, имеющее полномочия в сфере как нормотворчества, так и надзора. Его компетенция четко не ограничена, что дает право ЦКПД вмешиваться почти в любую сферу жизни партии, применяя различные средства воздействия, например издание нормативно правовых актов в сфере, не связанной с коррупцией (см. выше). Основными направлениями работы ЦКПД является не только дисциплинарное производство, а также антикоррупционная пропаганда, надзор за деятельностью чиновников и т.д. Самым главным недостатком данного органа является подконтрольность и подотчетность его ЦК КПК, хотя главная задача ЦКПД: контроль за дисциплиной в ЦК КПК. В случаях, когда контролирующий орган подчиняется контролируемому, то контроль превращается в фикцию, использующуюся в целях коммунистической пропаганды.


В целом, говоря о системе противодействия коррупции в Китае, следует отметить, что далеко не каждый чиновник, уличенный в коррупционных преступлениях привлекается к уголовной ответственности о чем свидетельствуют статистические данные. Какими принципами руководствуется ЦКПД при решении вопроса о передаче дела в отношении члена КПК в суд, или об исключении из партии, или о дисциплинарном замечании? Вид наказания варьируется в зависимости от личностных характеристик и положения в партийной иерархии. Возможно, что очередная попытка справиться с коррупцией в Китае – это способ политической борьбы против наиболее влиятельных членов партии. Проблема коренится в положении ЦКПД по отношению ЦК КПК. Поскольку ЦКПД формируется и подточено ЦК КПК, то не следует рассчитывать на беспристрастность и независимость деятельности главного органа по противодействию коррупции.

Вообще в Китае не может быть самостоятельных органов, поскольку КНР – это советская республика, характеризующаяся централизмом, сращиванием государственного и партийного аппарата. В результате чего отсутствует разделение властей и возможность одной ветви власти сдерживать другие. А в условиях всевластия собраний народных представителей и их постоянных комитетов невозможно говорить о существовании эффективных механизмах контроля, поэтому цели антикоррупционной политики КНР при первоначальных положительных показателях вряд ли будут достигнуты.

Литература 1. Ахметшин Н.Х. Политико-правовые аспекты борьбы с коррупцией в КНР // Государство и право. 2008. № 8. С. 56-63.

2. Макаров А.В. Коррупция: опыт успешной борьбы Китая и реальность современной России [Электронный ресурс]// Режим доступа: http://www.center-bereg.ru/1259.html 31.03. 3. TransparencyInternational: Индекс восприятия коррупции 2011 года [Электронный ресурс] // Режим доступа: http://gtmarket.ru/news/state/2011/12/02/3750 - 16.02.2013 г.

4. Устав Коммунистической партии Китая [Электронный ресурс] // Режим доступа:

http://russian.cpc.people.com.cn/5773355.html - 17.02.2013 г.

5. Организационная структура КПК [Электронный ресурс] // Режим доступа:

http://russian.cpc.people.com.cn/5789081.html - 17.02.2013г.

6. Вице-премьер КНР Ван Цишань возглавил комиссию по проверке дисциплины [Электронный ресурс] // Режим доступа: http://news.mail.ru/politics/10951874 - 21.02.2013г.

7. Центральная комиссия КПК по проверке дисциплины усиливает борьбу с нарушениями в области безопасности на производстве [Электронный ресурс]// Режим доступа: http://russian.cpc.people.com.cn/84053/6325208.html - 21.02.2013 г.

8. Андрианов Владимир. Практика и методы борьбы с коррупцией в Китае [Электронный ресурс] // Режим доступа: http://viperson.ru/wind.php?ID=632099 16.02.2013г.

9. Центральная комиссия КПК по проверке дисциплины: твердое и непоколебимое противостояние коррупции [Электронный ресурс] // Режим доступа:http://www.fishkamchatka.ru/?cont=long&id=30410&year=2011&today=23&month= 6&PHPSESSID=640d38c27cca9c1a942ceb1543cb6cfa - 21.02.2013 г.

Митюнова И.Г., кандидат педагогических наук, доцент кафедры истории государства и права Новгородского государственного университета им.Ярослава Мудрого (г. Великий Новгород, Россия).

ОРГАНИЗАЦИЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ СПЕЦИАЛИЗИРОВАННЫХ СЛУЖБ ПО БОРЬБЕ С «ОТМЫВАНИЕМ» КРИМИНАЛЬНЫХ ДОХОДОВ (ОПЫТ ФРАНЦУЗСКОЙ РЕСПУБЛИКИ) Аннотация: В статье приводится опыт французской специальной службы Тракфин в борьбе с коррупцией посредством выявления фактов легализации доходов, добытых преступным путём.

Ключевые слова: Группа разработки финансовых мер борьбы с «отмыванием» денег (ФАТФ). Коррупция. «Отмывание» денег. Тракфин.

Во второй половине XX века в ряде стран борьба с коррупцией была возведена в ранг государственной политики. Это позволило минимизировать её влияние на все сферы жизнедеятельности общества. Среди прочего лидеры международного сообщества в качестве эффективного инструмента в борьбе с коррупцией признали меры по борьбе с «отмыванием» денег.

В 1989 году по решению стран «Большой семёрки» была создана Группа разработки финансовых мер борьбы с «отмыванием» денег (ФАТФ) (англ.

FinancialActionTaskForceonMoneyLaundering– FATF). Эта организация является основным международным институтом, занимающимся разработкой и внедрением международных стандартов в данной сфере. Коррупция и «отмывание» денежных средств по сути связаны друг с другом. Сопоставимы ес другими серьезными преступлениями, коррупционные преступления совершаются в целях получения личной выгоды. В то же время, «отмывание»

денежных средств – это процесс укрывания незаконных доходов, которые были получены в результате криминальной деятельности. Борьба с коррупцией не будет эффективной, если не устанавливать и конфисковывать суммы, вырученные от коррупционного преступления и впоследствии легализованные.

Членами ФАТФ являются 34 страны и две международные организации, наблюдателями – 20 организаций и две страны. Россия в состав организации вошла только 19 июня 2003 года. В связи с этим для нас интересен опыт реализации другими странами международных стандартов, разработанных ФАТФ, создания эффективного режима противодействия легализации преступных доходов, в том числе и добытых в результате коррупционных действий.

Частью этого режима являются специализированные службы, призванные осуществлять финансовый мониторинг в целях выявления сомнительных сделок. Одной из них является созданная в 1991 году при министерстве экономики и финансов Франции служба Тракфин (Tracfin).

Изначально этот орган создавался в целях осуществления борьбы с «отмыванием» нелегальных доходов от незаконного оборота наркотиков.

Затем в январе 1993 года сфера деятельности Тракфин была расширена: в поле его зрения попали дела о ввозе и вывозе капитала, полученного от незаконной торговли оружием и о коррупции крупных французских госчиновников. С 2001 года Тракфин также отвечает за борьбу с финансированием терроризма, а в декабре 2006 года преобразован в Национальную службу. Такой высокий статус он имеет, не смотря на свой немногочисленный штат. Изначально служба состояла из 18 сотрудников. В 2007 году штатная численность была увеличена до 70 человек. При образовании Тракфин при Министерстве финансов, французские власти руководствовались тем, что это будет способствовать созданию климата доверия между кредитно-финансовыми учреждениями и службой, чего было бы сложнее добиться в случае её подчинения МВД или Минюсту.

В 1996 году в Уголовный кодекс Франции (ст. 324.1) были внесены изменения, расширяющие толкование понятия «отмывание» преступных доходов и трактующие действия, имеющие целью любыми способами облегчить ложное оправдание происхождения имущества или доходов автора преступления или правонарушения, принесшие ему прямую или косвенную выгоду.«Отмыванием» также считается содействие операции по размещению, сокрытию или конверсии средств, являющихся прямым или косвенным продуктом преступления или правонарушения. При этом Уголовный кодекс Франции предусматривает, что«отмывание» преступных доходов карается значительным штрафами тюремным заключением от 5 до 10 лет[1].

В соответствии с французским законодательством, а именно Валютно кредитным кодексом, все кредитно-финансовые учреждения страны обязаны сообщать в Тракфин о порученных им для осуществления или уже проведённых ими финансовых операциях, вызывающих подозрение. В круг таковых входят около 4000 финансовых организаций Франции, в том числе, банки и кредитные организации, страховые и инвестиционные компании. В их штате имеются по одному сотруднику, ответственному за подержание контактов с Тракфин. Он письменно или устно сообщает информацию о подозрительных операциях, так называемые«декларации о подозрении».

Прежде всего, это случаи, когда возникает сомнение в законности получения доходов у постоянных клиентов (например, их резкое увеличение) или «случайный» клиент банка открывает счёт на сумму, превышающую 50 тысяч франков, а также арендует банковский сейф. Декларация незамедлительно направляется в Тракфин, когда речь идёт о крупных единовременных банковских операциях на сумму более 1 миллиона франков. При этом предпринимаются меры по недопущению разглашения среди сотрудников данного финансового учреждения факта передачи каких-либо сведений в Тракфин.

В сферу внимания Трасфин входят также и нефинансовые учреждения и организации. Среди них: агенты недвижимости, казино, клубы и компании, организующие азартные игры, лотереи, продавцы драгоценных камней и металлов, антиквариата и произведений искусства, аудиторы, нотариусы, судебные уполномоченные, участвующие в продаже движимого имущества с открытого аукциона.

Предоставляемые в Тракфин декларации в деле не фигурируют, что освобождает персонал взаимодействующих с ним организаций от ответственности за разглашение банковской тайны, а также от возможных репрессивных действий со стороны криминальных структур. Таким образом, Валютно-кредитный кодекс Франции предоставляет им определённые гарантии. Так, в случае нанесения их действиями ущерба клиенту ответственность и его возмещение на себя берёт государство. Они освобождены также и от какой-либо ответственности за осуществление незаконных финансовых операций (в случае обращения в Тракфин после проведения сделки), если в их действиях нет элементов сговора с представителями преступного мира. В то же время накладываются и определённые обязательства, среди которых обязанность банков осуществлять контроль не только своих постоянных клиентов, хранить информацию по всем осуществляемым ими операциям в течение 5 лет.

Намеренное утаивание информации о незаконных финансовых операциях клиентов влечёт за собой юридическую ответственность.

Со своей стороны Тракфин предпринимает меры по проверке направленных в его адрес сведений. Ему предоставлено право приостановить осуществление подозрительных финансовых операций для проверки, но не более чем на 12 часов. В случае достаточной обоснованности подозрений Тракфин информирует прокурора Республики, в компетенцию которого входит возбуждение уголовного дела по каждому конкретному факту.

Службу возглавляют Директор и его заместитель. В структуру Тракфин входит ряд подразделений.

Отдел анализа и разведывательной информации (RBI) отвечает за сбор сообщений о подозрительных операциях, анализ финансовой информации, а также сотрудничество со специалистами в других странах. Имеет двусторонние соглашения о сотрудничестве с 28 аналогичными структурами в других странах: Австралии, Великобритании, Германии, Италии, Лихтенштейна, Люксембурга, США, Швейцарии и др. В их число входит и Федеральная служба Российской Федерации по финансовому мониторингу.

Следственное управление (ED) осуществляет расследование дел, рассматриваемых службой. В процессе своей деятельности с учётом особенностей каждого расследуемого дела должностные лица отдела могут привлекать в качестве экспертов сторонних специалистов, обладающих знаниями в различных областях и способных сделать необходимые заключения.

Департамент по административным и финансовым вопросам (DAAF)осуществляет кадровое, финансовое, материально-техническое обеспечение, в том числе информационными технологиями[4].

Тракфин не проводит самостоятельных юридических расследований. В случаях вероятности того, что изучаемый материал будет далее передан по подследственности, входящие в структуру службы адвокат и юрисконсульт подготавливают заключение о том, что полученные и проанализированные Тракфин факты имеют признаки преступления, связанного с легализацией доходов, добытых преступным путём, в том числе и в результате коррупционных действий.

Материалы с заключениями адвоката и юрисконсульта передаются в специально уполномоченные органы прокуратуры, а также при необходимости в таможенные и полицейские органы.

Тракфин на основе многолетнего анализа разработаны основные типологии «отмывания» криминальных доходов, полученных в разных сферах: азартные игры и казино, обмен валют, незаконный оборот наркотиков, финансирование терроризма, информационные технологии, мошенничество в страховании и социальном обеспечении и т.д. Отдельное место занимает и коррупция. В 2008 году Тракфин опубликовала «Руководство для помощи в выявлении финансовых операций, которые могут быть связаны с коррупцией». В нём даётся классификация коррупционных действий и указывается на их тесную связь с другими финансовыми преступлениями, прежде всего «отмыванием» средств, полученных криминальным путём.

Если в начале своей деятельности Тракфин получала не более двух обращений в месяц, то в настоящее время их количество составляет более 50.

Отчитываясь о результатах своей работы, служба проинформировала, что объём обработанной информации увеличился на 13% по сравнению с предыдущим годом. Тракфин получила более 27 тысяч информаций, в том числе о действиях, с признаками коррупционных проявлений. В результате проверок в соответствующие органы был передан 1201 материал (больше на 5%, чем в 2011 голу), в том числе 167 в налоговые органы и 522 в органы юстиции. Эти материалы касались 1,146 миллионов евро, а в 2011 году этот показатель составлял 868 миллионов евро. Кроме того, в отчётный период служба, действуя в рамках заключенных соглашений, передала в социальные службы 45 материалов о подозрениях в мошенничествах с социальными пособиями в общей сумме около 14 миллионов евро[2].

Таким образом, Тракфин демонстрирует свою эффективность и доказывает правильность принятого властями Франции решения о создании специально уполномоченного органа в сфере борьбы с «отмыванием»

криминальных доходов, в том числе до бытых в результате коррупционных действий. Служба на протяжении долгих лет является действенным инструментом государства, по примеру стран G20 провозгласившего данную деятельность в качестве одного из своих приоритетов. Французские власти серьёзно относятся к вопросам борьбы с коррупцией, в том числе в высших эшелонах, не смотря на положение в политической и государственной элите.

По коррупционным делам на скамье подсудимых оказались, а затем и лишены свободы бывший министр, мэр города Гренобль А.Кариньон, бывший министр, президент футбольного клуба «Олимпик» Б.Тапи, а также ряд других государственных чиновников высокого ранга.

Материалы Тракфин о выявленных фактов «отмывания» денег касались не только граждан Франции. 20 июня 2011 года исправительным судом города Марселя по ним было возбуждено дело в отношении Б. Березовского по обвинению в отмывании крупных денежных сумм при покупке недвижимости. В общей сложности органы правосудия Марселя конфисковали в рамках этого дела имущество и денежные средства на сумму в 74 миллиона евро. В ходе расследования были установлены офшорные компании в Швейцарии, на Кипре, Гибралтаре и в Люксембурге, которые в итоге вывели следователей на Б. Березовского[3].

Безусловно, опыт Франции может быть учтён при организации борьбы с коррупцией посредством противодействия «отмывания» средств, полученных в результате коррупционных действий. В связи с этим видится необходимым следующее.

1. Осуществить меры, направленные на совершенствование российского законодательства по борьбе с данным явлением, опираясь на опыт европейских стран.

2. В целях сосредоточения этой деятельности в рамках единого органа создать структуру по борьбе с «отмыванием» криминальных денег или возложить решение данной задачи одному из уже существующих ведомств.

3. Определить чёткую специализацию между специально уполномоченными ведомствами в борьбе против различных видов экономических преступлений(Минфин, Центробанк, Таможенная служба РФ, Налоговая инспекция, МВД и др.) и осуществить налаживание механизма взаимодействия друг с другом.

4. Устанавливать двусторонние связи с аналогичными создаваемому органу структурами в других государствах.

Литература 1. Уголовный кодекс Франции [Электронный ресурс]. Юридическая библиотека «Юристлиб» – Режим доступа: http://www.juristlib.ru/ getfile. php?id =1286) 2. Hausse de plus de 10% de l'activit de Tracfin en 2012 [Электронныйресурс] boursier.com – Режимдоступа: http://www.boursier.com/actualites/ reuters/hausse-de-plus de-10-de-l-activite-de-tracfin-en-2012-139812.html 3. Березовского могут судить[Электронный ресурс] Безформата.ком – Режим доступа: http://nabchelni.bezformata.ru/listnews/berezovskogo-mogut-sudit/9246751/ 4. Официальный сайт Министерства финансов Франции [Электронный ресурс] – Режим доступа: http://www.economie.gouv.fr/tracfin/accueil-tracfin Раздел 2. Криминологическое и уголовно-правовое определение коррупции.

Каширин Р.М., кандидат юридических наук, ФКОУ ВПО «Псковский юридический институт ФСИН России», старший преподаватель кафедры ОРД (г.Псков, Россия) КРИМИНАЛИСТИЧЕСКАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА КОРРУПЦИОННЫХ ПРЕСТУПЛЕНИЙ И ЕЕ ЭЛЕМЕНТЫ Аннотация: В статье рассмотрены различные точки зрения на понятие криминалистической характеристики преступлений.

Предложено авторское определение криминалистической характеристики коррупционных преступлений и отражены ее элементы.

Ключевые слова: коррупция, криминалистика, криминалистическая характеристика.

Преступления, коррупционной направленности относятся к группе преступлений, распространение которых вызывает наибольшие опасения. Это связано с особым характером этих преступлений, которые становятся источником реальной угрозы для интересов государственной власти и государственной службы. Особую опасность представляют коррупционные преступления должностных лиц. Криминальная активность в виде коррупции и иных преступлений, совершаемых должностными лицами, характерна для всех ветвей власти (законодательной, исполнительной и судебной) и за последние время, по официальным данным, имеет устойчивую тенденцию к росту [5, с.8].

В связи с этим особенно важно изучить характеристику рассматриваемых преступлений, на основе которой будут разрабатываться эффективные меры по их предупреждению и раскрытию.

Современный период развития юридической науки характеризуется расширением и углублением знаний в области предупреждения и раскрытия преступлений. Накопление и систематизация научных знаний рождает термины и понятия, характерные для данной науки. Строгость и научная обоснованность понятийного аппарата имеют огромное значение в правовой науке, поскольку результатом развития теории могут быть предложения по совершенствованию законодательства и практики, что требует особенной точности и ясности [10, с.27]. Это особенно важно для государственных органов, на которые возложены задачи по противодействию коррупции на территории Российской Федерации.

В криминалистике рядом исследователей для характеристики преступлений с позиции именно данной науки стал использоваться термин «криминалистическая характеристика преступлений» [6, с.11].

Другие исследователи с целью определения закономерностей организации и тактики борьбы с отдельными видами преступлений в научный оборот ввели такое понятие, как «оперативно-розыскная характеристика преступлений» [3, с. 7].

При этом в научной литературе нет однозначного подхода к содержанию этих понятий. Например, Р.С. Белкин подверг критике необоснованное, по его мнению, использование учеными в отраслевом научном аппарате оперативно-розыскной деятельности основных понятий криминалистики, в частности при конструировании такого понятия, как «оперативно-розыскная характеристика преступления» (по аналогии с криминалистической характеристикой преступления) [1, с.63].



Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |
 

Похожие работы:





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.