авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |
-- [ Страница 1 ] --

Ярославская областная универсальная научная библиотека

им. Н. А. Некрасова

Ярославский государственный университет им. П. Г. Демидова

Кафедра краеведения и

музеологии

Книжная культура

Ярославского края

материалы научной конференции

10-11 октября 2007 г.

Ярославль, 2007

УДК 94(47-2Ярославль)

ББК 63.3(2)-7

К53

Редколлегия:

Полознев Д. Ф., (отв. ред.) кандидат исторических наук, директор ЯОУНБ им. Н. А. Некрасова Марасанова В. М., доктор исторических наук, профессор ЯрГУ им. П. Г. Демидова Герасимова А. А., зам директора ЯОУНБ им. Н. А. Некрасова Журавлева А. В., зав. сектором издательской деятельности Книжная культура Ярославского края : материалы науч. конф. 10-11 окт.

2007 г. / Яросл. обл. универс. науч. б-ка им. Н. А. Некрасова ;

Яросл. гос. ун-т им. П. Г. Демидова, Каф. краеведения и музеологии ;

[отв. ред. и предисл.

Д. Ф. Полознева]. – Ярославль, 2007. - с.

©ЯОУНБ им. Н.А. Некрасова, ©Авторы статей, Содержание Предисловие............................................................................................................. I. КНИГОВЕДЕНИЕ, ИСТОЧНИКОВЕДЕНИЕ, АРХЕОГРАФИЯ, ИЗДАТЕЛЬСКОЕ ДЕЛО Полознев Д.Ф. Репрезентативный корпус ярославской литературы и книжности XII-XXI веков.............................................................................................................. Смирнов Ю. М. Фольклорные мотивы в цикле муромских повестей как исторический источник........................................................................................... Мокина Т. М. Малое евангелие Сампсониевского собора.................................. Сухова О. А. К вопросу об образце миниатюр поздних списков житий Муромского круга.................................................................................................... Созинов В. А. Книги пробирного мастера Григория Люсинова последней трети XVIII в. как исторический источник........................................................................ Марасанова В. М. Источники личного происхождения о местном управлении в Верхнем Поволжье (конец XVIII - начало XX веков)............................................ Мельникова И. Г. Формулярные списки чиновников как исторический источник (на материалах Верхневолжских губерний первой четверти XIX века).





............. Федюк Г. П. «Забытый литератор» Е. И. Рагозин............................................... Иерусалимский Ю. Ю. Издательское дело в России во второй половине XIX – начале XX веков..................................................................................................... Макарова Н. Н. Труды П. А. Критского в фонде ЯОУНБ им. Н. А. Некрасова... Яновская Е. В. Издание «Ярославских календарей» 1911-1912 годов............. Скородумов С. В. «Не раскрывайте случайных книг…» (К вопросу о достоверности некоторых исторических публикаций).................................... II. ИСТОРИЯ, ТЕОРИЯ И ПРАКТИКА БИБЛИОТЕЧНОГО ДЕЛА Мавлиханова Е. А. История библиотеки Саровского монастыря: ракурс проблемы становления и сохранения................................................................... Иерусалимская С. Ю. Развитие школьных библиотек в Угличском уезде в начале XX века....................................................................................................... Лебедев А. В. Развитие библиотечной сети на Северных железных дорогах в начале ХХ века....................................................................................................... Мудров С. Н. Библиотеки в Советской зоне оккупации Восточной Германии 1945-1947 годы....................................................................................................... Махровский Е. С. Из истории зданий Ярославской областной библиотеки..... III. КНИЖНАЯ КУЛЬТУРА В ЭПОХУ ИНФОРМАЦИОННЫХ ТЕХНОЛОГИЙ Бродова И. А. Библиотека как самоорганизующаяся информационная система................................................................................................................................. Абросимова Н. В. Портал «Ярославика» - новый краеведческий ресурс для образования.......................................................................................................... Шлепова Л. К. Проект «Литературная карта района»....................................... Список сокращений.............................................................................................. Предисловие 2007 год объявлен в России Годом чтения и Годом русского языка.

Ярославская областная универсальная научная библиотека им. Н. А. Некрасова совместно с кафедрой краеведения и музеологии Ярославского государственного университета им. П. Г. Демидова возобновила проведение ежегодной научной конференции «Книжная культура Ярославского края»1. Немаловажен и юбилейный контекст этого мероприятия, поскольку город и область готовятся сейчас к 1000-летию Ярославля в 2010 г.

В настоящее время традиционная книжная культура переживает испытание электронными информационными технологиями. Наверное, только библиотеки и в первую очередь библиотеки особенно остро ощущают масштаб и глубину перемен, и свою ответственность за сохранение традиционной «бумажной культуры», не отрицая вызовов новых времен.

Поэтому на новом этапе работы с книгой, чтением и информацией конференция, посвященная книжной культуре края, мыслится как площадка широкого междисциплинарного и профессионального общения специалистов смежных областей научного знания о книжной культуре. На конференции предлагается освещать и обсуждать следующие темы: история библиотек и библиотечного дела;

теория и практика библиотечного дела;

роль и место библиотеки в отборе и сохранении памятников литературы и книжности;

история книги и издательского дела;

устная, иконическая и письменная культура;

книжная культура в эпоху информационных технологий;

семантическое пространство библиотеки;

книговедение, источниковедение, археография.

Такой охват необходим в первую очередь в целях отбора, описания и систематизации сведений о книжных фондах региона, который по большей части отложился в библиотеках, музеях и архивах. В условиях известной территориальной распространенности и разнообразия форм краеведческой деятельности в Ярославской области конференция призвана, не дублируя сходную тематику и деятельность других организаций, отразить значительный пласт культурного наследия и актуальной деятельности в сфере сохранения, изучения и использования текстов как важнейших трансляторов культуры.

Предлагаемые Вашему вниманию публикации конференции показывают перспективность выбранного направления деятельности. Материалы настоящего сборника с согласия авторов размещаются на сайте библиотеки (www.rlib.yar.ru).

Первая конференция состоялась 27 марта 1997 г.

I. КНИГОВЕДЕНИЕ, ИСТОЧНИКОВЕДЕНИЕ, АРХЕОГРАФИЯ, ИЗДАТЕЛЬСКОЕ ДЕЛО Полознев Д. Ф., кандидат исторических наук, директор ОУНБ им. Н. А. Некрасова, г. Ярославль Репрезентативный корпус ярославской литературы и книжности XII-XXI веков В истории каждой культуры, этноса, нации или социума наступает момент самоидентификации. Комплекс таких действий, как определение самоназвания, происхождения, территории обитания, вероисповедания, выбор общезначимых символов, ценностей и мифов, создание собственной истории, оформление знаковых событий и сравнение себя с другими, как правило, в ответ на актуальные вызовы свидетельствует о формировании и закреплении культурной идентичности. Обычно это спонтанные, разновременные и подчас разнонаправленные события и явления. Но в последнее время в контексте постиндустриальной и постмодернистской парадигм поставлены вопросы об инструментализации процесса формирования идентичностей1. Такими инструментами выступают бренды, архетипы, типовые образы, метафоры и метонимии, визуальные символы, знаковые места, ключевые тексты, мотивы и репрезентации2.

«Гений места» (genius loci) все чаще рассматривается как важнейший символический ресурс территории3, что ведет к возрастанию роли и потенциала историко-краеведческого направления деятельности библиотек и других культурных институтов. В подготовительных материалах ко II-му Международному саммиту по информационному обществу так была сформулирована эта новая миссия библиотек: разумного «Цель инвестирования в международную сеть библиотек и информационных служб – на существующей основе послужить тому, чтобы … обеспечивать сохранность и продвижение культурного наследия и его разнообразия»4. Таким образом, История места: учебник или роман? Сборник материалов первой ежегодной конференции в рамках исследовательского проекта «Локальные истории: научный, художественный и образовательный аспекты» (Норильск, 9-11 декабря 2004 г.) М.: Новое литературное обозрение, 2005.

Замятин Д. Локальные истории и методика моделирования гуманитарно-географического образа города // История места: учебник или роман? С.11-37.

См. например: Топоров В. Н. Аптекарский остров как городское урочище // Ноосфера и художественное творчество. М., 1991;

Мельников Г. П. Архитектурно-топографическая организация городской среды Праги в эпоху средневековья как историко-культурная парадигма // Город и искусство.

М., 1996;

Лосева Л. С. Петергоф эпохи эклектики как модель романтического города // Город и искусство. М., 1996;

Пелипенко А. А. Городской миф о городе (в эволюции художественного сознания и городского бытия) // Город и искусство. М., 1996;

Вайль П. Л. Гений места. М., 1999;

Лебедев Г., Витязева В. Петербургское трехлучье исторических путей России // Отечественные записки. М., 2002.

№ 6;

Спивак Д. Л. Метафизика Петербурга. СПб., 2003;

Арт-гид. Кёнигсберг/Калининград сегодня.

Калининград, 2005;

Крусанов П., Подольский Н. Беспокойники города Питера. СПб., 2006.

Содействуя глобальной информатизации народа: Заявление ИФЛА 2-му подготовительному комитету Мирового саммита по информационному обществу в Тунисе // Новости Российского комитета ИФЛА.

М., 2005. № 55. С. 7 (Promoting the global information commons: A statement by IFLA to WSIS Tunis PrepCom2).

описание и продвижение культурного наследия территорий выступает потребностью, ресурсом и поводом для обновления деятельности библиотек и информационных служб.

В широком диапазоне деятельности по описанию символических ресурсов территории библиотека определенно имеет свою нишу: работу с ключевыми текстами5. В связи с подготовкой к 1000-летию города Ярославской областной универсальной научной библиотекой Н. А. Некрасова был разработан проект «Ярославская библиотека: 100 лучших произведений литературы и книжности Ярославского края XII-XXI веков». Его цель – издание аннотированного библиографического справочника, который бы представлял репрезентативный корпус ярославской книжности за всю историю края.

Стремление к отбору и представлению национального «золотого фонда»

книг, которые определяют вклад в мировую культуру той или нации, страны, достаточно распространенное явление. Но для Ярославля – практически ровесника Русского государства – такого справочника пока не создано. Между тем, в целом ряде произведений ярославской книжности нашла отражение история Отечества. И если широко известно, что «Слово о полку Игореве»

найдено в Ярославле, а поэма Н. А. Некрасова «Кому на Руси жить хорошо»

написана на ярославской земле, то не каждый помнит о том, что в Ярославле хранится национальная реликвия Федоровское Евангелие (XIV в.). Здесь были написаны «Послание на Угру» ростовского епископа Вассиана Рыло (XV в.).

Выходцем из ярославской земли был автор публицистических сочинений князь Андрей Курбский (XVI в.). Ярославский край дал отечественной литературе знаменитые посадские повести XVII в.: Сказание об иконе Федоровской Богоматери, Повесть о Ерше Ершовиче. Первый в России провинциальный журнал «Уединенный пошехонец» (XVIII в.), первая неофициальная часть Губернских ведомостей (XIX в.), первый русский туристический журнал «Русский экскурсант» (XX в.) и еще целый ряд других книг стал заметным явлением отечественной культуры.

Изданием справочника впервые за тысячелетнюю историю Ярославля будет освещен вклад региона в создание и сохранение памятников книжности, отражены место и роль Ярославского края в отечественной и мировой литературе и книжной культуре. Издание задаст высокий общественный и культурный «градус» для всего спектра регионального литературного творчества и искусства книги, что будет содействовать формированию многогранных критериев оценки произведений литературы и книжности в целом. «Ярославская библиотека» может использоваться в качестве справочного, учебного и методического пособия в научных, образовательных и просветительских целях, а также представлять собой модель для издания книг по аналогичной и близкой тематике. Издание будет носить презентационный В настоящее время появился ряд работ, посвященных культурным интерпретациям Ярославля:

Ермолин Е. А. Ярославль и драма русской судьбы // 1000-летний Ярославль. Ярославль, 2005;

Ермолин Е. А. Ярославль. Русский рай // Новый город. М., 2004;

Гудкова А. А. Семиотика регулярной структуры в городском пространстве // Культурный ландшафт и архитектурная среда городов Верхневолжья.

Ярославль. 2004;

Коломейцева О. В. Культурный ландшафт г. Ярославля // Там же;

Юрьева Т. В.

К вопросу о сакральной топографии древнего Ярославля // Там же ;

Кузнецов А. Пальмира северных лесов // Мир и музей: Вестник АМР. Тула, 2002. № 8.

характер и может быть востребовано в качестве памятного подарка для гостей города.

Редакционной коллегией в составе М. В. Бекке, Н. Н. Макаровой, В. М. Марасановой, Д. Ф. Полознева (руководитель проекта, составитель), А. М. Рутмана, Т. А. Рыченковой (Переславль) и Г. П. Федюк были разработаны примерные критерии отбора, структура описания и примерный список книг, рекомендуемых для включения в справочник.

Критерии отбора: Общероссийская значимость (например, Слово о полку Игореве), уникальность, ценность для книжной культуры края (Огурцов Н. Г. Опыт местной библиографии), значение для истории края (Сказание об иконе Толгской Богоматери), художественное качество издания (книги издательства К. Ф. Некрасова), высокое качество издательской и библиографической подготовки (Церковь Иоанна Предтечи в Толчковской слободе. Ярославль, 2001), отмеченность наградами и премиями (А. П. Прохоров. Русская модель управления. М., 2002).

Структура аннотации:

Обобщенное (т. е. не по стандарту) библиографическое описание произведения.

Краткое содержание-описание.

История возникновения и/или первой публикации;

культурный контекст.

Биографические сведения об авторе, другие его произведения.

Дальнейшая судьба памятника: переиздания, отзывы, оценка роли, места и значения.

Иллюстрации.

Библиография.

При некоторой предварительной формализации подходов к составлению списка члены редколлегии все-таки руководствовались преимущественно профессиональным опытом и интуицией. В реальности обнаружилась недостаточность критериев отбора. Поэтому не всегда убедительны основания включения в список тех или иных произведений. Это обстоятельство, а также неизбежное при редактировании требование расположения книг в справочнике в том или ином порядке, вызвало большую работу по рубрикации списка. Она оказалась довольно сложным и весьма показательным для технологии отбора делом. Ниже приведены те подходы к рубрикации, которые были сформированы на первом этапе работы и, безусловно, требуют дальнейшего уточнения и проверки.

1 Реликвии, раритеты Слово о полку Игореве Обобщающие Краеведческие труды, Исследования краеведческие труды путеводители, ярославской культуры, справочники, каталоги, выявившие вклад ее в библиография национальную сокровищницу Краеведение Библиография, справочники Курсивом выделены позиции, которые в логике составителя могут быть отнесены к разным разделам.

Путеводители, каталоги Послания, дневники, Художественная Проза, публицистика путевые заметки литература и публицистика Драматургия Драматургия Стихи Поэзия Церковная литература Богословие Духовная культура Послания, дневники, Мемуары, дневники, Письма, дневники, письма воспоминания путевые заметки Периодические издания Периодика Периодика Искусство - Таблица показывает, что при различии подходов, все-таки определенно намечены пути их сближения. Представленная рубрикация носит преимущественно жанровый характер, а оценочный компонент в полной мере не проявлен. Именно поэтому в дальнейшем работа будет продолжена в направлении выявления смысловых контекстов, которые возникают при объединении книг в те или иные группы.

Список произведений ярославской книжности, рекомендуемый к включению в указатель «Ярославская библиотека»

Авраамий (Палицын А. И.) Сказание об осаде Троицкого Сергиева 1.

монастыря от поляков и литвы и о бывших потом в России мятежах, сочиненное оного же Троицкого монастыря келарем Авраамием Палицыным. - М., 1784.

Астафьев А. В., Астафьева Н. А. Писатели Ярославского края. – 2.

[2-е изд., перераб и доп.]. - Ярославль, 1990.

Бальмонт К. Д. Сборник стихотворений. Ярославль, 1890.

3.

Богданович М. А. Стихотворения.

4.

Болотцева И. П. Ярославская иконопись второй половины XVI 5.

XVII веков. - Ярославль, 2004.

Брюсова В. Г. Фрески Ярославля XVII - начала XVIII века. - М., 6.

1983.

Вести о России. Повесть в стихах крепостного крестьянина, 1830 7.

1840. - Ярославль, 1961.

Волков Ф. Г. Торжествующая Минерва, общенародное зрелище, 8.

представленное большим маскарадом в Москве 1763 года, января … дня. - М., 1763.

Головщиков К. Д. История города Ярославля. - Ярославль, 1889.

9.

Гомилевский М. Описание города Рыбинска, составленное 10.

попечением рыбинского главы, почетного гражданина Федора Тюменева.

- СПб., 1837.

Гречухин В. А. Лики четвертого Рима. - Ярославль, 2004.

11.

Грязнов А. Ф. Ярославская Большая Мануфактура за время с 12.

по 1856 гг. - М., 1910.

Гулина Т. И. Кириллические издания Ростово-Ярославской земли 13.

1493-1652 гг. : каталог. - Ярославль ;

Ростов, 2004.

Гулина Т. И. Книги гражданской печати 1708-1800 гг. из собрания 14.

Ярославского музея-заповедника : каталог. - Рыбинск, 2003.

Дело розыскное 1591 году про убийство царевича Димитрия 15.

Ивановича на Угличе. – М., 1913.

Димитрий Ростовский. Четьи Минеи. XVIII в.

16.

Дитмар А. Б. Над старинными рукописями : (Топографические 17.

описания Ярославского края конца XVIII в.). - Ярославль, 1972.

Доводчиков К. А. Панорама. – Ярославль, 1840-е гг.

18.

«…Дорогая моя семья!..» : [письма фронтовика И. Ф. Орлова]. 19.

Мышкин, 2005.

Евфимий-странник. Лицевой Апокалипсис. XVIII в.

20.

Ельчанинов И. Н. Материалы для генеалогии ярославского 21.

дворянства. Вып. 1-10. - Ярославль, 1911-1916.

Жадовская Ю. В. Стихотворения.

22.

Житие Александра Невского. [XIII в.] 23.

Житие Исидора Твердислова, блаженного ростовского чудотворца.

24.

XV в.

Житие преподобного Сергия Радонежского. XV в.

25.

Житие св. князей Федора, Давида и Константина. XV в.

26.

Житие св. Леонтия епископа Ростовского. XII в.

27.

Золотарев С. Писатели-ярославцы. Вып. 1-2. Ярославль, 1920.

28.

«Золотой век» Ярославля. Опыт культурографии русского города 29.

XVII – первой трети XVIII века / В. В. Горшкова, О. И. Добрякова, Д. Ф. Полознев, Т. А. Рутман. Ярославль. 2004.

Иона, митрополит ростовский. Окружное послание к пастве. 1652 г.

30.

Кацкая летопись : газета (с 2003 г. журнал) мартыновских 31.

краеведов. - Мышкинский р-н, д. Мартыново. 1992-.

Кисель Ф. Х. История города Углича. - Ярославль, [1844].

32.

Коноплин А. В. Военная проза.

33.

Красная книга Ярославской области. Ярославль, 2004.

34.

Критский П. В. Наш край. Ярославская губерния – опыт 35.

родиноведения. - Ярославль, 1907.

Крылов А. Церковно-археологическое описание города Ярославля.

36.

- Ярославль, 1860.

Кублановский Ю. М. Дольше календаря. - М., 2005.

37.

Кузмин М. А. Стихотворения. Поэмы.

38.

Кузнецов Ю. В. Животный мир Ярославской области. - Ярославль, 39.

1959.

Курбский А. История о великом князе московском (XVI в.).

40.

Липинский М. А. Указатель к неофициальному отделу Ярославских 41.

губернских ведомостей (1831-1881 гг.).

Лисянский М. С. Стихи и песни. - Ярославль, 1955.

42.

Маров В. Ф. Ярославль : архитектура и градостроительство. 43.

Ярославль, 2000.

Масленицын С. И. Ярославская иконопись : [каталог]. - М., 1983.

44.

Морозов Н. А. Повести моей жизни. 1917.

45.

Некрасов Н. А. Кому на Руси жить хорошо. XIX в.

46.

Никольский Ф. Путеводитель по Ярославской губернии. 47.

Ярославль, 1859.

Огурцов Н. Г. Опыт местной библиографии : Ярославский край 48.

(1718-1924). - Ярославль, 1924.

Оловянишников Н. История колоколов и колокололитейное 49.

искусство. - М., 1912.

Ошанин Л. И. Вьюга смешала землю с небом: книга о моей сладкой 50.

жизни. - М., 2002.

Первухин Н. Г. Церковь Ильи Пророка в Ярославле. - М., 1915.

51.

Петровых М. С. Костер в ночи : стихи и переводы. - Ярославль, 52.

1991.

Повесть о Ерше Ершовиче [кон. XVI – нач. XVII в.] 53.

Повесть о Петре, царевиче ордынском [XIV в.].

54.

Послание некоего изуграфа Иосифа к цареву изуграфу и 55.

мудрейшему живописцу Симону Федоровичу [1664 г.] Приходская жизнь : [журнал]. - Ярославль, 1899-1917.

56.

Прохоров А. П. Русская модель управления. - М., 2002.

57.

Пурлевский С. Д. Воспоминания крепостного, 1800-1868.

58.

Путешествие в 1721 и 1722 годах ярославского жителя Матвея 59.

Гавриловича Нечаева к святым местам палестинским.

Родной язык в школе : [журнал]. - Ярославль, 1914-1918.

60.

Русский экскурсант : [журнал]. – Ярославль, 1914-1917.

61.

Рутман Т. А. Храмы и святыни Ярославля. - Ярославль, 2005.

62.

Рыло Вассиан, митрополит ростовский. Послание на Угру. XV в.

63.

Сабанеев Л. П. Рыбы России. Жизнь и ловля наших пресноводных 64.

рыб. - М., 1876.

Самуил (Миславский). Церкви города Ярославля в 1781 г. : записка 65.

Ростовского архиепископа Самуила Миславского, представленная наместнику Мельгунову / изд. В. Лествицына. - Ярославль, 1874.

Свешников Н. И. Воспоминания пропащего человека.

66.

Синодик Спасского монастыря. XVII в.

67.

Синодик Успенского собора. XVII в.

68.

Синодики Казанского монастыря. XVII в.

69.

Сказание об иконе Толгской Богоматери. XVII в.

70.

Сказание об иконе Федоровской Богоматери и построении церкви 71.

Николы на Пенье. XVII в.

Слепушкин Ф. Н. Стихотворения.

72.

Слово о полку Игореве. XII в.

73.

Смирнов М. И. Переславль-Залесский уезд : крат. краевед. очерк. 74.

Переславль-Залесский, 1922.

Смирнов Я. Е. Андрей Александрович Титов (1844-1911) : [очерк 75.

творчества и библиография трудов]. - М., 2001.

София : журнал / изд. К. Ф. Некрасова. - М., 1914.

76.

Спасское Евангелие. XIII в.

77.

Суриков И. З. Стихотворения.

78.

Сурков А. А. Стихи военные. Землянка 79.

Суслов А. И., Чураков С. С. Ярославль. - М., 1960.

80.

Сухово-Кобылин А. В. Пьесы.

81.

Темняткин С. Н. Моя Кацкая Русь. - Ярославль, 2004.

82.

Титов А. А. Ярославские епархиальные ведомости.

83.

Неофициальная часть : список и указатель статей, помещенных в ведомостях за все время их существования (1860 – 1892). - Сергиев Посад, 1893.

Тихомиров И. А. Ярославское Поволжье : Углич – Мышкин – 84.

Молога – Рыбинск – Романов-Борисоглебск – Толгский монастырь : (крат.

путеводитель). - Ярославль, 1909.

Трефолев Л. Н. Стихотворения. - М., 1894.

85.

Троицкий И. История губернского города Ярославля. - Ярославль, 86.

1853.

Уединенный пошехонец : ежемесячное сочинение на 1786 год, 87.

содержащее в себе разные известия о достопамятных происшествиях … : [журнал]. – Ярославль, 1786-1787. - (Первый русский провинциальный журнал).

Федоровское Евангелие. XIV в.

88.

Финкельберг М. Ф. Оставляю вам. - Ярославль, 1997.

89.

Шамурин Ю. Ярославль. Романов-Борисоглебск. Углич. - М., 1912.

90.

Шмидт Ф. И. Краткое описание города Ярославля.- СПб., 1804.

91.

Эдинг Б. Н. Ростов Великий. Углич : памятники худож. старины. 92.

М., [1913].

Экземплярский А. В. Ярославские владетельные князья. 93.

Ярославль, 1887.

Ярославль в его прошлом и настоящем : ист. очерк-путеводитель. 94.

Ярославль, 1913.

Ярославль в старых открытках и фотографиях : [альбом]. - М., 95.

1998.

Ярославские губернские ведомости. Часть неофициальная. - 1831 96.

1917.

Ярославские епархиальные ведомости : [газета]. - Ярославль, 97.

1860-1917.

Ярославские портреты XVIII – XIX веков : [каталог]. - М., 1986.

98.

Ярославский литературный сборник. 1849. – Ярославль, 1949 ;

99.

1850. - Ярославль, 1851.

Ярославский областной словарь : в 10 вып. / под ред. Г. Г. Мельниченко. Ярославль, 1981-1991.

Смирнов Ю. М., старший научный сотрудник, Муромский историко-художественный музей, г. Муром, Владимирская обл.

Фольклорные мотивы в цикле муромских повестей как исторический источник Для изучения истории Мурома предлагаемая тема является не столько теоретическим вопросом, сколько имеет важное практическое значение.

Обусловлено это, прежде всего, тем, что по ранней истории города известно чрезвычайно мало источников. Археологически Муром изучен весьма слабо.

Достаточно сказать, что в городском кремле, сохранившаяся территория которого занимает около одного гектара, с 1939 г. раскопанная площадь в сумме составляет около 300 м.1 Еще меньше изучены посады города, раскопки которых также велись спорадически.

Письменные источники, среди которых традиционно на первом месте называются летописи, крайне скудны. Летописные сведения, как правило, лишь упоминают город в связи с какими-либо внешними по отношению к городу событиями, чаще политическими. А с первой половины XIII в. и эти упоминания практически исчезают - до середины XIV в.2 Однако некоторая интрига сохраняется в том, что есть смутные упоминания о существовании какой-то особой муромской летописи, «муромской топографии», которой пользовался В. Н. Татищев, и которая была утеряна Петром I во время персидского похода, проходившего через Муром. Еще одна группа письменных свидетельств о городе – скандинавские саги, где Муром просто упоминается в числе других городов страны Гардарики. Не удивительно, что в условиях жесткого дефицита информации историки уже в XIX в. обратились к древним художественным сочинениям о Муроме, пытаясь использовать их как исторический источник. Это, прежде всего, два произведения из так называемого «цикла муромских повестей»:

«Повесть о Петре и Февронии Муромских» и «Повесть о водворении христианства в Муроме». Обе повести, как установлено в ходе длительных дебатов, написаны в середине XVI в. Первая, бесспорно, принадлежит перу См.: Смирнов Ю. М. Муром IX-XIII веков как средневековый город // Этнодемографические процессы на Севере Евразии. – М.-Сыктывкар, 2006. Вып. 4. Ч. 1. С. 69.

См., например: Аверьянов К. А. К вопросу о «белых пятнах» в средневековой истории Мурома // Уваровские чтения – V. – Муром, 2003. С. 66.

См.: Бестужев-Рюмин К. Н. О составе русских летописей до конца XIV в // Летопись занятий Археографической комиссии. – СПб., 1868. Вып. IV. С. 57;

Введенский С. Н. Следы существования особой Муромской летописи (К вопросу о достоверности В. Н. Татищева как историка). – Владимир, 1908;

История Мурома и Муромского края с древнейших времен до конца двадцатого века. – Муром, 2001. С. 307.

См., например: Джаксон Т. Н. Список древнерусских городов в «Книге Хаука» // Древнейшие государства на территории СССР. Материалы и исследования. – М., 1989;

Мельникова Е. А. Древняя Русь в исландских географических сочинениях // Древнейшие государства на территории СССР.

Материалы и исследования. – М., 1989;

Рыдзевская Е. А. Сведения по истории Руси XIII в. в саге о короле Хаконе // Исторические связи Скандинавии и России. – Л., 1970. – С. 323-331;

она же. Древняя Русь и Скандинавия IX – XIV вв. – М., 1978. – С. 146, 166-167, 217;

Родина М. Е. Международные связи Северо-Восточной Руси в X – XIV вв. (по материалам Ростова, Суздаля, Владимира и их округи).

Историко-археологические очерки. – Владимир, 2004.

выдающегося русского публициста того времени – Ермолая-Еразма.5 Автор второй точно неизвестен, однако В. К. Зиборовым высказано не лишенное оснований предположение, что им является тот же Ермолай-Еразм.6 Оба произведения задумывались как агиографические произведения, и оба – особенно зримо это проявляется в «Повести о Петре и Февронии» – вышли за рамки житийного канона.

Не останавливаясь на проблеме использования художественных произведений в качестве исторического источника, отмечу лишь, что в нашем случае между описываемыми событиями и написанием повестей прошло триста - пятьсот лет. Уже одно это вызывает настороженное отношение к репрезентативности текстов как исторических источников: совсем иное дело, когда сочинитель является очевидцем или просто современником изображаемого. Наш же автор – или авторы – должен был, в свою очередь, иметь для работы свою базу данных. Обилие архетипических ситуаций, мифических реминисценций, сказочных мотивов, топографических реалий в текстах повестей7 однозначно указывают, что такой базой являлись местные предания, муромский фольклор.

Длительное время изучение взаимоотношения фольклора и литературы являлось прерогативой литературоведов. Основные параметры этого направления были определены еще в середине прошлого века. Во-первых, древнерусская литература и фольклор соотносились как два мировоззрения и два художественных метода, то сближавшиеся до полного совпадения, то расходившихся по своей принципиальной непримиримости. Во-вторых, в творчестве древнерусских писателей отмечалось большее, чем в фольклоре, воздействие морально-философской теории христианства. В-третьих, основное внимание уделялось прямому соприкосновению книжного и устного творчества.

См.: Дмитриева Р. Ф. Повесть о Петре и Февронии. – Л., 1979;

Зимин А. А. Ермолай-Еразм и Повесть о Петре и Февронии // ТОДРЛ. – М.-Л., 1958. – Т. XVI;

Ржига В. Ф. Повесть о Петре и Февронии в русскойлитературе конца XVIII в. // ТОДРЛ. – М.-Л., 1957. Т. XIII;

Скрипиль М. О. Повесть о Петре и Февронии Муромских в ее отношении к русской сказке // ТОДРЛ. – М.-Л., 1949. Т. VII ;

и т. д.

Зиборов В. К. Домашнее прочтение муромского сборника // Опыты по источниковедению Древнерусская книжность: редактор и текст. - СПб., 2000. Вып. 3. С. 63-65.

См., например: Бондина Е. Жанровое своеобразие «Повести о Петре и Февронии Муромских»: сказка?

житие? // Литература, 2003. № 8;

Веселовский А. Н. Новые отношения муромской легенды о Петре и Февронии и сага о Рагнаре Лодброке // ЖМНП. 1871. № 4. Отд. II;

Демкова Н. С. К интерпретации «Повести о Петре и Февронии»: «Повесть о Петре и Февронии» Ермолая-Еразма как притча // Средневековая русская литература: Поэтика, интерпретации, источники. – СПб., 1997;

Кривошеев М. В.

К вопросу о жанре «Повести о Петре и Февронии» // Исследования по русской истории. – СПб.-Ижевск, 2001;

Менделеева Д. Сказка о житии Петра и Февронии // Литература. 2001. № 38;

Померанцева Э. В.

Сказка о Петре и Февронии // Славянский сборник. – Воронеж, 1958. Вып. 2;

Росовецкий С. К. К вопросу о взаимосвязях Повести о Петре и Февронии и фольклора // Тез. докл. XXI студ. конф. Филология и история. – Вильнюс, 1968;

он же.. К изучению фольклорных источников «Повести о Петре и Февронии»

// Вопросы русской литературы. – Львов, 1973. Вып. 1 (21);

Скрипиль М. Ю. Повесть о Петре и Февронии Муромских и эпические песни южных славян об огненном змее // Научн. Бюлл. ЛГУ. – Л., 1946. № 11-12;

Соколова В. К. Рязанские варианты сказки о Петре и Февронии // Уч. зап. Ряз. гос. пед.

ин-та. – Рязань, 1970;

Соколовский В. Народное предание о жизни преподобных муромских Петра и Февронии // Странник. – 1865. Т. III;

Тагунова В. И. К вопросу о появлении культа Петра и Февронии в связи с идейным содержанием их жития и временем возникновения его первоначальной редакции // ТОДРЛ. - М.-Л., 1961. Т. XVII;

Чекова И. Змей, князь и мудрая дева в житийной «Повести о Петре и Февронии Муромских» // Мир житий. – М., 2002;

Шайкин А. А. Фольклорные традиции в «Повести о Петре и Февронии муромских» // Фольклорные традиции в русской советской литературе. – М., 1987;

Широкова О. И. Древнерусская сказочная повесть о Петре и Февронии Муромских и европейские варианты древнейшего кельтского сюжета о Тристане и Изольде // Фольклор народов России. – Уфа, 1997. Вып. 22.

Отмечались и недостатки – по терминологии того времени «порочность» – метода, заключавшиеся в механическом, «оторванном от исторической действительности», сопоставлении сюжетов, мотивов и т. п. Эти приемы и эти недостатки в полной мере были присущи и ранним попыткам использования повестей в качестве исторических источников.

Историзм понимался, прежде всего, как определение неких очень конкретных реалий и узнаваемых исторических персонажей, соответствующих той или иной эпохе. Задача неблагодарная, хотя бы потому, что неизвестен жанровый состав использованного фольклора, который во многом определяет характер включаемых в него реалий, а это, в свою очередь, позволяет датировать и произведение, и описанные в нем события. Уже тогда, обратив внимание на обилие «сказочных» элементов в первую очередь в «Повести о Петре и Февронии» исследователи воспринимали их как заведомую ложь, вымысел, включенный в повествование ради занимательности. Содержание повести при подобном изучении выхолащивалось настолько, что в ней не оставалось даже сюжета, даже фабулы.9 Фольклорная основа игнорировалась полностью, о ней умышленно забывали. Результаты этих изысканий, хотя и вызывают серьезные сомнения, тем не менее, стали хрестоматийными в дальнейших работах хотя бы потому, что других пока не предложено. В случае с «Повестью о водворении христианства», сюжет, напротив, буквализовывался и воспринимался как абсолютный исторический факт, единственным недостатком которого было отсутствие точной датировки, установить которую и пытались историки. Последующие исследователи именно так и пользовались предложенной интерпретацией,11 не желая замечать многих ее несообразностей. В последние полтора-два десятилетия подход к изучению этих памятников резко изменился. Фольклорные мотивы, прежде отбрасываемые как обременяющий историка балласт, заняли место самоценного объекта исследования. Пришло совершенно иное понимание роли фольклора и в создании авторских произведений, и в содержащейся в нем исторической информации. Характер использования муромских преданий в творчестве Ермолая-Еразма совершенно справедливо оценивает О. В. Гладкова:

мотивы… не художественный прием создания «Фольклорные „развлекательного” произведения, а историческая канва, перечень событий, которые нельзя изменить в угоду поэтической задаче. Их можно только интерпретировать, художественно подать, осмыслить».13 Именно поэтому автор, например, включает в повествование персонажей, о которых сам ничего не знает, но исключить их не может, поскольку это повлечет искажение Адрианова-Перетц В. П. Древнерусская литература и фольклор (К постановке проблемы) // ТОДРЛ. – М.-Д., 1949. Т. VII. С. 5, 9.

См., например: Квашнин-Самарин Н. Д. О князьях муромских, причтенных к лику святых // Труды второго областного Тверского археологического съезда 1903 года. 10-20 августа. – Тверь, 1906.Травчетов Н. П. Кого из Муромских князей следует разуметь под именем «благоверного князя Петра, в иночестве Давида, Муромского Чудотворца»? – Владимир, 1902.

Голубинский Е. История русской церкви. – М., 1880. – Т. 1., пер. 1-й, с. 179, 336-337, 695-696.

Рапов О. М. Русская церковь в IX – первой трети XII в. Принятие христианства. – М., 1988. С. 399-400;

Тихомиров М. Н. Начало христианства на Руси // Тихомиров М. Н. Древняя Русь. – М., 1975. С. 261;

Чернышев В. Я. Исторические предпосылки крещения Муромской земли // Рождественские чтения – VII.

– Ковров, 2000. С. 46-48.

См. об этом: Смирнов Ю. М. Еще раз к вопросу о христианизации Мурома // Материалы областной краеведческой конференции (14 апреля 2006 г.). – Владимир, 2007. – Т. 1. С. 132-137.

Гладкова О. В. Тема ума и разума в «Повести от жития Петра и Февронии» (Об идейно художественной структуре текста) // Герменевтика древнерусской литературы. – М., 1998. Сб. 9. С. 224.

известной ему информации – скажем, Агрика. С этим героем и его мечом, кстати сказать, и современные исследователи разобраться никак не могут. «Сказочные мотивы», так мешавшие предшественникам, для нынешних историков стали кладезем весьма ценной информации. Их внимание, в силу распространения новых методик, автоматически сфокусировалось не на квазиисторических реалиях, а на определении внутренней логики повествования, контекстуальном прочтении текста, реконструкции базовых мифов, структурно-типологическом изучении сюжетов, выделении и изучении ситуативных положений, выявлении аллегорических и символических смысловых уровней, без которых немыслима средневековая культура.

Большинство работ посвящено достаточно частным проблемам, однако их суммарным результатом можно считать блоки совершенно новой информации, позволившей представить достаточно подробную картину мировоззрения древних жителей Мурома.15 Более того, М. В. Кривошеевым предпринята попытка на основе изучения повестей – с привлечением параллельного и сравнительного материала – написать социально-политическую историю историю Муромо-Рязанской земли XI-XIII вв. Более того, подобный подход позволяет сделать и некоторые наблюдения над структурой и поэтикой тестов Ермолая-Еразма, выделить особенности его стиля, публицистические приемы, включения, обусловленные идеологией XVI в.

См.: Жук А. В. Агриков меч (к проблеме протоархеологического сознания) // Интеграция археологических и этнографических исследований. – Новосибирск-Омск, 1996. – С. 96-98.

Алексеева Л. М. Характер менталитета создателей муромской повести о Петре и Февронии // Уваровские чтения – V. – Муром, 2003;

она же. Легенда о Петре и Февронии как возможный ключ к расшифровке древнейшей мифологии Европы // Уваровские чтения – V. – Муром, 2003;

Самойлова Т. Е.

К истории почитания Петра и Февронии Муромских // Уваровские чтения – V. – Муром, 2003;

Смирнов Ю. М. Христианство и язычество в «Повести о Петре и Февронии муромских» // Рождественские чтения – VII. – Ковров, 200;

он же. Повесть о благоверной деве Февронии, христианском и языческом менталитете и реабилитации муромских “святогонов” // Уваровские чтения – IV. – Муром, 2003;

Тодорова Е. Д. Сложение архетипа Девы Премудрой в древнерусской литературе // Адам и Ева.

Альманах гендерной истории. – М., 2005. № 5;

Фефелова Ю. Г. Повесть о Петре и Февронии в контексте традиционной обрядовой практики // Русская агиография: Исследования. Публикации. Полемика. – СПб., 2005.

Кривошеев Ю. В. Муромо-Рязанская земля. Очерки социально-политической истории XI – начала XIII вв. по материалам повестей. – Гатчина, 2003.

Мокина Т. М., кандидат искусствоведения, хранитель Сампсониевского собора г. С.-Петербург Малое евангелие Сампсониевского собора Сведения о богослужебных предметах, находившихся в Сампсониевском соборе в дореволюционное время, к которым относится и Малое евангелие, приводит в своей монографии епархиальный архитектор А. П. Аплаксин, руководивший в 1908-1909 гг. реставрационными работами, связанными с подготовкой 200-летнего юбилея Полтавского сражения.1 Аплаксин отмечал, что старинных вещей осталось немного – это запрестольный крест в серебряной ризе петровской эпохи, серебряные чаши, пятихлебник, а также покрытое бархатом золоченое кресло и дубовый шкаф петровского времени голландской работы.

Сампсониевский собор был действующим до 1939 г. Однако, к этому времени наиболее ценные предметы, видимо, были изъяты. Так, в 1922 г.

эксперт Отдела по охране памятников искусства и старины по Выборгскому району М. Благодатова посетила собор «… с целью определения самого собора и его утвари в архитектурно-художественном и историческом значении2.

К числу ценностей, находившихся в соборе, было отнесено 13 предметов прикладного искусства и 17 икон. Вероятно, после составления описи предметов было принято решение о взятии их под юрисдикцию Отдела охраны памятников искусства и старины, а затем о передаче в Комитет помощи голодающим. М. Благодатова осмотрела предметы, изъятые из Сампсониевского собора Горфинотделом, куда они поступили после решения Комиссии помощи голодающим, и обратилась с просьбой об отсрочке изъятия, поскольку ее отдел вел переговоры со Смольным о том, чтобы осмотр церквей совершался представителями особой комиссии, и предметы, имеющие художественное значение, не изымались. Однако представитель Комитета помощи голодающим Выборгского района Моисеев означенную просьбу отклонил. Работы по изъятию ценностей производились крайне небрежно и торопливо. Так, ризы, представлявшие «величайшую художественную ценность, были сложены в большую груду… и перевязаны веревкой». Эксперт отметила, что считает «…своим нравственным долгом сообщить о происходившем, … и просит предпринять возможные меры, чтобы не обращаться таким варварским образом с ценнейшими произведениями искусства»3. Судя по всему, это заявление было вызвано изъятием по мандату Выборгского исполкома от 5 апреля 1922 г. следующих предметов: 17 риз к иконам и 14 ранее снятых серебряных риз, 11 серебряных лампад, серебряного А.П.Аплаксин в своем иллюстрированном альбоме, представляющим собой отчет о реставрационных работах, поместил фотографии Сампсониевского собора, его интерьера и предметов утвари, среди которых есть Малые евангелие 1703 г. - А.П.Аплаксин. Сампсониевский собор в Санкт-Петербурге.

1709-1909. Спб.1909. Первая Сампсониевская церковь, построенная по указу Петра 1 в 1710 в честь блестящей победы русской армии при Полтаве, не сохранилась. Ныне существующий храм был освящен в 1740 г. Имена архитекторов церквей неизвестны.

Отдел рукописей и документального фонда Государственного Эрмитажа (Архив ГЭ), Ф.4, оп.1. Д.273, 1922-1924. Л. Там же. Л.4.

кадила, 5 серебряных крестов и трех Евангелий (среди них могло быть и Евангелие 1703 г.).

Малое евангелие является одним из наиболее ценных и немногим из сохранившихся предметов, принадлежавших Сампсониевскому собору4. Долгое время оно находилось вне храма, но волею судеб было приобретено музеем у частного лица в 1997 г. Евангелие было издано в 1703 г. в типографии Киево Печерской лавры, основанной в 1616 г. Издание невелико по размеру (16,5х9,5 см) и украшено серебряными накладками: на центральной находится сцена Воскресения Христова, на наугольниках - изображения евангелистов.

Бархатный переплет был поновлен в ХIХ в. Текст проиллюстрирован заставками, концовками, инициалами двуцветной печати (с использованием красного цвета). Около 30 ксилографий и 15 листовых гравюр на меди, украшающих книгу, исполнены гравером Леонтием Тарасевичем (годы жизни неизвестны). Если гравирование на дереве является традиционной древнерусской техникой, то использование гравюры на металле свидетельствует о влиянии западноевропейской школы гравирования, применяемого в произведениях книжной графики рубежа ХVII-ХVIII вв.

Евангелие посвящено царевичу Петру Алексеевичу - на обороте титульного листа надпись красным шрифтом: «На знамение Царския Породы Пресветлого и Благоверного Государя Царевича и Великого Князя Алексея Петровича». Ниже - слова из 20-го Псалма: «Предварил еси Его благословением благостынным». Посвящение гласит: «Божией милостью пресветлому благоверному государю царевичу великому князю Алек-сею Петровичу всея Великия, Малыя и Белыя России от Небесного Царя Славы Христа Господа мира, здравия с предстательством пречистой Девы Богородицы богоугодного в растении спеяния ходатайством же преподоб-ных отец Антония и Феодосия и всех угодников Божиих Печерских благо-денствия, долгоденствия и всякого желаемого благополучия, раболепное наше слагающее поклонение всеусердно желаем».

Нумерация страниц (цифрами славянского языка) расположена в правом нижнем углу. Она начинается с евангельских текстов, предисловие имеет отдельную нумерацию, которая находится в нижнем ряду по центру.

Композиционное решение четырех Евангелий идентично: они открываются изображением евангелиста, автора текста, иллюстрируются сценами из Священного Писания, а также изображениями Святых апостолов Петра, Павла, Иуды и Иакова, которые представлены в интерьере за чтением или написанием Святого Писания. Некоторые иконы малых иконостасов Сампсониевского со сценами из Святого писания, в частности, иконы северного иконостаса «Вход Господень в Иерусалим» и «Преображение Господне» с учетом малейших деталей повторяют по композиционному решению миниатюры евангелия. Поэтому хотелось бы предположить, что создатели ее иконописного убранства, возможно, видели евангелие5.

Из предметов декоративного убранства интерьера собора ХУШ в. сохранился освещающий притвор серебряный золоченый светильник «пятистенник», кованый железный ажурный фонарь (висел под арочным сводом звонницы храма и великолепное медное посеребреное 6-ярусное паникадило, богато украшенное орнаментами в виде стилизованный цветов, веток и листьев.

Сампсониевский собор и ныне украшают иконы из первой церкви, которые находятся в малых иконостасах, северном и южном, и на стенах трапезной (12 икон Месяцеслова). Особенностью северного иконостаса (во имя Иоанна Богослова) является то, что две его иконы вынесены на северную стену собора, что позволяет предположить, что иконостас петровской церкви был более протяженным. Иконы «Вход Христа в Иерусалим» и «Преображение Господне»

После Евангелий помещено «Откровение святого апостола и евангелиста Иоанна Богослова (Апокалипсис)», которое предваряет гравюра с изображением двух мужских фигур, семи светильников и меча, исходящего из уст стоящего человека. Предположительно, что стоящая фигура - Бог-Отец (в Откровении сказано: «Из уст Его исходит меч остр, да тем избиет языки», гл. 19).

За «Откровением» располагается Месяцеслов. Он предваряется гравюрой, на которой изображается Иисус Христос, благословляющий «круг лета благости Божией». Круг года изображен в форме цветка с отдельными лепестками. Каждый лепесток обозначает месяц годичного цикла. В верхнем ряду слева написано «Лето», справа «Осень». В нижнем ряду - справа «Зима», слева «Весна». Изображение цветка разделено на четыре части, в центре находятся две шестиконечные звезды - под сентябрем и под мартом. В этих звездах под сентябрем написано - утро, а под мартом – вечер. Их соединяет стрела, направленная с вечера на утро. С июня на декабрь проведена черта.

Таким образом, изображение делится на четыре части «поквартально»: в секторе с сентября по декабрь находятся изображения древесных плодов;

с декабря по март - изображение обнаженного дерева;

с марта по июнь распустившиеся цветы;

с июня по август - зрелые колосья.

После Месяцеслова идет указатель седмичных чтений на весь год, начиная от Пасхи (до Великого поста), Великому посту посвящен отдельный раздел.

В настоящее время Малое евангелие экспонируется в Сампсониевском соборе.

расположены во 2 праздничном ряду, который повторяется, как и 3 апостольский ярус, в южном иконостасе. Иконы решены в едином стилистическом ключе. На южном иконостасе (во имя Михаила Архангела) на створке Царских врат укреплена подписная икона иконописца Оружейной палаты Андрея Квашнина «Евангелист Иоанн Богослов» с датой «9 мая 1720 г.».

Отметим, что в Оружейной палате работал и Алексей Поспелов, который подписал икону яруса главного иконостаса собора «Иоанн Креститель» («Писал иконописец Алексей Поспелов в 1739 году»). Третья подписная икона - храмовая : на ней изображены святые Иоанн Воин и Михаил Малеин («Писал сей святой образ Костромской провинции посаду Соли Большой иконописец Трофим Баженов в 1761 году месяца июля 13 день»).

Сухова О. А., ведущий научный сотрудник, Муромский историко-художественный музей г. Муром, Владимирская обл.


К вопросу об образце миниатюр поздних списков житий Муромского круга Вопрос о взаимосвязи клейм житийных икон и миниатюр лицевых списков житий муромского круга затрагивался исследователями, но был достаточно запутан. О клеймах икон, находящихся в Муроме, чаще судили по их рисованным копиям конца XIX в., хранящимся в собраниях Москвы и Петербурга. Возникли ничем не подтвержденные предположения. Нам представляется несостоятельной версия о лицевом житийном сборнике муромских святых, приложенном Иваном Грозным,1 со ссылкой на Писцовую книгу города Мурома 1636 г. В источниках, в т. ч. и в упоминаемом документе, нет сведений о рукописях, которые определялись бы как лицевые жития местных святых;

не обнаружены и сами иллюстрированные рукописи этого времени. Опираясь на тот же источник, упоминали, что Иван IV прислал в Муром икону муромских чудотворцев.2 В описи указан не отдельный образ святых, а «праздники богородичны да Муромских чудотворцов на золоте» на затворах «кивота».3 Данный контекст дает возможность с большой осторожностью предположить, что это могли быть повествовательные сцены.

Исследователи выдвигали версии об утраченных древних и поздних житийных иконах муромских святых. По их мнению, в основу несохранившихся произведений легли неизвестные рукописные протографы. Сами же памятники отражены в рукописных копиях.4 Нами было проведено комплексное исследование трех житийных икон святых Петра и Февронии Муромских (кон.

XVI – перв. четв. XVII в.;

1618;

1669);

опубликована икона муромского изографа Александра Иванова Казанцева с житием святых князей Константина, Михаила и Федора и циклом, посвященным святому епископу Василию Рязанскому (1714).5 Было выявлено, что в Муроме в период XVII - начала XX в., помимо указанных житийных икон местных святых, был известен еще только один не дошедший до нас цикл, посвященный Петру и Февронии, упоминаемый в источниках и литературе;

известный по рисованным копиям А. Андрина. (ГИМ.

Муз. 3789;

РНБ. F. I. 832). Нами уже было высказано предположение о том, что Подобедова О.И. Лицевая рукопись XVII в. «Сказания о граде Муроме и епископии его, како преиде на Резань» // ТОДРЛ. Т. XVI. М;

Л., 1960. С. 385.

Подобедова О.И. Повесть о Петре и Февронии как литературный источник житийных икон XVII века // ТОДРЛ. Т. X. М.;

Л., 1954. С. 292;

. Дмитриева Р.П., Белоброва О.А. Петр и Феврония Муромские в литературе и искусстве Древней Руси // ТОДРЛ. Т. XXXVIII. Л., 1985. С. 178;

Самойлова Т.Е. К истории почитания Петра и Февронии Муромских // Уваровские чтения–V. Материалы научной конференции, посвященной 1140–летию г. Мурома. Муром, 14-16 мая 2002 г. Муром, 2003. С. 111.

В нем была помещена древняя икона Богоматери Одигитрии. Писцовая книга города Мурома 1637 года // Тихонравов К. Владимирский сборник. Материалы для статистики, этнографии, истории и археологии Владимирской губернии. М., 1857 С. 141. Датировка в публикации ошибочна. Верно 1636 г..

Подобедова О. И. Повесть о Петре и Февронии как литературный источник. С.292;

. Дмитриева Р. П., Белоброва О. А. Указ. Соч. С.174.

Сухова О.А. Житийные иконы Петра и Февронии муромских. М., «Северный паломник», - в печати.

Монография явилась результатом исследования, проведенного в 2005 году при поддержке РГНФ;

она же.

Житийная икона святых благоверных князей Константина, Михаила и Феодора Муромских. Александр Казанцев.1714 год. М., 2006.

данные иконописные композиции могли быть созданы Александром Казанцевым и не ранее рубежа XVII – XVIII вв.

Известен ряд лицевых списков Повести о Петре и Февронии. Большая часть их относится к позднему времени - XVIII - началу XX в. Один из них датируется рубежом XVII – XVIII вв. (ГИМ. Муз. № 3065).6 Две рукописи более ранние. Первую из них относят к концу XVI века. (РНБ. F. I. 294). Вторую – к первой трети XVII в. (РНБ. F. I. 879).7 В первом списке Повести с незавершенным изобразительным циклом всего десять миниатюр. Во второй утрачен лист c двумя рисунками. Три житийные иконы Муромского музея входят в круг наиболее ранних изобразительных источников на тему жития святых супругов и в настоящее время являются единственными, имеющими целостные повествовательные циклы. Была опровергнута ранняя датировка – XVII в. - лицевой рукописи жития Петра и Февронии с житийным циклом святого Василия Рязанского ( миниатюр) (СПб. ФИРИ РАН. Ф. 338. Собр. Лихачева. Оп. 1. Д. № 50), отнесенная к рубежу XIX-XX вв.9 Тот же состав миниатюр к Повести о епископе Василии содержится в рукописи с текстом Повести о Петре и Февронии работы И. Г. Блинова 1895 г. (РГБ. Собр. Прянишникова №192).10 Третий лицевой список жития святого исполнен Н. П. Андриным с клейм иконы Александра Казанцева (1714). (РНБ. FI 795. 1897 г.). До последнего времени изобразительный цикл жития Константина Муромского был известен только в копиях, выполненных тем же рисовальщиком, также непосредственно с клейм той же иконы. (РНБ. FI 794).11 Недавно был выявлен лицевой список жития святого Константина и чад его Михаила и Феодора, который возможно датировать временем после 1893 г. (Муромский Троицкий монастырь), тринадцать миниатюр которого восходят к тому же памятнику. Не известны иллюстрированные списки жития Иулиании Лазаревской (Муромской), но в источниках упоминается ее «древний» несохранившийся образ с шестью сюжетными клеймами из погоста Муська. См.: Грибов Ю. А. Новые атрибуции русских лицевых рукописей XVII в. Русская книжность XV-XIX вв. - М., 1989;

Столярова Л. В. Музейский список «Повести о Петре и Февронии Муромских» конца XVII – XVIII в. // История и культура Ростовской земли 1996. - Ростов, 1997. - Ч. 1. - С. 23-38.

Дмитриева Р. П., Белоброва О. А. Указ. Соч. С. 144. К. И. Калайдович и П. М. Строев, впрочем, считали, что первая рукопись может относиться как к концу XVI, так и к началу XVII века. См.:

Калайдович К. И., Строев П. М. Обстоятельное описание славяно-русских рукописей, хранящихся в Москве в библиотеке графа Федора Андреевича Толстого. - М., 1825. - С. 170-171. По мнению сотрудников рукописного отдела РНБ, эта рукопись может датироваться и более поздним временем (первая треть XVII в.), но требуется специальное исследование.

См.: Сухова О.А. и др. Иконы Мурома. М., 2004. Кат. 17, 19, 39. С.128-140;

150-159;

218-220. Ил. С.130 131, 134-135, 137-138,140-147;

151,154-155,157-158,160-167;

219, 221-227.

См.: Подобедова О. И. Лицевая рукопись XVII столетия «Повести о Петре и Февронии» // ТОДРЛ. М.-Л., 1957. С. 393-406;

Дмитриева Р. П., Белоброва О. И. Указ. соч. - С. 174;

Турилов А.А. Об опасности абсолютизации филигранологического метода датировки рукописей // Филигранологические исследования: Теория. Методика. Практика. // Сб. трудов. Л., 1990. С. 126;

Лебедева И.Н. К проблеме взаимоотношеия русской книжной миниатюры и иконописи (о некоторых лицевых рукописях из коллекции Н.П. Лихачева. // Хризограф. М., 2005. Вып. 2.. - С. 282-289. - Ил. 1-5.

Дмитриева, Белоброва. Указ. Соч. С. 174. Прим. 63.

Там же. С. 174. Прим.62;

Сухова. Житийная икона… С.8, 11.

Вероятно, он относился к рубежу XVII –XVIII вв. Иконографическая схема, судя по подробному описанию, во многом связана с памятниками муромского круга XVII в. Некоторые композиции восходят к иконе 1618 г. с житием Петра и Февронии. См.: Евгений, епископ. О церковном прославлении и почитании св. праведной Иулиании Лазаревской. Муром, 1910. С. 25-26;

34. Прим. 1. С. 25;

Епанчин А.А. «Господь поставил меня собирателем». Из краеведческого архива А.А. Епанчина. - Муром, 2002.

Только одна икона – с сорока клеймами жития святых Петра и Февронии – конца XVI – первой четверти XVII века – непосредственно связана с десятью ранними рукописными миниатюрами (РНБ. F. I. 294). Сложнее ее взаимосвязь с миниатюрами второй рукописи – XVII в. (РНБ. F. I. 879). Другие рассматриваемые иконы не имеют выявленных рукописных аналогий, созданных до них. Можно утверждать, что редкие по иконографии иконы с необычно протяженными циклами житийных клейм, посвященных святым Петру и Февронии, Константину, Михаилу и Федору, а также Василию Рязанскому, созданные в XVII - первом десятилетии XVIII в., сами стали эталонными и были образцами для иконописных сюжетов и рукописных миниатюр.

Наиболее популярна житийная версия первой иконы (из Муромского собора Рождества Богородицы), в которой полностью отражен динамичный сюжет «Повести о Петре и Февронии» Ермолая Еразма. (Муромский музей (МИХМ). Инв. № М- 6608. 122 Х 187). Яркий образ града в среднике, занимательность сюжетов клейм привлекала к ней внимание, очевидно, с момента создания. Она послужила образцом для иконы «Муромские чудотворцы с житием святых Петра и Февронии» 1669 г. из Георгиевского храма (МИХМ. Инв. № М-6643. 128 Х 130). Иконописец в клеймах использовал манеру письма, напоминающую технику рукописных миниатюр, значительно отличающуюся от иконописных приемов.13 К сюжетному циклу первой иконы восходят миниатюры ряда лицевых рукописей XIX - начала XX в. Первая среди них принадлежит Муромскому музею;

она исполнена на бумаге синего цвета начала XIX в. (МИХМ. Инв. № М-2302). Но данный иллюстрированный список, вероятно, создан позже, к концу XIX столетия.14 На титуле - заставка, буквица в виде птицы сирин и надпись: «Гистория о граде Муроме како самодержствуя святыя блг.: кн(я)зи Петръ и Феврония». На обороте - изображение Петра и Февронии в молении Спасу Эммануилу. Сюжетные миниатюры (40) заключены в рамки, как иконописные клейма, с надписями внизу. Текст, связанный со Второй редакцией Повести, с мелкими разночтениями восходит к надписям клейм иконы - образца. Композиции имеют отклонения от изображений в клеймах. Святой князь Петр в начальном цикле миниатюр безбородый, а на иконе он представлен бородатым уже вначале. В сцене борьбы Петра голова змея изображена «впрямь», а не в профиль. Фигура «врача» у постели князя показана с длинной ветвью, а не с поднятой рукой. Лодки изображаются с мачтами, без парусов;


на иконе - с белыми парусами. Вместо инструментов в руках каменотесов, сооружающих гробницу, - зажженные свечи. Во многих сценах «участвует» меньше персонажей. Те же особенности композиций - и в ряде других списков данной версии. Один из них выполнен неизвестным рисовальщиком в рукописи начала XX в. (до начала 1980-х гг. датировалась концом XVIII в.;

СПб. ФИРИ РАН. Ф. 338. Собр. Лихачева. Оп. 1. Д. № 396). Второй список, уже упомянутый, некоторые исследователи связывают с «последним русским иконописцем И. Г. Блиновым». В отношении авторства С. 40-41;

Сухова О.А. Образ Юлиании Лазаревской в искусстве Древней Руси и церковных произведениях XIX - нач. XXI вв. // Милостивая. Праведная Иулиания Муромская (Лазаревская). 400 летию со дня преставления. Муром, 2004 С. 101-104.

См:. Мосунова Т. М. Техника личного письма в иконах XVI-XVIII вв. из собрания Муромского музея // Уваровские чтения –V. М, 2003 - С. 92.

Старый инв. № ММ-32380. См.: упом. Дмитриева, Белоброва…С.174.

См.: Турилов А. А. Указ. Соч. С. 126.: Подобедова О. И. Повесть о Петре и Февронии как литературный источник… - С. 398-399;

Дмитриева Р. П. Повесть о Петре и Февронии… - С. 206;

Дмитриева Р. П., Белоброва О. А. Указ. соч. - С. 174;

Лебедева И. Н. Указ. Соч. - С. 289.

миниатюр данной рукописи это остается спорным. (СПб. ФИРИ РАН. Ф. 338.

Собр. Лихачева. Оп. 1. Д. № 50).16 Не касаясь стиля иллюстраций, заметим, что их число и состав совпадают с версией нашей иконы с сорока клеймами.

Количество и репертуар миниатюр (41 и 42) в списках «Повести о Петре и Февронии» И. Г. Блинова, например, - 1895 и 1900 гг., несколько отличается от нее. (ОР РГБ.;

Ф. 199. Собр. Никифорова. № 240;

Ф. 242. Собр. Прянишникова.

№ 192). При этом они обнаруживают совпадение со списком Повести XVII в., в котором изначально было сорок две миниатюры житийного цикла (РНБ F. I.

879). Очевидно, что авторы трех рассмотренных рукописей не ставили задачи прямого копирования, а использовали клейма иконы в качестве иллюстраций, несколько упрощая их и привнося элементы, более свойственные книжной графике.

Сохранилось четыре списка с обозначением о копировании с клейм нашей иконы;

на одном из них - с пояснением: «переводным способом» (ГИМ.

Муз. 3966-1896 г.;

ГИМ. Муз. 803–1897 г.;

РГБ. Ф. 98. Собр. Егорова. № 419 1897 г.;

РНБ. F. I. 796. - 1897 г.). На третьем - подпись, заверенная печатью Муромского Богородицкого собора. Исполнитель - «Рыбинский мещ. Ник. Павл.

Андринъ», проживающий в Муроме, был известен не только как «иконограф», но и как «антикварий».17 Заказчик – муромский житель, «Пот. Поч. Гражд. Ив.

Ив. Смольянинов».18 Миниатюры расположены на каждом листе и обведены рамками, в которые вписаны пояснительные надписи.19 Три списка отличаются небрежным рисунком и качеством раскраски акварелью. Более тщательно исполнен список, где указан только заказчик, но наиболее вероятный копиист Н. П. Андрин. (РНБ. F. I. 796). Яркая особенность данной копии «геометризованное» изображение архитектуры с многочисленными черными «дверными» и «оконными» проемами. Имеющиеся иконографические отклонения в деталях миниатюр от клейм иконы, как нам удалось выяснить, объясняются тем, что они имелись на иконе, поновленной, вероятно, в XVIII в.

«Разночтения» стали очевидны только после ее первоначального «раскрытия»

(1928) и реставрации (1962-1968).

Икона святых Петра и Февронии 1618 г. (из Муромского собора) имеет уникальную житийную версию (32 клейма), не зависимую от рукописной традиции. (МИХМ. Инв. М-6607. 174Х143). Однако три копии с нее Н. П. Андрина (1898) стали специфическими лицевыми списками (ГИМ. Муз.

3963;

ГИМ. Муз. 743;

РНБ. F. I. 797)20. Миниатюры имеют некоторые отклонения от клейм иконы: рисунок примитивный, архитектурные фоны упрощены, изменены некоторые очертания и ракурсы фигур, показаны струи крови змея, отсутствующие в клейме иконы, цвета не зависимы от колорита иконы.

См.: Подобедова О. И. Лицевая рукопись XVII столетия «Повести о Петре и Февронии» - С. 393-406;

Дмитриева Р. П., Белоброва О. И. Указ. соч. - С. 174;

Турилов А. А. Указ. соч. - С. 126. Лебедева И. Н.

Указ. соч. - С. 282-289. - Ил. 1-5.

Сухова О. А. Этнографическая коллекция И. С. Куликова в собрании Муромского музея: история и судьба // Музеи Верхней Волги. Проблемы, исследования, публикации. - Ярославль, 1997. - С. 66-68;

Дмитриева Р. П., Белоброва О. А. Указ. соч. - С. 174.

Он, вероятно, был потомком Михаила Лукина Смольянинова – посадского человека, «иконописца, муромского купца», работавшего в Муроме в 1740-1770-е годы. Чернышев В. Я. Муромские иконописцы XVII – XVIII веков // Уваровские чтения – III «Русский православный монастырь как явление культуры:

история и современность». Материалы научной конференции, посвященной 900–летию Муромского Спасо–Преображенского монастыря. Муром, 17-19 апреля 1996 г. Муром, 2001. - С. 204..

Дмитриева Р. П. Повесть о Петре и Февронии… - С. 206-207.

Там же. С. 206.

Вероятно, это объясняется тем, что икона до 1936 г. также не была «раскрыта»

и находилась под записями и темным слоем олифы. Ряд клейм данной иконы (как и первой) лег в основу композиций упомянутого несохранившегося житийного цикла Петра и Февронии. О нем можно судить по копиям Н. П. Андрина (1890-е), также являющимися своеобразными лицевыми списками жития (ГИМ. Муз. 3789;

РНБ. F. I. 832).21 Стиль исполнения этих копий с красивыми и четкими архитектурными кулисами близок к указанному списку с первой иконы (РНБ. F. I. 796).

Поражает грандиозный житийный цикл (87 клейм) на иконе святых князей Константина, Михаила и Федора 1714 г. из Муромского Благовещенского монастыря. (МИХМ. Инв. № М- 6604. 199,5 Х 250,5). Композиции клейм № 84, 85 с изображением плавания св. Василия повторены на иконе XVIII века «Богоматерь Муромская» с предстоящими Борисом и Глебом и Муромскими чудотворцами (ГИМ. Осн. № 90550. Инв. № 9022. 26,5 Х 20,5).22 Шестнадцать сюжетов стали основой для миниатюр упомянутых поздних списков жития епископа Василия (СПб. ФИРИ РАН. Ф. 338. Собр. Лихачева. Оп. 1. Д. № 50;

РГБ. Собр. Прянишникова №192.). Все восемьдесят семь сцен были скопированы Н.П. Андриным (РНБ. FI 794,795. - 1897 г.). Любопытно, что он отдельно переплел листы с циклами, посвященными муромским князьям и святому епископу, нарочито превратив их в два новых лицевых житийных списка.

В 2006 г. нам был предоставлен неизвестный список жития Константина, Михаила и Федора (Муромский Новодевичий Свято-Троицкий монастырь), тринадцать миниатюр которого прямо восходят к клеймам нашей иконы (1, 2, 10, 13, 14, 17, 29, 38, 44, 54, 57, 70, 71).23 Рукопись (41 лл.) размером в тетрадь в картонном переплете (22,6 Х 17,5 Х 1,0) написана полууставом черными чернилами на белой плотной бумаге. На листе № 20 читается надпись на тисненом штемпеле овальной формы с изображением двуглавого орла:

«ДИТЯТКОВСКАГО ТОВАРИЩЕСТВА. № 4» (1893 г. – О.С.)24. В рукописи имеются заставки в виде виньеток с крестом и державой вверху, растительными элементами;

цветные буквицы с орнаментом и без. Название:

«Мца Маiя въ 21 День Память Стагw Блговърнагw князя Константина и чадъ егw: Князя Мiхаила и Князя Феодора Муромскихъ чудотворцевъ какw прiиде изъ Кiева въ Муромъ и просвъти егw святымъ крещенiемъ». Текст, восходящий к одному из вариантов Пространной редакции жития Константина Муромского, сопровождается тринадцатью миниатюрами (лл. 2 об., 6, 8 об., 11, 12 об., 14, 19, 20 об., 22, 25 об., 28, 35 об., 38). Составитель списка ограничился частью Пространной редакции с повествованием о Константине и исключил историю об Отчет Императорской Публичной библиотеки за 1899 год. - СПб., 1903. – С. 158 –159. Дмитриева Р. П.

Повесть о Петре и Февронии…С. 207.

Сухова О. А. Житийная икона… С. 219.

За возможность ознакомиться с рукописью благодарю Татьяну Евгеньевну Сенчурову, занимающуюся издательской деятельностью Муромского Троицкого монастыря.

Данная бумажная фабрика, основанная в 1882 году, находилась в деревне Старая Гута Волынской губернии. Известны ее штемпели 1886 -1901 гг.;

именно такой штемпель, как на описываемой рукописи, ставился на бумаге производства 1893 года. См. Клепиков С.А. Филиграни и штемпели на бумаге русского и иностранного производства XVII –XX вв. М.,1959. С.103;

Мацюк О.Я. Папiр та фiлiгранi их на украiнських землях. Киiв, 1974. С.253. За оказанную мне помощь в определении штемпеля на бумаге муромской рукописи с указанием на данную литературу сердечно благодарю Татьяну Робертовну Руди, сотрудницу сектора древнерусской литературы Пушкинского Дома (Санкт-Петербург).

обновлении града Мурома и святом епископе Василии. Для миниатюр было отобрано только тринадцать композиций из семидесяти одного клейма иконы, посвященных непосредственно рассказу о Константине. Иллюстрации отражают ключевые моменты жития. Их размер почти идентичен клеймам, значительных изменений в композициях не наблюдается. Видимо, поначалу было задумано полное воспроизведение надписей в клеймах, что видно в двух первых миниатюрах. Рисунок несколько упрощен, цвета изображений с применением сиреневых тонов не зависят от колорита иконы.

Дошедшие до нашего времени изобразительные и документальные источники не позволяют определенно судить о том, что в основу повествовательных циклов житийных икон муромских святых легли «древние»

рукописные протооригиналы. Исключением может быть только несохранившийся лицевой список к житию святых Петра и Февронии, к которому, возможно, восходят десять миниатюр незавершенного цикла. О том, что во второй половине XVII в. не сложились еще житийные циклы других муромских святых, косвенно свидетельствует икона «Муромские чудотворцы с житием Петра и Февронии» 1669 г., которая ныне является наиболее древним памятником с изображением собора местных святых. При представлении в среднике шести покровителей града Мурома, в клеймах иллюстрируются деяния только святых благоверных супругов Петра и Февронии.

Муромские житийные иконы являются замечательными памятниками, заключающими в себе богатейшее иконографическое содержание. При комплексном подходе к их изучению с привлечением достаточно обширного круга поздних рукописей, выявление которых продолжается, а также других икон муромского круга и документального материала, можно утверждать, что именно иконописные клейма служили образцами для целого ряда лицевых списков житий муромского круга.

Приложение Клейма житийной иконы «Константин, Михаил и Федор» 1714 г. (Муромский музей) и миниатюры рукописи жития 1893 г.

(Муромский Новодевичий Свято-Троицкий монастырь) Созинов В. А., г. Ярославль Книги пробирного мастера Григория Люсинова последней трети XVIII в. как исторический источник Прим. ред.: Полный текст данной статьи доступен в печатной версии сборника. На Интернет публикацию статьи согласия автора получено не было.

Марасанова В. М., доктор исторических наук, профессор ЯрГУ им. П. Г. Демидова г. Ярославль Источники личного происхождения о местном управлении в Верхнем Поволжье (конец XVIII - начало XX веков) Усилия федеральной исполнительной власти по укреплению аппарата власти и развитию местного самоуправления делают особенно актуальным изучение исторического опыта государственного управления как в Российской империи в целом, так и в отдельных регионах. Важную часть источников изучения проблем местного управления в Верхнем Поволжье (в границах Владимирской, Костромской, Тверской и Ярославской губерний) составляют воспоминания, дневники и письма.

Большой период времени - с 1738 по 1795 гг. - охватывали записки А. Т. Болотова1. За долгую жизнь ему неоднократно пришлось встречаться с представителями местной администрации. Например, в 1780 г. А. Т. Болотов встречался с первым владимирским наместником графом Р. И. Воронцовым.

Он описал также встречу 1794 г. с наместником Тульским и Калужским Е. П. Кашкиным, ранее занимавшим пост генерал-губернатора в Ярославле.

Однако в издание 1993 г., к сожалению, не были включены воспоминания А. Т. Болотова об открытии Тульского наместничества, приводимые, например, в издании «Русской старины» 1873 г. Данный пример показывает необходимость изучения максимально широкого круга источников в различных вариантах и редакциях.

Член Тверской ученой архивной комиссии Е. А. Пушкин в 1888 г.

подготовил к публикации письма великой княгини Екатерины Павловны к адъютанту ее супруга генерал-губернатора принца Ольденбургского князю В. П. Оболенскому и к Н. М. Карамзину2. Письма сообщали о деятельности Г. П. Ольденбургского на посту генерал-губернатора Тверского, Новгородского и Ярославского. Кроме того, они позволили судить о глубокой личной симпатии между Екатериной Павловной и выдающимся историком.

Увлекательную семейную хронику дворянских родов Вульфов, Полторацких и Кернов, связанных с Верхним Поволжьем, создала А. П. Керн3.

Она родилась в 1800 г. в Орле, где ее дед по материнской линии И. П. Вульф занимал пост губернатора, а ранее он служил в той же должности во Владимире. При Павле I он вышел в отставку, и в родовом имении деда в с. Берново Тверской губернии Анна прожила до 1812 г. Она родилась от брака Екатерины Вульф и П. М. Полторацкого, один из братьев которого Константин впоследствии стал ярославским губернатором.

Широкую панораму российской жизни создал в произведении «Былое и думы» А. И. Герцен. По оценке самого автора, это «не столько записки, сколько исповедь»4. В 1834 г. А. И. Герцена впервые арестовали и сослали в Пермь.

См.: Болотов А.Т. Записки: В 3 т. СПб., 1870-1873;

Он же. Жизнь и приключения Андрея Болотова:

Описанные им самим для своих потомков: В 3 т. М., 1993.

См.: Письма великой княгини Екатерины Павловны. Тверь, 1888.

См.: Керн А.П. (Маркова-Виноградская). Воспоминания о Пушкине. М., 1989;

Она же. О Пушкине и о себе: Воспоминания, дневники, переписка. 3-е изд. Тула, 1993;

и др.

Герцен А.И. Былое и думы. М., 2001. С.21.

Затем более двух лет он прожил в Вятке, где служил в канцелярии губернского правления при губернаторе К. Я. Тюфяеве, которого в дальнейшем перевели на ту же должность в Тверь. О своем начальнике Тюфяеве А. И. Герцен высказывался довольно негативно, считая его не слишком подходящей на должность губернатора кандидатурой. С разрешения Николая I в январе 1838 г.

Герцен переехал во Владимир, где прожил два года под полицейским надзором. Эта часть воспоминаний А. И. Герцена (Ч. З «Владимир-на-Клязьме»

1838-1839) наиболее интересна для проводимого исследования. После того, как полицейский надзор сняли в июле 1839 г., Герцен вместе с семьей жил в Москве и Петербурге. Однако вскоре последовала новая ссылка в Новгород, где в течение года он служил советником губернского правления. Таким образом, весьма важны оставленные А. И. Герценом наблюдения о работе губернских учреждений в 1830-е гг.

Большой интерес представляли записки Астольфа де Кюстина5. В них представлен не только высший свет, но и провинциальные круги российского общества. В частности, Астольф де Кюстин подробно описал свои впечатления от Ярославля и встречу с губернатором К. М. Полторацким.

Несомненный интерес представляют заметки К. Д. Ушинского о Верхнем Поволжье и, в особенности, о Ярославле, где в 1846-1848 гг. он преподавал законоведение и государственное право в Демидовском лицее.

Основоположник отечественной педагогической науки не только описал свои впечатления о поездках в Ростов (1848), а также по поволжским городам от Твери до Нижнего Новгорода (1860), но и оставил в своих лекциях, прочитанных для ярославских студентов, суждения о роли правительства и администрации в обществе6.

В Ярославле К. Д. Ушинского навещал драматург А. Н. Островский. Он также часто бывал в верхневолжских губерниях, а его отец владел имением Щелыково около Костромы. В марте 1856 г. А. Н. Островский был направлен Морским министерством в Верхнее Поволжье, с целью изучить быт жителей прибрежных районов. В то же время Морское министерство направило писателя И. А. Гончарова в кругосветное плавание на фрегате «Паллада», капитаном которого являлся будущий ярославский губернатор И. С. Унковский7.

Экспедиция А. Н. Островского на Верхнюю Волгу проходила с апреля по август 1856 г., а затем с начала мая по август 1857 г. По итогам путешествия в «Морском сборнике» в 1859 г. была опубликована только небольшая статья, рассказывающая о городах и о населенных пунктах от Твери до Осташкова8.

Дополнить эти материалы могут дневники А. Н. Островского за 1845-1856 гг., где также описаны верхневолжские губернии и встречи автора с тверским губернатором А. П. Бакуниным, губернским предводителем дворянства A. M. Унковским и другими деятелями9.

См.: Кюстин А. Николаевская Россия. М., 1990;

Русские мемуары: Избранные страницы. 1826-1856 гг.

М, 1990;

и др.

См.: Ушинский К.Д. Поездка в Ростов // Ушинский К.Д. Поездки по России. Ярославль, 1969. С.30-34;

Он же. Путешествие по Волге: Письма к приятелю // Там же. С.76-103;

Он же. Лекции в Ярославском лицее // Ушинский К.Д. Собр. соч.: В 11 т. М.-Л., 1948-1952. Т.1. М.-Л., 1848. С.51-120;

Материалы из времени работы К.Д. Ушинского в Ярославле // Там же. Т.П. М.-Л., 1952. С.255-278;

и др.

Описание экспедиции см.: Гончаров И.А. Фрегат «Паллада»: Очерки путешествия: В 2 т. М., 1994.

См.: Островский А.Н. Путевые заметки: Путешествие по Волге от истоков до Нижнего Новгорода // Островский А.Н. Поли. собр. соч.: В 12 т. М., 1973-1980. Т.10. М„ 1978. С.322-347.

Островский А.Н. Дневники // Островский А.Н. Полн. собр. соч. Т.10. М., 1978. С.348-374.

Хронологически продолжали освещение изучаемой темы «Ярославские письма» И. С. Аксакова, сына известного писателя С. Т. Аксакова. И. С. Аксаков на протяжении двух лет был командирован Министерством внутренних дел в Ярославскую губернию «для обревизования городского хозяйства», а также имея секретное задание для сбора сведений «относительно раскола». В своих письмах за 1849-1850 гг. он оставил краткие заметки о самом Ярославле и многих уездных городах губернии, где бывал по делам службы10.

Уроженцем с. Раменье Костромской губернии являлся известный писатель А. Ф. Писемский. После учебы в Костромской гимназии и окончания Московского университета он вернулся в Кострому и за восемь лет службы в губернских учреждениях дошел до чина титулярного советника. В 1848 г.

Писемский стал чиновником особых поручений при губернаторе И. В. Каменском, а с 1850 г. перешел на должность асессора Костромского губернского правления. Период службы в Костроме отражен в переписке А. Ф. Писемского, в его краткой автобиографии, написанной в 1855 г. к 100-летию Московского университета, а также в его литературных произведениях11.

Воспоминания княгини С. В. Мещерской касались некоторых событий ее жизни в Твери во второй половине XIX в., а также семейной истории рода Мусиных-Пушкиных, тесно связанного с Ярославским краем12. Вместе со своим мужем Б. В. Мещерским княгиня переселилась в Тверь в 1861 г. До своей смерти 27 февраля 1884 г. он избирался тверским губернским предводителем дворянства, а сама Софья Васильевна стала попечительницей многих благотворительных заведений и председательницей общества «Доброхотной копейки».

В мемуарах С. Ю. Витте сообщалось о причинах назначения губернатором в Тверь А. А. Ширинского-Шихматова и об обстоятельствах назначения товарищем министра внутренних дел бывшего тверского губернатора С. Д. Урусова13.



Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |
 



Похожие работы:





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.