авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 19 |
-- [ Страница 1 ] --

Федеральное агентство по образованию

Уральский государственный технический университет УПИ

Русский язык:

Человек. Культура. Коммуникация

Электронное текстовое издание

Подготовлено кафедрой русского языка

Научный редактор: проф., д-р филол. наук Т. В. Попова

Сборник «Русский язык: Человек. Культура. Коммуникация»

содержит материалы Международной научной конференции,

прошедшей 30 ноября 2007 г. в Уральском государственном университете – УПИ (г. Екатеринбург).

ГОУ ВПО УГТУУПИ, 2008 Екатеринбург 2008 3 ПРЕДИСЛОВИЕ Сборник «Русский язык: Человек. Культура. Коммуникация» содержит материалы Международной научной конференции, прошедшей 30 ноября 2007 г.

в Уральском государственном университете – УПИ (г. Екатеринбург). Эта конференция завершила комплекс мероприятий вуза, посвященных Году русского языка. В сборник вошли не только материалы докладов, прочитанных на конференции, но и произведения, созданные участниками литературного конкурса, проходившего в рамках мероприятий в УГТУ–УПИ весной 2007 г.

Конференция была посвящена памяти Эры Васильевны Кузнецовой – доктора филологических наук, профессора, основателя кафедры современного русского языка филологического факультета Уральского государственного университета им. А.М. Горького. Среди участников конференции было много ее бывших студентов, аспирантов, коллег: доктора филологических наук, профессора Т.А. Гридина (зав. кафедрой общего языкознания и русского языка УрГПУ), З.И. Комарова, М.Л. Кусова (зав. кафедрой русского языка и методики его преподавания УрГПУ), Г.Н. Плотникова, Т.В. Попова (зав. кафедрой русского языка УГТУ–УПИ);

кандидаты филологических наук, доценты Н.А. Боровикова (зав. кафедрой РКИ УрГУ), Н.А. Гогулина, А.Ю. Ларионова, И.М. Волчкова, Н.В. Нетяго, Ю.И. Плотникова, И.В. Родина, Е.Г. Соболева (зав. кафедрой языков массовой коммуникации УрГУ) и многие другие.

Тематика конференции была достаточно широкой, что позволило объединить специалистов по русскому языку не только разных научных направлений и школ, но и разных стран. В ней приняли участие филологи и издатели из 11 стран и 33 городов мира – ученые России, Испании (Тирадо Р. Гусман), Болгарии (О. Стефанов), Словакии (А. Петрикова), Чехии (И. Коростенски), Монголии (Р. Наранцэцэг), Украины (И.В. Абрамова), Белоруси (И.Г. Вольвачева), Узбекистана (А.С. Пардаев), Армении (Л.Е. Маркосян), Молдовы (Л.В. Бортэ, Е.В. Сирота).

Сборник открывает статья Н.А. Боровиковой, посвященная жизни и научному наследию талантливого ученого и яркого человека, оставившего след в жизни многих из нас – проф. Э.В. Кузнецовой. Остальные материалы конференции объединены в 3 раздела.

Первый раздел сборника «РУССКИЙ ЯЗЫК И СОВРЕМЕННЫЙ МИР»

состоит из 2 частей.

Первая часть «Русский язык и языковая политика: зарубежный и региональный опыт» объединяет статьи, посвященные положению русского языка за рубежом, в частности в Словакии (Й. Сипко, Н.Л. Смирнова), Испании (Тирадо Р. Гусман) и в панъевропейском пространстве в целом (Н.В. Халина). Изменению роли образования в современном обществе посвящена статья Н.Н. Хридиной.

Вторая часть первого раздела «Русский язык и межкультурная включает коммуникация: теоретические и прикладные аспекты»

исследования, посвященные проблемам преподавания русского языка как иностранного (Н.А. Гогулина, Т.И. Смирнова, Н.В. Нетяго, Э.Ю. Попова, И.С. Просвирнина, И.В. Родина и др.) и новым методикам изучения иностранных языков в России (Ж.А. Храмушина, И.П. Андриянычева, С.В. Коняева, Е.В. Грунина, Л.Н. Попов и др.).

В статьях этого раздела рассматриваются новые направления в преподавании русского языка как иностранного, например, работа с детьми мигрантами (Э.Ю. Попова), а также актуальные для Уральского региона вопросы преподавания русского языка китайским студентам (И.С. Просвирнина);

обсуждаются особенности дистанционного обучения русскому языку (Р. Наранцэцэг), роль информационных технологий (Ж.А. Храмушина, С.В. Коняева) и литературы (А. Петрикова, Т.С. Хребтова, О.И. Эйхман) в обучении языкам.

Второй раздел «СОВРЕМЕННЫЙ РУССКИЙ ЯЗЫК: СИСТЕМА И ФУНКЦИОНИРОВАНИЕ» состоит из 3 частей.

Первая его часть «Русский язык в статике и динамике» включает работы, анализирующие теоретические проблемы русистики, современное состояние русского языка и его подсистем, а также проблемы его лексикографического описания.

Ученых интересуют сферы и степень применимости синтетического подхода в русистике (Д.Р. Шарафутдинов), соотношение понятий эмотивности, экспрессивности и оценочности (Т.А. Муллинова), сущность заимствования (К.Б. Позднякова), некоторые проблемы грамматики (И.Г. Вольвачева, В.А. Лаврентьев, О.А. Муллинова, М.В. Пуговкина, Л.С. Чечулина), словообразования (А.С. Пардаев, С.С. Кулбаева, Ю.И. Плотникова) и лексикологии (С.А. Губанов, Т.А. Зуева, М.Л. Кусова).

Значительная часть материалов посвящена вопросам лексикографии и терминографии. В статьях З.И. Комаровой, Г.Н. Плотниковой, Е.В. Жучковой описываются специфические особенности терминологического словаря и соотношение общей лексикографии и терминографии;

в работе Е.С. Зайковой впервые представлена классификация русских учебных деривационных (словообразовательных и морфемных) словарей русского языка.

Вопросы терминологии затрагиваются не только в работах по лексикографии, но и в ряде других статей. Упорядочению терминологии PR посвящена работа О.В. Климовой, состоянию терминологии текстильной промышленности – статья А.В. Кувшиновой, древнерусской религиозной терминологии – исследование И.В. Смирновой.





Во многих статьях рассматриваются активные процессы, происходящие в русском языке на рубеже ХХ–ХХI вв. (В. В. Шмелькова), соотношение статичности и динамичности на современном этапе развития русского языка (А.Г. Гладышев), активные способы образования лексических неологизмов и окказионализмов (Е.В. Тумакова, М.С. Кутасова), новые типы окказионализмов, носящих игровой характер, – «креолизованные» слова, графодериваты (Т.В. Попова, А.П. Галактионов) и дезаббревиатуры (Р.А. Шаова).

Вторая часть второго раздела «Русская концептуальная картина мира» объединяет статьи, посвященные когнитивному, функционально семантическому и психолингвистическому осмыслению русского языка рубежа веков.

Выясняются особенности научно-познавательной деятельности человека при концептуализации мира (И.А. Пушкарева), гендерно-маркированные когнитивные структуры и их взаимосвязи с логоэпистемами (М.А. Пицун), сущность концепта и генезис взглядов на это явление (И. Коростенски), методология и методика когнитивного анализа, в частности, возможности применения ассоциативного эксперимента в когнитологии (Е.В. Коняева).

Когнитивному переосмыслению подвергается также понятие метафоры (Л.В. Бронник пытается совместить когнитивный и синергетический взгляд на это явление). Предпринимается попытка совмещения филологического и культурологического анализов при исследовании образа Екатеринбурга в работах студентов – архитекторов (И.М. Волчкова).

Охарактеризованы структура и содержание таких концептов, как «человек как социальное существо» (А.С. Демышева), «ум» (Н.М. Сергеева, Е.В. Дзюба, Е.О. Тарасенко), «глупость» в сопоставлении с предыдущим концептом (Е.В. Дзюба, Е.О. Тарасенко), «память» (О.Н. Кондратьева), «справедливость»

(О.В. Кряхтунова), «судьба» (Л.Е. Маркосян), «смерть» (Т.Н. Лоскутова), «белый» и «черный» (М.Б. Талапина). При этом анализируются хронологические (О.В. Кряхтунова, концепт «справедливость» в 1930–1950-е гг. ХХ в.), возрастные (А.С. Демышева), национальные (Е.В. Дзюба, Е.О. Тарасенко) и индивидуально-авторские (К.В. Лопатина, концептуальная картина мира А. Ахматовой) особенности концептов.

В сферу лингвокогнитивного анализа вовлекаются не только традиционные материалы – художественные и публицистические тексты, словари и т.п. (Е.В. Головнева, К.В. Лопатина, Н.М. Сергеева, Е.В. Серова), но и их новые типы: официальные документы, мемуары репрессированных, результаты опроса свидетелей событий (О.В. Кряхтунова).

К когнитивно-семантическим исследованиям примыкают и работы по функционально-семантическому описанию русского языка: Т.В. Гоголина анализирует ФСП сомнительности, Л.А. Запевалова – квантитативные аспекты неопределенной единичности.

В третьей части второго раздела «Речевые практики: нормы и их нарушение» объединены исследования, посвященные различным типам нормативного и ненормативного современного русского дискурса: диалогу в художественной речи и его компонентам (Л.В. Бортэ, Е.В. Сирота), детскому дискурсу (Т.А. Гридина), неформальному студенческому общению (Н.С. Громова, С.В. Иванова, А.Ю. Ларионова), официальной публичной речи (Л.З. Кулова анализирует выступления В.В. Жириновского), языку газет (М.Ю. Казак).

Анализируются особенности современной русской речи: ее англо американизация (Т.В. Куприна);

появление новых элементов хакер и ламер (О.В. Васильева, М.Б. Ворошилова);

модификация употребления традиционных единиц: формул речевого этикета (Г.В. Битенская) и слов с семой «запах»

(Н.С. Павлова);

изменения в ее ассоциативно-информативном потенциале (Л.З. Кулова).

Интересны исследования, в которых нарушения этико-речевых норм рассматриваются с позиций нового направления в русистике – юридической лингвистики – и являются объектом лингвистической экспертизы (А.М. Плотникова).

Все представленные в разделе работы носят не чисто описательный, а объяснительно-интерпретационный характер, что значительно повышает их ценность. Так, В.М. Иванилов связывает способы снотолкования с разными типами мышления человека;

С.В. Панов и С.Н. Ивашкин рассматривают речевые практики девиантной культуры на общем фоне коммуникативного логоса и эсхатологии.

Третий раздел сборника «РУССКИЙ ТЕКСТ ГЛАЗАМИ УЧЕНОГО – ЧИТАТЕЛЯ – ИЗДАТЕЛЯ» посвящен анализу типов и поэтики современного русского текста, особенностям его восприятия и подготовки к изданию.

В первой части раздела «Современный русский текст: типология, анализ, рецепция» включены работы, посвященные анализу текстов разного типа: художественным (А.М. Алферов, О.В. Кравченко, Л.В. Промах, Л.С. Шутько, И.С. Супонина): фантастическим (И.Ю. Ваганова), сакральным (Н.И. Коновалова);

рекламным (О.М. Бунчук, Е.В. Зырянова, Е.Г. Соболева, Н.Ф. Старыгина);

политическим (М.Б. Ворошилова);

текстам СМИ (Л.А. Копцева, Н.Н. Бондарчук, Е.Б. Плаксина, А.В. Сотникова, Л.З. Родионова, Н.В. Фунтова);

научно-учебному (Т.И. Перовская);

новым видам Интернет текстов (Ю.Р. Тагильцева);

креолизованным (О.М. Бунчук, М.Б. Ворошилова).

Рассматриваются проблемы организации текста, его простоты / сложности (А.В. Зарубин), креолизации;

проблемы восприятия текста (Л.В. Промах), понимания (Т.И. Перовская) и интерпретации (Н.И. Коновалова), в том числе гендерной (А.М. Алферов).

Среди работ, посвященных экспрессивности текста и особенностям его восприятия, обращает на себя внимание статья Е.Г. Соболевой о дефектах рекламного текста, где впервые представлена типология причин, вызывающих неадекватное восприятие рекламы. Анализ этой проблемы имеет не только теоретическое, но и практическое значение для лиц, связанных с созданием и распространением рекламных текстов.

Вторая часть раздела «Поэтика русского текста и издательское дело»

объединяет работы, содержащие общефилологический, литературоведческий и редакторский анализы текстов.

Исследуется поэтика В.В. Высоцкого (Р.Ш. Абельская), Г.Д. Гребенщикова (М.О. Чарина), В. Набокова (Е.В. Радько), Л.Е. Улицкой (О.В. Сизых), драмы (О. Стефанов);

рассматривается проблема «автор – книга – читатель» (особенно последнее противопоставление) на материале произведений А.П. Чехова (А.А. Дырдин), массовой литературы (Е.Я. Поддубная).

В статьях данного раздела анализируется вузовская книга как особый вид издания, структура и особенности художественного оформления изданий разных жанров и видов (А.Э. Якубовский), в том числе летописей города (Н.В. Сиротина) и газет (Ю.С. Подлубнова).

В третьей части раздела представлены художественные произведения и публицистика студентов и преподавателей УГТУ–УПИ, участвовавших в литературном конкурсе, посвященном Году русского языка: О. Аплесниной, А. Кирзюка, Т. Перовской, Т. Осадчей, Е. Утюмовой.

В целом сборник дает представление о тех проблемах, которые актуальны в современной русистике и ждут своего разрешения.

В подготовке и проведении конференции приняли активное участие и студенты специальности «Издательское дело и редактирование» (кафедра русского языка УГТУ–УПИ). Оргкомитет конференции искренне признателен нашим студентам: Т. Зомаревой, М. Бородиной, В. Ахуновой, К. Варавко, Т. Осадчей, Е. Утюмовой, И. Осенкову, Я. Раевскому, Е. Виноградовой и др. – за помощь в организации конференции.

Т.В. Попова РАЗДЕЛ 1. РУССКИЙ ЯЗЫК И СОВРЕМЕННЫЙ МИР 1.1. РУССКИЙ ЯЗЫК И ЯЗЫКОВАЯ ПОЛИТИКА: ЗАРУБЕЖНЫЙ И РЕГИОНАЛЬНЫЙ ОПЫТ Н.А. Боровикова г. Екатеринбург Э.В. Кузнецова: человек, ученый, исследователь В 2007 г. филологическая общественность Екатеринбурга (и не только его) отмечает 80-летие со дня рождения замечательного русиста, доктора филологических наук, профессора, основателя кафедры современного русского языка Уральского государственного университета Эры Васильевны Кузнецовой.

Эра Васильевна была не только моим научным руководителем с начала дипломной работы, потом кандидатской диссертации, но она являлась для меня близким человеком, другом моим и моей семьи, тем человеком, который во многом определил мою жизнь. Думаю, что Эра Васильевна оказала такое огромное, судьбоносное влияние не только на меня, но и на очень многих русистов нашего города.

Имя Э. В. Кузнецовой было и до сих пор остается широко известным в отечественной лингвистике. Почти в каждом университетском городе России у нее были друзья – единомышленники или оппоненты, ее коллеги или ученики.

Ее идея системного подхода к языку, предложенный ею системно семасиологический аспект изучения словарного состава современного русского языка, разработанный Э. В. Кузнецовой метод компонентного анализа лексического значения слова, представленные в ее научных трудах и учебнике «Лексикология русского языка», легли в основу созданной ею уральской лексикологической школы и получили свое развитие в научных разработках ее учеников и продолжателей.

Однако стоит рассказать об Эре Васильевне и как о человеке интересном, нестандартном, очень искреннем и прямом.

Родилась Э. В. Кузнецова 7 февраля 1927 г. в городе Полевском Свердловской области. Она была младшим ребенком в большой семье Марии Константиновны и Василия Николаевича Калугиных. Ее отец – участник Первой мировой войны, георгиевский кавалер, в годы Гражданской войны командир кавалерийского полка, преданный делу революции. За боевые заслуги был награжден Орденом Красного Знамени и серебряным оружием. Но в 1937 году он, как и многие другие, был репрессирован, отправлен на Воркутинские рудники и там погиб.

В 10 лет Эра осталась без отца и, более того, с клеймом «дочь врага народа». Кстати, имя Эра ей дал отец, который придумал такую аббревиатуру:

Эпоха Революционного Апогея;

а старшую свою дочь он назвал Рида:

Революционная Идея Достигнет Апогея.

Мне кажется, что и имя Эры Васильевны, и тот факт, что ее отец был ярким революционером, с одной стороны, а с другой – попал под сталинские жернова как «враг народа», – все это наложило огромный отпечаток на личность Эры Васильевны, сыграло в ее жизни значительную роль. До самого конца Эра Васильевна пронесла особую, благоговейную любовь к своему отцу, она очень гордилась им, и его старинная фотография всегда стояла у нее дома на полке с книгами.

Будучи дочерью репрессированного, Эра не смогла поступить на философский факультет МГУ, куда она приехала в 1944 г. Ей не разрешили поступать на политический факультет как девушке «неблагонадежной». И тогда она пошла на филологический. Так выпускница полевской школы становится студенткой самого престижного вуза страны.

Здесь ее однокурсниками стали известные впоследствии лингвисты:

Галина Александровна Золотова, Елена Андреевна Земская, Софья Петровна Лопушанская и другие. Иногда Эра Васильевна вспоминала о своей студенческой жизни в общежитии на Стромынке в Москве. Как сказала С. П. Лопушанская, Эру Калугину называли в то время «человеком очень…» – «очень красивая, очень русская, очень умная, очень трудолюбивая, очень принципиальная, очень чуткая» [4;

489].

Эра Васильевна училась у таких известных ученых-лингвистов, как Петр Савич Кузнецов, Виктор Владимирович Виноградов, Сергей Иванович Ожегов, который был руководителем ее дипломной работы, и др.

В 1949 году она закончила филфак МГУ, а в 1952 г. – аспирантуру при кафедре русского языка МГУ. Тема ее кандидатской диссертации – «Словарный состав говора Полевского района Свердловской области». В это время Эра Васильевна уже вышла замуж и взяла фамилию мужа – Глазырина. С года она начала работать в Уральском университете сначала ассистентом, затем старшим преподавателем кафедры русского языка. Здесь Эра Васильевна участвовала в создании «Словаря русских говоров Среднего Урала» (1, 2 тома).

Кроме того, она обращается к изучению категории залога и возвратных глаголов русского языка.

1961–1962 гг. стали переломными в жизни Эры Васильевны: она расстается с мужем, который забирает с собой их дочь Веру, а с Эрой Васильевной остается их сын Ваня. Причиной этой семейной драмы явилась огромная настоящая любовь между Эрой Васильевной и Владимиром Леонтьевичем Кузнецовым. Она второй раз выходит замуж, берет фамилию Кузнецова и уже до конца своей жизни остается любящей и любимой женщиной.

В 1962 г. у Кузнецовых рождается дочь Ольга.

Эра Васильевна с Владимиром Леонтьевичем были, по мнению многих, идеальной супружеской парой. С какой нежностью, заботой, вниманием и любовью они относились друг к другу, об этом говорили не только их письма и открытки (некоторые из них опубликованы), но и их глаза и улыбки. Помню, когда Владимир Леонтьевич сломал ногу, Эра Васильевна очень переживала по этому поводу и сочувствовала ему. И вот дней через 5–6 идет Эра Васильевна по улице и думает, что было бы легче, если бы и она была с ним рядом в таком же состоянии. И вдруг, только подумав об этом, она поскользнулась, так как была зима и скользко, упала и сломала руку. Ей тоже наложили гипс, и они были дома, вместе поправляясь и поддерживая друг друга. И вот впоследствии, когда у Эры Васильевны обнаружили неизлечимую болезнь, у Владимира Леонтьевича случился инфаркт, потом еще один, а после смерти жены он прожил совсем немного, меньше двух лет. Жизнь без любимой Эры оказалась ему не по плечу.

Перелом в личной жизни Эры Васильевны совпал с поворотом в ее научных интересах и исследовательской деятельности. В течение 6 лет (с по 1968 г.) семья Кузнецовых жила в Донецке, где Эра Васильевна работала в Донецком университете на кафедре русского языка, затем общего языкознания, получив там ученое звание доцента. Здесь Э.В. Кузнецова начинает разрабатывать и формулирует свою научную концепцию системных отношений в лексике, она обращается к структурным методам анализа языка на семантическом уровне. Отталкиваясь от идей лингвистической школы И.А. Бодуэна де Куртенэ и социологической школы Фердинанда де Соссюра, развивая идеи Пражского лингвистического кружка, американской дескриптивной лингвистики и датского структуралиста Ельмслева, Кузнецова одна из первых в современном отечественном языкознании приходит к пониманию структурно-системного исследования языка.

Э.В. Кузнецовой уточняются наиболее общие, существенные признаки языковой системы: 1) функциональный характер, 2) знаковость, 3) динамизм, 4)иерархичность. Базовыми понятиями языка как системы являются также понятия элементов и отношений между ними. Основными видами отношений в языке, согласно Э.В. Кузнецовой, представляются 1) отношения «средства функции», или иерархические отношения, связывающие единицы разных уровней;

2) отношения манифестации, или отношения между планом выражения (формой) и планом содержания (значением);

3)парадигматические отношения, связывающие единицы одного уровня на основе их сходства;

4) синтагматические отношения, связывающие единицы одного уровня на основе их смежности;

5) вариантные отношения, или отношения репрезентации [2;

22].

Разрабатывая общие проблемы лингвистики и семантики, Э.В. Кузнецова во второй половине 60-х – начале 70-х гг. 20 в. начинает исследование лексической семантики. Ею тщательно разработан и описан метод ступенчатой идентификации лексического значения слова (на материале русских глаголов), который был использован ею для исследования лексико-семантических групп слов. В 1974 г. в Институте русского языка АН СССР Эра Васильевна защитила докторскую диссертацию на тему «Русские глаголы «приобщения объекта» как функционально-семантический класс слов: К вопросу о природе лексико семантических групп слов».

Предложенный Э.В. Кузнецовой метод ступенчатой идентификации лексического значения слова в описании ЛСГ был использован в дальнейшем прежде всего в работах ее непосредственных учеников, посвященных исследованию самых различных глагольных ЛСГ. Этот метод и научная концепция Э.В. Кузнецовой нашли поддержку и получили широкое распространение среди исследователей далеко за пределами Свердловска.

Эре Васильевне удалось собрать вокруг себя большой коллектив единомышленников, который стал под ее руководством заниматься исследованием семантики русского глагола.

В середине 70-х годов Эра Васильевна Кузнецова смогла организовать в Уральском университете свою кафедру – современного русского языка, а при ней проблемную глагольную группу, состоящую в основном из молодых ученых, ее аспирантов и аспирантов других вузов. Конец 70-х – 80-е гг. – очень плодотворное время как для самой Эры Васильевны, так и для ее коллектива.

Одна за одной защищают кандидатские диссертации ее ученицы: И.Т. Вепрева, Т.В. Матвеева, Л.Г. Бабенко, О.П. Жданова, Н.А. Боровикова, О.А. Михайлова, Т.Н. Сивкова, М.Л. Кусова, И.М. Волчкова, Е.И. Плотникова, Е.Г. Соболева, А.Ю. Ларионова и др., а также Н.В. Нетяго и Н.А. Гогулина, работавшие формально под руководством других научных руководителей, однако взращенные Э.В. Кузнецовой в рамках проблемной группы «Русский глагол».

Причем диапазон тем диссертаций аспирантов Э.В. Кузнецовой был очень широк, но все их объединяла общая идея системности глагольной лексики.

Результатом коллективного труда стало издание словаря-справочника «Лексико семантические группы русских глаголов» и монографии под тем же названием (см. Библиографический указатель научных трудов проф. Э.В. Кузнецовой в [4;

508-516]).

В это время Э.В. Кузнецова очень много работала над учебником по лексикологии русского языка. В 1982 г. он вышел в Москве, в издательстве «Высшая школа», а в 1989 г. – его второе издание, исправленное и дополненное. Начиная именно с этого учебника Э.В. Кузнецовой преподавание лексикологии в вузе приобрело стройный, логичный, системный, очень продуманный и четкий вид. Это учебное пособие является, по словам И.А. Стернина, настольной книгой каждого лингвиста, обращающегося к проблемам лексикологии и семасиологии. Хотя прошло почти 20 лет, как из жизни ушла Эра Васильевна, но ее «Лексикология русского языка» остается актуальной и востребованной по сей день.

В последние годы жизни Э.В. Кузнецова активно занималась проблемами синтаксической семантики и глагольной синтагматики. Ее интересовали вопросы, связанные с соотношением лексико-семантических групп русских глаголов и семантических моделей предложений. Последние выступления Эры Васильевны на научных конференциях, теоретических семинарах, ее статьи, диссертации, выполненные под ее руководством, были посвящены разработке проблем семантического синтаксиса.

Э.В. Кузнецова сочетала научную глубину с доступностью изложения, что особенно важно для учебной литературы. Она не любила сложностей в изложении своих мыслей, всегда очень ясно и просто говорила даже на самые сложные научные темы. У нее была железная логика во всем. Эра Васильевна отличалась большой организованностью, никогда ничего не делала «на авось», у нее всегда был строгий распорядок дня. Она умела работать и любила организовать свою работу и работу коллектива. Была очень требовательна. Эра Васильевна была искренна и открыта, иногда излишне прямолинейна и категорична, из-за чего на факультете у нее случались конфликты. Все на филфаке знали, что Кузнецова очень принципиальна и ни на какие сделки с совестью не способна.

Вместе с тем Эра Васильевна была очень живой и непосредственной. Была гостеприимной хозяйкой, умеющей прекрасно готовить и угощать. Сама любила пельмени, не только с мясом, но и с редькой. Они с Владимиром Леонтьевичем делали замечательное домашнее вино из крыжовника, вкус которого помню до сих пор.

Эра Васильевна любила одеваться красиво, всегда следила за своей прической. Сохранилось интервью с ней, опубликованное в газете «Уральский университет» в марте 1987 года, где Эра Васильевна рассуждает о современной женщине, ее роли в семье и обществе. В частности, она говорит: «Современная мода для современных женщин – вопрос немаловажный. Я за то, чтобы люди одевались модно, но всегда нужно знать и соблюдать меру, нужно уметь видеть себя – что тебе подходит. Современная мода привлекает меня своей раскованностью, свободой, разнообразием, я вполне за нее. Но необходима мера и гармония, так как женщина должна восприниматься как целое, а если в глаза бросается лишь какая-то яркая деталь, экстравагантная прическа или просто необычное сочетание цветов в одежде – это плохо. Истинная элегантность в простоте, но в простоте продуманной и гармоничной. И потом у женщины главное – глаза. И они должны оставаться самым главным, несмотря на тот или иной наряд… Я за гармонию внешнего и внутреннего» [4;

505].

Мне кажется, что сама Эра Васильевна Кузнецова вполне соответствовала тому образу, о котором говорила. У нее были добрые, лучистые глаза, мягкая улыбка, искренность, любовь к людям и забота о них и большое внутреннее обаяние.

Список литературы:

1. Кузнецова Э.В. Лексикология русского языка / Э.В. Кузнецова. М., 1982.

2. Кузнецова Э.В. Язык в свете системного подхода / Э.В. Кузнецова.

Свердловск, 1983.

3. Лексико-семантические группы русских глаголов / под ред. Э.В. Кузнецовой.

Иркутск, 1989.

4. Русская глагольная лексика: пересекаемость парадигм: Памяти Эры Васильевны Кузнецовой / под ред. Л.Г. Бабенко. Екатеринбург, 1997.

Й. Сипко, г. Прешов, Словакия, Н.Л. Смирнова, г. Екатеринбург Русистика в Словакии В апреле 2007 г. студенты 1 курса УГТУ–УПИ специальности «Издательское дело и редактирование» вместе с преподавателями кафедры русского языка Н.Л. Смирновой и Л.А. Блиновой побывали в г. Прешове. Цель их командировки состояла в знакомстве с издательским делом в Словакии.

Жизнь современного Прешова невозможно представить себе без богатой книжной культуры: библиотеки, большие и малые издательства, типографии.

«В типографском деле Прешова преобладают полиграфические фирмы, которые объединяют, с одной стороны, печатную, издательскую, букинистическую, рекламную и графическую деятельность, с другой – налицо тенденции реализоваться только в одном направлении. Повсюду используется компьютерная техника, офсетная, сетевая, тампонная печать. Вот ведущие типографии Прешова: «Датапресс», «Графотлач», Прешовская типография, «Полиграф Принт» и многие другие» [1].

Студенты посетили одну из самых современных типографий Словакии «Poligraf Print», львиную часть заказов которой составляют русскоязычные издания, встретились с владельцем частного издательства SAMO, обсудили с ним проблемы и перспективы современного книгоиздательства и возможности дальнейшего сотрудничества, встретились с редактором университетской газеты, который рассказал о концепции их издания, финансировании их деятельности за счет университетского бюджета, посетили магазин GLOSSA, в котором представлен большой выбор книг на русском языке, наконец, приняли участие в традиционном студенческом фестивале «Русское слово», проведение которого в Год русского языка особенно знаменательно.

Организатором данной поездки со словацкой стороны выступил Институт русистики, украинистики и славистики Философского факультета Прешовского университета в г. Прешов. Прешовской русистике более 50-ти лет. Сейчас на кафедре русского языка работают 11 преподавателей и обучается более 100 студентов. Своими воспоминаниями о непростой судьбе русистики в Чехословакии, о том, как политика входит в жизнь ученого, делится бывший выпускник, а ныне директор Института русистики, украинистики и славистики Прешовского университета, профессор Йозеф Сипко:

Наше поколение прешовских русистов поступало в университет им. Павла Йозефа Шафарика в тревожном и богатом на события 1968 году. Я был в тройке студентов, которая стала победителем викторины «Что ты знаешь о Советском Союзе?» Нас наградили поездкой в Советский Союз, а именно в Киев, однако поездка не состоялась по политическим причинам, и, вместо Киева, мы поехали в Венгрию.

Никогда не забуду трагическую среду 21-го августа 1968 г., когда ночью нас разбудил гул военных самолетов, а улицы Остравы были переполнены советскими танками и другой военной техникой. Около советских солдат и офицеров толпились наши граждане, чаще других звучал вопрос: «Почему вы это сделали?» Было ясно, что и советские солдаты ожидали другого приема от жителей «братской Чехословакии».

В такой напряженной обстановке начался мой первый студенческий семестр. После трагических событий, связанных с самосожжением Яна Палаха, студента Карлова университета в Праге, по стране прошла волна студенческих протестов и забастовок.

Новый режим, который стал у власти в апреле 1969 г. после отставки Дубчека и его соратников, начал серию репрессий. Целый ряд прешовских русистов подвергся преследованию. Студенты нашего курса по инициативе Б. Кавковой подписали петицию в защиту тогда молодого члена кафедры русистики доцента Андрея Червеняка, но это письмо было использовано против него. А. Червеняк и ряд других наших преподавателей (профессор Й. Рыбак, доцент Й. Панько) были уволены. Преследования коснулись и некоторых студентов, особенно старших курсов, несколько человек из них эмигрировало на Запад.

И все-таки, несмотря на обстановку подозрительности и недоверия, которая закономерно царила тогда в чехословацком обществе, студенческие годы вспоминаются как самые лучшие!

Никогда не забуду нашу первую стажировку в СССР в 1972–73 гг.

Краснодар. Жара 40 градусов, а некоторые наши ребята... в шубах на плечах.

Мы собирались в «северную столицу». С каким смехом нас встречали русские ребята – студенты Краснодарского государственного университета! С некоторыми из них мы дружим уже более тридцати лет!

За знакомство надо было выпить сразу же после приезда в общежитие «соколовский» (помните Андрея Соколова из «Судьбы человека» М. Шолохова?) стакан (200 граммов). После этого один русский студент, которого звали Сергей, обратился ко мне с вопросом, знаю ли я, что написал Некрасов.

Я ответил, что поэму «Кому на Руси жить хорошо». «А ты знаешь, кому на Руси жить хорошо?» – был следующий его вопрос. «Вроде бы всем», – отвечаю несмело я. «Да, нет, – протестует Сергей, и мы услышали ответ, который запомнился навсегда: Хорошо жить комсомолке Шурке, милиционеру Юрке, товарищу Брежневу, а остальным по-прежнему». Раздался веселый смех, и мы были поражены смелостью этой шутки, направленной против тогдашней власти.

В Краснодаре учились в то время студенты из многих стран. Наше общение учило относиться с уважением к многообразию этнокультур. На вечере чехословацко-узбекской дружбы мы должны были исполнять танцы наших новых друзей, после каждого танца надо было высказать пожелание. Выполнить желание друзей для узбеков – священный долг. Когда пришла моя очередь, я сказал, что хочу танцевать с узбекской блондинкой, зная, что таких у них нет. Пара узбеков выбежали из помещения и через некоторое время... исполнили мое желание:

привели узбекскую девушку с обесцвеченными волосами. Пришлось танцевать национальный узбекский танец с «блондинкой».

Различия в наших культурах были огромными, и это не раз приводило к комическим ситуациям. В первый же день я обратился к пожилой преподавательнице со словами «товарищ доцент» и в ответ услышал насмешливое:

«Какой я тебе товарищ?» Нам было трудно привыкать к русскому обращению по имени и отчеству. Казалось, мы их никогда не запомним! Но вскоре знали имена и отчества наших краснодарских преподавателей лучше, чем их фамилии.

На Пасху мы по словацкому обычаю стали поливать девушек водой. Кто то пожаловался вахтерше, и она вызвала милицию: мол, чехи (так нас называли) безобразничают. По счастью, милиционерам мы сумели объяснить, что это праславянский обряд, так наши предки встречали весну. Девушки в ответ должны угощать парней. После соответствующего «угощения» милиционеры ушли в «приподнятом» настроении.

Мы были как бы вне политики, хотя, естественно, она вступала в нашу жизнь, например, во время официальных советских праздников, которые по сути превращались в «народные гулянья». Были и бурные дискуссии, и споры, но в нашем кругу мы могли быть достаточно открытыми. У меня сложилось впечатление, что многие советские люди понимали трагедию «Пражской весны» 1968 года.

В особом почете у русских мы были благодаря нашим хоккеистам.

Российские ребята знали почти всех игроков сборной команды Чехословакии.

У русских был даже юмористический рассказ, в котором обыгрывались фамилии известных чехословацких и российских хоккеистов тех времен: «Я взял “Сухи” (марка вина, хоккеист Сухи), но “мальцевато” (Мальцев). Поспешил (Поспишил) в магазин и выпил. Кузькина мать (Кузькин) стал рагулить (Рагулин). Голонка болит, стал махать (Махач) руками. Упал, и перелом костки (проф. Костка, тренер Чехословакии). Все тело чернышит (Чернышев, тренер сборной СССР). Дома мне жена харламит (Харламов), я лежу голиком (Holikovci) и грбачусь (Hrbat)...»

На кафедру русского языка и литературы педагогического факультета в Прешове я поступил 1 января 1987. Это была уже эпоха «горбачевской перестройки», чувствовались грядущие перемены, и «нежная», «бархатная»

осень 1989 г. своими перспективами стала как бы продолжением весны 1968 г., перевернув 68-ку на 89-ку. Наши студенты теперь переживали ту же эйфорию, которой было охвачено поколение «Пражской весны» 1968 г. Надежды нашего поколения прервались вторжением войск стран Варшавского договора 21 августа 1968 г. Поколение наших студентов символично проводило эти войска с территории нашей страны. Остались, как всегда после социальных потрясений и переворотов, надежды, что уже ближайшее будущее станет светлым. А может, пора сделать светлым не будущее, а настоящее? Оно ведь просвечивается в наших буднях каждую минуту, в наших повседневных контактах… Наша учительская профессия прекрасна хотя бы тем, что дает возможность общаться с самыми разными людьми. Моя 30-летняя преподавательская деятельность принесла мне в первую очередь именно богатые эмоциональные связи с сотнями людей в нашей стране и за ее границами.

Наверное, судьбоносным было то, что я поступил в аспирантуру Института русского языка им. А.С. Пушкина в Москве именно в 1989 г. На первую стажировку я отправился из социалистической Чехословакии, а вернулся в страну с совершенно другой политической системой. Об изменениях я вместе с другими пассажирами узнавал в поезде по дороге из Москвы. Ночью мы смотрели по телевидению знаменитые «круглые столы», на которых молодые дерзко спорили с представителями старого режима.

В это время в Москве еще отмечали «октябрьские праздники», но все чаще звучала откровенная критика советского строя. С типичным размахом «широкой русской души» шли острые споры на улицах между сторонниками социализма и его критиками, которые нередко заканчивались драками. Я стал свидетелем одного из таких споров на ул. Горького (ныне Тверской) по поводу книги Суворова «Ледокол», в которой автор утверждал, что СССР готовился захватить всю Европу и Гитлер просто нанес предупредительный удар. Парадоксы наступающей «демократии» можно было встретить везде. На улицах Москвы продавали рядом «Библию», «Коран», «Камасутру» и «Майн кампф» Гитлера.

Подобной была обстановка и в академической среде в Прешове. Почти весь зимний семестр 1989–90 занятий не было. Шли митинги, дискуссии.

Как всегда в подобной обстановке появляются идеалисты, энтузиасты, романтики и… карьеристы. Группа студентов 4-го курса нашей кафедры написала заявление министру образования, в котором требовала отменить экзамен по синтаксису русского языка за их заслуги в «нежной революции».

Начались атаки на русский язык. Часто они исходили от бывших коммунистов – в новой обстановке борцов за демократию. Некоторые из них требовали ликвидировать русский язык на Педагогическом факультете. И был год, когда мы не приняли ни одного студента на отделение русистики. Некоторые преподаватели стали первыми прешовскими предпринимателями, бывшие «товарищи» стали уважаемыми прешовскими господами. Чеховский «Хамелеон», оказывается, вечно живой.

Опыт лишний раз показывает, что лучшим средством против всякого рода потрясений является регулярный повседневный труд. В те годы я закончил аспирантуру, накопил богатый материал по языку «перестроечной» прессы, которая стала «зеркалом» эпохи. В том же лингвокультурологическом направлении веду исследования и сейчас.

Тот же акцент наблюдается и в преподавании русского языка в нашем университете. Мы стараемся создать традицию русско-словацких и словацко русских сопоставительных исследований. Наш проект носит название «В поисках эквивалентности». Сейчас готовится третий сборник научных трудов под таким названием, а жизнь все подбрасывает материал для межкультурных и межъязыковых сопоставлений. В 2008 г. в Прешове пройдет очередная конференция «В поисках эквивалентности – IV», которая, как и все предыдущие, обогатит нас не только новыми научными открытиями, но и познакомит с богатейшей народной русинской и словацкой культурой. Пользуясь случаем, приглашаем принять участие в нашей конференции всех, кому интересны вопросы русского и словацкого языка и культуры.

Как можно видеть, словацкая, в том числе и прешовская русистика, прошла трудный путь, на котором было немало препятствий, связанных с политической конъюнктурой. Она в некоторой степени чувствуется и до сих пор. Как показывает опыт, молодое поколение в наши дни не равнодушно к России, русскому языку и к русской культуре. Однако еще есть случаи, когда директора школ, вопреки желанию учащихся, не включают в учебную программу русский язык в своих учебных заведениях. Правда, некоторые преподаватели-русисты, и в Прешове тоже, ведут занятия по русскому языку сверх своей официальной нагрузки в рамках кружков.

Цель нашего Института – вывести словацкую русистику из-под влияния политики на тот уровень, который соответствует реальной позиции русского языка в современном мире. И хочется выразить благодарность всем, кто трудится над выполнением этой задачи.

Знание русской культуры и общение с русскими людьми представляется мне самым настоящим человеческим богатством, которое не исчезает ни с «прихватизацией», ни с девальвацией, ни со всякими реформами, не подвержено никаким политическим потрясениям.

Русистика стала не просто моей профессией, она определила мою личную судьбу. Благодаря русскому языку я стал человеком, имущество которого исчисляется сотрудничеством и добрыми отношениями со многими близкими мне по духу людьми.

Петрикова А. Прешов и его роль в словацкой книжной культуре / А. Петрикова // Книжное дело: достижения, проблемы, перспективы. Екатеринбург, 2008. С. 66 – 74.

Р. Гусман Тирадо г. Гранада, Испания Актуальные проблемы развития испанской русистики Становление и развитие испанской русистики и славистики имеет свою специфику и представляет собой сложный и долгий исторический процесс, обусловленный географическим, историческим и политическими факторами.

В отличие от стран-соседей: Франции, Германии, Англии, Италии, которые уже давно имели культурные связи со славянским миром, – Испания, к сожалению, такой традиции не имела. Указанные факторы спровоцировали сохранение «дистанции» между Испанией и славянским миром, тем не менее взаимная симпатия и интерес к культуре друг друга не только не угасали, но способствовали культурному взаимодействию (достаточно вспомнить испанские темы и мотивы в произведениях Н. Карамзина, А. Пушкина, И. Тургенева, А. Блока, М. Цветаевой и т.д.).

Только во второй половине ХХ в. происходит кардинальный сдвиг в отношении к славянской культуре и к славянским языкам. В эти годы начинается преподавание славянских языков в т.н. университетских школах языков. Гранадский пример – один из них, так как это один из тех немногих испанских университетов, в которых существуют лучшие традиции в обучении славянской филологии, особенно русской, так как уже с 60-х гг. ХХ в. здесь проводились занятия по русскому языку, сначала в т.н. школе языков, при Гранадском университете, потом в т.н. университетской школе переводчиков, которая была открыта в 1979 г., а затем «переросла» в факультет переводчиков, где и сейчас преподается русский язык.

В 1993 г. впервые стали проводиться уроки русского языка на филологическом факультете Гранадского Университета. Через год, в 1994 г., на том же факультете появилось отделение славянской филологии. Таким образом, Гранадский Университет стал первым университетом в Андалусии и вторым в Испании, после Мадридского Университета, где была открыта специальность «Славянская филология». Позже, в этом же году, начались занятия по этой специальности и в Барселонском Университете. В настоящее время русский язык преподается в университетах Валенсии, Аликанте, Лас Пальмас, Саламанки, Сантьяго дэ Компостелы, Виго, Корунья, Леона, Севильи и др., во многих государственных школах языков (Мадрид, Малага, Барселона), и в общественных фондах (Фонд «А. Пушкин» (Мадрид), Центр русского языка и культуры им. А. Пушкина (Барселона), Общество русской культуры (Валенсия).

На сегодняшний день отделение славянской филологии Гранадского Университета ответственно за преподавание русского языка не только на филологическом факультете, но и на факультете переводчиков, где студенты не только изучают русский язык, но также имеют возможность посещать занятия по общему и специализированному русско-испанскому и испанско-русскому переводу, по предметам «Русская цивилизация», «Русская литература».

За свою короткую историю в аудиториях этих факультетов читали лекции известнейшие слависты и русисты нашего времени: Н. Толстой, А. Супрун, А. Данеш, А. Бондарко, Н. Арутюнова, Г. Золотова, A. Ломов и др. Лекции столь замечательных деятелей науки способствовали повышению интереса к славянской культуре и развитию научных исследований.

С конца 80-х годов начинают проводиться различные конференции и конгрессы по русскому и славянским языкам в разных университетах Испании (среди них Мадрид 1987, 1989, 1990, 2002;

Валенсия 1989, Саламанка, 1994, и т.д.), связанные со славистикой и русистикой. Что касается Гранадского университета, то следует отметить прежде всего «Дни славистики в Андалусии», которые в первый раз прошли на филологическом факультете в 1992 г. при поддержке Правительства Андалусии и Гранадского Университета. Эта встреча, проходившая под девизом: «Европейская славистика: проблемы и перспективы», позволила не только проанализировать ситуацию преподавания славянских языков в Испании и в новой Европе после развала Советского Союза и Восточного блока бывших соцстран, но и выявить общие тенденции в развитии славистики. В этом конгрессе приняли участие более 150 ученых из 20 стран Европы и Америки. Во второй раз «Дни славистики в Андалусии» прошли в городе Баеза в октябре 1996 г. Это город, находящийся в 150 км от Гранады, известен во всей Европе своими памятникам эпохи Возрождения и международными летними курсами. В том конгрессе приняли участие уже 180 исследователей и преподавателей славянских языков из 25 стран Европы и Америки. В сентябре 2004, в год 10-летнего юбилея открытия специальности в нашем университете, состоялся Третий конгресс «Дни славистики в Андалусии», в котором участвовало около 200 славистов из 25 стран Европы и Америки. Кроме этого, с 1993 г. в Москве и в Гранаде проходят совместные конференции по проблемам испано-русского перевода (один год в Москве, другой – в Гранаде), которые организуются Московским Лингвистическим Университетом и Гранадским Университетом.

Отметим, что состав преподавателей русского языка в Испании на протяжении всей истории его преподавания несколько раз достаточно глубоко изменялся. До 80-х гг. практически всех преподавателей можно было бы объединить в группу так называемых «детей войны», т.е. испанцев, которым, будучи детьми, пришлось покинуть свою страну из-за гражданской войны. Они в СССР получили образование, и, вернувшись в Испанию, начали преподавать русский язык, в большинстве случаев не будучи специалистами по русскому языку. С начала 90-х гг. им на смену приходит новое поколение преподавателей, как правило, бывших студентов или аспирантов, получивших гранты Советского государства и учившихся в Советском Союзе по специальности «Русский язык и литература». Сегодня, когда уже нет тех грантов и когда уже в Испании существуют университеты, в которых есть отделения славянской филологии, приходит другое поколение молодых преподавателей – выпускников отделений славистики, получивших образование в Испании и прошедших стажировки в одном из российских вузов, с которым университет имеет партнерские отношения. В настоящее время немало преподавателей русского языка активно участвуют в международных научно-исследовательских проектах, сотрудничают с известными лингвистами России и владеют новейшими методами преподавания русского языка.

Важной вехой в эволюции испанской русистики стало появление аспирантуры как возможности дальнейшего повышения образования для выпускников университета. Очень важно, что аспирантура является ядром развития научного наследия и стимулом для молодых русистов. С начала 1998 г.

мы работаем совместно с Мадридским Университетом по единственной в стране программе для аспирантов «Высшие курсы славянской филологии», которая включает в себя следующие тематические блоки: цивилизация славянских народов, польская, чешская, русская, украинская филологии, славянская лингвистика и славянская литература. За эти годы было защищено значительное число диссертаций, различных по своему содержанию: начиная с сугубо филологических («Изучение средств выражения полипредикативности в русском и испанском языках») и кончая работами лингводидактического («Анализ ошибок при обучении русскому падежу испаноговорящих») или типологического характера («Контрастивная русско-испанская фразеология.

Анализ двуязычного корпуса соматизмов»). Всего уже защищено более 10 диссертаций, что говорит об активности научной работы нашего отделения.

В испанских университетах традиционно сугубо научные интересы русистов проявляют себя и в рамках других университетских структур, как, например, так называемых исследовательских групп, в случае Гранадского университета финансируемых Правительством Андалусии. Среди них можно отметить следующие исследовательские группы: «Славистика, кавказология и типология языков» и «Исследования по славянской филологии». Активность научной деятельности демонстрирует значительное количество статей в самых престижных журналах, монографий, словарей, которые были опубликованы нашими преподавателями не только в Испании, но и за рубежом.

Признаком зрелости испанской русистики является наличие своих регулярных печатных органов: за последние 7 лет в Испании появились 3 журнала по русистике и славистике, 2 из которых увидели свет в Гранаде.

Первый номер журнала «Мundo Eslavo» (Славянский мир) вышел в 2001 г.

В 2004 г. увидел свет другой журнал, печатающий исследования в области русистики и получивший название «Cuadernos de Russtica Espaola» («Ученые записки Испанской Русистики»). Его изданием занимаeтся вышеупомянутaя исследовательскaя группa «Славистика, кавказология и типология языков». Этот журнал освещает вопросы русской филологии в теоретическом и практическом аспектах. Каждый выпуск «Cuadernos de Russtica Espaola» посвящен конкретной теме: первый номер, например, состоит из работ по актуальным проблемам русского языка. Журнал отличается открытостью: в нем могут опубликовать свои статьи не только члены исследовательской группы, но и все желающие, прошедшие редакторский отбор. Так, в первом и во втором выпускax были представлены слависты Испании, России, Казахстана, Польши, Украины, Венгрии. Третьий номер нахoдится в печати в данный момент. Можно отметить высокий профессиональный уровень издания, т.к. в нем публикуются исследователи с мировым именем, а почетными членами редакционной коллегии являются такие известные ученые, как Н.Д. Арутюнова, А.В. Бондарко, Г.А. Золотова, А.М. Ломов, Х.К. Морено Кабрера, В. Плунгян, М.А. Шелякин.

С другой стороны, журнал дает возможность молодым лингвистам познакомить широкую научную общественность со своими работами: вторая часть первого выпуска представляет собой публикации начинающих исследователей.


Залогом успешного развития русистики и славистики в целом является разнообразие совместных программ испанских университетов с университетами славянских стран и Западной Европы. Что касается Гранадского университета, то на сегодняшний день действуют обменные программы со следующими странами:

– Россия: Московский лингвистический университет, Санкт Петербургский университет, Удмуртский государственный университет, Воронежский государственный университет, Казанский государственный университет, Орловский государственный университет, Санкт-Петербургский технический университет;

– Украина: Киевский государственный университет имени Тараса Шевченко;

– Польша: Люблинский Университет;

– Чешская Республика: Оломуцский университет;

Кроме этого, в последние годы обмен студентов по специальности «Славянская филология» осуществляется и по программе «Сократес-Эрасмус», которая также позволяет обучаться в университетах Европейского союза. На сегодняшний день подписаны соглашения с университетами следующих стран:

Германия (г. Берлин, г. Гейдельберг), Словакия (г. Нитра), Эстония (г. Тарту), Финляндия (г. Taмпере);

Польша (г. Краков, г. Люблин, г. Катовице, г. Варшава), Чехия (г. Прага). Очень широкие возможности для студентов и преподавателей открываются в связи с появлением новейшей европейской программы Erasmus Mundus-Window. Особенно следует отметить Договор о получении двойного диплома, который существует между Санкт-Петербургским и Гранадским университетами: согласно этому договору испанский студент, прошедший годичную стажировку в Санкт-Петербурге, получает российский диплом по русской филологии и испанский диплом по славянской филологии, а русский студент после годичной стажировки в Гранаде получает испанский диплом по испанистике и российский диплом по романо-германской филологии. Данные обмены позволяют трудолюбивым и способным студентам закончить университет с высоким уровнем подготовки и владения языком.

Надо отметить, что развитие отделения не проходит без осложнений:

так, за последние 7 лет произошли значительные сокращения, коснувшиеся преподавания русского языка и других славянских языков, таких, как чешский, польский, украинский, сербохорватский, болгарский;

речь идет пока только об обменных межуниверситетских программах, где произошло очень резкое сокращение мест годового или полугодового обучения зарубежом. Эти вышеупомянутые совместные программы Гранадского Университета с университетами славянских стран и Западной Европы, в которых могут принимать участие обучающиеся как на филологическом факультете, так и факультете переводчиков, продолжают играть важную роль в учебном процессе нашего отделения.

В настоящее время в развитии русистики и славистики наметился ряд актуальных проблем, требующих продуманного и взвешенного решения.

Одна из главных проблем, которая стоит перед славянскими языками в нашей стране – это всеобщее отсутствие их преподавания в средней школе, что способствует уменьшению интереса к этой специальности со стороны студентов, поступающих на факультет. В связи с тем, что наблюдается постепенное уменьшение количества студентов, ставится под удар и само существование специальности. В отличие от других стран, таких, как Франция, Германия, Англия, где русский язык нередко можно изучать еще в школе, в Испании нет ни одного центра такого уровня, где бы русский язык был включен в программу обучения.

В первой половине 90-х гг., Гранадским университетом был проведен интересный и новаторский эксперимент: преподавание русского языка в средней школе. Впервые в Испании студенты нашего университета, по моей инициативе, проводили занятия по обучению русскому языку в школах в течение нескольких курсов. В данный период русский язык преподавался одновременно в 5 школах.

Это обучение осуществлялось факультативно, что было единственно возможной законной формой на современном этапе. Ученики, общее количество которых достигало в городе Гранада до ста, после второго года обучения были способны читать простые оригинальные тексты русских классиков.

Этот опыт имел как позитивный, так и негативный эффект.

Положительная сторона проявилась в том, что выросло количество студентов, изучающих русский язык, так как, например, после обучения в школе они могли выбрать этот язык на факультете переводчиков, а также были подготовлены для изучения славянской филологии на филологическом факультете. Два таких бывших студента работают сейчас на нашей кафедре преподавателями.

Уроки русского языка в школе на первом этапе проходили вне учебного расписания как факультативные занятия по вечерам, что имело, конечно, свой негативный аспект, так как отсутствие этого предмета в официальном перечне обязательных предметов вело к потере интереса со стороны обучающихся. Как известно, ученики в школе имеют достаточно высокую нагрузку, и дополнительные занятия, результаты которых потом не фиксировались в документах ученика, снижали мотивацию к продолжению обучения. В течение четырех учебных лет стало возможным достижение второго, а в некоторых случаях и третьего уровня владения русским языком.

Несмотря на все предпринятые усилия, факт того, что не удалось включить русский язык или другие славянские языки как второй иностранный язык в официальные учебные программы средних школ, а также проблема недостаточной мотивации (отсутствие документального подтверждения) поставили точку на этом опыте.

В этом смысле ясно, что необходимо изменить образ мышления политических властей, ответственных за преподавание в средних учебных заведениях в нашей стране, и особенно в нашей автономной области.

Хотя лет десять назад был сделан важный шаг в плане включения в план учебного расписания школ второго обязательного иностранного языка, очевидно, что это решение без сопровождения минимальным бюджетным финансированием не будет действительным разрешением вопроса. Реальная ситуация в школах такова, что учеников обязывают в подавляющем большинстве случаев выбирать французский, закрывая то широкое поле возможностей, которые дает единая Европа, поликультурная и полилингвистичная, сводя право выбора к нулю, когда ученик должен изучать язык, который практически ему навязан.

На сегодняшний день у отделения славянской филологии есть и другие задачи, которые необходимо будет решить. Так, например, ожидаются изменения, которые особенно коснутся филологических специальностей, что связано с решениями Болонского процесса (БП). В настоящее время перед всеми европейскими университетами в целом, а испанскими, в частности, остро стоит вопрос о «европейской конвергенции», возникший вследствие начавшегося БП.

Высшие учебные заведения готовятся к важному реформированию системы специальностей для того, чтобы, с одной стороны, университеты смогли быть сравнимы и признаваемы в Европе, а с другой – смогли соединить существующие на данный момент профили подготовки с новыми, отвечающими современным общественным требованиям. Однако в испанском обществе существуют серьезные опасения насчет того, что будущие изменения, спровоцированные БП, могут быть использованы правительством для реализации своей собственной реформы университетских специальностей, в особенности в области гуманитарных наук, что приведет к возможному значительному их сокращению, хотя ответственные лица Европейского союза ясно заявляют о том, что БП этого не предусматривает.

В области филологических наук предложения Министерства следующие:

все имеющиеся филологии, а именно 14 специальностей: «Немецкая филология», «Арабская филология», «Каталанская филология», «Классическая филология», «Славянская филология», «Французская филология», «Галицийская филология», «Еврейская филология», «Испанская филология», «Английская филология», «Итальянская филология», «Португальская филология», «Романская филология», «Баскская филология», «Лингвистика», «Теория Литературы», «Сравнительная Литература», «Исследования Восточной Азии» – будут преобразованы в 4 больших основных специальности с указанием профильной специфики. Сведение всех современных 14 специальностей в четыре блока, о которых мы упоминали, ставит под угрозу углубленное изучение любого языка, т.к. предусматривает специализацию только на последних курсах университета. В связи с этим возникает закономерный вопрос, как при таком обучении можно охватить русскую, французскую, английскую литературу, даже если при этом специализация связана с двумя последними курсами обучения.

Прагматический характер новой реформы заставляет нас посмотреть по новому и на изучение разных языков и культур во всех своих аспектах. Итак, Болонский процесс спровоцирует в области филологии настоящую революцию, что беспокоит все университетское сообщество Испании, особенно, как свидетельствует ситуация на филологическом и переводческом факультетах Гранадского университета, преподавателей беспокоит это значительное сокращение специальностей.

Болонская декларация провозгласила в 1999 г., что университетское европейское пространство должно стать реальностью в 2010 г. Это значит, что у студентов и преподавателей европейских университетов будет возможность широкой мобильности, которая сегодня имеется только в рамках программы Эрасмус. Но БП не только намеревается достичь равенства между возможностями студентов, он, кроме того, поощряет их к поиску работы в других государствах Европы, где их профессия более востребована.

Например, известно, что достаточно большое количество выпускников испанских университетов едва находит рабочие места в своей стране, в то же время в других европейских государствах специалисты их профиля крайне необходимы. Облегчить возможность обучения за рубежом и, может быть, в будущем сделать обязательным прохождение студентами необходимых учебных курсов в нескольких странах – значит покончить с традиционными опасениями, которые присущи нашим выпускникам в поисках работы в других европейских государствах.


Почему эта реформа необходима? Главная проблема состоит в том, что характер обучения в университете в настоящее время отличается в каждой европейской стране: 1) Различна структура профилей при получении высшего образования: для одних характерна семестровая система, для других – четырехмесячная. 2) Под словом «кредит», используемым во многих европейских образовательных системах, подразумевается разное количество часов: например, в Испании 1 «кредит» равняется 10 часам, в других странах – 25 часам. 3) Каждая страна имеет свои особенности в характере обучения. Таким образом, ни одна из двух моделей не оказывается удовлетворительной, но, видимо, у правительственных лиц Испании нет желания проводить эту реформу, сочетая существующие европейские модели. Вместо этого, пожалуй, они преследуют другую цель: сокращение перечня существующих профилей подготовки специалистов. Несмотря на критику политики, проводимой Министерством Образования, и на предложения университетского сообщества, ожидается уменьшение количества специальностей со 140 до 77, т.е.

наступающая реформа сокращает действующий список наполовину.

В настоящее время во временный список гуманитарных специальностей, предлагаемых Министерством Образования, входят: 1) Языки и Культуры Испании (Испанский язык и его литературы;

Каталонский язык и литература;

Галицийский язык и литература;

Баскский язык и литература;

Астурийский язык и литература (хотя этот язык еще не имеет окончательного официального признания). 2) Современные языки и культуры. 3) Современные восточные языки и культуры. 4) Классические языки и культуры. 5). Теоретическая и прикладная лингвистика. 6) Литературные исследования.

Дипломы по филологии будут иметь общую составляющую: все степени будут представлены на двух языках. В то же время, несмотря на равенство языков, один из них будет приоритетным, однако в том случае, если этот язык будет иметь статус европейского, а не испанского. Для последних вводятся понятия major и minor. Также была достигнута договоренность о том, что в случае необходимости, студент может изменить направление своего образования, т.к. планы обучения будут носить модульный характер, которые будут различаться в зависимости от возможностей университета. Студент будет должен пройти 1 или 2 модуля других специальностей с целью дополнить свое образование и сделать его многопрофильным.

Несмотря на вышеперечисленный комплекс проблем испанская славистика и русистика продолжают активно развиваться. Так, 7–9 мая 2007 г. в Еранадском университете состоялся международный конгресс «Русский язык и литература в европейском образовательном пространстве: современное состояние и перспективы». Задачей этого значительного международного форума стало сплочение учных-русистов, всех тех, кто в России и в разных странах мира изучает, знает и любит русский язык и созданную на нем великую русскую культуру. Символично и отрадно, что на открытие нашего международного форума в Гранадском университете приехала Людмила Путина, жена Президента Российской Федерации. Визит столь почетной гостьи в Гранадский университет подчеркнул как сильную поддержку статуса русского языка за рубежом со стороны Российского государства и значимость самого международного форума, так и актуальность тематики конгресса: место и роль русской филологии в европейском образовательном пространстве. Визит Людмилы Путиной в Гранадский университет имел и будет иметь огромное значение для испанской русистики и для Гранадского университета.

Знаменательно и то, что конгресс состоялся в год, объявленный Президентом России Годом русского языка, поэтому его можно назвать конгрессом не только крупнейшего университета Испании, но и конгрессом испанской и, по существу, европейской русистики.

Прежде всего, следует подчеркнуть, что в Испании впервые был проведен столь значительный международный форум, посвященный исключительно русистике, совместно с заседанием Президиума МАПРЯЛ.

Во-вторых, этот международный форум собрал рекордное число участников: свыше 270 учёных-русистов из 139 различных высших учебных заведений изъявили желание выступить с докладами и сообщениями. В работе форума приняли участие русисты из 32 стран: Германии, Белоруссии, Болгарии, Китая, Колумбии, Хорватии, Соединенных Штатов Америки, Словакии, Испании, Франции, Грузии, Греции, Голландии, Венгрии, Ирана, Казахстана, Киргизии, Латвии, Литвы, Македонии, Молдавии, Монголии, Мексики, Польши, Чехии, России, Сербии, Швейцарии, Турции, Таджикистана, Украины, Таиланда.

Такое большое количество участников, ценителей, защитников и почитателей русской культуры и единодушие выступающих в оценке объединяющей роли русского языка и русской литературы позволяет надеяться на то, что этот конгресс станет некоторым толчком в испанской и европейской русистике.

В рамках конгресса на круглом столе обсуждался широкий спектр проблем современной русистики в контексте реформ европейского образования (Современная русистика и Болонский процесс;

реформа европейского образования: современное состояние и перспективы;

лингвокультурология и межкультурная коммуникация в программах подготовки переводчиков и преподавателей иностранных языков;

диалог культур в практике преподавания иностранных языков и др.). В-четвертых, мы углубили тематику конгресса;

на форуме обсуждались самые разнообразные и актуальные проблемы:

общетеоретические вопросы изучения русского языка, аспектология русского глагола, грамматика русского текста, сопоставительные аспекты русского языка, русистика и когнитивная наука, русская языковая картина мира, новые технологии и учебники в преподавании русского языка как иностранного, русский язык в новых геополитических условиях, русский язык в художественной литературе, диалог культур в практике преподавания русского языка и литературы в иноязычной аудитории.

Открывая международный конгресс, почетная гостья Гранадского университета Людмила Путина говорила о значении и роли русского языка для развития мировой цивилизации, а также особо выделила задачи сохранения русского культурного пространства, русского языка как средства межнационального и международного общения и как сокровищницы русской духовной культуры. В приветствии Людмилы Путиной участникам конгресса говорилось о значимости этого форума творческой и научной интеллигенции, о благородной миссии русистов, труд которых в разных уголках нашей планеты призван служить не только расширению границ человеческих представлений о мироздании, но и объединению людей, росту взаимопонимания между народами.

В своем приветственном слове, обращенном к участникам и гостям конгресса, ректор Санкт-Петербургского государственного университета, Президент МАПРЯЛ, академик РАО, Л.А. Вербицкая также говорила о задачах укрепления позиций русской филологии в международном образовательном пространстве. В своей речи Л.А. Вербицкая обратила внимание на некоторые тревожные тенденции, вызванные процессами культурной дезинтеграции постсоветского пространства, глобализации и вытеснения массовой культурой традиционных нравственных ценностей;

приходится констатировать, что в последнее время значительно сокращается сфера использования русского языка под натиском зарубежного влияния;

все эти факторы создали крайне неблагоприятные условия для развития русской культуры и для положения русского языка как в стране, так и в мире в целом;

тем не менее, отметила Л.А. Вербицкая, мы обладаем колоссальными резервами: хотя русский язык официально теряет роль государственного на значительной части территории бывшего Советского Союза, он не перестает быть важнейшим средством межнационального и международного общения, и задача русистов – всеми силами сохранять роль русского языка не только как средства межнационального и международного общения, но и как фактора, гарантирующего диалог культур, в этом смысле русский язык может служить гигантским мостом между народами, мостом, прежде всего, культурным.

Все выступающие на конгрессе были единодушны в оценке объединяющей роли русского языка и русской культуры. Большим сюрпризом для участников форума было то, что открытие и закрытие конгресса, а также заседания секций, семинаров и круглого стола проходило в старинных корпусах Гранадского университета, которые являются памятниками средневековой архитектуры и достопримечательностями города (Медицинский факультет, Факультет права, старинный университетский колледж Бартоломэ и Сантьяго, Арабо-Европейский фонд и т.д.).

Участникам и гостям форума была предложена обширная и интересная культурная программа. Участники форума имели возможность посетить знаменитую арабскую крепость Альгамбру – главную достопримечательность Гранады, благоухающие и сказочные сады которой навсегда останутся в памяти.

В последний день конгресса преподаватели-русисты отправились на пешую экскурсию по чудесным историческим местам Гранады. Завершился конгресс товарищеским ужином в романтическом саду «Carmen de los Mrtires» – одном из самых красивых мест в Гранаде, расположенном в старинной Альгамбре.

Н.В. Халина г. Барнаул В поисках евразийского базиса России: постижение трансцендентальной сущности индоевропейства Россия-Евразия, как утверждал один из теоретиков евразийства П.Н. Савицкий, охватывает территории, отличающиеся глубокой континентальностью, что делает эти территории принципиально неконкурентоспособными в мировой торговле, следовательно, хозяйство Евразии может развиваться только как единая система, «используя внешнеэкономические связи лишь как необходимое дополнение к внутриэкономическим связям» [1;

127]. Одним из гарантов системности развития территории должна выступать система связей языков, функционирующих на этих территориях и обеспечивающих непрерывность семантического континуума совокупности территорий как когерентного дискурса. Прообразами подобных систем связей могут послужить индоевропейский языковой союз и балканский языковой союз.

Н.С. Трубецкой считает, что предки индоевропейских ветвей лишь с течением времени сблизились друг с другом, благодаря постоянному контакту, взаимному влиянию и заимствованиям, однако без того, чтобы вполне совпасть друг с другом [2]. В балканском языковом союзе, как считает Кр. Сандфельд, греческому языку принадлежала доминирующая роль: в балканском языковом союзе греческий язык являлся языком эталонов [3]. В балканский языковой союз включают греческий, албанский, болгарский, румынский, а также во многом сербо-хорватский (исключая турецкий) (Кр. Сандфельд);

румынский, македоно румынский, меглено-румынский, болгарский, македонский, новогреческий и албанский, сербохорватский причисляется условно, словенский, венгерский и турецкий исключаются (Г. Бирнбаум) [4].

В. Пизани переносит концепцию Кр. Сандфельда о формировании балканского языкового союза, ряд особенностей которого к эпохе появления первых памятников на славянских языках в IX–X вв. еще находился в стадии формирования, на индоевропейскую плоскость. В. Пизани констатирует, что «именно потому, что санскрит обладает большей частью тех явлений, которые характерны для сети изоглосс, конституирующих единство индоевропейских языков, и вследствие того, что данные явления в санскрите образуют более замкнутую систему, чем в каком-либо другом индоевропейском языке, я прихожу к убеждению, что вышеуказанное единство с его диалектными различиями явилось результатом языкового союза, в который входили как туземные языки восточной и средней Европы, а возможно также и примыкающей сюда части Азии, так и язык, прямым продолжением которого является санскрит и который я соответственно называю «протосанскрит».

Данный язык играл роль доминирующего языка в формировании вышеуказанного единства индоевропейских языков, что можно сравнить с ролью латинского языка Рима в формировании народной латыни. Скорее всего, то был процесс колонизации со стороны завоевателей, которые принесли с собой новый жизненный уклад, новую технику и новый культурный тип и которые постепенно рассеялись за пределами своей первоначальной области (как я полагаю, вблизи Черного моря и Кавказа) ассимилируя в культурном и языковом отношении автохтонные народности и предпринимая новые завоевательные походы с этими «санкритизированными народностями» [5;

138].

До использования данных хето-лувийских и тохарских языков в сравнительной грамматике индоевропейских языков в сравнительном индоевропейском языкознании, как отмечает Э.А. Макаев, общеиндоевропейская модель строилась на данных древнеиндийского и греческого языков со спорадическим привлечением данных славянобалтийских и италийских языков [4]. «При этом ведический диалект древнеиндийского языкового мира рассматривался как древнейший представитель индоевропейского языкового мира, как язык, в котором оказались законсервированными наиболее архаичные черты индоевропейского структурного типа» [4;

173]. В «Оксфордской иллюстрированной энциклопедии» в индоевропейской языковой семье выделяется десять основных ветвей: анатолийская (ныне вымершая), индоиранская, греческая (единственный язык), италийская, германская, армянская (единственный язык), тохарская (ныне вымершая, некогда существовавшая на территории современного Китайского Туркестана), кельтская, балто-славянская (балтийские, славянские языки) и албанская (единственный язык). Общая древовидная структура индоевропейского языкового союза, или протоиндоевропейских языков позволяет создать представление о тех информационных потоках, которые созидали мыслительную материю индоевропейца и стали базисом comtemporary, или информационно сетевого общества, составляющей которого является и Россия.

Одним из языков, моделирующих духовное пространство России-Евразии становится санскрит (а также санзар), воспроизведенный в кириллической графике Е.И. Рерих и Н.И. Рерихом при переложении «Живой Этики».

Внутренняя форма санскрита, содержащая основные черты мыслящей материи индоевропейского союза, и кириллическая графическая система, моделирующая пропорции взаимодействия в слове сакрального (истины) и профанного (здравого смысла), при сопряжении должны были показать объективную связь между отдельными состояниями видов и форм материи в процессах ее движения и развития, т.е. присущее всем вещам (субстанциям) как фрагментам объективной реальности внутреннее отношение. «Субстанция есть свободно действующая абсолютная причина, не только как движущее начало, деятельность которого начинается внутри его самого, но и как начало, которое имеет внутри себя все производимое им содержание, получающее наличное бытие в форме действия» [7;

160]. Субстанция определяет собственную причинную структуру и обусловливает упорядоченную связь мыслей, порождаемую ей, а также последующие действия, прогнозируемые с некоторой долей вероятности. Подобной субстанцией полагается Евразия. Выискивание причин прошлого или настоящего, следствия связывается Г. Гоббсом с мысленной речью. «Мысленная речь есть следствие-движение внутри индивида, которое является остатком движений, произведенных в ощущении, причиной которого становится внешнее тело, или объект, который давит на соответствующий каждому ощущению орган непосредственно, как это бывает при вкусе и осязании, или опосредованно, как при зрении, слухе и обонянии»

[8;

50]. Следствия-представления о предмете, вещи меняют общую концепцию вещи, делают ее многомерной и противоречивой субстанцией, обозримой, по крайней мере, в горизонтальном, вертикальном и временном измерении [9].

На основе причинного воздействия по цепям причинения осуществляются процессы оформления дискретных элементов знания – познавательных образов двух видов – чувственно-наглядных и рациональных [10]. Две разновидности образов свидетельствуют о способности человека воспринимать мир как дихотомическую структуру, что, по мнению некоторых философов, не вполне адекватно интерпретирует человеческую природу. И. Кант вычленяет формы познания, сочетающие в себе чувственное и рациональное, что достаточно актуально для понимания возможности создания языковых союзов этносов, пользующихся разными способами записи впечатлений от контакта с природными объектами. «Должно существовать нечто третье, – заключает И. Кант, – однородное с одной стороны, с категориями, а с другой – с явлениями, и делающее возможным применение категорий к явлениям. Это посредствующее представление должно быть чистым (не заключающим в себе ничего эмпирического) и, тем не менее, с одной стороны, интеллектуальным, а с другой – чувственным. Именно такова трансцендентальная схема» [11;

221].

Трансцендентальная схема, таким образом, строится из априорных форм чувственного созерцания пространства и времени, которые однородны с категориями и принадлежат чувственности. Чувственно-наглядные образы созидают представление о предмете, его бытии в периоде временной развертки – временного измерения. Рациональный образ (интеллектуальный, по И. Канту) полагает возможность сформировать представление о периоде вертикальной развертки – вертикальном измерении (духовном измерении, высшем смысле).

Трансцендентальный образ (трансцендентальная схема по И. Канту) открывает новую ипостась существования предмета – пространственную развертку (горизонтальное измерение, горизонтальную периодичность космоса).

Последний тип образов интерпретирует универсальное содержание, обозначающее наиболее высшие определения бытия, которые выходят за сферу ограниченного существования конечного, эмпирического мира;

средством выражения этого типа содержания являются разнообразные конфигурации графем, предполагающие различные конфигурации семантического универсума – реального мира истории индоевропейского языкового союза. Трансцендентный образ, создаваемый в Живой Этике улавливает особенности мысленной речи, общность которой, как мы полагаем, составляла основу индоевропейского языкового союза. В тантрах излагаются важнейшие положения о триединстве речи, тема, ума: «Телом (реальностью всего проявленного и непроявленного) является, или вся телесность в ее динамике, и Бхайшаджьягуру, или пронизывающая все «тело» реальности духовность, речь представляет риши Мудрости Познания в ее динамике (его проповедь), а мысль – риши «Рожденный-из-разума» [12]. Эти положения тантр могут быть связаны с тремя пластами языка и тремя уровнями содержания понятий, входящих в язык текста, – буквальным, словесным и истинным смыслами. Анализ буквального смысла Живой этики позволяет составить представление о познании субстанциональной природы мира таким орудием познания, как душа, формирующим когерентность инфо-европейского языкового союза.

По размышлении Б. Спинозы, душа способна постичь все тела слитно, без отчетливости, понимая их как бы под одним атрибутом, атрибутом сущего, вещи. [13]. Человеческая душа воспринимает состояния тел, а также идеи этих состояний (человеческая душа способна к восприятию весьма многого и тем способнее, чем в большее число различных состояний может приходить ее тело).

В Теореме 13 Б. Спиноза заключает: объектом идеи, составляющей человеческую душу, служит тело, иными словами, известный модус протяжения, существующий действительности актуально. Следовательно, душа может быть интерпретирована как атрибут божественной субстанции и, в то же время, как модус тела. Р. Декарт считает, что «душа имеет в себе идеи чисел и фигур, имеет также среди общих понятий и то, что если к равным величинам прибавить равные, то получаемые при этом итоги будут равны между собой, она имеет еще и другие столь же очевидные понятия, благодаря которым легко доказать, что сумма трех углов треугольника равна двум прямым и т.д.» [14;

241]. Г. Лейбниц утверждает, что «душа представляет Вселенную, представляя то тело, какое ей, в частности, принадлежит» [15;



Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 19 |
 



Похожие работы:





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.