авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 11 |
-- [ Страница 1 ] --

УДК 338.2

ББК 60.8я431

У 67

Одобрено комиссией по научной работе при Учёном совете ОРАГС

Рекомендовано к изданию Учёным советом ОРАГС

Редакционная коллегия:

канд. филол. наук, доцент Андреева О.Н.,

канд. филол. наук, доцент Лукинова Е.М.

У 67 Управление и общество: инновационное развитие регионов:

материалы VI Всероссийской научно-практической конференции молодых

учёных и студентов «Управление и общество: инновационное развитие регионов» (филиал государственного образовательного учреждения высшего профессионального образования «Орловская региональная академия государственной службы» в г. Тамбове, 17 мая 2011 г.) / Под общ. ред. О.Н.

Андреевой, Е.М. Лукиновой. – Тамбов: Изд-во ИП Чеснокова А.В., 2011. – с.304 ISBN 978-5-903435-73-9 Сборник подготовлен по материалам выступлений участников VI Всероссийской научно-практической конференции молодых учёных и студентов «Управление и общество: инновационное развитие регионов», организованной филиалом ГОУ ВПО «Орловская региональная академия государственной службы» в г. Тамбове.

Целью данной конференции является исследование проблем модернизации государственного и муниципального управления, а также финансовой актуализации в условиях инновационного развития регионов;

комплексный анализ инновационного аспекта формирования и использования ресурсов предприятий и организаций региона. Большое внимание уделено рассмотрению инноваций в деятельности руководителей органов государственного и муниципального управления в истории краеведческой мысли, анализируются проблемы в области гуманитарных и естественных наук в контексте инновационного развития регионов.

УДК 338. ББК 60.8я Авторы публикаций, Тамбовский филиал ОРАГС, ISBN 978-5-903435-73- Материалы пленарного заседания ОБЩЕСТВЕННЫЕ ИНСТИТУТЫ В СИСТЕМЕ ГОСУДАРСТВЕННОГО РЕГИОНАЛЬНОГО УПРАВЛЕНИЯ: ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА, ПРАВОВОЕ ОБЕСПЕЧЕНИЕ, ПРОБЛЕМЫ ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ Косов Р.В.

отдел законопроектных работ правового управления администрации Тамбовской области, г. Тамбов Реализация принципов федерализма и задач, связанных с модернизацией страны, определяют актуальность проблемы организации государственного регионального управления и поиска места общественных институтов в современной системе социального регулирования.

Вне зависимости от официальных установок уже много лет российское государство и общество находятся в состоянии глобальной трансформации, смены всего жизненного уклада, влияющего на социальные, экономические, политические отношения, определяющего содержание морали, наших старых и новых традиций, форм культуры, демографического поведения. С каждым днём грань между национальным и наднациональным становится всё менее заметна, а степень сложности механизмов социального регулирования приближается к состоянию хаоса.



Сегодня для государственной власти принципиально важно понимание того, что речь уже не идёт о желании или нежелании что-то менять. В повестке дня стоит только один вопрос: о степени и эффективности участия государства и общественных институтов в этом процессе.

С другой стороны, эффективность всякой деятельности определяется правильностью целеполагания. Основная управленческая цель современного государства формально выражается в справедливой организации социального пространства (проблема заказа общества на справедливое социальное регулирование, на наш взгляд, является самостоятельной темой для обсуждения). Достижение указанной цели осуществляется посредством реализации государственных функций и полномочий органов государственной власти.

Как показывает анализ современного законодательства, помимо государства в качестве носителя такой установки отечественный законодатель видит легальные общественные институты, целевые ориентиры которых содержательно пересекаются с государственным функционалом и формализованы в целом комплексе федеральных и региональных нормативных правовых актов.

Одним из примеров схожести содержания полномочий государственных органов с направлениями деятельности общественных институтов являются нормы Федерального закона от 06.10.1999 г. № 184-ФЗ «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации» [1] и Федерального закона от 12.01.1996 г. № 7-ФЗ «О некоммерческих организациях» [2]. В указанных актах закреплены положения, согласно которым высший исполнительный орган государственной власти субъекта Российской Федерации осуществляет в пределах своих полномочий меры по реализации, обеспечению и защите прав и свобод человека и гражданина (ч.2 ст. 21 № 184-ФЗ), в то же время защита прав и свобод человека и гражданина нормативно определяется как вид деятельности социально ориентированных общественных организаций, которым органы государственной власти и местного самоуправления могут оказывать поддержку в установленных законом формах (ст. 31.1 № 7-ФЗ).

Таким образом, в процессе организации системы государственного регионального управления необходимо исходить из тезиса об общности конечных целей государства и легальных общественных институтов при разных подходах к их реализации.

В связи с этим к определению системы государственного регионального управления вполне применимы два подхода. В соответствии с узким подходом под системой государственного регионального управления понимается совокупность федеральных органов и органов государственной власти субъектов Российской Федерации, деятельность которых направлена на решение управленческих задач в рамках определённых федеральной государственной политикой. С точки зрения широкого подхода, указанная система в части структурных элементов дополняется органами местного самоуправления и общественными институтами. Также несколько иными будут и цели функционирования такой системы: задачи по реализации государственной политики должны быть согласованы с необходимостью максимального удовлетворения экономических и духовных потребностей общества. В достижении такой согласованности заключается смысл модернизации системы управления, повышение её качества и эффективности государственной власти в целом.





Как всякая другая система региональное управление предполагает определённые условия или среду, в рамках которой она развивается. На основных уровнях организации современных общественных отношений такой средой является право, нормы которого задают принципы, определяют закономерности и направления формирования системы управления.

С учётом федеративного устройства России правовые основы регионального управления в основном определяются механизмом разграничения предметов ведения между региональной и федеральной властью и заключаются в: 1) реализации совместных и собственных полномочий субъекта Российской Федерации по вопросам регулирования общественных отношений;

2) участии органов государственной власти субъекта Российской Федерации в реализации отдельных направлений государственной политики (в пределах, определённых федеральным законодательством);

3) реализации полномочий органов государственной власти субъекта Российской Федерации в области местного самоуправления.

Правовой основой деятельности легальных общественных институтов являются: Конституция Российской Федерации (в ст. 30 закреплено право на объединение);

Федеральный закон от 12.01.1996 г. № 7-ФЗ «О некоммерческих организациях»;

Федеральный закон от 12.01.1996 г. № 82 ФЗ «Об общественных объединениях» [3];

отраслевое, региональное законодательство (например, закон Тамбовской области от 30.04.2008 г. № 369-З «О поддержке негосударственных некоммерческих организаций органами государственной власти Тамбовской области») и уставные документы общественных объединений.

Помимо содержания механизма правового регулирования в сфере управления, принцип федерализма во многом определяет структуру региональной системы управления, основными элементами которой являются: 1) территориальные подразделения федеральных органов государственной власти;

2) органы исполнительной власти субъекта Российской Федерации;

3) органы местного самоуправления;

4) Общественная палата субъекта Российской Федерации, институт регионального уполномоченного по правам человека (правам ребенка);

5) партии и некоммерческие организации.

Политико-организационная составляющая регионального управления характеризуется степенью включённости субъекта Российской Федерации в решение общенациональных проектов и задач по реализации основных направлений государственной политики. Для Тамбовской области такими задачами в разное время стали:

- проведение на территории области в 2006-2010 гг. административной реформы [4];

- модернизация систем образования (2009-2012 гг.) и здравоохранения (2011-2012 гг.) области [5];

- разработка и принятие Стратегии социально-экономического развития Тамбовской области на период до 2020 года [6] и др.

Участие в масштабных проектах по реализации государственной политики обеспечивает связь региональной системы управления с другими элементами национальной системы, что уже само по себе является мощнейшим стимулом для её развития и повышения эффективности функционирования. Встраиваясь в общефедеральную структуру, региональные компоненты формируют единое управленческое пространство федеративного государства.

С этой точки зрения проблема синхронизации федерального и регионального управления является важнейшей задачей, от решения которой во многом зависит дальнейшее развитие российского федерализма.

Помимо реализации задач, связанных с формированием единого управленческого пространства, не менее значимыми являются следующие проблемы.

1. Отсутствие на федеральном уровне должного правового регулирования вопросов организации системы регионального управления существенно понижает эффективность управления в общенациональном масштабе. Например, в действующем законодательстве используется понятие «система государственного регионального управления» [7], хотя его нормативное определение отсутствует. Таким образом, деятельность правоприменителя лишена концептуальной основы. Также очевидна нехватка правовых средств, прежде всего нормативных актов, позволяющих объединить перечисленные выше элементы регионального управления в единый механизм.

В этом смысле Федерального закона от 06.10.1999 г. № 184-ФЗ явно недостаточно, т. к. он регулирует лишь отдельные аспекты отношений уровня федерация – субъект федерации. Остальное законодательство с точки зрения необходимости создания единой системы управления ещё более фрагментарно. Как правило, оно посвящено решению конкретных вопросов взаимодействия и редко выходит на уровень системного подхода [8].

Неопределённость правого регулирования федеральным законодателем вопросов государственной поддержки общественных объединений до некоторых пор являлась самой острой проблемой в указанной сфере, что не позволяло на региональном уровне разработать полноценные механизмы привлечения общественных объединений к решению общественно значимых задач и проектов.

2. Начатая в рамках административной реформы работа по уточнению функций и полномочий государственных органов власти должна быть продолжена. Невозможно добиться повышения эффективности государственного управления в условиях избыточности и дублирования государственных функций, когда механизм управления в значительной степени работает вхолостую. Тем более при такой системе государственного регулирования практически отсутствует мотивация и возможности для использования в управлении потенциала общественных институтов.

Об актуальности указанной проблемы свидетельствуют результаты работы Правительственной комиссии по проведению административной реформы. В своё время комиссией было проанализировано 5634 функции федеральных органов государственной власти, из них признано избыточными - 1468, дублирующими - 263, требующими изменения – 868 [9].

Следует учесть, что выполнение каждой функции требует значительных организационных, кадровых и материальных ресурсов.

3. Внедрение в органах исполнительной власти принципов и процедур управления по результатам применения технологий оценки регулирующего воздействия позволит более чётко формулировать цели управления, эффективно осуществлять контроль за исполнением решений, повысить эффективность использования ресурсов, обоснованно определить направления развития системы управления.

4. Правовой нигилизм и коррупция в деятельности органов публичной власти всё чаще становятся причиной дегенерации государственного управления (убийство в ст. Кущевская, «прокурорское казино», факты незаконного применения насилия представителями органов правопорядка). В информационном обществе факты злоупотреблений представителей публичной власти сразу же становятся общеизвестными в мельчайших деталях. В результате государственная власть лишается значительной степени своей легитимности. К сожалению, важность указанной проблемы нашим государством пока не до конца осознаётся.

5. Организационная, кадровая и ресурсная слабость большинства общественных институтов во многом является традиционной для нашей страны. В своем настоящем состоянии, за исключением нескольких полугосударственных структур, общественные институты не могут быть активными субъектами управленческой деятельности.

Таким образом, необходимость соответствия системы управления новому цивилизационному укладу становится всё более очевидной. Один из вариантов решения проблемы - не только в модернизации самого государства, хотя это также очень важно, но и в широком подключении общественных институтов к управленческим процессам и принятию ответственных решений.

Уже сейчас в качестве первых попыток или форм реализации новых принципов управления, основанных на сотрудничестве государства и общественных институтов, может быть отмечено следующее.

1. Реализация задач административной реформы 2006-2010 гг.

предусматривала: повышение эффективности взаимодействия органов исполнительной власти и гражданского общества;

внедрение принципа информационной открытости и повышение прозрачности деятельности органов исполнительной власти;

создание механизма досудебного обжалования гражданами и организациями действий и решений органов исполнительной власти и должностных лиц.

2. Пробное внедрение механизмов аутсорсинга административно управленческих процессов (Тамбовская область является одним из немногих регионов, в котором принят нормативный правовой акт о механизме аутсорсинга в деятельности органов исполнительной власти области [10]).

3. Появление законодательства о социально ориентированных организациях.

4. Формирование общественных палат на федеральном и региональном уровнях, создание институтов уполномоченных по правам человека и по правам ребенка.

5. Нормативное обеспечение и организационная поддержка деятельности третейских судов.

6. Формирование государственной политики в сфере повышения правовой культуры населения и преодоления правового нигилизма [11].

Приведённые примеры говорят о том, что элементы новой системы управления уже начинают появляться. Во многом спонтанно, значительная часть из них пока имеет формальный характер, но может быть в этом и заключается смысл эволюционного развития, без тяжёлых кризисов и потрясений.

Список литературы и примечания 1. Собрание законодательства Российской Федерации. – 1999. - № 42. - Ст. 5005.

2. Собрание законодательства Российской Федерации. – 1996. - № 3. - Ст. 145.

3. Собрание законодательства Российской Федерации. – 1995. - № 21. - Ст. 1930.

4. Постановление администрации Тамбовской области от 19.04.2006 г. № 388 «О плане мероприятий по проведению административной реформы в Тамбовской области на 2006 2008 годы»;

Закон Тамбовской области от 23.06.2006 № 52-З «Об областной целевой программе «Административная реформа в Тамбовской области (2006 - 2008 годы)».

5. Постановление администрации Тамбовской области от 28.04.2011 г. № 441 «О мерах по реализации мероприятий программы модернизации здравоохранения Тамбовской области на 2011-2012 годы»;

Постановление администрации Тамбовской области от 09.04.2009 г.

№ 413 «Об утверждении Целевой программы «Модернизация системы образования Тамбовской области на 2009-2012 годы».

6. Закон Тамбовской области от 29.04.2009 г. № 512-З «О Стратегии социально экономического развития Тамбовской области на период до 2020 года» // Тамбовская жизнь. – 2009. - № 164-168 (25063-25067). – 13 мая.

7. Распоряжение Правительства Российской Федерации от 17.11.2008 г. № 1662-р «О Концепции долгосрочного социально-экономического развития Российской Федерации на период до 2020 года» // Собрание законодательства Российской Федерации. - 2008. - № 47.

- Ст. 5489.

8. Например, постановление Правительства Российской Федерации от 08.12.2008 г. № «О порядке заключения и вступления в силу соглашений между федеральными органами исполнительной власти и исполнительными органами государственной власти субъектов Российской Федерации о передаче ими друг другу осуществления части своих полномочий».

9. Распоряжение Правительства Российской Федерации от 25.10.2005 г. № 1789-р «О Концепции административной реформы в Российской Федерации в 2006-2010 годах» // Собрание законодательства Российской Федерации. – 2005. - № 46. - Ст. 4720.

10. Постановление администрации Тамбовской области от 12.07.2007 г. № 775 «О механизме аутсорсинга в деятельности органов исполнительной власти области».

11. Президентом Российской Федерации Д.А. Медведевым 28.02.2011 г. № Пр- утверждены «Основы государственной политики Российской Федерации в сфере развития правовой грамотности и правосознания граждан».

ИННОВАЦИОННЫЙ ПОТЕНЦИАЛ РАЗВИТИЯ РЕГИОНА В СОВРЕМЕННЫХ УСЛОВИЯХ Пилипенко А.В.

отделение государственного учреждения – Тамбовское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации, г. Тамбов Новация (лат. novation - изменение, обновление) представляет собой какое-то новшество, которого не было раньше: новое явление, открытие, изобретение, новый метод удовлетворения общественных потребностей и т.

п. Инновация представляет собой материализованный результат, полученный от вложения капитала в новую технику или технологию, в новые формы организации производства труда, обслуживания, управления и т. п. В последние годы часто используется термин «инновация». Наиболее полное определение «инновации» сформулировал д. э. н. Б.Н. Чернышев.

«Инновация – это коммерчески воплощённая идея, способная создать новые потребности или удовлетворить имеющиеся новым, более эффективным способом;

принести эффект (экономический, экологический, информационный или другой) производителю и потребителю при оптимальном сочетании затрат и результатов внедрения» [1].

В настоящее время инновации становятся реальным потенциалом роста, влияют на структуру общественного производства, видоизменяют экономическую организацию общества и, что самое значительное, стабилизируют социальную ситуацию.

Российская статистика свидетельствует, что развитие научной и инновационной деятельности в последние десятилетия характеризуется в основном негативными тенденциями – сокращением масштабов научных исследований, снижением кадрового потенциала науки. Экономический рост последних пяти лет, по оценкам экспертов, достигнут в основном за счёт наращивания экспорта нефти, газа, металлов и других изделий с низкой степенью переработки в условиях роста мировых цен на эти виды ресурсов.

Такой тип не может быть устойчивым в долгосрочной перспективе. Кроме того, компании сырьевых отраслей не предъявляют высокого спроса на реализацию научного потенциала и широкого спектра технологий, инвестиционная и инновационная активность в технологически передовых отраслях и направлениях остаётся на низком уровне. Для устранения вышеназванных недостатков требуется системный подход к становлению эффективного инновационного воспроизводственного цикла российской экономики на основе оптимального использования всех элементов, факторов и механизмов.

В развитии системы общественного воспроизводства существенную роль играет развитие инновационного потенциала. Понятие «инновационный потенциал» стало «концептуальным отражением феномена инновационной деятельности» [2].

Инновационный прорыв возможен только как результат совместной согласованной и эффективной политики развития широкого спектра взаимодополняющих и взаимоусиливающих продуктовых, технологических и институциональных инноваций.

В инновационной деятельности можно выделить следующие стратегические приоритеты: биотехнология и биомедицина;

концентрация усилий в области новейших информационных технологий и систем на разработке нано-, био-, опто- электроники, фотоники и информатики, создании национальных информационных систем в областях образования, науки, культуры, медицины;

разработка и крупномасштабное освоение принципиально новых энергосберегающих технологий;

всё более широкая замена нетрадиционных материалов, не влекущими существенного загрязнения окружающей среды.

В современных условиях регионы связывают свои надежды на устойчивый экономический рост с переходом на инновационный путь развития.

В настоящее время в Тамбовской области ведётся активная деятельность по определению и развитию инновационных «точек роста».

Определены и основные механизмы реализации приоритетов инновационной экономики региона: реализация программы развития г. Мичуринска как наукограда;

развитие интегрированной структуры «Корпорация «Росхимзащита» - одного из основных блоков построения системы национальной безопасности России;

работа регионального совета по научно технической и инновационной политике;

формирование мегапроектов на территории области и в перспективе - в ЦФО;

реформирование системы подготовки и переподготовки специалистов и др. [3].

Кроме того, с целью получения информации о создании, внедрении и распространении новых или усовершенствованных продуктов, услуг и технологических процессов областным комитетом статистики ежегодно проводится обследование различных отраслей экономики, информационно вычислительного обслуживания, общей коммерческой деятельности по функционированию рынка.

Следует отметить, что важно проводить обобщённую оценку инновационного потенциала региона по таким направлениям, как сравнение с потенциалом других регионов;

оценка материальных, интеллектуальных, информационных и научно-технических ресурсов региона;

оценка финансовых ресурсов и инновационно-инвестиционной привлекательности отраслей;

оценка ресурсов государственной поддержки;

рост объёмов инновационной продукции;

рост показателей эффективности инновационно активных предприятий и т. д.

Например, важным конкурентным преимуществом Тамбовской области является наличие в регионе многопрофильного научно образовательного комплекса, который способен обеспечить разработку и внедрение современных технологий мирового уровня на существующих и создаваемых предприятиях.

Рассматривая инновационный потенциал, особое внимание следует уделить инвестиционной привлекательности. Завоевание достойных позиций в мировой экономике не может обойтись без анализа объективно складывающихся отраслевых инвестиционных потоков. Инвестиционный климат в регионе может быть признан благоприятным или неблагоприятным под влиянием характеристик развития одной или немногих приоритетных для региона отраслей, тогда как остальные могут представлять собой совершенно иную сферу для инвестирования.

При исследования инновационного потенциала необходимо обратить внимание на создание инновационной инфраструктуры региона.

В число основных задач по созданию инфраструктуры входит:

создание при поддержке органов государственной власти и местного самоуправления недостающих элементов инновационной инфраструктуры;

организация мероприятий по развитию инфраструктурной сети (совместные семинары, заседания клуба, web-страница и т. д.) и внешних связей;

обеспечение независимой ежегодной оценки деятельности инновационной инфраструктуры региона.

В целях обеспечения условий для большей эффективности научно технической и инновационной деятельности в Тамбовской области проводится создание различных организационных элементов её инфраструктуры. Так, в апреле 2003 года принят закон «О научно технической политике, научной и инновационной деятельности в Тамбовской области», который создал предпосылки для формирования правового поля инновационной деятельности в регионе. В настоящее время комитетом по науке и инновационной политике администрации Тамбовской области сформирован банк данных инновационных проектов, разработанных НИИ, региональными высшими учебными заведениями, предприятиями и организациями региона [3].

Также созданы инновационно-технологические центры, которые могут наряду с другими организациями (бизнес-инкубатор, банки, другие финансовые организации) выступать учредителями единого регионального инновационного центра, ответственного за продвижение инновационных проектов регионального масштаба, ориентированных на закрепление наших предприятий и организаций в перспективных секторах отечественного и мирового рынков.

Каждый регион, являясь базовым звеном национальной инновационной системы, должен выбирать приоритеты развития своей региональной инновационной системы.

При выделении конкурентных преимуществ регионального развития следует акцентировать внимание не только на территориальных, но и на других факторах более высокого порядка: технологии эффективной добычи и глубокой переработки природных ресурсов;

ресурсосберегающие промышленные технологии по производству и применению искусственных материалов;

гибкие технологии управления производством;

маркетинговое «know-how»;

технологии анализа и управления информационными потоками.

Анализ ресурсов Тамбовской области показывает, что она имеет значительные запасы минеральных ресурсов, а также недоиспользуемые ресурсы в аграрном, промышленном и строительном секторах экономики региона. Вовлечение этих ресурсов требует значительных капитальных затрат, в которых область также ограничена [3].

Учитывая вышеперечисленные факторы, с точки зрения технологического потенциала региона, наиболее перспективными областями являются: информационно-телекоммуникационные технологии;

новые материалы и химические технологии;

энергосберегающие технологии;

мониторинг окружающей среды;

производство и переработка сельскохозяйственного сырья;

производственные технологии;

экология и рациональное природопользование.

Инновационная стратегия региона может состоять из следующих приоритетных направлений: стимулирование существующих региональных компаний к использованию инноваций;

создание эффективной инфраструктуры для поддержки инноваций;

стимулирование создания малых инновационных предприятий;

привлечение внешних инвестиций (преимущественно в высокотехнологичную сферу);

повышение уровня инновационной культуры в регионе.

Одним из важных механизмов реализации инновационной стратегии является согласование различных стратегических направлений и инициатив (федеральные, региональные, ведомственные, межведомственные программы и проекты), выполняемых различными участниками в рамках инновационной стратегии, использование и одновременное усиление возможностей этих программ и проектов;

разработка и реализация пилотных проектов, нацеленных на апробацию различных экономических или общественных механизмов, являющихся новыми для всех регионов России [3].

Инновационное развитие региона – деятельность, затрагивающая различные сферы экономической и общественной жизни.

В настоящий момент в России нет чётко сформулированного федерального проекта по формированию инновационной системы. В регионах нет чёткого понимания разделения функций между федеральной и региональной властями, относительно совместного стратегического развития региональной и национальной инновационных систем. Именно поэтому при формировании инновационной политики возникают определённые сложности.

Также существует ещё одна важная проблема - отсутствие института экспертов в сфере создания инновационных систем. Это, в первую очередь, связано с тем, что в России отсутствуют апробированные модели национальной и региональных инновационных систем. С другой стороны, активно формирующиеся финансовые институты развития и банки проявляют интерес к коммерциализации системных проектов. Но для них важно видение стратегии развития отраслей промышленности, которое без участия государства вряд ли можно сформулировать.

В современных условиях каждый отдельный субъект не может обособленно обеспечить высокую динамику развития, а это приводит к необходимости концентрации ресурсов на уровне межрегиональных проектов. В развитии процессов производственной кооперации в регионах России имеется множество проблем: недостаток информации о производственных возможностях промышленных предприятий регионов и степени их участия в производственной кооперации;

отсутствие механизмов стимулирования предприятий и организаций в процессах производственной кооперации, чётко выраженных инициатив по формированию межрегиональных промышленных кластеров [4, с. 2].

Следовательно, соотношение между глобальным и локальным уровнем в национальной политике принимает важное значение и многократно усиливает требования к чёткой организации региональных систем. Это связано, прежде всего, с возможностью региона управлять территориальной экономикой, гибко изменяя её параметры с целью поддержки инновационной среды [5, с. 98].

Таким образом, первостепенными шагами в сторону улучшения сложившейся ситуации являются: пересмотр законов об инновационной деятельности для устранения возможности использования их в преступных целях;

разработка федерального проекта по формированию промышленной и инновационной систем;

создание на его основе региональных инновационных систем;

изменение системы образования страны;

разработка комплекса совместных с бизнесом государственных действий, направленных на развитие и поддержку области наукоемких технологий;

образование и развитие института экспертов в сфере создания инновационных систем;

проведение широкой пропаганды среди всех слоёв населения страны необходимости инновационного пути развития страны [6].

В последние годы стало проводиться достаточно большое количество форумов, конференций, направленных на стимулирование инновационной деятельности российского бизнеса (Инновационный форум «Молодёжь и стратегии развития территорий»;

Международный форум по нанотехнологиям;

Молодёжный инновационный конвент;

Молодёжный образовательный инновационный форум «Селигер» и т. д.).

В условиях рыночной экономики инновации должны способствовать интенсивному развитию экономики, обеспечивать ускорение внедрения последних достижений науки и техники в производство, полнее удовлетворять потребителей в разнообразной высококачественной продукции и услугах. Проблема формирования, становления и инновационного развития в России заключается в том, что данный процесс должен произойти в весьма сжатые исторические сроки при отсутствии многих условий для его развития.

В заключение приведу слова Президента России: «Единственной реальной альтернативой повышения качества жизни является стратегия инновационного развития страны, опирающаяся на одно из наших главных конкурентных преимуществ – на реализацию человеческого потенциала, на наиболее эффективное применение знаний и умений людей для постоянного улучшения технологий, экономических результатов, жизни общества в целом. Но хочу особо подчеркнуть и хочу, чтобы все это поняли: темпы инновационного развития должны быть кардинально выше тех, что мы имеем сегодня» [7].

Список литературы и примечания 1. Завлина, П.Н. Инновационный менеджмент: учеб. пособие [Текст] / П.Н. Завлина, А.К.

Казанцева. - СПб: Наука, 2004. – 177 с.

2. Кокурин, Д.И. Инновационная деятельность [Текст] / Д.И. Кокурин. - М.: Экзамен, 2001.

3. Матвейкин, В.Г. Инновационный потенциал: современное состояние и перспективы развития [Текст] / В.Г. Матвейкин. - М.: Изд-во «Машиностроение», 2007.

4. Кулаков, В.Г. Межрегиональное сотрудничество как основа инновационной стратегии развития [Текст] / В.Г. Кулаков // Инновационный Вестник Регион. – 2008. - № 3. - С. 2 - 4.

5. Суровцев, И.С. Проблемы формирования национальной и региональной инновационных систем в России [Текст] / И.С. Суровцев // Менеджмент инноваций. – 2008. - № 02 (02). - С. 94 – 106.

6. Ветров, Н.П. Источник: Вестник научно-исследовательского института развития профессионального образования. Серия «Экономика и управление». - 2009. - Вып. 1. – С.

136-144.

7. О стратегии развития России до 2020 года. Выступление на расширенном заседании Государственного совета ( http://archive.kremlin.ru/text/appears/2008/02/159528.shtml ) Секция 1: «Инновации в деятельности руководителей органов государственного и муниципального управления в истории краеведческой мысли»

ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ ТАМБОВСКОГО ГУБЕРНСКОГО ПРЕДВОДИТЕЛЯ ДВОРЯНСТВА С.М. ЛИОНА Антишкина Е.Н.

Тамбовский филиал ОРАГС, г. Тамбов Одним из видных государственных и административных деятелей Тамбовской губернии середины XIX в., оставившим заметный след в истории Тамбовского края, был тамбовский губернский предводитель дворянства Двора Его Императорского Величества камер-юнкер, статский советник С.М.

Лион.

Он являлся сыном уроженца Франции М. Лиона, принявшего в октябре 1811 г. присягу на вечное подданство России и в положенное законом время избравшего для себя определённый род занятий. Судьба соединила отца С.М.

Лиона брачными узами с одной из представительниц тамбовской ветви Араповых – Татьяной, ставшей в 1820 г. матерью Сергея Мартыновича.

Родовое имение семейства располагалось в с. Анастасьевское (Бондари) и с.

Спасское (Кашма) Моршанского уезда Тамбовской губернии.

Получив прекрасное домашнее воспитание и обучение, в 1835 г. С.М.

Лион окончил институт Корпуса Путей Сообщения и был оставлен при нём для продолжения обучения. В 1841 г. он ушёл в отставку в должности инженера-капитана. С этого времени начинается новое направление в его деятельности. В течение многих лет С.М. Лион являлся почётным попечителем Тамбовской губернской гимназии, состоял в Совете Тамбовского Александрийского института благородных девиц. Более того, в 1854 г. он был избран тамбовским губернским предводителем дворянства [1, с. 54 – 55]. Однако в этой должности он находился несколько лет, лишь до 1860 г. Он был награждён орденами и знаком отличия беспорочной службы.

Его деятельность в качестве тамбовского губернского предводителя дворянства отметилась многочисленными пожертвованиями, в том числе и в адрес благородного пансиона при Тамбовской губернской гимназии [2, с. 55].

Несколько лет С.М. Лион считался самым богатым помещиком в Тамбовской губернии, для которого не было ничего невозможного. Его состояние росло не по дням, а по часам: фабрики, заводы, парки, сады.

Следует отметить, что одной из самых крупных суконных фабрик в Тамбовской губернии являлась фабрика С.М. Лиона располагавшаяся в с.

Бондари Тамбовского уезда. На ней было занято 1028 посессионных и приписных рабочих и 1650 вольнонаемных. Фабрика выпускала до 500 тыс.

аршин армейских сукон в год с полной отделкой [3, с. 76 – 77]. Ему же принадлежали еще две фабрики: одна – там же, в с. Бондарях, и другая – в с.

Кашма Моршанского уезда [4, с. 83]. Вторая бондарская фабрика вырабатывала до 60 тыс. аршин армейского сукна в год. На ней было занято 130 крепостных и 127 вольнонаемных. Фабрика в с. Кашме имела крепостных и 30 вольнонаемных рабочих и выпускала в год до 120 тыс.

аршин сукна [5, с. 123 – 124, 139].

Таким образом, к середине 40-х гг. XIX в С.М. Лион располагал значительным капиталом. В 1846 г. он купил за 15 тыс. рублей усадьбу у помещицы Е.А. Андреевской, супруги генерал-майора, героя Отечественной войны 1812 г. Усадьба – двухэтажный угловой особняк, расположенный на пересечении Большой и Дворянской (ныне Советской и Интернациональной) улиц – сооружение периода классицизма. После капитального ремонта он передал в 1849 г. всю усадьбу, состоявшую из каменного дома и флигеля, погребницы и бани, в вечное владение Тамбовской губернской гимназии для открытия в ней благородного пансиона [6, с. 54]. Более того, С.М. Лион принял на себя все заботы и издержки, необходимые для учреждения и организации при Тамбовской губернской гимназии благородного пансиона.

За то короткое время, которое С.М. Лион находился в должности тамбовского губернского предводителя дворянства, он неоднократно выделял значительные денежные суммы благородному пансиону при Тамбовской губернской гимназии. На эти деньги Совет благородного пансиона покупал книги для библиотеки, заказывалась и оплачивалась форма для пансионеров, выплачивались определённые суммы учителям и преподавателям [7, с. 163 – 169]. Именно во времена нахождения С.М. Лиона на должности тамбовского предводителя дворянства количество учащихся как в Тамбовской губернской гимназии, так и в благородном пансионе было максимальным.

Вся широкая благотворительная деятельность тамбовского губернского предводителя дворянства С.М. Лиона не могла не сказаться на его состоянии.

В конце концов С.М. Лион разорился. Его разорение вызвало серьёзное недовольство в тамбовском обществе, начались волнения. Значительное количество кредиторов, которые в большинстве были представлены тамбовскими дворянами, разорились. Все фабрики, картинная галерея, дорогие сервизы, гобелены, старые вина, всё это, вместе с домами и тысячами десятин, пошло с молотка [8, с. 403 – 404]. Более того, С.М. Лион был вынужден уехать за границу. Во время его отсутствия на него Окружным судом Тамбовской губернии было заведено уголовное дело.

Однако вскоре из-за того, что уголовное дело продвигалось слишком медленно, дело было прекращено.

Деятельность тамбовского губернского предводителя дворянства С.М.

Лиона - яркий пример того, что гражданские чиновники, занимавшие высшие государственные посты в регионах, часто занимались благотворительностью, которая отражалась на их состоянии.

Список литературы и примечания 1. Кученкова, В.А. Неизвестный Тамбов [Текст] / В.А. Кученкова. – Тамбов, 1993.

2. Кученкова, В.А. Указ. соч.

3. Черменский, П.Н. Прошлое Тамбовского края [Текст] / П.Н. Черменский. – Тамбов, 1961.

4. Военно-статистическое обозрение Российской империи. Т. 13.

5. Воейков, Л. Сборник материалов для описания Тамбовской губернии [Текст] / Л.

Воейков. – СПб, 1872.

6. Воейков, Л. Указ. соч.

7. Холодный, Г.М. Историческая записка о Тамбовской гимназии. 1786 – 1886 [Текст] / Г.М. Холодный. – Тамбов, 1886.

8. Карцов, П.П. Из прошлого. Личные и служебные воспоминания [Текст] / П.П. Карцов. – СПб, 1888. В 2-х ч. Ч. 1. 1831 – 1876.

РОЛЬ ГОРОДСКИХ ГОЛОВ В РАЗВИТИИ ГОРОДСКОГО САМОУПРАВЛЕНИЯ ТАМБОВА Блудов А.М.

Тамбовский филиал ОРАГС, г. Тамбов Городовое положение 1892 г. сохранило за городским головой широкие полномочия, соединяя в одном лице руководителя законодательной и исполнительной власти. В связи с этим влияние личности головы на обстановку в думе и её деятельность было огромным. Состав городских голов определялся составом городского общества и гласных. В губернском центре должность городского головы была объектом предвыборной и внутридумской борьбы между гласными, представлявшими различные корпоративные и клановые интересы.

В Тамбове борьба за пост городского головы шла с переменным успехом. После отставки в июне 1902 г. И.А. Гуаданини думе долгое время не удавалось избрать нового городского голову. 20 сентября было созвано экстренное заседание. Купеческому большинству не удалось выдвинуть единую кандидатуру и ни один из предложенных кандидатов не был избран [1, с. 189]. Только 29 сентября 1902 г. дворянская часть думы при поддержке гласных из купцов «продавила» избрание своего кандидата – В.В. Москалева - большинством в 5 голосов [1, с. 208 – 209]. На следующих выборах в 1905 г.

голосовавшие консолидированно купцы взяли убедительный реванш – городским головой был избран купец А.А. Ерофеев [2, с. 2 – 9]. В 1911 г. во главе городского самоуправления вновь встал представитель дворянства – врач И.М. Потапов [3, с. 35 – 45].

Образовательный уровень городских голов существенно различался.

Городскими головами могли становиться гласные с домашним образованием.

Это было характерно для купцов пожилого возраста. В Тамбове два четырехлетия подряд городским головой был личный почётный гражданин (из купцов) А.А. Ерофеев (в 1909 г. ему было 54 года), образование домашнее. Но, как правило, думу губернского центра возглавляли лица с высшим образованием: 1897 – 1902 гг. – И.А Гуаданини, 1911 – 1917 гг. И.М. Потапов.

Накануне выборов Тамбовского городского головы в 1909 г. журналист «Тамбовского вестника» сформулировал требования к руководителю города:

«Городской голова должен обладать даром слова, энергией, не быть ни в материальной, ни в моральной зависимости от кого-либо, ибо только тогда он может быть истинным и «домовитым» хозяином города. Наш Тамбов в таком, безусловно, нуждается» [4].

Губернское правление уделяло выборам городских голов особое внимание. Помимо заполняемых по определённому образу сведений, где указывались фамилия, имя, отчество, вероисповедание, сословие, чин и другие данные (всего 14 граф), к губернатору поступали донесения городских полицеймейстеров, уездных исправников. Такие донесения под грифом «совершенно секретно» давали развёрнутую социально психологическую характеристику.

За 1894 – 1914 гг. в Тамбове не было ни одного случая неутверждения избранного кандидата в должности руководителя городского самоуправления, в то время как в других регионах эти факты стали обычным явлением.

Практически, в отличие от других регионов, Тамбовская городская дума имела возможность избирать городских голов по своему усмотрению и, как правило, делала верный выбор.

Ни один городской голова в исследуемый период не обвинялся в финансовых злоупотреблениях, все они в той или иной степени действовали на благо горожан. Некоторые городские головы были известными общественными деятелями и заслуживают особого упоминания.

Иван Александрович Гуаданини (1844 – 1911), дворянин, был избран Тамбовским городским головой 18 января 1889 г. и оставался на этом посту до 29 сентября 1902 г. (с перерывом с июня 1892 по январь 1897 г.). По окончании Тамбовской губернской гимназии И.А. Гуаданини поступил в Московский университет, где, проучившись один год, перевёлся на юридический факультет Санкт-Петербургского университета. В 1869 г. ему была присвоена учёная степень кандидата юридических наук [5, с. 2 – 3].

После непродолжительной работы в столичном окружном суде Иван Александрович вернулся в Тамбовскую губернию и в течение 20 лет занимал должность мирового судьи Борисоглебского судебного округа.

Став городским головой, И.А. Гуаданини развернул бурную хозяйственную деятельность, продолжив многие начинания своих предшественников. Были упорядочены финансы, широкое развитие получило школьное строительство, на качественно новый уровень было поднято начальное образование. Стабилизация финансового положения губернского центра во второй половине 90-х гг. ХIХ в. с помощью займов и кредитов позволила городской думе приобрести в собственность электростанцию и городскую телефонную станцию, заложив тем самым основу муниципального способа ведения городского хозяйства.

При И.А. Гуаданини было начато строительство второй ветки городского водопровода и проектированию плана электрического освещения улиц и движения трамвая в Тамбове [5, с. 1 – 5]. Поэтому И.А. Гауданини был не только продолжателем многих начинаний своих коллег, но и сам сделал для Тамбова очень много. После отставки в июне 1892 г. он назначается корреспондентом Главного Управления Государственного Коннозаводства по Тамбовской губернии. За непродолжительную, но плодотворную деятельность на этом посту 14 мая 1896 г. был произведён в действительные статские советники [6, с. 4 – 6].

В январе 1897 г. И.А. Гауданини вновь возглавил Тамбовскую думу. С большой ответственностью он относился к обязанностям городского головы, сосредоточив в своих руках решение многих дел. Однако не только заботы о городском хозяйстве требовали от И.А. Гуаданини значительного напряжения сил и времени.

Городскому голове пришлось решать ещё одну ответственную задачу:

сплочение разрозненных групп Тамбовской думы для эффективной деятельности. В целом это ему удалось, что подтверждается избранием И.А.

Гуаданини в марте 1901 г. на новый срок, при поддержке 35 из 40 гласных.

25 июня 1902 г. И.А. Гуаданини по семейным обстоятельствам оставил пост городского головы. Еще в течение пяти лет он был Тамбовским гласным, проявлял неизменный интерес к городским делам. В 1907 г. И.А. Гуаданини был избран в члены III Государственной думы.

Александр Алексеевич Ерофеев (1857 – 1911), купец, был избран на должность Тамбовского городского головы 18 февраля 1905 и оставался им до самой смерти, последовавшей 4 октября 1911 г. Избрание А.А. Ерофеева не было делом случая, так как вся его общественная деятельность служила подготовительным этапом для занятия этого поста. С 1895 г. он был членом управы, а с мая 1903 г. заместителем городского головы [7, с. 177 – 183].

А.А. Ерофеев хорошо знал городское дело, имел большой опыт практической работы, особенно в области городского хозяйства.

Новый городской голова продолжил начинания своих предшественников в области народного просвещения. При нём дума приняла решение об основании ещё трёх городских училищ, которые и были открыты в 1906 – 1909 гг. За годы своего правления А.А. Ерофеев сделал немало для Тамбова. В 1905 г. было начато упорядочение набережной р. Цны путём планировки и укрепления откосов и подготовки места для бульвара, который украсил берег [8, с. 46]. Все это дало возможность тамбовчанам пользоваться для прогулки лучшим местом в городе. Служба А.А. Ерофеева совпала с русско-японской войной, что потребовало как от думы, так и от городского головы материальных жертв. Семьям нижних чинов, призванных из запаса, городом в 1905 г. было выдано около 28 тыс. рублей.

Прочным положением в думе А.А. Ерофеев был обязан своему окружению. Заместителем городского головы был В.М. Рогозов, являвшийся для него «незаменимым помощником в разрешении всех более или менее важных вопросов городского хозяйства» [9, с. 46]. Член управы Н.А.

Мельников заведовал школьным делом и арендными городскими статьями.

Благодаря ему значительно увеличилась доходность этих статей. Личная инициатива городского головы позволила Тамбовской думе в 1911 г.

осуществить 940 тысячный заем, что дало возможность его приемнику – И.М. Потапову - приступить к расширению сети городского водопровода и устройству новой электрической станции.

За плодотворную деятельность в качестве городского головы А.А.

Ерофеев был награжден званием личного почётного гражданина [2, с. 2 – 7].

Список литературы и примечания 1. Государственный архив Тамбовской области (далее – ГАТО). Ф. 16. Оп. 69. Д. 1.

2. ГАТО. Ф. 17. Оп. 44. Д. 19.

3. ГАТО. Ф. 17. Оп. 44. Д. 18.

4. Тамбовский вестник. 1909. 24 февраля.

5. ГАТО. Ф. 161. Оп. 1. Д. 8692.

6. ГАТО. Ф. 17. Оп. 5. Д. 18. Л. 1-3;

Оп. 50. Д. 1.

7. ГАТО. Ф. 24. Оп. 1. Д. 165.

8. ГАТО. Ф. 4. Оп. 1. Д. 5794.

9. ГАТО. Ф. 4. Оп. 1. Д. 7085.

ПОСЛЕДНИЙ ПРЕДВОДИТЕЛЬ ДВОРЯНСТВА ТАМБОВСКОЙ ГУБЕРНИИ КНЯЗЬ ЧОЛОКАЕВ Н.Н. НЕКОТОРЫЕ ЧЕРТЫ К БИОГРАФИИ Клюкин А.И., Солуданов А.С.

Тамбовский филиал ОРАГС, г. Тамбов Самым видным государственным и общественным деятелем Тамбовской губернии конца XIX – начала ХХ в., оставившим заметный след в истории губернии, является губернский предводитель дворянства, князь Николай Николаевич Чолокаев.

Он родился 13 января 1830 г. в семье коллежского асессора Н.И.

Чолокаева. В 1853 г. Н.Н. Чолокаев окончил юридический факультет Московского университета. Его высокое происхождение открывало ему перспективы столичной государственной деятельности, однако он предпочёл общественную работу в Тамбовской губернии, где в селе Черкино Моршанского уезда было его имение, около1 370 десятин земли.

По окончании университете князь Н.Н. Чолокаев в чине губернского секретаря был определён почетным смотрителем Шацкого уездного училища. Через некоторое время, а именно в 1857 г. ему был присвоен чин коллежского секретаря. Более того, в конце 50-х годов XIX в. князь участвовал в работе комиссий по проведению в жизнь крестьянской реформы 1861 г.

В мае 1861 г. князь Н.Н. Чолокаев вступил в должность мирового посредника и прослужил в этой должности до конца 1869 г., затем был утверждён мировым судьёй Моршанского уезда Тамбовской губернии [3, л. – 34]. Каждое трехлетие, с октября 1871 г., он избирался почетным мировым судьёй. Князь был и членом Моршанского уездного по крестьянским делам присутствия, в 1871 – 1887 гг. – председателем съезда мировых судей.

В полной мере деловые качества князя Н.Н. Чолокаева проявились в земской работе. После принятия в 1864 г. «Положения о губернских и уездных земских учреждениях» он становится уездным и губернским гласным первого Тамбовского земского собрания. Следует заметить, что в этой должности он состоял более 50 лет, вплоть до ликвидации земских управлений в марте 1918 г. Под его началом были заложены принципы общественного служения земских работников, основанные на всестороннем обсуждении намечаемых к осуществлению мероприятий, на использовании земских средств в интересах всего населения. Он был членом различных комиссий в земском собрании, его мнение нередко принималось за основу постановлений Тамбовского губернского земского собрания.

Следует также заметить, что более 27 лет, а именно с 1891 г. по 1918 г., Николай Николаевич был губернским предводителем тамбовского дворянства. Русский правовед, философ, историк, публицист и тамбовский дворянин Б.Н. Чичерин вспоминал, что после того, как «Кондоиди оставил должность… взоры всех обратились к Чолокаеву. Долго он не соглашался расставаться со своей независимой жизнью в деревне… Наконец он сдался, и Тамбовская губерния приобрела единственного путного губернского предводителя» [6, с. 26, 281].

Более того, князь Н.Н. Чолокаев, по отзывам своих современников, был одним из самых уважаемых людей Тамбовской губернии, по всем вопросам имел свою принципиальную, аргументированную позицию. По мнению всё того же Б.Н. Чичерина, «это был человек вполне честный, прямой, бескорыстный и дельный. Всякий вопрос он изучал самым добросовестным образом» [4, с. 26].

Тамбовский губернатор Н.П. Муратов вспоминал: «В Чолокаеве не было ничего барственного, ни в манерах, ни в языке, ни в жизни. Ни в привычках. Это был весьма корректный безукоризненно честный, учитывающий всякую дворянскую копейку и берегущий её, знающий председатель дворянского собрания» [5, с. 66].

Как образцового хозяина и авторитетного человека его неоднократно приглашали для работы в различных комиссиях, в том числе и по устройству Государственного Дворянского земельного банка. Если князь не мог участвовать в работе той или иной комиссии, он присылал детально разработанное, мотивированное заключение по обсуждаемому вопросу.

Князь Н.Н. Чолокаев участвовал и в работе Особого совещания по делам дворянского сословия, в работе объединённой дворянской организации. Являлся почётным членом различных губернских присутствий:

по воинской повинности, статистического комитета оценочной комиссии, губернского попечительства о тюрьмах, лесоохранного и других комитетов.

Он же был и попечителем Тамбовского и Моршанского реальных училищ, председателем губернского училищного совета.

Более того, князь Н.Н. Чолокаев был и образцовым хозяином. Его имение было оснащено современными сельскохозяйственными орудиями, в том числе зерносушилкой, которую изобрёл сам князь. Продукты полеводства шли на рынок – в Моршанск и другие уездные города.

Гордостью владельца были сад и огород, а также 20 оранжерей, где выращивали персики, виноград. В имении был небольшой конный завод, в небольших размерах разводился скот.

Он был и страстным садоводом-любителем, производил опыты с садовыми культурами, обучал детей местных жителей садоводству [1, с. 13 – 15]. Имение неоднократно закладывалось князем в Дворянский банк, так как для оперативного ведения хозяйства необходимы были средства. В 1905 г.

имение было почти полностью заложено. В 1909 г. князь продал часть имения, у него осталось 765 десятин земли [2, л. 1 – 2].

В быту князь Н.Н. Чолокаев был скромен, непритязателен. Любил грибы, рыбу, овощи. Частенько рыбачил на реке Цне и ездил на Вьюнский кордон отдохнуть, полюбоваться природой. На средства князя в селе Черкино возвели красивейшую церковь. Он стремился помочь крестьянам семенами, саженцами (в его имении рос прекрасный сад с редкими, даже диковинными сортами деревьев, поспевали вкуснейшие ананасы), деньгами.

Сливочное масло с фирменным клеймом «Чолокаев» выпускалось в имении высочайшего качества и продавалось в лучших магазинах Москвы. Князь Чолокаев очень любил детей, а в обращении с окружающими, даже крестьянами, он оставался простым, скромным, интеллигентным человеком.

Дожил Николай Николаевич до преклонного возраста, причем трудился всю свою жизнь. Нет ничего удивительного в том, что имение князя в Черкине было одним из лучших на Тамбовщине. Здесь Чолокаев сумел наглядно доказать, что труд и знания могут творить настоящие чудеса.

При советской власти лишённый любимого имения и выселенный из квартиры в Дворянском собрании, Н.Н. Чолокаев доживал свой век в крошечном домике, снятом для него благородными земляками. Умер князь в 1920 г. Российский театральный деятель, режиссер, критик, мемуарист, литератор и тамбовский дворянин, князь С.М. Волконский вспоминал: «В доме Александры Николаевны Нарышкиной жили: старушка Воейкова, та, чей дом был занят контрревом, и старик князь Челокаев, давнишний и последний тамбовский предводитель дворянства. Этим трём было за восемьдесят лет каждому. Старушка Воейкова, кажется, умерла своей смертью. К Челокаеву пришли, чтобы вести его на расстрел. Старик сказал, что не пойдет: «Несите меня или здесь пристрелите, а я не пойду». Его оставили, но взяли со стола его золотые часы…» [7, с. 281].

Список литературы и примечания 1. Описание отдельных русских хозяйств. Вып. VI. Тамбовская губерния. – СПб, 1898.

2. ГАТО. Ф. 161. Оп. 1. Д. 9345.

3. ГАТО. Ф. 161. Оп. 1. Д. 8712.

4. Сборник постановлений тамбовского губернского земского собрания. – Тамбов, 1902.

Т. 1.

5. Туманова, А.С. Общественные организации города Тамбова на рубеже XIX – ХХ веков [Текст] / А.С. Туманова. – Тамбов, 1999.

6. Чичерин, Б.Н. Воспоминания Бориса Николаевича Чичерина. Земство и Московская Дума [Текст] / Б.Н. Чичерин. – М., 1934.

7. Волконский, С.М. Мои воспоминания [Текст] / С.М. Волконский. – М.: Искусство, 1992. Театральные мемуары. В 2-х т. Т. 2. Родина. – 383 с.

ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ ЦЕНТРАЛЬНЫХ И МЕСТНЫХ ОРГАНОВ УПРАВЛЕНИЯ ТЫЛА РУССКОЙ АРМИИ В ПЕРВОЙ ПОЛОВИНЕ XIX ВЕКА (НА МАТЕРИАЛАХ ТАМБОВСКОЙ ГУБЕРНИИ) Колобаев Е.А.

Тамбовский филиал ОРАГС, г. Тамбов Структура органов центрального и местного управления тыла русских войск в XIX столетии имела во многом определяющее значение для качественного и бесперебойного снабжения русской армии. Хозяйственную часть Военного министерства составляли департаменты: Инспекторский, Комиссариатский, Провиантский, Медицинский, Артиллерийский и Инженерный.

Инспекторский департамент по вопросам, подлежащим его ведению, действовал через дежурства управлений разных военных лиц и частей войск.

В начале XIX века территория империи подразделялась на 14 инспекций, Тамбовская губерния входила в состав Московской инспекции войск [1, л.

157 – 159].

Провиантский департамент по внутреннему довольствию действовал через комиссии, комиссионерства и комиссионеров или отдельных чиновников. Каждое интендантское и внутреннее провиантское управление действовало в своём районе. Район внутреннего довольствия делился Провиантским департаментом на округа;

довольствие войск в каждом округе поручалось соответствующей комиссии или комиссионерству.

Снабжение войск и госпиталей денежным и вещевым довольствием составляло обязанность Комиссариатского департамента, действовавшего через интендантства, полевые управления и комиссариатские комиссии. В 1855 г. существовало 16 Комиссариатских комиссий: Санкт-Петербургская, Московская, Динабургская, Херсонская, Кременчугская, Ставропольская, Тифлисская, Казанская, Брест-Литовская, Тамбовская, Симбирская, Тобольская, Иркутская, Новогеоргиевская, Воронежская и Киевская. Каждая комиссия действовала в определенном округе, в котором департамент обозначал пункты, где сосредотачивались основные обороты вещей комиссариатского довольствия и средства перевозки этих вещей. Тамбовская комиссариатская комиссия заведовала вопросами вещевого довольствия местных войск и поставками солдатских сукон с фабрик. В 1864 г. она была упразднена с передачей функций приёмной комиссии при Тамбовском интендантском вещевом складе.

Обязанности по обеспечению здоровья солдат и офицеров в войсках были распределены между тремя департаментами: Инспекторским (по предупреждению болезней и назначению мест для военных госпиталей), Комиссариатским (по устройству и содержанию госпиталей) и Медицинским (по снабжению войск и госпиталей медицинским персоналом, выплате медицинских пособий и в принятии мер для предупреждения болезней).

Медицинский департамент действовал через генерал-штаб-докторов армий, через корпусных докторов, через главного доктора по военно-учебным заведениям и непосредственно через местных старших врачей, не принадлежащих к составу войск. Медицинское обслуживание военнослужащих на территории Тамбовской губернии осуществляли как военно-врачебные, так и гражданские лечебные учреждения. Канцелярия губернатора курировала кадровую деятельность в медицинских учреждениях, через уездные органы власти создавала на местах госпитали для раненых в военное время. Так в 1812 г. в городе Елатьме Тамбовской губернии был организован военно-временный госпиталь под непосредственной опекой городничего О.Ф. Пищулина [3, с. 179 – 180].

Помимо центрального тылового управления, сконцентрированного в военном ведомстве, действовали отдельные тыловые службы непосредственно в войсках и соединениях. Высочайше утверждённое Положение об управлении в армии, принятое в 1846 г., оставалось практически без изменений до конца Крымской войны. Распоряжения Главнокомандующего приводились в исполнение через Главный штаб армии, состоявшего из: начальника Главного штаба, начальника артиллерии, начальника инженеров, генерал – интенданта и полевого генерал-аудитора [3, с. 179 – 180].

Одной из важнейших функций тылового обеспечения являлась постоянное пополнение войск резервами. Резервные и запасные войска армии были подчинены командующему резервных и запасных войск армии.


Для управления резервными и запасными войсками были учреждены особые должности инспекторов, при которых находились соответствующие управления. Запасные войска в мирное время не содержались;

при формировании же их вновь они соединялись в дивизии и бригады, управление которых учреждалось уже на общих основаниях. Заведывание некоторыми резервными и запасными частями к началу 50-х гг. XIX в. было возложено на следующие должности: начальника запасных кавалерийских войск, инспектора запасных гвардейских и гренадерских батальонов, командующего всеми резервными и запасными батареями гвардейской и гренадерской пешей и конной артиллерии, заведующих армейскими пешими, резервной и запасной артиллерией. На территории Тамбовской губернии на протяжении XIX столетия, дислоцировались различные запасные воинские соединения: 3-й резервный батальон Пензенского пехотного полка (1828), резервный батальон 13-го егерского полка (1832), сводный резервный батальон Шлиссельбургского егерского полка (1834), резервная бригада 4-й пехотной дивизии (1834), резервная бригада 5-й и 6-й пехотных дивизий (1833) и ряд других.

Основную первичную нагрузку по тыловому снабжению войск, находящихся как в губерниях, так и дислоцировавшихся в них армейских частей продовольствием, фуражом, обмундированием и пополнением несло местное военное управление. К местным управлениям начала 50-х гг. XIX в.

относились: управление корпуса внутренней стражи, управление артиллерийскими округами, управление инженерными округами, военные генерал-губернаторы, военные губернаторы и коменданты.

На протяжении всей первой половины XIX в. в Тамбове, как впрочем, и во всех губернских городах постоянно дислоцировался внутренний гарнизонный батальон. В его функции помимо несения внутренней караульной службы входило первичное обучение рекрут премудростям воинской службы, сопровождение рекрутских партий к местам постоянной службы или формирования новых воинских частей. В случае необходимости формирования на территории губернии новых воинских частей солдаты внутренних гарнизонных батальонов, как правило, составляли кадровый костяк новых воинских соединений. В уездных городах губернии эти функции исполняли уездные воинские команды.

Военные генерал – губернаторы находились только в столицах и прилегающих к ним губерниях;

генерал – губернаторы в нескольких губерниях или отдельных областях;

военные губернаторы в губерниях, городах или крепостях. При них состояли адъютанты из обер-офицеров, а при некоторых и дежурства. Тамбовская губерния входила в зону контроля генерал – губернатора Рязанской, Тульской, Орловской, Воронежской и Тамбовской губерний, с постоянным нахождением в городе Рязани. Круг забот военных генерал-губернаторов был необычайно широким и простирался от контроля за состоянием дорог до непосредственного попечения войсковых нужд.

Гражданские власти также осуществляли надзор за деятельностью и непосредственным управлением на местах, по различным вопросам тыла русской армии. В их функции входило осуществление на местах:

расквартирования войск, проведение рекрутских наборов, контроль над состоянием запасных сельских магазинов, ремонт дорог, мостов;

этими и многими другими текущими вопросами занималась губернская канцелярия.

Структуру органов местной власти составляли две ветви: сословная и государственная. Первую на местном уровне представляли выборные губернский и уездные предводители дворянства, вторую гражданский губернатор и его канцелярия, а также подконтрольные ему губернские комитеты, комиссии и присутствия. На их плечи ложилось непосредственное руководство и контроль за осуществлением в губернии распоряжений министерств и ведомств касательно различных вопросов тылового обеспечения войск как располагавшихся в самой губернии, так и следующих через неё к месту дальнейшей службы. Осуществление распоряжений губернатора и его канцелярии по различным вопросам тылового обеспечения войск непосредственно в уездах и городах проводили как гражданские чиновники – земские исправники и городничие, так и дворянское сословие, через выборных губернского и уездных предводителей дворянства. Через ведущее сословие в государстве – дворянство, решения гражданских властей и инициативы сословных представительств в сфере тылового обеспечения русской армии доводились до других податных сословий (крестьянство, купечество, мещанство), которые несли основную нагрузку по рекрутской повинности, по квартирному постою, по денежным налоговым сборам и натуральным общественным повинностям.

Вопросами проведения рекрутских наборов в Тамбовской губернии занималось рекрутское присутствие. Оно было учреждено в 1775 г. при казённой палате. На основании Рекрутского устава 1831 г. было переименовано в Тамбовское губернское рекрутское присутствие, состоявшее из представителей губернской администрации и дворянского собрания.

Расквартированием военнослужащих по квартирам обывателей занималась тамбовская квартирная комиссия. Она была призвана заниматься решением разных вопросов и упорядочения распределения квартир.

Именным указом 25 декабря 1808 г. в каждой губернии создавалась квартирная комиссия. Тамбовская квартирная комиссия была открыта в г. [4, л. 82 – 86].

Список литературы и примечания 1. ГАТО. Ф.4. Оп.1. Д.64.

2. ГАТО. Ф.4. Оп.1. Д.482.

3. Известия Тамбовской учёной архивной комиссии. Выпуск 56. – Тамбов, 1915.

4. Исторический очерк Военного Управления в России в первое двадцатипятилетие благополучного царствования государя императора Александра II (1855 – 1880 гг.). Т. 2. – СПб, 1879.

ТАМБОВСКИЕ СОЦИАЛИСТЫ-РЕВОЛЮЦИОНЕРЫ В 1917 – ГГ.

Колыхалов Н.В.

ГОУ ВПО «Тамбовский государственный университет им. Г.Р. Державина», г. Тамбов Уже со времён первой русской революции Тамбовская губерния становится одной из баз эсеровского влияния. С нею связаны имена В.М.

Чернова, С.Н. Слётова, М.А. Спиридоновой, А.А. Биценко, братьев В. и М.

Вольских.

К началу 1917 г. тамбовские социалисты-революционеры, как и партия в целом, находились в состоянии раздробленности и разобщённости. Однако Февральская революция коренным образом изменила положение партии социалистов-революционеров.

Тамбовские эсеры принимают деятельное участие в формировании новых органов власти и скоро становятся наиболее влиятельной политической силой в губернии. Социалисты-революционеры преобладают в Советах, а в сентябре 1917 г. один из лидеров эсеров – Константин Николаевич Шатов становится губернским комиссаром. До конца лета влияние эсеров было преобладающим и в военной организации.

Начинается организационное возрождение тамбовской организации ПСР. По сведениям ЦК, на начало августа 1917 г., то есть в период наибольшей популярности партии, в тамбовской губернской организации социалистов-революционеров было 6 комитетов и 1 группа [1, с. 704].

Однако нужно отметить, что эсеровские организации, особенно созданные в волостях, были по своей структуре расплывчаты, сливались с массой беспартийных, сочувствующих эсеровским лозунгам.

Главное внимание тамбовских социалистов-революционеров было приковано к деревне. Аграрный вопрос был особенно болезненным для губернии, 90% жителей которой составляли крестьяне [2, л. 55]. Уже в марте 1917 г. крестьянские волнения прошли в 6 из 12 уездов губернии.

Сначала тамбовские эсеры призывают отложить решение аграрного вопроса до Учредительного собрания, однако новая волна аграрных беспорядков, захлестнувшая губернию летом 1917 г., заставляет их пересмотреть свою позицию. После того, как в начале сентября крестьянское восстание охватило 14 волостей, эсеровское руководство губернии решается на досрочное начало учёта частновладельческих земель, хотя это и противоречило указаниям Временного правительства и практической линии ЦК ПСР. Опубликованный 13 сентября документ получил название «Распоряжение № 3» [3, л. 280].

Принятие «Распоряжения № 3» постепенно стабилизирует обстановку в деревне. Волна погромов спадает. Давая оценку «Распоряжению № 3», нужно отметить, что оно лишь придавало законные рамки борьбе крестьян за землю. Учёт имений в условиях радикализации крестьянских настроений мог стать временной сдерживающей мерой. Однако действия тамбовских эсеров представляли собой единственно возможные шаги для сохранения хозяйственного потенциала губернии и являлись одним из этапов решения аграрного вопроса хотя бы на местном уровне.

Успешными для тамбовских социалистов-революционеров были выборы во Всероссийское Учредительное собрание. Эсеры собрали 71,2% всех голосов, и получи 13 депутатских мандатов из 16 [4, л. 52 об.]. Вместе с тем необходимо отметить, что сравнение результатов выборов в Учредительное собрание с летними муниципальными выборами говорит о резком падении доверия к социалистам-революционерам со стороны горожан. Так, в Тамбове, они заняли лишь третье место, после кадетов и большевиков.

Несмотря на это, можно смело утверждать, что накануне большевистского переворота партия социалистов-революционеров занимала лидирующую позицию на Тамбовщине.

Именно поэтому установление Советской власти в Тамбовской губернии растянулось более чем на четыре месяца, и мало походило на традиционную концепцию «триумфального шествия советской власти», предложенную В.И. Лениным. Эсеры, продолжавшие занимать все ключевые посты в губернии, оказывали большевикам серьёзное сопротивление.

Организованный по их инициативе «Комитет спасения революции» отвергал все декреты Совнаркома, распускал революционные части и сформировал ударный батальон.

Только прекратив финансирование Тамбовского Совета из Петрограда, большевикам удаётся заставить эсеров принять резолюцию о переходе власти в руки большевико-левоэсеровского Совета. Большую поддержку тамбовским большевикам и левым эсерам в их борьбе за власть оказывала Москва и Петроград. В Тамбов не раз приезжает Я.М. Свердлов, а присланный М.А. Спиридоновой студент-путеец С.А. Евфровицкий арестовывает несколько сот «ударников». Именно под руководством последнего (левого эсера) 1 – 4 марта 1918 г. проходит Первый Тамбовский съезд Советов, завершивший процесс установления Советской власти в губернии. Практически сразу после этого между приезжими левыми эсерами и большевиками разгорается борьба за власть, едва не дошедшая до вооружённого столкновения, в ходе которой левые эсеры были оттеснены на задний план.

Установление «диктатуры левых партий» в Тамбове, неудачная продовольственная политика, рост цен, безработица, а также введение всеобщей мобилизации послужили причиной ряда выступлений против новых властей. 17 июня началось восстание в Тамбове. Несколько тысяч мобилизованных крестьян при поддержке горожан и большинства красноармейцев 1-го Тамбовского пехотного социалистического полка, перешедшего на сторону восставших, свергают советскую власть.

В сформированных восставшими органах управления эсеры занимают наиболее важные посты. К.Н. Шатов объявил, что он опять приступает к исполнению своих обязанностей губернского комиссара, А.Т. Кочаровский становится комендантом города, П.Г. Булатову возвращают пост начальника милиции. Большинство мест во вновь созванной городской думе также принадлежит правым эсерам. Однако уже 18-го июня власть в Тамбове переходит военным. Под давлением кадетов дума смещает А.Т.

Кочаровского с поста коменданта, заменяя его генералом С.И. Богдановичем, который тут же ограничивает полномочия городской управы и объявляет главным органом власти «военный комитет офицеров и солдат». Всё это вызывает раскол в лагере восставших и недовольство среди рабочих. В ночь на 19-е июня оставшиеся верными большевикам военные части выступают против восставших и восстанавливают советскую власть.

Поражение восстания, полоса репрессий, последовавшая за ним, изгнание из Советов левых эсеров, а также раскол и дезинтеграционные процессы в среде центрального руководства ПСР, ослабили тамбовских социалистов-революционеров.

Деятельность эсеров оживляется в феврале-марте 1920 г. Начали восстанавливаться эсеровские «крестьянские братства». Предпринимается попытка организации нелегальных профсоюзов для рабочих. Весной проходит тамбовская уездная конференция ПСР, в которой участвовало семь человек. Летом эсеры проводят губернскую конференцию участие, в которой принимают представители 4-х организаций: Тамбовской городской, Тамбовской уездной, Козловской и Моршанской групп [5, с. 46].

Согласно директиве ЦК ПСР от 13 мая 1920 г. тамбовские эсеры приступают к формированию «Союзов трудового крестьянства» (СТК). По задумке социалистов-революционеров эти беспартийные организации исполняли функции местной власти, альтернативной Советам, руководства повстанческим движением. Программа их была выдержана в эсеровском духе (социализация земли, созыв Учредительного собрания, вынесение крестьянских «приговоров», осуждавших политику большевиков).

К лету 1920 г. низовые организации «Союза трудового крестьянства»

возникли почти в половине волостей Тамбовского уезда.

В августе в губернии начинается массовое крестьянское восстание («Антоновщина»). Виновниками этого восстания были объявлены социалисты-революционеры. На самом же деле Тамбовский губком ПСР, придерживаясь принятой в июне 1919 г. резолюции 9-го Совета ПСР, принял решение отказаться от поддержки восстания. От наиболее видного руководителя восстания А.С. Антонова, называвшего себя «независимым»

эсером, губком потребовал либо прекратить называть себя эсером, либо подчинится политике партии и ввиду бесперспективности изолированных выступлений заняться мирной борьбой. Центральное руководство социалистов-революционеров также продолжало выступать за отказ от какого бы то ни было вооружённого сопротивления большевикам. Следует сказать, что создаваемые восставшими «антоновцами» с ноября 1920 г.

организации с аналогичным названием имели другие задачи. Об этом свидетельствует заявление арестованного в мае 1921 г. видного тамбовского эсера Ю.Н. Подбельского, в котором он отвергает все предъявленные ему и социалистами-революционерами обвинения в организации и руководстве «антоновщиной» [6, с. 244 – 246]. Вместе с тем нельзя отрицать вхождение некоторых эсеров в ряды восставших, а так же их идеологическое влияние.

Осенью 1920 г. на тамбовских эсеров обрушивается новая волна преследований, в результате которой уже к концу 1920 г. - началу 1921 г.

правоэсеровская и левоэсеровская организации Тамбовской губернии фактически прекратили своё существование.

Список литературы и примечания 1. Партия социалистов-революционеров. Документы и материалы. В 3-х тт. Т. 3. Ч. 1.

Февраль-октябрь 1917 г. – М.

2. ГАРФ. Ф. 1810. Оп. 1. Д. 238.

3. ГАТО. Ф. 1058. О. 1. Д. 3.

4. ГАТО, Ф. 1068. Оп. 1. Д. 85.

5. Есиков, С.А. Партия социалистов-революционеров и тамбовское восстание 1920- гг. [Текст] / С.А. Есиков // Общественно-политическая жизнь российской провинции XX века. Выпуск III. – Тамбов, 1997.

6. Крестьянское восстание в Тамбовской губернии 1919 – 1921 гг. «Антоновщина».

Документы и материалы. – Тамбов, 1994.

ОСНОВНЫЕ НАПРАВЛЕНИЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ГУБЕРНАТОРА ТАМБОВСКОЙ ГУБЕРНИИ Н.М. ГАМАЛЕЯ (1832-1838 ГГ.) Молотков С.Н., Киршина Э.К.

Тамбовский филиал ОРАГС, г. Тамбов В 1832 г. в Тамбов прибыл новый губернатор Н.М. Гамалей, управляющий краем до 1838 г. Со временем его губернаторства связана чрезвычайно насыщенная страница в истории Тамбовской губернии. Этим оживлением она обязана была исключительно Н.М. Гамалею, потому что местные общественные силы безмятежно спали.

5 февраля 1834 г. при содействии Н.М. Гамалея решено было приступить к постройке женского Александринского института, причём Тамбовское дворянство обязалось платить в пользу этого дела по 20 копеек с каждой крестьянской души [1]. А так как в 1834 г. всех крепостных крестьян было в губернии 377 915 душ, то в том же году собрана была значительная сумма и работы быстро начались. Основание института мотивировалось желанием отблагодарить императора за все его милости.

Особенное внимание обращал Н.М. Гамалей на внешнее благоустройство города Тамбова. При нём началось мощение главных городских улиц, выстроен был мост около Девичьего монастыря и отделан заново Никольский мост, который прежде назывался Галкинским;

тротуары отделаны столбиками, произведена первая нивелировка города и углублены канавки для более удобного стока воды;

Студенец пересечен плотинами;

на главных улицах и около присутственных мест появились фонари, при въездах в город исправлены и украшены были гербами заставы.

В те же гамалеевские времена устраивались у нас конские бега, и сделан был первый опыт выставки произведений Тамбовской губернии.

Выставка организована была по случаю приезда в Тамбов в 1837 г.

наследника – цесаревича Александра Николаевича, «почтившего её продолжительным посещением и одобрением» [2, с. 10].

Как человек вполне образованный Н.М. Гамалей заботился о подъёме местной умственной жизни. С этой целью он основал местный орган – Губернские ведомости. К особенной чести Гамалея относится составленный им проект Моршанской железно-конной дороги. Проект этот в 1835 г.

представлен был высшим властям. В 1838 г. железно-конную дорогу дозволено было строить, но уже было поздно: Гамалея перевели на службу в Петербург. Так кончилось дело, обещавшее большие выгоды целому Тамбовскому краю.

Губернаторство Н.М. Гамалея ознаменовано было широким развитием раскола и сектантства в Тамбовской губернии. Скопцы, хлысты, духоборцы, молокане, субботники и раскольники разных толков в некоторых тамбовских сёлах начали совершать свое богослужение открыто. Но против этого движения епископом Арсением приняты были репрессивные меры. У сектантов и раскольников стали делать строгие обыски и конфисковать их священные книги [3, с. 54 – 56].

Таким образом, именно при губернаторе Н.М. Гамалее с исключительной энергией были проведены значительные работы по модернизации системы образования, здравоохранения, коммуникаций и т. д.

Список литературы и примечания 1. Подробно об этом см.: Исторический вестник. - 1880. - Сентябрь.

2. Конобеевский, В.И. Тамбовская страна и цари Дома Романовых [Текст] / В.И.

Конобеевский. – Тамбов, 1845.

3. Дубасов, И.И. Очерки из истории Тамбовского края [Текст] / И.И. Дубасов. – Тамбов, 1993.

ОПЫТ ВЗАИМООТНОШЕНИЯ ГУБЕРНСКОЙ ВЛАСТИ С РУКОВОДСТВОМ ЕПАРХИИ ВО ВТОРОЙ ПОЛОВИНЕ XIX В. (НА МАТЕРИАЛАХ ТАМБОВСКОЙ ЕПАРХИИ) Шабельникова Е.Н.

Тамбовский филиал ОРАГС, г. Тамбов Государство в процессе проведения либеральных реформ 1860-70-х гг., предоставив некоторую свободу обществу, одновременно усилило и надзор за обществом, пытаясь контролировать «всё и вся». Для связи государства с различными сословными группами российского общества и, прежде всего, крестьянства использовался авторитет Русской православной церкви. С одной стороны, церковь как государственный институт стала опорой государства, но при этом она не была свободна в своих решениях и во многом зависела от светской власти.

В целом по своему характеру взаимоотношения светских властей и духовенства можно разделить на две части: взаимодействие непосредственно по делам церкви и по поводу выполнения обязанностей духовенством, которые были возложены на него государством.

Отношение власти к служителям культа было неоднозначным. С одной стороны, по закону в обязанности губернаторов входило «охранение прав и преимуществ духовного состояния» [1, с. 76]. Однако в реальности духовная власть стояла намного ниже, чем светская.

На местах же, помимо того, что архиерейская власть в пореформенный период ограничивалась духовными консисториями, она ещё находилась в зависимости от светской власти, в частности, от губернатора.



Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 11 |
 

Похожие работы:





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.