авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 6 |
-- [ Страница 1 ] --

ЙОШКАР-ОЛИНСКАЯ И МАРИЙСКАЯ ЕПАРХИЯ

МИНИСТЕРСТВО КУЛЬТУРЫ, ПЕЧАТИ

И ПО ДЕЛАМ НАЦИОНАЛЬНОСТЕЙ РЕСПУБЛИКИ МАРИЙ ЭЛ

Христианское

просвещение

и русская культура

МАТЕРИАЛЫ

XI НАУЧНО-БОГОСЛОВСКОЙ КОНФЕРЕНЦИИ

ЙОШКАР-ОЛА

2008

ББК 86.3

Х93

По благословению

архиепископа Йошкар-Олинского и Марийского Иоанна

Редакционная коллегия: иерей Алексий Михайлов, диакон Алек сандр Жирнов, профессор МарГПИ А.Т. Липатов (литературный ре дактор), Ю.В. Ерошкин.

Христианское просвещение и русская культура: Доклады и сообщения XI научно-богословской конференции (26-27 мая 2008 г.). Йошкар-Ола, 2008. 220 с.

В данном сборнике представлены материалы, содержащие дальней шую разработку актуальных проблем истории христианства, взаимоот ношений религии и науки. Освещаются вопросы духовно-нравствен ных исканий в области русской словесности на примере литературного творчества Ф.М. Достоевского, Н.С. Лескова, И. Северянина и др.

Большое внимание уделено рассмотрению проблем истории Правосла вия в Марийском крае и Поволжско-Вятском регионе.

Материалы конференции могут быть использованы в качестве крае ведческого и учебного пособия по религиоведению, русской словес ности и истории края и адресуются преподавателям высших, средних общеобразовательных и средних учебных заведений.

© Йошкар-Олинская и Марийская епархия, СОДЕРЖАНИЕ ОФИЦИАЛЬНАЯ ЧАСТЬ Приветственное слово Высокопреосвященнейшего Иоанна архиепископа Йошкар-Олинского и Марийского....................... Приветствие Президента Республики Марий Эл Л.И. Маркелова........................................ ДОКЛАДЫ И СООБЩЕНИЯ I. ВОПРОСЫ ИСТОРИИ ХРИСТИАНСТВА СТАРИКОВ С.В.

Подвижник русского книгопечатания:

445 лет со дня упокоения святителя Макария, митрополита Московского (1563-2008)........................................ ЛАНГОЛЬФ О.Г.

Установление христианства на Руси............................................ ГАЙДЕНКО П.И.

Христианская жизнь Киевской Руси в западноевропейских источниках (несколько наблюдений по проблеме формирования церковного источниковедения)......................... АКШИКОВ А.Г.

О национальности Патриарха Московского и всея Руси Никона...................................................................... ФОМИНА Т.Ю.



Роль православного духовенства в жизни Великого Новгорода X-XII вв...................................................... БАЖИН В.В.

Имени святаго великомученика и победоносца Георгия… (из истории Георгиевской ленточки).......................... II. ПРАВОСЛАВИЕ В МАРИЙСКОМ КРАЕ И ПОВОЛЖСКО-ВЯТСКОМ РЕГИОНЕ КОЗЛОВ Ф.Н.

Голод 1921-1922 гг. и изъятие церковных ценностей (на материалах Чувашской автономии)........................................ АБЫЗОВА Э.Б.

Жизненный путь Сергия (Королева)........................................... ЕРОШКИН Ю.В.

Епископ Варлаам (Козуля).......................................................... ФЕДОСЕЕВА Н.А.

Священник Гавриил Яковлев — просветитель Марийского народа (165 лет со дня рождения)........................... АБЫЗОВА Э.Б.

За Христа пострадавшие:

протоиерей Петр Красноперов.................................................... III. ДУХОВНО-НРАВСТВЕННЫЕ ОСНОВЫ ПРАВОСЛАВИЯ НИКИТИН А., иерей Величие и сила духа святого Иоанна Крестителя..................... ЛИПАТОВ А.Т.

Мать Мария: служение Богу и Отечеству.................................. СУЩЕВ А., иерей Христианство и язычество:

борьба мировоззрений............................................................... СУНГУРОВА Е.В., НОВОСЕЛОВА И.И.

Достойны ли мы великого наследия православной культуры?............................................................. IV. ПРАВОСЛАВИЕ И ОТЕЧЕСТВЕННАЯ СЛОВЕСНОСТЬ ОЛЕНЕВА Т.Б.

Аттрибуция классических древнерусских текстов:

традиции и новации................................................................... МИХЕЕВА И.Н.

Ценностный аспект пространственной структуры цикла Н.С. Лескова «Праведники»............................................ СТАРЫГИНА Н.Н.

Христианская символика в романе Бориса Садовского «Шестой час».............................. МИХЕЕВА О.В.

Проблема соборности в философско-религиозных исканиях Ф.М. Достоевского в 1860-1870 гг.............................................. СИТНОВА А.А.

Ранняя лирика Игоря Северянина:

аксиологический аспект............................................................. ИВИ С.В.

Остромирово Евангелие на уроках истории в школе................ ЖУРАВЛЕВ С.А.

Старое и новое в топонимическом ландшафте Йошкар-Олы............................ КАМАЕВА А.И.

Женские образы в муромской житийной литературе............... МОЛЧАНОВ П.В., МОЛЧАНОВА Н.Ф.

ДОгмат или догмАт: об ударениях в словах церковно-славянской лексики.................................... Приветственное слово Высокопреосвященнейшего Иоанна, архиепископа Йошкар-Олинского и Марийского Христос воскресе! Вновь милостью Божией мы собрались в этом зале, чтобы еще и еще раз задать себе вопрос: каковы мы и насколь ко являемся продолжателями деяний святых равноапостольных Ки рилла и Мефодия, просветителей словенских земель? Святая держа ва Российская сегодня как никогда стремится к тому, чтобы вновь в былом величии и славе предстать той, какою она некогда была. И наш Царев город облекается в свое былое величие, прославляющее Бога — Творца всяческих. По утверждению историков, этот город был создан как город царя Небесного и назывался «Царев город на Кокшаге»;





и ныне вновь созидаются посвященные Господу храмы:

Воскресения, Вознесения, Святой Троицы;

готовится восстановле ние храма в честь входа Господня в Иерусалим;

строится Православ ный центр. Однако при внешнем возрождении нашей церковной жизни, мы должны помнить о главном: «Жатвы много, а делателей мало» (Мф. 9, 37;

Лк. 10, 2). Да еще мало средь нас делателей, продол жателей великого служения сеяния слова Божия, принесенного нам святыми братьями, участниками которого все мы должны быть.

Святая Россия — святая потому, что она Богоносица, несущая Крест Господень: в испытаниях, в скорбях, и в радости Пасхаль ной. Но чтобы увидеть Россию воскресшей, воспрянувшей после безбожного XX века, всем нам необходимо осмыслить, что каждый из нас творит, какова его деятельность, и насколько он благодарен Богу за то время, которое Господь нам отпустил, чтобы сеять семе на любви, добра и милосердия. Внешне время для нас благопри ятное, но внутренне оно является испытанием для нас, для держа вы, для всех жителей нашей необъятной Родины. Как никогда мы видим, что плевелы все больше и больше сеются на нашей земле, видим, как эти плевелы не дают расти доброй пшенице, слову Бо жию, видим, как святая Русь все больше и больше порабощается:

и не только материальными благами, но и грехом, который рас тлевает ее, порабощает ее чад и делает их не наследниками святых братьев, а слугами и рабами страстей и греха. А история нашего государства, из которой мы черпаем уроки, свидетельствует о том, что когда духовная жизнь истощается (люди живут только для себя и во имя себя), тогда Господь попускает всем нам испытания. Он преподает нам урок, который очень часто бывает горьким. Горь ким, потому что грех истребляется многими скорбями. И лишь когда приходят скорби и болезни, сыны России начинают призы вать имя Господне. Сегодня вновь и вновь мы должны задать себе нелицеприятный вопрос: каковы мы в своем делании и насколько слово Божие проникло в наше сердце? Читая Священное Писание, оставленное нам в наследие Кириллом и Мефодием, пустили ли мы с этим словом в свое сердце Спасителя, обитает ли Он в нашем сердце, живет ли Христос в наших семьях, в обществе, в державе нашей? Или мы изгоняем Его из своего сердца, и Он, взирая на бесчисленные наши деяния, вновь и вновь обращаясь к нам, го ворит: «Приидите ко Мне все труждающиеся и обремененные, и Я успокою вас;

возьмите иго Мое на себя и научитесь от Меня, ибо Я кроток и смирен сердцем» (Мф. 11, 28-29). Научаемся ли мы от Господа той кротости и любви, которая переродила языческий мир и сделала его миром Христовым? «Я, — говорит Господь, — есмь Путь, и Истина и Жизнь» (Ин. 14, 6). Верующий в Меня не умрет, но будет иметь жизнь вечную (Ин. 3, 15-16;

11, 26) Изберите веч ность… Вера в Господа нашего Иисуса Христа должна каждого из нас побуждать к тому, чтобы мы сеяли семена слова Божия в серд ца человеческие, особенно в сердца молодежи, которая находится на распутье дорог и избирает себе путь жизненный. Откройте им путь, ведущий в вечность, чтобы они не укоряли себя и нас, что мы не явили им то слово Божественное, которое преображает че ловека, дает ему смысл жизни, дает способность препобеждать все невзгоды, встречающиеся на его пути. Сейчас для нас открывается возможность принести слово Божие в школы, в вузы, но как мы воспользуемся этим, все зависит, прежде всего, от каждого из нас.

Жатвы много, делателей мало… Мы должны возделывать, уго товлять их сердца для Господа, делая их достойными гражданами нашей великой России. Научитесь извлекать уроки из истории, которая учит: если мы не используем это время, то пожнем пло ды, которые будут горьки;

помните: «отцы ели виноград, а у де тей — оскомина» (Иер. 31, 29).

Словом Божиим да напитаемся и да соделаемся мы достойными преемниками святых братьев, просветителей словенских, достой ными гражданами святой Руси, ее сынами и детьми, которые, ис кореняя зло в себе, преобразуют не только себя, но и нашу Русь.

Христос воскресе! Господь да благословит наше собрание.

Приветствие Президента Республики Марий Эл Л.И. Маркелова Уважаемые гости и участники конференции!

От имени Правительства Республики Марий Эл и от себя лич но сердечно поздравляю вас с Днем славянской письменности и культуры и началом работы XI научно-богословской конферен ции «Христианское просвещение и русская культура».

В этот знаменательный день мы приносим дань уважения рав ноапостольным братьям Кириллу и Мефодию, — великим просве тителям, приобщившим многомиллионные славянские народы к интеллектуально-нравственным сокровищам мировой культуры.

Труды Кирилла и Мефодия стали общим достоянием славян, по ложили основу их нравственному и культурному развитию.

В этом году Дню славянской письменности и культуры посвя щена целая декада, которая включает ряд мероприятий, органи зованных Правительством Республики Марий Эл, Министерс твом культуры, печати и по делам национальностей Республики Марий Эл, Йошкар-Олинской и Марийской епархией Русской Православной Церкви и другими государственными и обще ственными организациями.

Уважаемые друзья! Позвольте еще раз поздравить вас с празд ником, пожелать успешной и плодотворной работы, поблагода рить организаторов конференции за большой вклад в духовное возрождение нашей Родины.

I. ВОПРОСЫ ИСТОРИИ ХРИСТИАНСТВА СТАРИКОВ Сергей Валентинович, доктор исторических наук, проректор по научной работе МарГУ Подвижник русского книгопечатания (445 лет со дня упокоения святителя Макария, митрополита Московского) В 2008 году исполнилось 445 лет со дня упокоения святителя Макария, митрополита Московского и всея Руси, и 20 лет со дня его канонизации.

Святитель Макарий является одним из наиболее выдающих ся церковных деятелей средневековой Руси, чьими старания ми русская книжность поднялась на новую высоту — началось книгопечатание.

В церковной историографии эта сторона деятельности мит рополита рассматривалась в ряде сочинений историков Русской Церкви1, находила отражение в работах по истории русской культуры, справочных и иных изданиях дореволюционного пе риода2. Так, в знаменитом энциклопедическом словаре Брок гауза и Ефрона отмечалось, что Иван Грозный по совету мит рополита Макария решил устроить в Москве книгопечатню3. В советский период в отечественной историографии деятельность митрополита Макария рассматривалась скорее в контексте ре форм середины XVI века, отмечалось его участие в Избранной Раде Ивана IV.

Советские историки немало сделали для изучения первых пе чатных книг, провели их сравнительно-сопоставительный ана лиз. Несмотря на немногочисленные и отрывочные данные, се годня историки располагают сведениями о первых московских печатных изданиях («безвыходные издания») 1550-х гг., первых русских мастерах печатного дела, художественном оформлении первых русских печатных книг4. Составлен свободный каталог печатных книг XVI–XVII вв.5 Немало написано о причинах на чала книгопечатания и, среди прочих, отмечено, что Церковь была заинтересована в этом, а в связи с присоединением новых земель и христианизацией населения в большом количестве нуж ны были богослужебные книги. Однако до признания выдающе гося вклада Русской Православной Церкви дело так и не дошло, и, скорее всего, по идеологическим соображениям. Признать и открыто заявить о приоритете Церкви в этом деле означало из менить общественное настроение в пользу РПЦ. На это совет ские историки пойти не могли. Поэтому сегодня, перечитывая все, что было написано и опубликовано на тему о зарождении русского книгопечатания, невольно задаешься вопросом: кто был инициатором устроения печатного дела? Какую роль в нем сыграла Русская Православная Церковь?

Еще хуже обстоит дело со школьными и вузовскими учебника ми, где выделяется лишь дата 1564 г. — начало русского книгопе чатания. Первопечатником называется Иоанн (Иван) Федоров.

А далее все события как бы повисают в воздухе. Хотя известно, что Иоанн Федоров был диаконом кремлевской церкви святи теля Николая Гостунского и в 1555 году был поставлен служить самим митрополитом Макарием.

Сегодня, восстанавливая историческую справедливость, не обходимо воздать должное святителю Земли Русской, радетелю о русском книгопечатании митрополиту Макарию, весь земной путь которого был теснейшим образом связан с русской право славной книжной культурой.

Святитель Макарий, в миру Михаил, родился около 1482 года.

После ранней смерти отца и пострижения матери он становится сначала послушником Пафнутиево-Боровского монастыря, а по том иноком Макарием. Именно здесь, в обители, он приобщается к книжной мудрости русского монашества и обретает нескончае мую любовь к богословию в красках — иконописи, приобщается к кругу великого изографа Московской Руси — Дионисия, впиты вает в себя идеи московской державности. К 40-м годам XV в. он прошел все ступени монашеского служения — от инока до архи мандрита Лужецкого Богородицкого монастыря в Можайске, на него обратил внимание Великий князь Василий III.

Шестнадцать лет, с марта 1526 года, владыка Макарий возглав лял Новгородскую епархию. Старейшая русская архиерейская ка федра, пустовавшая более 17 лет, после присоединения Великого Новгорода к Москве вновь обрела святыни прежних новгородских архиепископов, бывшие в Москве. В новгородских монастырях был введен единообразный иноческий устав;

по благословению владыки Макария начинается миссионерская деятельность;

боль шую заботу он проявляет о строительстве и поновлении храмов.

Всего при владыке Макарии только в Новгороде строятся, пере страиваются, украшаются около сорока храмов, в том числе и ка федральный Софийский собор. Все они обеспечиваются утварью, книгами. Владыка лично поновляет великую святыню Новгород ской земли — икону Божией Матери «Знамение».

В Великом Новгороде владыка Макарий принимает реше ние начать на основе календаря систематизацию всей библей ской, новозаветной и житийной литературы. Так начался его 12-летний великий труд по созданию «Великих Четьих — Ми ней» — календаря ежедневных чтений, разбитых по месяцам на 12 томов. Составленные Макарием «Великие Четьи — Минеи»

содержат более 27 тысяч страниц большого формата. Все книги были красиво переплетены и обильно изукрашены миниатюра ми и заставками. По сути дела, это была «полная энциклопедия»

духовности и образованности. Конечно, Владыка жаждал печат ного тиражирования этого труда. Первая редакция его была за вершена к 1541 году;

12 томов так называемого Софийского ком плекта Владыка вложил в Новгородский Софийский собор.

В 1542 году архиепископ Макарий становится митрополитом Московским. С переездом в Москву работа над этим трудом продолжается. Новые редакции — Успенская и Царская — зна чительно превосходили по объему первую, Софийскую. Кро ме того, в Новгороде в 1539 г. по инициативе Макария был со ставлен Владычный летописный свод, продолживший прежние новгородские летописи.

На московском первосвятительском престоле митрополит Макарий добился усиления авторитета первого церковного архи пастыря. Он стоял у истоков превращения Великого московского княжения в Московское царство. В январе 1547 г. митрополит Ма карий впервые в русской истории совершил в Успенском соборе чин венчания на царство Ивана IV — Россия стала царством.

Под руководством митрополита в 1547 и 1549 годах были проведены два церковных собора, где в лике святых были про славлены 39 русских чудотворцев. Это потребовало огромной предварительной работы, написания новых житий и служб им.

Митрополит Макарий сам собрал и своею рукою написал жития, объединив их в «Книгу новых чудотворцев», которая стала свое образным дополнением к «Великим Четьим-Минеям».

Третий «Макарьевский» собор (1551) — «Стоглавый» — ка сался многих вопросов устроения церковной жизни. На нем встал вопрос об издании церковных книг. Было принято ре шение не только совершить тщательный пересмотр книг, но и заняться обустройством книгопечатания в России. Именно митрополит Макарий добился принятия этого важнейшего постановления.

Активная внешняя политика Московского царства спо собствовала решению этой задачи, придавала ей особое перво степенное значение. В 1552 г. митрополит Макарий благословил царя Ивана IV на казанский поход и предрек победу русскому воинству;

2 октября 1552 года Казань была покорена. Митро полит освятил храм Покрова Пресвятой Богородицы («что на рву»), построенный на Красной площади в Москве в 1561 г. в честь казанского взятия. С образованием в 1555 г. Казанской епархии он рукоположил первого казанского архиепископа — святителя Гурия.

Печатная книга была известна в России еще со второй поло вины XV века, т.к. западноевропейские издания уже попадали на Русь. Государи Иван III, а потом Иван IV, как свидетель ствуют западноевропейские источники, пытались завязать по лиграфические контакты с Германией и Данией. В историогра фии фигурировали имена печатников, состоявших на русской службе, в частности любекского типографа Бартоломея Готана (конец XV в.), датского ремесленника Ганса Богбинтера. Но источники умалчивают о том, делали ли они попытки завести книгопечатание в России6.

На Руси к середине 1550-х гг. уже была подготовлена благо датная почва для организации книгопечатного дела, появились и первые русские мастера. Источники называют «мастером пе чатных книг» Марушу Нефедьева, который, по мнению исто риков, вполне мог быть причастен к первым московским «без выходным» печатным книгам. В настоящее время их известно семь: три Евангелия, две Псалтири, две Триоди7.

О том, что еще до выхода в свет первопечатного «Апостола»

в 1564 г. в Москве существовало печатное дело, говорят дан ные из разных источников (послесловия к книгам, летопис ные своды и др.) 1553 год как дата начала книгопечатания в Москве подтверж дается тотемским летописцем, правда, в относительно позднем списке конца XVII — начала XVIII веков. В нем под 1553 годом значится: «Начатся печатание книг в Москве, при митрополите московском Макарии»8. Сегодня невозможно установить, какое из «безвыходных» московских изданий было первенцем русско го книгопечатания. Мнения ученых расходятся, но однозначно можно говорить о том, что «безвыходные» московские печатные книги явились важным этапом становления и последующего со вершенствования печатного дела в Москве, а митрополит Мака рий сыграл в этом становлении решающую роль.

Ничего не известно о существовании специального печат ного двора в 1553-1563 гг. Но государев печатный двор, где вышел первый печатный «Апостол», возник не на пустом мес те. Печатное дело уже было при церкви Николая Чудотворца Гостунского9 в Московском Кремле, где диаконом был Иоанн Федоров. Священство и причт храма были книжными людь ми: священник Амос, настоятель храма, священники Михаил и Иаков. Все это дало основание историку М.Н. Тихомирову сделать предположение о том, что типография (книгопечатня), в которой печатались «безвыходные» издания, находилась при церкви Николы Гостунского. Дореволюционные исследования, церковно-исторические и справочные труды прямо указыва ют на открытие первой типографии для печатания священных книг при митрополите Макарии10. Существует мнение, что эта первая типография была создана священником Сильвестром, членом Избранной Рады, настоятелем кремлевского Благове щенского собора11. Как бы там ни было, все известные факты свидетельствуют о непосредственной причастности церковных кругов к основанию печатного дела.

Новый печатный двор, созданный на средства царской казны по благословению митрополита Макария, объединил силы. Его печатники, Иван Федоров Москвитин и Петр Тимофеев Мстис лавец, продолжили начатое дело. Из Великого Новгорода при был резчик букв Василий Никифоров. Митрополит Макарий постоянно справлялся об их работе.

19 апреля 1563 года в Московском печатном дворе стала печа таться официально признанная «первая русская печатная кни га» — «Деяния святых апостолов». Но подержать ее в руках свя тителю было не суждено — «Апостол» вышел в свет 1 марта года, а Макарий отошел ко Господу 31 декабря 1563 года.

В 1565 году Иоанн Федоров выпустил «Часослов», где отме тил: «Благословением преосвященного Макария Митрополита всея Руси составися сия штанба — сиречь, печатных книг дело, во царствующем граде Москве»12. Таким образом, источники свидетельствуют и об архипастырском благословении, и самом непосредственном участии митрополита Макария в становле нии и развитии русского книгопечатания. Имя святителя должно стоять в первом ряду устроителей печатного дела, наряду с пер выми мастерами печатниками — Иоанном Федоровым и Петром Мстиславцем, творчество которых было освящено Русской Пра вославной Церковью, поддержкой, помощью и благословением святителя Макария, митрополита Московского и всея Руси.

С тех далеких пор русская книга неуклонно развивалась. Если в XVI веке было выпущено всего 14 наименований книг, то в XVII веке уже 48313. Ничего не известно о тиражах Московского печатного двора в XVI веке, но в XVII веке они уже значительны, и в конце века достигают около 5 тысяч экземпляров14. Одну из книг — «Житие Николая Чудотворца» — как духовную реликвию и образец русской книжности XVII века автор этой статьи хранит в своей личной библиотеке. Книга была отпечатана в ноябре-де кабре 1640 года в Москве при царе Михаиле Феодоровиче, о чем свидетельствует ее послесловие.

«Реки, наполняющие вселенную мудростью» — так в Древ ней Руси называли книги. Поминая сегодня митрополита Мака рия — святителя Земли Русской, который великолепно знал «вся премудрости», хотелось бы пожелать всем постоянного прикос новения к этому роднику книжной мудрости. Пусть это духовное благо пребывает со всеми нами!

Примечания Карташев А.В. История Русской Церкви. Т. 1. М., 2006.

Румянцев В.Е. Древние здания Московского печатного двора // Древнос ти. Труды Императорского Московского Археологического общества. Т. 2. М., 1870. С. 1-38;

Полный православный богословский энциклопедический сло варь. Т. 2. Репринтное издание. М., 1992.

Лисовский Н.М. Печатное дело // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона. Т. 27а. СПб., 1899. С. 414.

Тихомиров М.Н. Начало книгопечатания в России // У истоков русского книгопечатания. М., 1959;

Немировский Е.Л. Возникновение книгопечатания в Москве. Иван Федоров. М., 1964;

Сидоров А.А. Начало русского книгопеча тания и Иван Федоров // Русское книгопечатание до 1917 года. М., 1964;

Рогов А.И. Возникновение и развитие книгопечатания // Очерки русской культуры XVI века. Ч. 2. М., 1977. С. 262-278.

Зернова А.С. Книги кирилловской печати, изданные в Москве в XVI-XVII веках. Сводный каталог. М., 1958.

Рогов А.И. Возникновение и развитие книгопечатания. С. 265-266.

Там же. С. 267.

Там же. С. 268.

Тихомиров М.Н. Начало книгопечатания в России. С. 33.

Полный православный богословский энциклопедический словарь. Т. 2.

Репринтное издание. М., 1992. С. 1546.

Черный В.Д. Искусство средневековой Руси. М., 1997. С. 292.

Сегень А.Ю. Радетель о русском книгопечатании // «Русский дом». 2008.

№ 1. С. 21.

Рогов А.И. Возникновение и развитие книгопечатания // Очерки русской культуры XVII века. Ч. 2. М., 1979. С. 155.

Киселев Н.П. О московском книгопечатании XVII века // Книга. Иссле дования и материалы. Книга II. М., 1960. С. 133.

ЛАНГОЛЬФ Оксана Григорьевна, учитель русского языка и литературы средней общеобразовательной школы № 3 г. Йошкар-Олы Установление христианства на Руси Удрученный ношей крестной, Всю тебя, земля родная, В рабском виде Царь Небесный Исходил, благословляя.

Ф.И. Тютчев.

Больше тысячелетия прошло с того дня, когда Русь была офи циально крещена. Этому событию предшествовал длительный пе риод распространения Православия в нашем Отечестве. Ученики Христа спешили во все концы мира для привлечения народов ко Господу. История христианства на Руси начинается с предания о путешествии на Русь святого апостола Андрея Первозванного, бра та апостола Петра. Увидев горы вверху Днепра, он сказал ученикам:

«На этих горах воссияет благодать Божия, будет город великий, и воздвигнет Бог много церквей». Он благословил эти горы, поставил на них крест. Впоследствии в этих местах возник г. Киев1.

Еще до крещения киевлян в IX веке среди русов были христи ане. Князь Кий был приглашен императором в Византию, чтобы заключить союз. Там его дружинники ощутили высоту христиан ской культуры, и через них Русь стала узнавать о вере Христовой.

В 860 году киевские князья Аскольд и Дир с дружиною пришли в ладьях воевать Константинополь, но греки с молитвою погрузили в море ризу Пресвятой Богородицы, море взволновалось, и ладьи были разметаны. Русские послали посольство и просили креще ния. Это было первое крещение на Руси. Патриарх Фотий в году в Окружном послании к епископам сообщал, что русские ис полняют христианские обычаи с великим усердием2. На Руси поя вились церкви. В 944 году в церкви святого пророка Илии в городе Киеве князем Игорем был подписан договор с Византией.

Говоря о распространении Православия на Руси, нужно ос тановиться на том, что 24 мая мы вспоминаем создателей сла вянского алфавита, просветителей славян в Моравии, братьев Кирилла (827-869) и Мефодия (815-885). Их жизнь стала служе нием славянской культуре. После смерти отца Константин (при пострижении в монахи названный Кириллом), отличавшийся ученостью, из византийского города Солуни отправился в Кон стантинополь, где продолжил обучение. Затем он занимал пост патриаршего библиотекаря, но оставил государственную службу и преподавал в университете эллинскую и христианскую фило софии. Вместе со своим учителем, будущим патриархом Фотием, он занимался филологией. Затем, как знавший язык славян, был отправлен в Болгарию с просветительской миссией. Но просве щение народа оказалось невозможным, потому что не было книг на их родном языке. Вместе со своим братом Мефодием, Кирилл приступает к созданию славянской азбуки.

Примерно с 862 года Мефодий переводит книги на славян ский язык, но есть сведения, что еще в 860 году Кирилл крестил в южнорусских степях 200 семей и нашел у них Евангелие и Псал тирь своего же перевода. Для обращения в христианскую веру русских был послан митрополит Михаил. Князь русов призвал народ принять крещение. Старейшины потребовали чуда: чтобы Евангелие было брошено в огонь и не сгорело. Господь совершил это чудо, и народ крестился.

23 мая 863 года в столице Болгарии Плиске был оглашен но восоставленный славянский алфавит, а через два месяца в Со фийском соборе патриарх Фотий отслужил в честь этого события молебен.

В связи с этим моравский князь Ростислав обратился к ви зантийскому императору Михаилу III с просьбой разрешить богослужение не на латинском, а на славянском языке, чтобы прекратить влияние в своем государстве немецкого духовенства на культурную жизнь страны. Константин взялся за составление азбуки на основе греческого алфавита. Требовалось перевести и переписать большое количество книг, поэтому буквы должны были быть простыми и легкими и в то же время красивыми, что бы человек, увидев их, захотел овладеть письмом.

Появились буквы, которые отсутствовали в греческом алфа вите: б, ж, ш, з, с, ч, щ, ц, ъ, ь. Всего в алфавите было 43 буквы.

В буквах славянской азбуки присутствуют такие элементы:

крест, круг (соединение начала и конца), треугольник (Троица)3.

Считается, что славянская азбука — наставление братьев. Вот ли тературный перевод азбуки: «Я знаю буквы, Слово — это досто яние, Живите, трудясь усердно, Земляне, как подобает разумно людям, Постигайте наше мироздание, Несите слово убежденно!

Знание — дар Божий! Вникайте, чтобы Сущего свет постичь»4.

В языке, ставшем для славян международным письменным языком (старославянским), были грецизмы, латинизмы, бол гарские элементы.

С 863 года в течение 40 месяцев, до весны 867 года, братья просвещали моравских славян, воспитывали учеников, внесших вклад в историю письма и славянской культуры: Горазда, Кли мента, Лаврентия, Ангелара, Славомира, Наума.

В 866 году бра тья оставили Моравию, так как в 864 году Людвиг Немецкий, бо ясь, что Римская церковь окончательно потеряет свое влияние в этой стране, захватил ее. В 868 году братья приехали в Рим. Папа Адриан признал, что славянские книги могут просвещать народ, принял их, а учеников Кирилла и Мефодия благословил и посвя тил в сан служителей Церкви. В Риме Кирилл принял монашес тво, но внезапно заболел. Перед кончиной он просил брата не оставлять труды учительства и не удаляться в монастырь. Кирилл умер 14 февраля 869 года и был похоронен в правой стороне от алтаря церкви святого Климента. В Риме Мефодий получил сан архиепископа, распространял славянские книги в Паннонском княжестве. После захвата Паннонии немецкий епископ прика зал арестовать Мефодия. Два года тот находился в Швабской тюрьме. Освободили его в 874 году при Святополке, преемнике Ростислава. В Моравии, Чехии, Польше богослужение уже шло на славянском языке, поэтому немецкое духовенство сфабри ковало на Мефодия подложные письма, доносы. Мефодий уез жает в Византию, но через год снова возвращается в Моравию, переводит библейские книги. 4 апреля 885 года Мефодий скон чался. Через год из Моравии были изгнаны ученики Кирилла и Мефодия. Около двухсот учеников были отданы воинам, отве зены в придунайские земли, шли под конвоем нагими, с при ложенными к шее мечами и приставленными к бокам копьями.

Славянские книги уничтожались. У восточных же славян дело Кирилла и Мефодия утвердилось прочно. Сначала — в Болга рии, принявшей благодать Святого Крещения в 864 году;

отту да христианское просвещение пошло в Сербию, Румынию, на Русь, которая с конца IX — начала X века поддерживала с Бол гарией тесные отношения.

На Руси ученики Кирилла и Мефодия основывали школы.

В Киеве была открыта дворцовая школа «учения книжного». К концу IX века уже тысячи людей умели писать и читали бого служебные книги. В 1380 году братья Кирилл и Мефодий были канонизированы.

Славянский алфавит просуществовал неизменным более семи столетий. Только в Петровское время были упразднены «юс малый», «юс большой», «кси», «пси», «зело», омега». Во второй половине XVIII века алфавит пополнился буквами «и краткое», «е». В 1918 году была проведена еще одна реформа по упрощению алфавита: упразднены буквы «i десятеричное», «ять», «фита», «ижица», «ер» на конце слов.

Сейчас наша азбука содержит 33 буквы, она проста и удобна.

Кириллическое письмо используют болгары, сербы, белорусы, украинцы, русские, народы Севера, таджики, татары, казахи, уз беки. Каждый человек, изучающий русский язык, должен хра нить в своей памяти имена славянских просветителей Кирилла и Мефодия. Благодаря им, наши предки славяне восторженно устремились к источникам христианского Богопознания, изло женным на славянском языке.

Христианство продолжало распространяться при святой рав ноапостольной княгине Ольге. Была она славянкой из Псковс кой земли, происходила из рода Гостомысла, по совету которого были призваны на Русь князья-варяги, языческое имя ее При краса. С князем Игорем она познакомилась при переезде через реку Псков. Опекун Игоря, князь Олег, поехал за ней и выдал за Игоря, славянское имя заменил собственным, назвав Ольгой5.

В летописи рассказывается о путешествии Ольги в 957 году в Константинополь и о ее крещении там. В составе посольства в Константинополь был пресвитер Григорий, возможно, убедив ший ее в спасительности Христовой веры. Ольга была крещена в Святой Софии и наречена именем Елена, восприемником был император Константин Багрянородный. Предстоятель Церкви прославил ее в своей речи: «Благословенна ты в женах русских, яко возлюби свет, а тьму остави. Благословити тя хотят сыно ве рустии и в последний род внук твоих». Патриарх вручил ей святой Крест с надписью: «Земля Русская была воздвигнута для жизни в Боге крещением блаженной Ольги». Крест этот исчез во время разгрома Киева татарами в 1240 году. Вернувшись в Киев, княгиня приказала крушить идолов языческих. Занимаясь внуками Ярополком, Олегом и Владимиром, Ольга посеяла в их сердца семена православной веры. Окрестить внуков она не мог ла, так как сын ее Святослав был убежденным язычником. Тем не менее, Ольга неустанно распространяла Православие между своими подданными. Святославу говорила: «Я, сыну мой, поз нала Бога и радуюся, аще ты познаеши и радоватися почнешь».

За сына она молилась ежедневно. В 969 году, когда заболела, в последний раз предложила Святославу окреститься. А когда он отказался, то предсказала ему плохой конец и вечную погибель.

Через три года после кончины Ольги Святослав был убит пече негами, которые из его черепа сделали своему правителю чашу6.

После кончины Ольги явились и первые мученики Русской Православной Церкви — Феодор и Иоанн, убитые язычниками в 983 году. Язычники приносили Перуну и Велесу человеческие жертвы, и жребий пал на юного Иоанна, сына православного ва ряга Феодора, который отказался выдать его язычникам: «Если ваши боги всемогущи, пусть они сами придут и возьмут моего сына!» Язычники подрубили столбы их дома, отец и сын были убиты. Князь Владимир был поражен их мужественной смертью и на месте их убиения воздвиг Десятинную церковь. (Празднова ние мученикам Феодору и Иоанну совершается 12/25 июля.7) Внук Ольги, Владимир, с 17 лет самостоятельно княжил на Руси, шесть лет провел в походах, объединяя Русь от Карпат и Немана до Белоозера, Оки и Волги. А.А. Шахматов считает, что в XI веке было два сказания о крещении Владимира: в одном из них сообщалось, что он был обращен в христианство греческим философом в Киеве. Во втором, в «Повести о Крещении Руси», говорится о крещении его в Корсуни после взятия города и от правления посольства с требованием руки царевны Анны, сес тры императоров Василия II и Константина VIII Порфирород ных (условием брака было крещение Владимира), о наречении Владимира именем Василий в честь святого своего восприемни ка, императора Василия II. Перед крещением Владимир ослеп и прозрел, когда вышел из купели.

Существует легенда, что в 987 году Владимир отправил по сольство для испытания вер. Вернувшиеся послы сообщили, что не знают веры лучше греческой. Стоя в церкви, они не знали, на земле они или на небе.

Где же и как крестился князь Владимир?

О крещении Владимира и Русской земли говорится в «Памяти и похвале святому Владимиру», составленной мнихом Иаковом и дошедшей до нас в рукописи XV века. Этот источник был со ставлен раньше «Повести временных лет» Нестора. В «Слове о законе и благодати» митрополита киевского Илариона, «Памяти и похвале святому Владимиру» мниха Иакова, «Чтении о свя тых мучениках Борисе и Глебе» летописца Нестора говорится, что истинными причинами принятия православия Владимиром был пример его бабки, свято жившей под Богом, украсившейся добрыми делами. Влиял на князя пример его матери христианки Малуши. Он всегда слышал о земле Греческой, где чтят едино го в Троице Бога. Иаков мних (XI в.) пишет, что Владимир взял Корсунь, уже будучи христианином. «Чадо и весь дом его» при няли крещение в конце 987 года в имении своем — Васильеве.

По современному календарю это время с 1 января по 1 марта.

Такое решение частично диктовалось и союзным договором, за ключенным осенью 987 года между Константинополем и Кие вом, — оказать Византии военную помощь. После этого должен был состояться брак с Анной при условии, если Владимир крес тится. Следующим летом князь ходил к Днепровским порогам и лишь на третье лето взял Корсунь. Осадив город, он обратился к Богу с молитвой, чтобы Он даровал ему победу, чтобы «привести люди крестьяны и попы на свою землю и да научить люди закону крестьянскому». Вот главная причина, которой руководствовал ся Владимир, заключая договор с Византией. Бог услышал его, и князь «прия град Корсунь» (989).

Владимир оказал Василию военную помощь против мятежа Варды Фоки и провинциальной военной знати, начавшегося в 986 году в малоазийской провинции империи. Фока в 987 году провозгласил себя императором и к лету 988 года стоял на Бос форе. После подавления мятежа Василий не стал выполнять до говор, подписанный в 987 году, так как требование руки Анны было унизительным для ромейских василевсов (базилевсов). (По договоренности Анна должна была приехать к Днепровским по рогам). Тогда Владимир двинул свою дружину на Корсунь. Город осаждался 6 месяцев и был взят в мае-июне 989 года. К несчас тью для византийцев болгары стали совершать опустошительные набеги на империю, а в Малой Азии вновь началось возмущение Варды Склира;

поэтому Василий все же отправил Анну к Вла димиру, так как ему нужен был союзник. Венчание было в храме Святых апостолов. Дружина крестилась во Влахернской церкви Пресвятой Богородицы. Затем, поставив у стен Корсуни церковь святому Василию, Владимир с женой, с греческим корсунским духовенством, с иконами, мощами священномученика Климен та, епископа Римского, возвратился в Киев.

В Киеве летом 989 года Владимир открыто объявил о реше нии крестить народ: «Аще не обрящется кто, богат ли, или убог, или нищ, или работник, противен мне да будет». Русский народ, предугадав величие духовного подвига князя, потек ко Днепру, говоря: «Аще бы се не добро было, не бы сего князь и боляре прияли»8. Православные болгарские священники крестили ки евлян 30 сентября/13 октября при впадении речки, названной потом Крещатик, в Днепр. У них были богослужебные книги, переведенные Кириллом и Мефодием на славянские языки. Со священниками был греческий митрополит Михаил. В год кре щения Руси Владимиру было всего 25 лет.

В первые три года вера распространялась по всему Великому пути «из варяг в греки», далее — в Ростово-Суздальской земле.

Православными людьми оказывалась помощь бедным, боль ным. Народ любил князя Владимира и называл его «красным солнышком». Князь собирал со всех концов Руси старейшин на совещания, после которых устраивал пиры. Скончался он в своем любимом селе Берестове 15/28 июля 1015 года, был пог ребен в Десятинной церкви Киева, затем мощи Владимира хра нились в Софийском соборе9.

Христианская культура обогатила Русь новыми научными и философскими понятиями. Стали развиваться архитектура, жи вопись (иконография) и музыка. Христианство дало стимул раз витию собственной письменности на Руси. Появился патрио тический памятник «Слово о законе и благодати» митрополита Илариона. При Ярославе Мудром появилась при Софийском соборе первая библиотека. Славянский язык в середине XI века превзошел по своим выразительным богатствам многие языки европейского мира. В XI веке в монастырях Киева и Новгорода писались летописи о событиях общегосударственной значимос ти. Приходы и монастыри имели большое значение в развитии Руси: осваивались лесные дебри, поднимались целинные земли, осуществлялась христианизация иноверцев. Восточные славяне объединились через Церковь, культуру и единый литературный язык. Церковь оказывала влияние на прекращение княжеских междоусобиц, на расширение связей с другими европейскими государствами, на развитие русской нации. Молясь за митро полита Киевского и всея Руси, прихожанин чувствовал свою связь с центром государства. Князь на Руси считался защитни ком Православия (это пришло из Византии). После принятия христианства возвысилась роль женщины, преобразовалось се мейное и брачное право, стали гуманнее гражданские законы.

Церковь влияет на совесть, душу русского народа, обогащает его нравственные идеалы святостью, аскетизмом, смирением, братолюбием, жертвенностью. Православная Церковь учит пат риотизму, благословляет воинов на защиту Отечества. Напри мер, Сергий Радонежский благословил Димитрия Донского на Куликовскую битву. У людей Древней Руси была удивительная любовь к миру при одновременном признании мира греховным, суетным.

Ф.М. Достоевский писал: «Христианство есть единствен ное убежище Русской земли от всех ее зол». Эти слова акту альны и сейчас.

Примечания Повесть временных лет. Изборник. Повести Древней Руси. М., 1986. С. 25.

Митрополит Минский и Белорусский Филарет. Установление христиан ства на Руси. Крещение Святого князя Владимира и Русской земли // Тысяче летие крещения Руси. Международная церковно-историческая конференция.

Киев. 21-28 июля 1986 г. Материалы. М., 1988. С. 39-61.

Зайцева О.Н. Уроки истории русского языка в школе. Предпрофильное обучение. Методическое пособие для учителя 8 кл. М., 2005. С. 25.

Буквицы Древней Руси: Глаголь, Добро, Есть // Морозова Е. «Детская ро ман-газета». 2005. № 1(67). С. 14-15.

Жития русских святых. Месяцеслов. Ольга. М., 2005. С. 163.

Там же. С. 163-164.

Жития русских святых. Месяцеслов. Феодор Варяг, киевский первомуче ник Российский. М., 2005. С. 164.

См.: Митрополит Минский и Белорусский Филарет. Указ. соч.

Жития русских святых. Месяцеслов. Владимир (в крещении Василий) рав ноапостольный, великий князь. М., 2005. С. 165-167.

ГАЙДЕНКО Павел Иванович, кандидат исторических наук, старший преподаватель кафедры истории и культурологии КГАСУ Христианская жизнь Киевской Руси в западноевропейских источниках (несколько наблюдений на примере наиболее ранних упоминаний) Западноевропейские и, прежде всего, польские, немецкие и скандинавские источники не раз становились предметом иссле дования российских историков. Несколько сложнее обстояло дело с римскими источниками, письмами Григория VII, введен ными в исторический оборот стараниями В.Н. Татищева, князя М.М. Щербатова, Н.М. Карамзина и незаслуженно обделенного вниманием в церковной историографии выдающегося церковно го историка А.И. Тургенева. Можно сказать, что эти немногочис ленные для рассматриваемого нами периода Киевской Руси, но очень яркие, колоритные памятники европейской письменности в целом очень хорошо изучены, в том числе и с точки зрения их церковно-политического содержания. Для подтверждения этих слов достаточно привести имена митрополита Макария (Булга кова), Е.Е. Голубинского, А.В. Карташева, Н.И. Щавелевой, А.В.

Назаренко, М.Б. Свердлова и многих других. Между тем необхо димо признать, что самостоятельного, комплексного отдельного исследования зарубежных письменных памятников, как источ ников по истории Русской Церкви, несмотря на все очевидные заслуги в области источниковедческого анализа указанных «граж данских» и церковных авторов, мы до сих пор не имеем, если не считать краткие, но очень уместные и обстоятельные вставки в «Истории» Е.Е. Голубинского1. По-прежнему отсутствует и хрес томатия зарубежных источников по истории Русской Церкви2. И этому есть убедительное объяснение. История Русской Церкви, как никакая иная отрасль современной российской историчес кой науки, идеологизирована. Ее цели имели и поныне имеют по большей части характер не научный, а нравственно-назидатель ный, апологетический, богословский3. Особо ярко это наблю дается в отношении церковной науки XIX в. Сильно связанные политическими предпочтениями правящих верхов государства, осознававших сильное влияние католицизма в западных поль ских и литовских анклавах на территории Российской империи4, церковные корпорации продолжительное время не проявляли даже научного интереса к проблемам изучения латиноязычных источников, ограничиваясь апологетической стороной догмати ческих разногласий. Усилия А.И. Тургенева в этом направлении были исключением. К тому же, оценки религиозной жизни Руси, ее политических и духовных лидеров, каковые они получили из под пера средневековых западноевропейских авторов, нередко расходятся с традиционным взглядом на эти проблемы в русской церковной истории. Помимо всего, картинки христианской жиз ни в землях восточных славян в свидетельствах европейских хро нистов выступают лишь частными эпизодами. Европейские ис точники не дают полной картины религиозной жизни Киевской Руси, — собственно, перед их создателями и не стояло такой за дачи. Однако именно они сохранили множество интереснейших описаний, замечаний, прямых и косвенных свидетельств о клю чевых событиях политической и религиозной жизни древнерус ского государства. Очень ценно и то, что эти письменные памят ники дают характеристики личностей равноапостольных Ольги и Владимира Святославича, зафиксировали в исторической памя ти плохо отраженные или совершенно не отмеченные в отечест венных летописях некоторые стороны религиозно-политической деятельности князей Ярослава Мудрого и Всеволода Ярославича, донесли воспоминания очевидцев о состоянии церковной жизни Киева в первые десятилетия существования русской церковной организации, а также документы о религиозной подоплеке конф ликта Ярославичей.

Постараемся пройтись по тем сюжетным линиям, фрагмен тарным записям некоторых событий и историческим персона лиям, которые нашли свое отражение в европейских письмен ных памятниках.

Первые упоминания о русской или восточнославянской ре лигиозной и церковной жизни связаны с именем легендарной княгини Ольги, «королевы ругов», как ее именуют немецкие источники, и связываемого с ее именем русским посольством к императору Германии Оттону I, санкционировавшему открытие миссионерской епископской кафедры и рукоположение первых латинских епископов Либуция и Адальберта для проповеди в зем лях Руси. М.Н. Тихомиров делал вывод, что в 60-е годы IX века «вопрос об установлении постоянной церковной организации на Руси, возглавляемой епископом, сделался уже назревшим», саму эпоху правления Ольги и Святослава он считал временем, «когда христианство окончательно утвердилось на Руси»5.

Тот факт, что Русь с самых первых десятилетий своего сущес твования входила в сферу интересов латинских миссионеров, не имеет принципиальных возражений. Влияние латинского За пада на Русь и ее культуру едва ли может быть поставлено под сомнение. Споры вызывают не сами факты и свидетельства кон тактов древней Руси с западноевропейскими государствами, а оценка масштабности взаимных этих влияний и их значимости для политических, религиозных, экономических и культурных процессов, протекавших в восточнославянском обществе.

Первое и наиболее часто упоминаемое в зарубежных хрони ках6 известие о дипломатических отношениях, имевших к тому же и религиозный оттенок, связано с посольством княгини Ольги к Оттону I и организацией первой латинской миссии в земли Киевской Руси.

Имена Либуция, и особенно Адальберта, личности и церковный титул которых, в отличие от сомнительного анонимного Фотиева ставленника7, подтверждаются исторически и для русской цер ковной истории принципиально значимы. Как извещают герман ские хроники, в 959 г. к германскому императору Оттону прибыло посольство из Руси от имени княгини Ольги, якобы просившей через своих людей о поставлении на Русь епископа. В дальнейшем выбор императора пал на монаха из обители святого Альбана Ли буция, который вскорости в столице Германии, Франкфурте, был рукоположен бременским архиепископом Адальдаго на новоот крытую русскую кафедру. Однако какие-то неизвестные обстоя тельства задержали нового проповедника в городе. Окончательно дело осложнилось тем, что неожиданно для всех новый епископ Руси скончался 15 февраля 960 г. Преемником почившего епис копа должен был стать третий аббат Магдебургского монастыря Рихар, пользовавшийся до того благорасположением германско го монарха. Однако какие-то церковные интриги и таинственное письмо, полученное императором, содержание которого осталось неизвестным, переменило первоначальное намерение Оттона. В итоге, по совету и стараниями архиепископа Вильгельма на но воучрежденную русскую кафедру был возведен монах трирского монастыря св. Максимина Адальберт. Небезынтересно, что свое назначение на Русь и возведение в епископское достоинство для миссии среди восточных славян Адальбертом было воспринято как наказание и, возможно, как происки облагодетельствовавше го его епископским саном Вильгельма.

Очень важно отметить, что обстоятельства деятельности рус ского посольства в Германии и дальнейшая судьба император ской христианской миссии на территории Руси полны неясности и недосказанности.

Известно лишь, что, прибыв в земли восточ ных славян, Адальберт и его спутники подверглись смертельной опасности и были вынуждены вернуться назад, потеряв несколь ко человек убитыми. Неизвестно, прибыл ли новорукоположен ный миссионер в Киев или нет? Не знаем и причин возмущений местных жителей. Совершенно неясно, кто был виновником изгнания миссионеров из Руси8. В итоге, ряд историков даже не комментирует эти события, ограничиваясь сообщением самого факта изгнания Адальберта и его сподвижников9. Однако ясно то, что обращение Ольги к Оттону было связано с осложнени ем русско-византийских отношений, в том числе и в церковной плоскости, и то, что инициаторами приглашения епископа была «христианская партия» Ольги, небезосновательно рассчитывав шей на понимание и поддержку императора10. Русские источни ки молчат об этом событии. Интересно, что император никак не отреагировал на оскорбления, нанесенные посольству и избие ние членов миссии. Возможно, это было как-то связано с тем, что Русь и Германия выступали союзниками в борьбе с Византи ей, от которой Оттон, помимо всего, ожидал признания своего императорского титула, что окончательно и произойдет на им перском съезде в Кведлинбурге на Пасху 973 года11. Так что ос корбления, нанесенные императорскому послу, пришлось стер петь и оставить без внимания как досадную случайность.

Как уже было сказано, во главе посольства стоял Адальберт.

Этот миссионер начинал свою церковную карьеру в канцелярии Кельнского архиепископа Викфрида, а в дальнейшем, в 968 г., стал первым архиепископом Магдебурга12 и, в отличие от легендарного византийского иерарха13, о котором в своем окружном послании писал Фотий14, по праву может считаться первым епископом Руси, имя которого достоверно известно. Если верить житию Адальбер та, то в октябре 960 г. его рукоположили во епископа Руси и при слали в земли восточных славян в 961 году по просьбе княгини Ольги. Миссия оказалась не вполне удачной. Прибыв в пределы русского государства, миссия, никак и никем из киевских властей не защищаемая, подверглась нападениям со стороны местных жи телей, принудивших епископа и его сподвижников скоро покинуть эти земли. Оценка этих событий в отечественной гражданской и церковной историографии неоднозначна. В дореволюционной исторической науке при попытке объяснить обстоятельства появ ления безвестных русских послов у императора Оттона чаще всего склонялись к той версии, какую высказывали древние германские хроники, а именно — обману. Так, например, С.М. Соловьев видел в этих послах «варягов, которые по нескольку раз принимали кре щение для того только, чтобы получать дары;

на этот раз, чтоб по лучить хороший прием и дары от ревностного к распространению веры Оттона, они объявили себя послами Елены русской»15.

Как полагает А.В. Назаренко, одной из возможных причин без успешности латинского миссионерства стало то обстоятельство, что посольство Ольги к Оттону I и назначение миссии могло быть не более, чем попыткой политического давления правительницы Руси на Византию16. Однако при этом необходимо принять во внимание одно, очень важное обстоятельство: миссия действовала не по ини циативе духовных властей Рима, а по изъявлению Германии и, ес тественно, являлась посольством не папы, а императора. Поэтому избиение членов миссии и изгнание из пределов Руси Адальберта, подвергшегося к тому же смертельной опасности, было грубейшим нарушением принципа неприкосновенности посольства. Между тем, один из наиболее ярких церковных историков митрополит Макарий (Булгаков) ставил под сомнение обстоятельства этого по сольства, полагая «невероятным, чтобы Ольга, принявшая право славную веру в Греции, вздумала просить себе епископа Римской Церкви, и притом чужестранца»17. Что же касается посольства, то, не подвергая сомнению факт пребывания русских послов у Оттона, Высокопреосвященнейший Макарий отказывался признавать ре лигиозную подоплеку миссии, направленной Ольгой, оставляя за посольством исключительно политические цели. Правда, при этом церковный историк совершенно не учитывал особенностей той эпохи, с которыми могли быть хорошо знакомы и Ольга, и ее окру жение: скрытые противоречия Оттона и римских пап и право гер манского императора учреждать епископии18 и заниматься делами религиозных миссий19. К тому же, впоследствии во главе русской церковной организации продолжительное время будут находиться греческие митрополиты-иностранцы, что не воспринималось пра вящим княжеским родом как нечто противоестественное. В итоге митрополит-историк констатировал: «Адальберт прислан был к нам без всякой просьбы, неожиданно и против общего желания»20.

М.Д. Приселков полагал, что возможная причина неудачи посоль ства заключалась в том, что Ольга, а вместе с ней и Русь, получали не ожидаемого ими митрополита, а лишь епископа, сан которого не обеспечивал независимость русской церковной организации21.

Примерно в эти же годы украинский ученый В. Пархоменко выска зал предположение, что «более чем холодный прием» Адальберта был связан с самой Ольгой, по мнению историка, как раз крестив шейся в 959 г. и вступившей в союз с Византией22. В дальнейшем, советский ученый Б.Я. Рамм выскажет сходную позицию, объясняя беды Адальберта и его посольства «нескромным поведением» чле нов миссии и навязыванием ими киевлянам западноевропейских и римских религиозных норм23. Более того, Б.Я. Рамм не исключил возможности «сфабрикования» известий о прибытии в Германию посольства от Ольги. И это могло быть сделано ради оправдания экспансионистской политики Рима в отношении славян24. Совер шенно по-иному смотрел на события, связанные с назначением миссии Адальберта и ее неудачами, А.В. Карташев, считавший, что послы, просившие императора об отправке на Русь епископа, действовали самостоятельно, обманно прикрываясь авторитетом Ольги25. Именно это обстоятельство, по мнению этого церковного исследователя, объясняет избиение и изгнание миссии из пределов Руси. Однако сомнительно, чтобы посольство могло так нагло об манывать не только императора, но и Ольгу, поскольку с прибыти ем епископа в Киев обман мгновенно открылся бы и виновники подвергли бы себя заслуженному наказанию. Полагаю, что, напра вив посольство, Ольга как регент (вскорости уступив свои права за конному великому князю) превысила свои полномочия26. Вероят но, вопросы религиозного свойства скорее всего решались великим князем27. В дальнейшем же вина могла быть всецело возложена на членов дипломатической миссии, что само по себе снимало вся кую ответственность со Святослава и его сторонников за избиение сподвижников и слуг императорского посла.

Пожалуй, самую оригинальную из трактовок событий 1059- гг. дал протоиерей Стефан Ляшевский, признававший наличие не ких противоречий между Ольгой и Константинополем и идею «са мозванства» русских послов, пришедших к Оттону «от «народа», а не от святой княгини Ольги»28. Неуспех миссии церковный историк объяснял следующим образом: «О неудаче переговоров св. Ольги с Царьградом узнали в Риме, и был призван епископ Адальберт, при чем вопрос о его поездке обсуждали два года;

за это время регент ство св. Ольги кончилось, и князь Святослав отправил Адальберта обратно»29. При всей надуманности такого объяснения, слишком свободно пересказавшего текст латиноязычных хроник, необходи мо признать одну разумную мысль, с которой трудно не согласить ся. Изгнание Адальберта и его посольства могло стать следствием перемен на киевском престоле.

Кроме того, не следует преувеличивать степень противостоя ния христиан греческого и латинского обрядов в Киеве. Как пред полагает М.Б. Свердлов, «христианская община в Киеве не могла не быть многоэтничной с двумя определяющими обрядами — уже сложившимися восточнохристианским и западнохристианским»30.

Во всяком случае, древнерусское летописание было менее катего ричным в своих оценках деятельности и жизни латинян, чем это встречается в полемических сочинениях Древней Руси. К этому следует отнести и широкую практику брачных союзов русских и за падноевропейских родов. А это означает одно: едва ли правомочно говорить о существовании на Руси в XI — первой половине XII вв.

безусловной приверженности великокняжеского двора к той или иной религиозной христианской парадигме31. Собственно и сама оценка немецкими и польскими хрониками нравов и обычаев Руси почти не дает характеристики религиозной жизни первых славян и их иерархии32. Стоит признать, что и с русской стороны на протя жении XI-XIII вв. антилатинская полемика не имела сколько-ни будь серьезной остроты33 и сводилась к вопросам бытовых норм и богослужебных обычаев. Проблемы догматического свойства в рус ской антилатинской полемике будут подниматься намного позже.

Пока же инициируемая по большей части византийским еписко патом, она преследовала цели политического свойства, вызванные интересами Константинопольского императорского двора и, ес тественно, в реалиях жизни Киевской Руси оказалась совершенно не востребованной.

Особую ценность для церковной истории представляет титул Адальберта, епископа русского, который не мог не быть согла сован с русской делегацией. Титул не только свидетельствовал о формальном включении русской епархии в состав Магдебург ского архиепископства, но и о том, что это произошло не без воли христианской партии в Киеве. Тем не менее, прибыв в пре делы Руси и, скорее всего, так и не достигнув столицы восточных славян, императорский посланник был с позором изгнан.

Неудача Адальберта, оставившего свою епархию, могла гро зить ему наказанием34. Оттон был заинтересован в миссии, по этому Адальберт мог быть подвергнут наказанию и как неудач ливый посол, и как епископ, оставивший свою епархию. Можно сказать, что даже дальнейшее возведение Адальберта на архи епископскую кафедру Магдебурга позволяло Оттону I и папе Иоанну XIII «настойчиво и в то же время политически деликат но подчеркивать как раз «русский аспект» магдебургского про екта»35. Однако в дальнейшем мы не встречаем подобных миссий или попыток учреждения на Руси латинских епископий.


Известный хронист Титмар Мерзебургский в своей оценке деятельности Адальберта был сдержан. Однако интересно иное:

он ничего не говорит о борьбе с другими еретичествующими священниками, что следовало бы ожидать, судя по официальной церковной литературе;

не говорит и о насаждении иерархии, ог раничиваясь немногим и говоря лишь о «насаждении отрасли».

В своих наблюдениях Титмар был неуважителен к славянам и относился к ним свысока. Но, в отличие от поляков, Русь и, прежде всего, Киев, сведения о которых он приобрел «из вторых и третьих рук», им были оценены очень высоко. И здесь Титмар в своих суждениях был единомыслен с Адамом Бременским36.

В целом, мы можем констатировать, что свидетельства зару бежных источников обогащают нашу церковную историю, спо собствуя ее живому и непосредственному восприятию.

Примечания Голубинский Е.Е. История Русской Церкви: Т. 1. Период первый, Киев ский или домонгольский: Ч. 1. М., 1901. С. 99-100, 103-104, 252-254.

Эта ситуация свойственна не только церковной, но и отечественной исто рии. В одном из докладов И.В. Карацуба отметила: «Совершенно вопиющий факт – ни в одном (!) учебнике по источниковедению отечественной истории (стержневой для исторического образования дисциплины), изданном в нашей стране с 1960 г., нет глав о сочинениях иностранцев о России» (Карацуба И.В.

«Россика» и Россия: некоторые закономерности взаимодействия и взаимовлия ния // Вспомогательные исторические дисциплины – источниковедение – ме тодология истории в системе гуманитарного знания. М., 2008. C. 338).

См.: Поснов М.Э. История Христианской церкви (до разделения церквей – 1054 г.). Киев, 2007. С. 13.

См.: Тихонов А.К. Политика Российской империи по отношению к ка толикам, мусульманам, иудеям в последней четверти XVIII – начале XX в. // Автореферат дисс. степени докт. ист. наук. СПб., 2007. С. 4-5.

Тихомиров М.Н. Древняя Русь. М., 1975. С. 267.

Эти события осветил сам Адальберт в продолжении хроники Регинона, ко торое, как характеризовал эту ситуацию А.Н.Сахаров, «вкратце повторило дру гие западные хроники X-XI вв. – Например, Гильдесгеймская, Кведлинбургская, Ламперта Герсфельдского, Титмара Мерзебургского, Саксонская» (Сахаров А.Н.

Дипломатия Древней Руси: IX – первая половина X в. М., 1980. С. 261). Столь час тое упоминание этого события в различных источниках может быть связано с тем, что в глазах европейцев произошедшее имело принципиальную значимость.

А.В. Карташев высказывал предположение, что этим первым епископом митрополитом Руси мог быть Михаил (См.: Карташев А.В. Собрание сочине ний: В 2 т. Т. 1.: Очерки по истории русской церкви. М., 1992. Т. 1. С. 137-138).

Ни один источник не говорит прямо о причинах неудачи посольства Адаль берта, кроме того, что прибывшие к Оттону I русские послы действовали обма ном. В итоге А.Г. Кузьмин констатировал: «Неясно даже, кто именно возражал против прибытия миссионеров из Германии: язычники или варяги-христиане»

(Кузьмин А.Г. Крещение Руси. М., 2004. С. 174). Все, что было сказано в исто рической и церковно-исторической литературе о причинах провала посольс тва, не более, чем догадки и гипотезы. Вероятнее всего, это все же были языч ники. Однако есть и иная точка зрения. Например, проф. И.Ф. Оксиюк был убежден, что Адальберт был изгнан киевскими христианами, которые «вскоре поняли, о какой христианизации говорит посланный к ним «епископ Русский»

Адальберт» (Оксиюк И.Ф. Первые столетия христианства на Руси и Латинский Запад / Тысячелетие Крещения Руси: Материалы. Международная церковно историческая конференция. Киев, 21-28 июля 1986 г. М., 1988. Т. 1. С. 171).

См.: Иловайский Д.И. Становление Руси. М., 2003. С. 55;

Греков Б.Д. Ки евская Русь. М., 2004. С. 552;

Толочко П.П. Древняя Русь: Очерки социально политической истории. Киев, 1987. С. 42-43., и др.

См.: Назаренко А.В. Русь и Германия при Святославе Игоревиче // «Исто рия СССР». 1990. № 2. С. 61;

Приселков М.Д. Очерки по церковно-политичес кой истории Киевской Руси X-XII вв. СПб., 2003. С. 15;

Сахаров А.Н. Дипло матия Древней Руси: IX – первая половина X в. М., 1980. С. 295.

См.: Назаренко А.В. Русь и Германия при Святославе Игоревиче. С. 62.

Магдебургская архиепископия, учрежденная с целью организации пропо веди в землях славян, просуществовала недолго, и вскорости, в 981 г., по воле Оттона II была закрыта, а находившиеся в ее владении земли розданы, что в дальнейшем вызвало гневное осуждение Титмара Мерзебургского, видевшего в случившемся «святотатство» (См.: Доннерт Э. Данные немецких источников раннего средневековья о славянах и программа восточной экспансии у Титмара Мерзебургского // Средние века. М., 1965. Вып. 27. С. 33).

Церковный историк Н.Н. Воейков, сообщая в своей работе о посылке пат риархом Фотием епископа на Русь, не только указывал имя этого легендарного иерарха, но описал и иные подробности этой миссии. «Император согласился и послал в Киев епископа Алексия и двух священников – Афанасия и Кирилла (ставшего потом епископом Катанским и Сицилии). Проповедь их так подей ствовала на князей (Аскольда и Дира – П.Г.), что они приняли крещение в 865 г.

вместе с одним хазарским князем и многими киевлянами» (Воейков Н.Н. Цер ковь, Русь и Рим. Минск, 2000. С. 254). Правда, источники, из которых были почерпнуты такие необыкновенные сведения, исследователь так и не назвал.

А.В. Карташев высказывал предположение, что этим первым епископом митрополитом Руси мог быть Михаил (См.: Карташев А.В. Собрание сочинений:

В 2 т. Т. 1: Очерки по истории русской церкви. М., 1992. Т. 1. С. 137-138). А И.Ф.

Оксиюк выдвинул еще более интересную гипотезу, расширившую догадки извес тного русского историка и утверждающую, что основания русской церковной ор ганизации были заложены свв. Кириллом и Мефодием: «Малая Русская Церковь, состоявшая, быть может, из двухсот семейств, крещенных на юге Руси в 861 году нашими святыми первоучителями Кириллом и, вероятно, Мефодием, заботами Патриарха Фотия была создана митрополитом-миссионером Михаилом» (Окси юк И.Ф. Первые столетия христианства на Руси и Латинский Запад. С. 169).

См.: Соловьев С.М. История России с древнейших времен. Русь изна чальная. Кн. 1. М., Харьков, 2001. С. 356.

ПЭ. Т. 1. С. 279-280.

Макарий (Булгаков), митр. История Русской Церкви: история христианс тва в России до равноапостольного князя Владимира как введение в историю Русской Церкви. М., 1994. Кн. 1. С. 216.

А.В. Назаренко пишет, что «право устраивать новые епархии … было со вершенно официально уступлено королю Оттону I. – П.Г. папой Агапитом II еще в 955 г.» (Назаренко А.В. Древняя Русь на международных путях: меж дисциплинарные очерки культурных, торговых, политических связей IX-XII веков. М., 2001. С. 296).

Оттоном I было основано 6 миссий (См.: Карташев А.В. Собрание сочи нений: В 2 т. Т. 1.: Очерки по истории русской церкви. Т. 1. С. 102).

Макарий (Булгаков), митр. История Русской Церкви. Т. 1. С. 217.

См.: Приселков М.Д. Очерки по церковно-политической истории Киев ской Руси X-XII вв. С. 15.

См.: Пархоменко В. Начало христианства на Руси. Очерки из истории Руси IX-X вв. Полтава, 1913. С. 143-144.

«Адальберт явился в Киев с титулом «епископа Русского». Это было, по видимому, первое появление католического прелата на Руси. В Киеве быстро разгадали, что скрывается за так называемой «христианизацией», о которой разглагольствовали новоприбывшие. Очевидно, и поведение так называемых «миссионеров» было достаточно нескромным, и вскоре по приезде гостей в Киев поднялось по их адресу такое возмущение в народе, что Адальберт со своими спутниками счел за лучшее спешно оставить пределы киевской земли»

(Рамм Б.Я. Папство и Русь в X-XV веках. М., Л., 1959. С. 33).

Там же. С. 35-36.

Карташев А.В. Собрание сочинений: В 2 т. Очерки по истории русской церкви. Т. 1. С. 102-103.

Имела ли Ольга право решать вопросы веры на Руси? Сомнительно. В ПВЛ не именуют ее даже «княгиней» (ПСРЛ. Т. 1. Стб. 57-68). Скорее всего, решение вопросов подобного рода принадлежало великому князю, как это, например, произойдет во времена Владимира Святославича (См.: Гайденко П.И. Место Ки евского митрополита в системе политических отношений Киевской Руси (988 1037 гг.): дисс. канд. ист. наук. Казань, 2005. С. 151;

Данилевский И.Н. Древняя Русь глазами современников и потомков (IX-XII вв.). М., 2001. С. 79). Крещение Ольги – это акт ее личной веры. Собственно, даже то, как Ольга была приня та в Константинополе, простояв долгие дни у стен города (ПСРЛ. Т. 1. Стб. 63;

Сахаров А.Н. Дипломатия Древней Руси (Зарождение древнерусской диплома тии). М., 1987. С. 96), отчасти указывает на то, что византийцы не видели в ней сильную, реальную правительницу Руси, действия и политические шаги кото рой можно было бы признавать в качестве воли Киева. Возможно, этим и можно объяснить неудачу посольства, которое не могло не знать, что Ольга действовала незаконно.

См.: Павловский И.В. Государство и общество средневековой Руси. За падные влияния и отечественный культурный фон. // Автореферат дисс. докт.

ист. наук. М., 2007. С. 13.

Ляшевский С., прот. История христианства в Земле Русской с I по XI века.

М., 2002. С. 257.

Там же.

Свердлов М.Б. Домонгольская Русь: Князь и княжеская власть на Руси VI – первой трети XIII вв. СПб., 2003. С. 214.

Даже если не принимать в данном случае во внимание неудачную миссию епископа Русского Адальберта, изгнанного по вине «язычников», и сближение Ярополка Святославича с германским императором (См.: Назаренко А.В. Древ няя Русь на международных путях: междисциплинарные очерки культурных, торговых, политических связей IX-XII веков. С. 293-310, 339-390), для этого достаточно посмотреть хотя бы на присутствие при великокняжеском дворе ла тинского епископата, занимавшегося миссионерством. Конечно же, это и епис коп Бруно Квертфуртский, следовавший к печенегам и поддержанный в 1008 г.

киевским князем (См.: ПЭ. Т. 6. С. 275-276), и сопровождавший дочь Болеслава I епископ Рейнберн Колобжегский, который, согласно Титмару, успешно зани мался на Руси миссионерской деятельностью, а позднее, в XIII в., присутствие в Киеве ирландской миссии. При этом не следует забывать и о военных договорах и брачных союзах русских князей и бояр с западноевропейцами.

Если кто на Руси в западноевропейских хрониках и анналах подвергается критике и награждается различными нелицеприятными характеристиками, так это сами Рюриковичи, но никак не епископат и священство (См.: Доннерт Э.

Данные немецких источников раннего средневековья о славянах и программа восточной экспансии у Титмара Мерзебургского. С. 36).

«Антилатинская полемика с католичеством на Руси в середине XI – нача ле XIII вв. была невысока, все полемические сочинения (за исключением Сло ва Феодосия Печерского «О вере христианской и латинской»), появившиеся в этот период на Руси, были созданы митрополитами-греками. Византийская же полемика в это время практически не переводилась» (Неборский М.Ю. Тради ции антилатинской полемики на Руси: Вторая половина XIII – начало XV века // Древняя Русь: Пересечение традиций / руководитель авт. коллектива В.В.

Мильков. М., 1997. С. 371). Мнение Б.Н. Флори несколько отличается от вы водов М.Ю. Неборского. Признавая, что русское духовенство складывало свое мнение о латинском священстве и западноевропейской церковной практике, скорее всего, на основе «обличительной литературы», а не реальных контактов, Флоря не отрицал вероятность существования славянских переводов греческих антилатинских сочинений (См.: Флоря Б.Н. Исследования по истории Церк ви. Древнерусское и славянское средневековье. М., 2007. С. 128-129).

См.: Назаренко А.В. Русь и Германия при Святославе Игоревиче. С. 65.

См.: Там же. С. 65-67.

См.: Доннерт Э. Данные немецких источников раннего средневековья о сла вянах и программа восточной экспансии у Титмара Мерзебургского. С. 36-37.

АКШИКОВ Александр Геннадьевич, младший научный сотрудник отдела истории МарНИИЯЛИ О национальности Патриарха Никона Во многих статьях и исследованиях, посвященных Святей шему Патриарху Московскому и всея Руси Никону (1605-1681), авторы пишут, что по национальности он был мордвином. Этот факт сообщается как нечто само собой разумеющееся и не тре бующее пояснений. Не делаются даже ссылки на источник, откуда взята эта информация1. Впрочем, есть исключение из этого «правила». В 2005 г. в Саранске был опубликован список хранящегося в Научно-исследовательском институте гумани тарных наук при Правительстве Республики Мордовия «Жития Никона, святейшего патриарха Московского», написанного во второй половине XVII в. клириком И.К. Шушериным. Книга, кроме «Жития», включает в себя «Хронику жизни и деятель ности патриарха Никона», из которой можно узнать, что в мае 1605 г. в с. Вельдеманове родился Никон (в миру Никита Ми нин), что отца его «мордовского крестьянина» кузнеца по про фессии звали «Мина Савельев сын Васильев», а мать Мариамной Гавриловной2. Сноска указывает на то, что хроника составлена на основе работы С.К. Севастьяновой «Материалы к «Летопи си жизни и литературной деятельности патриарха Никона», из данной в Санкт-Петербурге в 2003 году. Автор книги, на осно ве обширного корпуса источников и исследований, воссоздает биографию Патриарха Никона. Избранный С.К. Севастьяно вой научно-литературный жанр «летопись жизни и деятель ности» позволяет читателю проследить судьбу Никона по го дам и даже по дням. Материалы, представленные в книге, дают возможность познакомиться не только с фактами его биогра фии, но также и со сведениями о современниках Патриарха — его единомышленниках и противниках. Итак, обратившись к книге С.К. Севастьяновой и ознакомившись с собранными ею материалами о рождении Никона в мае 1605 г., мы можем убедиться, что здесь ничего не говорится о национальности ро дителей будущего Патриарха3. Следовательно, можно сделать вывод, что С.К. Севастьянова не обнаружила источников, где прямо говорилось бы об этом. Так на основании чего в «Хро нике жизни и деятельности патриарха Никона», помещенной в саранском издании, сделан вывод о том, что отец Никона — мордвин? Если судить по краткой аннотации на книгу, то толь ко лишь основываясь на том факте, что с. Вельдеманово было мордовским4.

Сообщая об этнической принадлежности Никона, почему-то мало кто из исследователей обращается к свидетельствам про топопа Аввакума (1620/21-1682), выдающегося писателя, одно го из лидеров староверов, сыгравшего одну из ключевых ролей в расколе Русской Православной Церкви в середине XVII века.

Аввакум лично знал Никона. Вначале они были соратниками и единомышленниками в деле исправления церковных «нестрое ний». Затем, когда Никон взошел на патриарший престол и на чал проводить церковную реформу, они стали непримиримыми врагами. В своих сочинениях Аввакум не раз упоминает о Нико не. В частности, он сообщает о том, что отец Никона был марий цем. По какой-то причине эти свидетельства не использовались и С.К. Севастьяновой при написании ею своей книги.

Так, в одном из своих писем, так называемом «Послании отцу Ионе», протопоп Аввакум, отвечая на вопрос Ионы о том, явля ется ли Патриарх Никон антихристом, писал: «Я Никона знаю:

недалеко от моей родины родился, между Мурашкина и Лыскова, в деревне;

отец у него черемисин, а мати русалка, Минка да Мань ка…»5 Важность определения места рождения и национальности родителей Никона при ответе на вышеназванный вопрос объяс няется тем обстоятельством, что антихрист должен родиться, как писал Аввакум, «от Галилеи, от колена Данова, от жены жидов ки»6. Таким образом, по Аввакуму, Никон не являлся «последним антихристом», а был лишь его предтечей. В другом своем сочи нении Аввакум писал: «Мы с Никоном ис тех мест… Я от попа родился, а Никона черемисин Минька добыл в деревнишке…»7 Из приведенных отрывков следует, что Аввакум с Никоном земляки (оба уроженцы Нижегородского края), села, где они родились, находились рядом, что Аввакум — сын священника, а Никон — сын крестьянина (жителя деревни), что родителей его звали Ми ной и Манькой (уменьшительное от имени Мариамна) и что отец Никона был марийцем. Что касается его матери, предстающей мифическим существом «русалкой», то это, скорее всего, опис ка переписчиков послания Аввакума (его сочинения ходили по рукам староверов в виде списков). Так же считал биограф про топопа Аввакума А. Бороздин. Он полагал, что в рукописи сло во «русалка» явилось в замену слова «русачка», то есть русская8.

Здесь следует также заметить, что маловероятно, чтобы Аввакум, родившийся в краю, где встретить мордвина или марийца было обычным делом, не различал их между собой. Поэтому вопрос о том, что Аввакум, называя отца Никона «черемисом», просто путал его с мордвином, отпадает сам собой.

Особый интерес вызывает сообщение Аввакума о том, что Никон родился между «Мурашкина и Лыскова», недалеко от «родины» Аввакума. Известно, что Никон родился в с. Вельде маново, а Аввакум в с. Григорове. Если взглянуть на карту Ни жегородской области, то мы увидим, что села Вельдеманово и Григорово действительно расположены относительно близко друг от друга. Однако Вельдеманово находится южнее не только Лыскова, но также и Большого Мурашкина, — то есть оно никак не может быть между ними. Неужели Аввакум ошибся в опре делении географического положения места рождения Никона?

Возможно, что и нет, если предположить, следуя свидетельству Аввакума, что будущий патриарх родился не в с. Вельдеманово, а в некой «деревне», название которой, к сожалению, осталось неизвестным, располагавшейся как раз где-то между Мурашки но и Лысково. Не исключено, что деревня была марийской, так как в начале XVII в. марийцы еще жили в этих местах9. В село же Вельдеманово, которое по этническому составу, вероятно, было мордовским, отец будущего Патриарха вместе с семьей, как мы полагаем, переселился уже после рождения Никона.

Такая версия не выглядит необычной, если учитывать то об стоятельство, что Никон родился в мае 1605 г., когда Россия уже погружалась в хаос Смутного времени. Тысячи и тысячи людей были вынуждены покидать насиженные места, опасаясь за свои жизни, и переселяться в более или менее безопасные местности России. Дороги, судоходные реки, бывшие источниками благо состояния окрестных сел и деревень, теперь приобрели зловещее значение. Неровен час, придут по ним ватаги разбойных людей, ограбят, разорят хозяйство, покалечат или убьют. Вероятно, ру ководствуясь подобными соображениями, отец Никона принял решение переселиться в с. Вельдеманово, удаленное от больших трактов и крупных рек.

В с. Вельдеманово Никита хорошо освоил русскую речь (он уже в ранние годы научился читать у местного грамотея) и, воз можно, мордовский язык. Марийский же язык Никита, по-ви димому, не знал. В окружении немарийского населения необхо димости в знании родного языка не было.

Таким образом, свидетельства протопопа Аввакума ставят под сомнение распространенную в настоящее время версию о том, что Патриарх Никон был мордвином, и, вероятно, сочинения Аввакума являются единственным источником XVII в., в кото рых совершенно определенно называется национальность роди телей седьмого Патриарха Московского и Всея Руси Никона.

Примечания См. напр.: Богданов А.П. Патриарх Никон // «Вопросы истории». 2004.

№ 1. С. 51-85.

Житие Никона, святейшего патриарха Московского. Саранск, 2005. С. 172.

Севастьянова С.К. Материалы к «Летописи жизни и литературной де ятельности патриарха Никона». СПб., 2003. С. 7.

Житие Никона… С. 4.

Житие Аввакума и другие его сочинения / Сост., вступ. ст. и коммент.

А.Н. Робинсон. М., 1991. С. 212.

Там же. С. 212, 213.

Цит. по: Робинсон А.Н. Борьба идей в русской литературе XVII в. М., 1974.

С. 29.



Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 6 |
 

Похожие работы:





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.