авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:   || 2 | 3 |
-- [ Страница 1 ] --

ТЕЗИСЫ

Третьей Всероссийской конференции

«Кодификация норм современного русского языка:

результаты и проблемы»

(7–10 декабря 2011 г.)

Место проведения:

Санкт-Петербург,

учебно-издательский центр «Златоуст»,

Каменноостровский пр., д. 24, оф. 25

Конференция организована при поддержке

Российского гуманитарного научного фонда

(проект 11-04-14098г) Санкт-Петербург «Златоуст»

2011 Тезисы Третьей Всероссийской конференции «Кодификация норм современного русского языка:

результаты и проблемы» (7—10 декабря 2011 г., Санкт-Петербург) [Электронный ресурс]. — СПб. :

Златоуст, 2011. — 72 с.

ISBN 978-5-86547-655-9 Издано в авторской редакции © Авторы статей (текст), 2011 © ЗАО «Златоуст» (издание), СОДЕРЖАНИЕ • Л.Н. Алешина (Российский государственный социальный университет, Москва) БРАННОЕ СЛОВО В СОВРЕМЕННЫХ ИНФОРМАЦИОННЫХ ПОТОКАХ И ПРОБЛЕМЫ ОБУЧЕНИЯ РУССКОМУ ЯЗЫКУ И КУЛЬТУРЕ РЕЧИ • Е.В. Бешенкова (Институт русского языка им. В.В. Виноградова РАН, Москва) ПРОБЛЕМЫ НОРМАТИВНОЙ ОЦЕНКИ ВАРИАНТОВ НАПИСАНИЯ СЛОВ С ОТРИЦАНИЕМ • Н.Г. Брагина (Государственный институт русского языка им.

А.С. Пушкина, Москва) ТЕРМИНЫ РОДСТВА В ОБРАЩЕНИЯХ К НЕЗНАКОМОМУ ЧЕЛОВЕКУ • Н.А. Буре (Санкт-Петербургский государственный университет, Санкт Петербург) ЛИНГВОДИДАКТИЧЕСКИЙ ТРЕНАЖЕР КАК ФОРМА ИННОВАЦИОННОГО ОБУЧЕНИЯ РУССКОМУ ЯЗЫКУ КАК ИНОСТРАННОМУ • Н.Т. Валеева (Российский государственный гуманитарный университет, Москва) СУЩЕСТВИТЕЛЬНЫЕ ОБЩЕГО РОДА В СОВРЕМЕННОМ РУССКОМ ЯЗЫКЕ:

ГРАММАТИКИ, СЛОВАРИ, УЗУС • А.Д. Васильев (Красноярский государственный педагогический университет им. В.П. Астафьева, Красноярск) ЗНАЧИМОСТЬ ИДЕОЛОГИИ В ЛЕКСИКОГРАФИИ • М.И. Волович, В.М. Мирзоева, Н.В. Рюмшина (Тверская государственная медицинская академия, Тверь) О НЕКОТОРЫХ ОСОБЕННОСТЯХ КОДИФИКАЦИИ МЕДИЦИНСКИХ ТЕРМИНОВ АССОЦИАТИВНОГО ХАРАКТЕРА С ЦЕЛЬЮ ИЗУЧЕНИЯ В ИНОСТРАННОЙ АУДИТОРИИ • С.В. Друговейко-Должанская (Санкт-Петербургский государственный университет, Санкт-Петербург) ДАННЫЕ СПРАВОЧНЫХ СЛУЖБ РУНЕТА КАК ИСТОЧНИК СВЕДЕНИЙ ОБ АКТУАЛЬНЫХ ПРОБЛЕМАХ КОДИФИКАЦИИ НОРМ РУССКОГО ЯЗЫКА • А.А. Дурнева (Лаборатория компьютерной лексикографии Института филологических исследований Санкт-Петербургского государственного университета, Санкт-Петербург) ВАРИАТИВНОСТЬ КАК ПРЕПЯТСТВИЕ НА ПУТИ К КОДИФИКАЦИИ ЯЗЫКОВОЙ НОРМЫ • М.

Я. Дымарский (Российский государственный педагогический университет им. А.И. Герцена, Санкт-Петербург) «ЧТО ЖЕ НАМ ДЕЛАТЬ С МАТРОСОМ ПЬЯНЫМ?», ИЛИ О КОДИФИКАЦИИ НЕКОДИФИЦИРУЕМОГО • А.В. Жуков, М.Е. Жукова (Новгородский государственный университет им. Ярослава Мудрого, Великий Новгород) НОВАЯ ФРАЗЕОЛОГИЯ В ЯЗЫКЕ ГАЗЕТЫ • В.В. Каверина (Московский государственный университет им. М.В. Ломоносова, Москва) ПРОБЛЕМЫ КОНВЕРТИРОВАНИЯ РУССКИХ ЛИЧНЫХ ИМЕН В ЛАТИНСКИЙ АЛФАВИТ • Т.И. Капитонова (Институт международных образовательных программ Санкт-Петербургского государственного политехнического университета, Санкт-Петербург) ЯЗЫКОВАЯ НОРМА В ПРЕПОДАВАНИИ РУССКОГО ЯЗЫКА КАК ИНОСТРАННОГО • В.И. Коньков (Санкт-Петербургский государственный университет, Санкт-Петербург) РЕЧЕВОЕ ПОВЕДЕНИЕ В АСПЕКТЕ КОДИФИКАЦИИ НОРМ СОВРЕМЕННОГО РУССКОГО ЯЗЫКА • М.П. Котюрова (Пермский государственный национальный исследовательский университет, Пермь) О СТРУКТУРЕ СЛОВАРЯ СТЕРЕОТИПНЫХ ЕДИНИЦ В НАУЧНЫХ ТЕКСТАХ • М.А. Кронгауз (Российский государственный гуманитарный университет, Москва) НОРМА И ТЕХНИЧЕСКИЙ ПРОГРЕСС • А.Г. Кротова (Новосибирский государственный технический университет, Новосибирск) ЛЕКСИЧЕСКИЕ НАРУШЕНИЯ: ШКАЛА НОРМАТИВНОЙ ОЦЕНКИ • Н.В. Кудасова (Рязанское высшее воздушно-десантное командное училище им. генерала армии В.Ф. Маргелова, Рязань) ТЕСТОВЫЕ ТЕХНОЛОГИИ В ПРЕПОДАВАНИИ РУССКОГО ЯЗЫКА • Н.А. Куликова (Горно-Алтайский государственный университет, Горно Алтайск) ПРОФЕССИОНАЛЬНО ОРИЕНТИРОВАННОЕ ОБУЧЕНИЕ НОРМАМ РУССКОГО ЯЗЫКА В ВУЗЕ • Э.П. Лаврик (Ставропольский государственный университет, Ставрополь) СЕМАНТИЧЕСКОЕ СОГЛАСОВАНИЕ: ДИНАМИКА ЯЗЫКОВОЙ НОРМЫ • Е.М. Лазуткина (Институт русского языка им. В.В. Виноградова РАН, Москва) ПРОБЛЕМЫ КОДИФИКАЦИИ СИНТАКСИЧЕСКИХ НОРМ СОВРЕМЕННОГО РУССКОГО ЯЗЫКА • В.К. Лебедев (Санкт-Петербургский государственный университет экономики и финансов, Санкт-Петербург) НА СТЫКЕ МОРФОЛОГИИ И ОРФОГРАФИИ • Г.М. Лёвина (Государственный институт русского языка им.

А.С. Пушкина, Москва) К ВОПРОСУ О КОРРЕКТИРОВКЕ ЛЕКСИЧЕСКИХ МИНИМУМОВ В СИСТЕМЕ ТРКИ • Е.И. Лоцан (Сибирский федеральный университет, Красноярск) НОРМА В ПЕРЕВОДНОМ ТЕКСТЕ С ТОЧКИ ЗРЕНИЯ ПЕРЕВОДЧИКОВ И ЧИТАТЕЛЕЙ • Т.Е. Милевская (Санкт-Петербургский государственный архитектурно строительный университет, Санкт-Петербург) ТЕКСТЫ ПРОИЗВЕДЕНИЙ МАССОВОЙ ЛИТЕРАТУРЫ НА ПРАКТИЧЕСКИХ ЗАНЯТИЯХ ПО КУЛЬТУРЕ РЕЧИ • И.Г. Милославский (Московский государственный университет им.

М.В. Ломоносова, Москва) ГРАММАТИЧЕСКИЕ ПОМЕТЫ В ТОЛКОВЫХ СЛОВАРЯХ РУССКОГО ЯЗЫКА • В.М. Мокиенко (Санкт-Петербургский государственный университет, Санкт-Петербург) О НЕКОТОРЫХ АКТУАЛЬНЫХ ПРОБЛЕМАХ КУЛЬТУРЫ РУССКОЙ РЕЧИ • И.В. Нечаева (Институт русского языка им. В.В. Виноградова РАН, Москва) ОРФОГРАФИЧЕСКАЯ КОДИФИКАЦИЯ СЕГОДНЯ: НЕИЗМЕННОСТЬ ПРИНЦИПОВ ИЛИ ВОЗМОЖНОСТЬ АЛЬТЕРНАТИВЫ? (НА МАТЕРИАЛЕ ЗАИМСТВОВАНИЙ) • Н.В. Николенкова (Московский государственный университет им.

М.В. Ломоносова, Москва) ПЕРИОД РУБЕЖА XX–XXI ВЕКОВ В КУРСЕ «ИСТОРИЯ РУССКОГО ЛИТЕРАТУРНОГО ЯЗЫКА»

• Е.В. Орлова (Ивановская государственная медицинская академия, Иваново) ЛИНГВИСТИЧЕСКАЯ КОМПЕТЕНЦИЯ КУРСА «РУССКИЙ ЯЗЫК И КУЛЬТУРА РЕЧИ»

• Е.В. Осетрова (Сибирский федеральный университет, Красноярск) СЛУХИ В ТЕКСТАХ СМИ: ОТНОШЕНИЕ НОРМЫ И СОДЕРЖАНИЕ УЗУСА • В.М. Пахомов (интернет-портал «ГРАМОТА.РУ», Москва) СТУЛ ВМЕСТО ОТВЕТА, ИЛИ ПРОТИВОРЕЧИЯ В КОДИФИКАЦИИ ПУНКТУАЦИОННЫХ НОРМ • З.Н. Пономарева (Санкт-Петербургский гуманитарный университет профсоюзов, Санкт-Петербург) ТАК КАК ЖЕ НАКОНЕЦ ПРАВИЛЬНО?..

• С.Л. Попов (Харьковский национальный университет им. В.Н. Каразина, Харьков, Украина) КОДИФИКАЦИЯ ВАРИАНТОВ РУССКОЙ ГРАММАТИЧЕСКОЙ НОРМЫ:

ЛОГИЧЕСКИЙ ПРОГРЕСС • Т.И. Попова (Санкт-Петербургский государственный университет, Санкт-Петербург) СТАНОВЛЕНИЕ НОРМ РЕЧЕВОГО ПОВЕДЕНИЯ В ИНТЕРНЕТ-ОБЩЕНИИ • И.В. Реброва (Университет им. Париса Лодрона, Зальцбург, Австрия) ЯЗЫК РУССКОГО ЗАРУБЕЖЬЯ И НОРМА ТЕКСТА (НА МАТЕРИАЛЕ ЛИТЕРАТУРНОЙ КРИТИКИ РУССКОЙ ЭМИГРАЦИИ 20-Х ГОДОВ ХХ СТОЛЕТИЯ И НАЧАЛА ХХI ВЕКА) • К.А. Рогова (Санкт-Петербургский государственный университет, Санкт-Петербург) НЕСКОЛЬКО СЛОВ В ЗАЩИТУ ВНЕЛИТЕРАТУРНЫХ ЯЗЫКОВЫХ СРЕДСТВ • М.С. Розина (Московский государственный университет им.

М.В. Ломоносова, Москва) СТАНДАРТИЗАЦИЯ КРИТЕРИЕВ НОРМАТИВНОСТИ РЕЧИ ИНОСТРАННОГО УЧАЩЕГОСЯ • Ю.А. Сафонова (радиостанция «Голос России», интернет-портал «ГРАМОТА.РУ», Москва) ОТНОШЕНИЕ ГОВОРЯЩИХ К ЯЗЫКУ, ИЛИ ПИСЬМА О СЛОВАХ (НА МАТЕРИАЛЕ РАДИОПЕРЕДАЧ «РУССКИЙ УСТНЫЙ» И «ГРАМОТЕЙ») • В.В. Свинцов (школа № 1199 «Лига Школ», интернет-портал «ГРАМОТА.РУ», Москва) ДИКТАНТ ПО-БОЛДИНСКИ: ПУШКИН И «ФЕЙСБУК»

• О.Б. Сиротинина, О.В. Мякшева (Саратовский государственный университет им. Н.Г. Чернышевского, Саратов) СОВРЕМЕННОЕ СОСТОЯНИЕ КОДИФИКАЦИИ: УСПЕХИ, НЕДОЧЕТЫ, ПРОБЛЕМЫ • Г.Н. Скляревская (Санкт-Петербургский государственный университет, Санкт-Петербург) ПРИНЦИПЫ КОДИФИКАЦИИ ЯЗЫКОВЫХ НОРМ В ЛЕКСИКОГРАФИИ:

ТЕОРИЯ И ОПЫТ • Т.В. Тарасенко (Сибирский государственный аэрокосмический университет им. ак. М.Ф. Решетнева, Красноярск) НОРМА И ЖАНРОВЕДЕНИЕ • В.В. Химик (Санкт-Петербургский государственный университет, Санкт-Петербург) НОРМАТИВНАЯ ЛЕКСИКОГРАФИЯ И СЛОВАРНОЕ ОПИСАНИЕ РАЗГОВОРНО-ОБИХОДНОЙ РЕЧИ • В.Д. Черняк (Российский государственный педагогический университет им. А.И. Герцена, Санкт-Петербург) КОДИФИКАЦИЯ НОРМ И ОРТОЛОГИЧЕСКИЕ СЛОВАРИ • К.М. Чуваева (Санкт-Петербургский государственный политехнический университет, Санкт-Петербург) LMS MOODLE КАК СРЕДА ДИСТАНЦИОННОЙ ПОДДЕРЖКИ ОБУЧЕНИЯ РУССКОМУ ЯЗЫКУ КАК ИНОСТРАННОМУ • И.А. Шаронов (Российский государственный гуманитарный университет, Москва) О ВАРИАТИВНОСТИ КОЛИЧЕСТВЕННЫХ И СОБИРАТЕЛЬНЫХ ЧИСЛИТЕЛЬНЫХ В КОЛИЧЕСТВЕННЫХ СОЧЕТАНИЯХ • С.Д. Шелов (Институт русского языка им. В.В. Виноградова РАН, Москва) НАУЧНЫЙ ТЕКСТ И ЕГО СПЕЦИФИЧЕСКИЕ ЯЗЫКОВЫЕ ЕДИНИЦЫ • М.А. Штудинер (Московский государственный университет им.

М.В. Ломоносова, Москва) ПРОБЛЕМЫ КОДИФИКАЦИИ ИНОЯЗЫЧНЫХ ИМЕН СОБСТВЕННЫХ В ОРФОЭПИЧЕСКИХ ИЗДАНИЯХ • Д.А. Щукина (Санкт-Петербургский государственный горный университет, Санкт-Петербург) ФОРМИРОВАНИЕ ПРЕДСТАВЛЕНИЯ О НОРМЕ СОВРЕМЕННОГО РУССКОГО ЯЗЫКА У УЧАЩИХСЯ ТЕХНИЧЕСКОГО ВУЗА Л.Н. Алешина (Российский государственный социальный университет, Москва) БРАННОЕ СЛОВО В СОВРЕМЕННЫХ ИНФОРМАЦИОННЫХ ПОТОКАХ И ПРОБЛЕМЫ ОБУЧЕНИЯ РУССКОМУ ЯЗЫКУ И КУЛЬТУРЕ РЕЧИ Ключевые слова: бранное выражение, брань, матерщина, ругань.

1. Язык – главная составляющая национального самосознания человека, он неразрывно связан с человеческим коллективом, породившим его. Язык воплощает в себе культурные и исторические традиции народа, являясь своеобразным барометром социальной жизни людей, мгновенно реагирующим на любые колебания и изменения общественной структуры. Однако, каждое новое социальное воздействие на язык вносит дисгармонию в относительную устойчивость его системы, вносит определенный диссонанс.

2. Для исследования бранных слов большой интерес представляет вопрос о том, что именно в системе ценностей народной культуры причислялось к признакам, отличающим обычные слова от сакральных, от дисгармоничного бормотания колдунов, преследующих цель разрушить психику человека. Бранная лексика свидетельствует о первобытной свободе в словах и мыслях, свойственной древнейшей стадии развития нашей культуры. Брань – след происхождения и обращения обрядового материала в архаичном обществе, где она – не есть грубость или распущенность нравов наших предков. В современном обществе распространено мнение, что бранные слова появились в русском языке вместе с монголо-татарским нашествием. Это не так: первые бранные слова, оценивающие недостойное поведение женщины, встречаются уже в новгородских берестяных грамотах и цель их была не оскорбить женщину, а призвать демона для наказания провинившейся женщины за то, что в современной медицине называется «бешенство матки». Все русские матерные слова – показатели демонической сущности, с их помощью наши предки призывали родовую силу.

3. Современные информационные потоки сплошь засорены ругательствами. То, что раньше воспринималось как эталон культуры – кино, театр, телевидение, газеты, журналы – превратилось в пристанище брани и матерщины. Со сцены, с экранов телевизоров, газетных и журнальных полос часто сыплются нецензурные слова. С этим растет будущее страны. В результате мы получаем непристойно ругающуюся молодежь – продукт воспитания такой вот «новой генерации матерящейся элиты» и с этим фактом не следует мириться. Ведь процесс обучения, переходящий в процесс воспитания, должен идти постоянно, в нем нельзя быть просто наблюдателями и статистами.

Необходимо исследовать: кто кого воспитывает, какого качества это воспитание, - и в результате, основываясь на духовно-научной базе, дать максимально действенные рекомендации для других, и для себя.

4. В обучении русскому языку и культуре речи главная задача - донести до учащихся, что «неблагопристойные» слова безусловно являются частью русской культуры и неразрывно связаны с историей общества, глубоко проникли в пласт песенного и литературного творчества. Но нас, современных носителей русского языка, они должны интересовать исключительно как пережитки начальных стадий развития общества, как культурно-исторические свидетельства жизни предков.

Необходимо, опираясь на исследования физиков, медиков, биологов, психологов, занимающихся вопросами воздействия на здоровье людей ритмики звучания слов, объяснять учащимся, что не следует использовать в своей речи бранные слова. Бранное выражение является лишь документом, отражающим предшествующую эпоху развития общества.

Е.В. Бешенкова (Институт русского языка им. В.В. Виноградова РАН, Москва) ПРОБЛЕМЫ НОРМАТИВНОЙ ОЦЕНКИ ВАРИАНТОВ НАПИСАНИЯ СЛОВ С ОТРИЦАНИЕМ Область слитного или раздельного написания слов с отрицанием – одна из интереснейших областей орфографии, позволяющих исследователю наблюдать за функционированием той части современной орфографической системы, которая существует практически без вмешательства нормализаторов.

Есть два способа кодификации этой области: правила и словарь, однако ни один из этих способов не позволяет в ряде случаев определить нормативное (т. е. исторически сложившееся единообразное) написание. Поэтому встала задача создания специального словаря, посвященного этой проблеме, в котором была бы отражена норма современного письма и было бы объяснено, в каких случаях выбирается слитное, а в каких – раздельно написание. Материал для словаря выбирался в основном из основного подкорпуса НКРЯ, из текстов, прошедших корректорскую или редакторскую правку. Материал показал большое количества вариантов в написании конкретных слов в одних и тех же типах контекстов. Встала проблема нормативной оценки этих вариантов.

В словаре было принято решение определять норму на основании двух критериев:

частотности и соответствия выявленной исторической тенденции к преобладанию слитного написания в контекстах нейтрализации системного противопоставления частицы и приставки. Учет двух критериев привел к появлению двух типов оценок: 1) при наличии двух вариантов приблизительно равночастотных или при преобладании слитного варианта именно слитный признается предпочтительным (напр. 1).небезопасно / не безопасно не в очевидных контекстах предпочтительно слитно, ср. Покупать шаурму с лотков, даже если умираешь от голода, небезопасно. Поэтому плавание по реке, особенно в валком бате, было не безопасно и требовало умелого управления. 2) не изобретательный / неизобретательный не в очевидных контекстах предпочтительно слитно, ср. Высокий слог, тщательно выполненный, но не изобретательный мультипликат, – все относит фильм скорее в разряд познавательных. Наконец, их нашли! В шкафу прятались, неизобретательные люди.), 2) при большей частотности раздельного варианта просто фиксируется этот факт, без указания на предпочтение (напр. не властен / невластен не в очевидных контекстах чаще раздельно, ср. Огромный успех Фрателлини говорит, по-моему, о том, что мода не властна над масштабом дарования. Кристальди хотел хэппи-энда, но Феллини уверял его, что он невластен над материалом.) Установка на отражение в словаре реального письма, а не просто на рекомендацию в выборе того или иного написания в данном типе контекстов, учет того факта, что грамотность формируется не только и не столько в результате изучения правил и словарей, сколько в результате чтения текстов, вводится ряд примечаний, в которых дается оценка встречающихся отклонений от рекомендуемых. Так, при абсолютном преобладании слитного написания не в очевидных контекстах прилагательного невезучий (невезуч) в текстах встречается и слитное написание, что отмечается в примечании с нормативной оценкой «ошибочно» (невезучий (невезуч) не в очевидных контекстах.

Какой же ты невезучий. Разве можно быть таким невезучим. Кр.ф. Ну и невезуч же ты. Ему даже с человеческими женщинами трудно знакомиться, он потрясающе невезуч в любовных делах. П р и м е ч а н и е. Иногда в текста встречается ошибочное раздельное написание То, что Гарик в амурных делах потрясающе не везуч, ни для кого не было секретом.). Если отклоняющееся написание было свойственно текстам 19 века, то это тоже отмечается в примечании (недурен не в очевидных контекстах, не в контекстах [вовсе], [совсем] В то время я была ещё недурна. Он был не красавец, но и недурен собой. П р и м е ч а н и е. В текстах 19 в. часто встречается раздельное написание Что ж, и этот город был бы не дурен, если бы в нем не было пограничной полиции. Я конечно собою не дурен, но случалось однако ж мне обманывать мужей, которые были, ей богу, ничем не хуже моего).

Н.Г. Брагина (Государственный институт русского языка им. А.С. Пушкина, Москва) ТЕРМИНЫ РОДСТВА В ОБРАЩЕНИЯХ К НЕЗНАКОМОМУ ЧЕЛОВЕКУ В современном лингвистическом и лексикографическом описании русского языка фиксация прагматических, социокультурных и стилистических характеристик слова выходит на первый план, т.к. проблема его грамматического описания в целом представляется решенной. В связи с этим вызывают интерес способы описания апеллятивов.

В русской лингвокультуре при обращении к незнакомому человеку могут использоваться термины родства: отец, мать, дочка, сынок, брат / братик, сестра/ сестричка, сестренка, тетя / тетенька, дядя / дяденька, дядечка, бабушка / бабуля, дедушка / дедуля. Начало общения кодируется в этом случае как разговор со «своим». Это предопределяет семантико-прагматические установки диалога и последующее употребление этикетных форм.

Использование терминов родства стилистически не нейтрально. Во-первых, семантическая связь с прямыми значениями легко реконструируется в сознании носителя языка, поэтому на вопрос:

Бабушка, как пройти к метро? – может последовать невежливая реплика: Какая я тебе бабушка?!

Во-вторых, при помощи таких обращений говорящий как бы объединяется с адресатом, навязывая ему определенный стиль общения: расслабленный, без церемоний. Если адресат психологически готов к такому сближению, либо, если такое обращение он оценивает как нейтральное, то это принимается как норма. Однако апеллятивы могут рассматриваться и как излишне фамильярные, тогда речевое поведение говорящего будет оцениваться как навязчивое и невежливое.

При обращении к незнакомому человеку термины родства используются избирательно. Это следует из асимметрии употребления семантически соотносительных пар: дядя, тетя – племянник племянница;

дедушка, бабушка – внук / внучок, внучка. Первые могут сравнительно регулярно использоваться, вторые – окказионально. Частотность употребления слов с корневым морфом брат-:

брат, братец и др., – намного выше, чем слов, с морфом сестр-: сестра, сестрица и др. Папа, мама в отличие от отец, мать, папаша, мамаша не употребляются в этой функции. Слова: муж, жена, тесть, теща, невестка, зять, – также не используются при обращении к незнакомым людям.

Стилистическая маркированность апеллятивов интересна с позиций социолингвистики. Они содержат некую предварительную оценку и основана на информации, которую говорящий до вступления в речевое общение «считывает» с внешности адресата, манеры поведения и т.д. Форма обращения характеризует говорящего и его речевые установки. Обращение бабушка, например, относится к человеку, которого он считает значительно старше себя и оценивает как пожилого.

Очевидно также, что внешность адресата должна каким-то образом соответствовать выбранному апеллятиву. Здесь работает механизм социокультурного отождествления. Он основан на стереотипных представлениях об образах, соотносимых с такими апеллятивами как: отец, мать, дочка, сынок, бабушка, дедушка и т.д. Стереотипные представления содержат набор необходимых и достаточных для социокультурной селекции признаков. На их основе говорящий «выбирает»

наиболее уместную форму обращения.

Не нейтральные апеллятивы можно включить в лексикон наивного этикета. Они выражают отношение говорящего к «другому» в момент отождествления со «своим».

Использование терминов родства в качестве апеллятивов проявляет речевой портрет говорящего, его социальный статус. Апеллятив не только начинает диалог, но и до некоторой степени программирует его стилистику и содержание.

Таким образом, стилистически окрашенный апеллятив – это социокультурный маркер, который, определяет интенциональный ряд диалога, проявляет отношение говорящего к адресату речи и социальный статус говорящего, а также влияет на стилистику диалога в целом.

Н.А. Буре (Санкт-Петербургский государственный университет, Санкт-Петербург) ЛИНГВОДИДАКТИЧЕСКИЙ ТРЕНАЖЕР КАК ФОРМА ИННОВАЦИОННОГО ОБУЧЕНИЯ РУССКОМУ ЯЗЫКУ КАК ИНОСТРАННОМУ Ключевые слова: инновационное обучение, лингводидактический тренажер, мотивационный фактор, ситуация успеха.

Инновационное содержание обучения языку вызывает необходимость применения современных информационных технологий, предполагает формирование новых моделей учебной деятельности. Как организовать и активизировать учебную деятельность, чтобы учащимся было интересно приобретать новые знания, умения и навыки?

Эффективным средством повышения учебной мотивации является использование на занятиях по русскому языку как иностранному лингводидактических тренажеров. Применение таких тренажеров в процессе изучения языка способствуют повышению наглядности преподавания и заинтересованности учащихся, приводит к улучшению усвоения учебного материала.

Преподавателями кафедры русского языка для гуманитарных и естественных факультетов СПбГУ создается серия лингводидактических тренажеров «Учим русский язык» для иностранных учащихся. Лингводидактический тренажер «Люблю тебя» адресован иностранным учащимся продвинутого этапа обучения, интересующимся русским языком, культурой и историей России.

Учащиеся обогатят речь разнообразными конструкциями живого русского языка, расширят лексический запас, улучшат коммуникативные навыки.

Тренажер построен на основе сквозного сюжета (по мотивам повести Ф.М. Достоевского «Белые ночи»), представленного преимущественно в виде диалогов. Все диалоги озвучены. Это романтическая история Артема и Тани, которые познакомились в Петербурге и полюбили друг друга.

В процессе работы с тренажером иностранцы знакомятся с интересными архитектурными памятниками, стилями архитектуры, великими зодчими Санкт-Петербурга, известными историческими деятелями. Методическая работа с материалом может проводиться по модели обучения чтения текста или по модели учебной работы с видеофильмами.

Словарь построен по тематическому принципу, иллюстрирован, включает лексику, используемую в тренажере, и большую страноведческую информацию.

Для закрепления материала предлагается работа с интерактивными упражнениями, выполненными в системе Hot Potatoes, и языковыми играми, что делает тренажер занимательным и помогает снять языковой барьер.

Тренажер в большей степени ориентирован на самостоятельную работу учащихся, но он может быть также использован в качестве наглядного и тренировочного материала при работе с преподавателем. С тренажером можно работать в условиях языковой среды и вне ее.

Внедрение в практику преподавания русского языка как иностранного подобных лингводидактических пособий позволяет тренировать различные виды речевой деятельности, автоматизировать языковые и речевые действия, развивать познавательную самостоятельность, формировать социокультурные компетенции и, что самое важное, создавать на уроках русского языка ситуацию успеха.

Н.Т. Валеева (Российский государственный гуманитарный университет, Москва) СУЩЕСТВИТЕЛЬНЫЕ ОБЩЕГО РОДА В СОВРЕМЕННОМ РУССКОМ ЯЗЫКЕ:

ГРАММАТИКИ, СЛОВАРИ, УЗУС Ключевые слова: общий род, пол, лицо, синтаксическая сочетаемость.

Академическое [ РГ 2005:466 ] определение существительных общего рода можно свести к четырём их основным признакам. Такие существительные 1) имеют флексию -а в им. п. ед.

ч. и ту же систему падежных флексий, что и существительные женского и мужского рода с флексией -а в форме им. п. ед. ч.;

2) называют лиц по характерному действию или свойству;

3) меняют свою синтаксическую сочетаемость в зависимости от пола называемого лица;

4) могут употребляться как слова мужского рода в применении к лицу женского пола и, наоборот, как слова женского рода – в применении к лицу мужского пола.

В учебной и словарной литературе в описании существительных общего рода последовательно наблюдается отступление от жёсткого академического канона. Так, в подавляющем большинстве учебников как для русскоговорящих студентов-филологов, так и для иностранцев, изучающих русский язык, не эксплицируется четвёртый признак, что даёт формальные основания причислить к существительным общего рода такие слова, как коллега или судья.

Анализ существительных, имеющих помету «м и ж» в [ ТСРЯ 2008 ], показывает, что его составители фактически включают в класс существительных общего рода несклоняемые существительные, называющие лиц по действию или свойству (визави, зомби, протеже и под.), а также называющие лиц по национальности (манси, удэге и под.). Более того, помету «м и ж» имеют такие слова, как коллега, бестолочь, коняга, псина и даже холодина. Таким образом, по факту общий род определяется исключительно как способность менять синтаксическую сочетаемость. Такую же тенденцию демонстрирует и [ Зализняк 2003 ].

При том что грамматическое, и в том числе синтаксическое поведение слов зомби, коллега, холодина и ябеда всё же не совсем совпадает, снабжение их однотипной пометой «м и ж»

кажется недостаточным.

С другой стороны, академическая традиция, возможно, слишком сужает понятие общего рода, что влечёт за собой интуитивное стремление языкового узуса расширить его толкование, и в учебной и словарной литературе мы встречаемся с отражением этого стремления.

Литература [ Зализняк 2003 ] Зализняк А. А. Грамматический словарь русского языка: словоизменение. – М.: Русские словари, 2003.

[ РГ 2005 ] Русская грамматика: научные труды / Российская академия наук

. Институт русского языка им. В. В. Виноградова / Н. С. Авилова, а. В. Бондарко, Е. А. Брызгунова и др. /. – Репринтное издание – М., 2005.

[ ТСРЯ 2008 ] Толковый словарь русского языка с включение сведений о происхождении слов / РАН. Институт русского языка им. В. В. Виноградова. Отв. ред. Н. Ю. Шведова. – М.: Издательский центр «Азбуковник», 2008.

А.Д. Васильев (Красноярский государственный педагогический университет им.

В.П. Астафьева, Красноярск) ЗНАЧИМОСТЬ ИДЕОЛОГИИ В ЛЕКСИКОГРАФИИ Ключевые слова: лексикография, идеология, объективность.

Культурно-социальную ответственность лексикографов видят в том, что собственно целью семантизации слов в толковых словарях является воздействие на поведение их читателей [Дорошевский 1973: 66, 267]. Среди проблем лексикографии одно из важнейших мест занимает проблема объективности толкований лексических значений. Довольно очевидно, что методология лексикографирования (от графической подачи заглавного слова, стилистических помет и до передачи оценочных коннотаций и подбора иллюстраций включительно) во многом определяется той идеологией, которой придерживается составитель. Речь, конечно, идёт не об узкопрагматических артефактах, обильно транслируемых и тиражируемых через СМИ в последние двадцать лет (вроде идеология дорожного ремонта, идеология губернатора или идеология отопительного сезона), но, скажем, об идеологии как «системе идей, представлений, понятий, выраженной в разных формах общественного сознания […] и отражающей коренные интересы классов, социальных групп» [МАС 1981, 1: 630].

С приходом перестройки и реформ значительный пласт лексики, особенно – общественно политической сферы, в ряде российских словарей изменил свою оценочность на прямо противоположную. Это можно рассматривать и как симптом, и как сигнал смены идеологической парадигмы (теперь у нас – «товарно-денежная идеология, проявляющаяся в релятивистской софистической риторике» [Романенко 2004: 25];

ср. также активно насаждаемый в России импортный культ материального успеха). Столь же обновилась теперь и система этических ценностей: теперь уже, кажется, никто не может сказать точно, «что такое хорошо и что такое плохо», ибо (увы) именно бытие определяет сознание.

Принципиально верное положение об изоморфизме фактов языка и феноменов культуры [Толстой 1991: 7], по-видимому, нуждается теперь в определённой корректировке – прежде всего вследствие произошедших изменений социальной структуры, в которой статус элиты присвоен не лучшей, но наиболее привилегированной макрогруппой [Васильев 2008], устанавливающей повсеместно (в том числе – и в речекоммуникативной области) собственные правила игры. Этим, наряду с другими причинами, объясняются жаргонизация и вульгаризация публичного дискурса, включая выступления высоких руководителей («топ-менеджеров»).

Библиография Васильев А. Д. Вербальная маска одной социальной группы // Человек-коммуникация-текст.

Вып. 8. Барнаул. С. 5-21.

Дорошевский В. Элементы лексикологии и семиотики. М., 1973.

МАС2 – Словарь русского языка: В 4-х т. / АН СССР, Ин-т рус. яз. Под ред. А. П. Евгеньевой.

– 2-е изд., испр. и доп. – М.: Русский язык, 1981. Т. 1.

Толстой Н. И. Язык и культура (некоторые проблемы славянской этнолингвистики) // Русский язык и современность. Проблемы и перспективы развития русистики. Ч. I. М., 1991. С. 5-22.

М.И. Волович, В.М. Мирзоева, Н.В. Рюмшина (Тверская государственная медицинская академия, Тверь) О НЕКОТОРЫХ ОСОБЕННОСТЯХ КОДИФИКАЦИИ МЕДИЦИНСКИХ ТЕРМИНОВ АССОЦИАТИВНОГО ХАРАКТЕРА С ЦЕЛЬЮ ИЗУЧЕНИЯ В ИНОСТРАННОЙ АУДИТОРИИ Вопрос о нормативности использования медицинских терминов-метафор является одним из актуальных в современной лингводидактике. Некоторые терминологи, стремящиеся к международной унификации русской терминосистемы подъязыка медицины, выступают против их употребления.

Ассоциативные термины подъязыка медицины – это единицы, которые характеризуются образной природой, основанной на метафорах и сравнениях: заячья губа, петушиная походка, феномен медной проволоки, синдром булыжной мостовой, сердце в форме валенка и т.п.

Эти терминологические единицы уступают по точности квалификативным терминам, однако в методическом аспекте отказаться полностью от них нельзя: они обладают большой иллюстративностью, помогают студенту лучше понять и запомнить изучаемое заболевание или симптом.

При изучении медицинских дисциплин у иностранных учащихся возникают языковые трудности, связанные со спецификой медицинских терминов ассоциативного характера. Образность некоторых из них может скрываться за их иноязычным происхождением.

По данным ряда исследователей, можно выделить 4 основных пути возникновения терминов метафор подъязыка медицины. Около 35% терминов возникли на основе ассоциаций с различными явлениями природы, 15 % - с деятельностью человека и строением организма, 30% - с развитием цивилизации. Около 20% от общего количества исследованных ассоциативных терминов происходят по аналогии с различными явлениями культуры.

На наш взгляд, ряд наиболее актуальных терминов должен быть отобран и описан в учебном пособии словарного типа для иностранцев, изучающих медицину на русском языке.

Проиллюстрировать данное положение можно на примере анализа концепта «Культура», характеризующегося наличием ряда терминологических групп:

1) термины, возникшие на основе ассоциаций с мифологическими или легендарными персонажами («Адамово яблоко», ахиллово сухожилие, гиппокамп, гамбринизм, херувизм);

2) терминология, отразившая различные религиозные ассоциации (феномен Будды, бред мессианства, Аммонов рог, Аммонова спайка, четкообразный пищевод);

3) терминологические единицы, имеющие в своем составе компонент, ассоциирующийся с общеизвестными (широко известными) фактами мировой литературы (феномен Робина Гуда, боваризм, синдром Мюнхгаузена, синдром «Алиса в стране чудес»);

4) термины, получившие названия в связи с ассоциацией с известными личностями (симптом Альфреда де Мюссе, синдром Ван-Гога, садизм);

5) терминология, отражающая ассоциации с формами государственного устройства (клеточное государство, бред реформаторства);

6) термины, в состав которых входят компоненты, ассоциирующиеся с профессиональной деятельностью человека (шум кузницы, бугорок анатомов, привратник желудка, синдром менеджера, перелом новобранцев, скорняжный шов);

7) терминология, возникшая на основе ассоциаций с театральным действием или его атрибутами (бред инсценировки, симптом кулис, симптом занавеса, синдром арлекина, резонерство);

8) термины, отразившие ассоциации с различными музыкальными инструментами (симптом клавишей, симптом струны, симптом барабанных пальцев, скальпель в положении смычка);

9) терминология, отражающая социальный или имущественный статус человека (бред обнищания, болезнь бродяг);

10) термины, имеющие в своем составе компоненты, ассоциативно связанные с различными математическими обозначениями, цифрами (восьмиобразная повязка) геометрическими фигурами (крестообразный разрез, цилиндрический эпителий, круговидный микоз, кубовидная кость);

11) термины, ассоциирующиеся с игрушками (синдром кукольных глаз, кукольная походка).

Изучение группы терминологических единиц ассоциативного характера знакомит студента с историей эволюции представлений человека о медицине. Термины-метафоры побуждают к микроисследованию, позволяют расширить как профессиональный, так и общий кругозор.

Существует необходимость выработки принципов отбора медицинского терминологического ассоциативного словника. Опыт данного исследования может быть использован при составлении словарей-справочников для студентов медицинского профиля.

С.В. Друговейко-Должанская (Санкт-Петербургский государственный университет, Санкт-Петербург) ДАННЫЕ СПРАВОЧНЫХ СЛУЖБ РУНЕТА КАК ИСТОЧНИК СВЕДЕНИЙ ОБ АКТУАЛЬНЫХ ПРОБЛЕМАХ КОДИФИКАЦИИ НОРМ РУССКОГО ЯЗЫКА Неуклонное превращение интернета в наиболее влиятельную из медиасфер ставит перед филологическим сообществом вопрос об эффективном использовании этого пространства не только в роли проводника языковой политики и помощника в деле распространения культуры речи, но и в качестве богатейшего источника информации о «болевых точках» современной языковой нормы. Так, специфика вопросов, активно обсуждаемых участниками многочисленных интернет-сообществ типа http://pishu-pravilno.livejournal.com, http://www.speakrus.ru, http://korrektor-ru.livejournal.com и под. и адресуемых в справочные службы порталов www.gramota.ru, www.gramma.ru и www.slovari.ru, может служить достаточно надежным свидетельством о тех проблемных языковых зонах, которые не получили ясного освещения в авторитетных словарях и справочниках.

Подобные интернет-ресурсы все чаще становятся базой для научных исследований, периодически проводится и мониторинг сайтов лингвистической направленности [cм. например:

Клубков 2004:183-191;

Геккина, Друговейко-Должанская, Рогожина 2006: 31-47;

Друговейко Должанская, Геккина, Белокурова, Белокуров:2007 и др.], однако полученные результаты чрезвычайно редко учитываются в кодифицирующих источниках (в частности, материалы справочной службы портала www.gramma.ru были включены в состав «Комплексного нормативного словаря современного русского языка» [2009]).

Очевидно, что для включения этого лингвистического материала в активный научный оборот необходимо разработать принципиально новую систему поиска по базам данных, которые накоплены в результате многолетней деятельности справочных служб Рунета.

Работа над созданием такой системы, которая позволит осуществлять выборку уже не только по ключевым словам, но и по тематике вопросов, ведется в настоящее время специалистами интернет-портала www.gramma.ru.

Например, вопрос «Как пишется: “еще некошеная трава” или “еще не кошеная трава”?»

рубрицируется по следующим темам: «орфография», «слитное раздельное написание», «не прилагательное», «не причастие», «двойные согласные», «Н или НН».

Библиография:

Клубков П. А. О целенаправленной работе СМИ над культурой речи населения (по 1.

материалам мониторинга) // Современная русская речь: состояние и функционирование: Сб.

аналитич. мат-лов / Под ред. С. И. Богданова, Л. А. Вербицкой, Л. В. Московкина, Е. Е. Юркова.

СПб.: Филологический факультет СПбГУ, 2004.

Геккина Е.Н., Друговейко-Должанская С.В., Рогожина Н.О. Языковые и 2.

коммуникативные нормы как объект метаязыковой деятельности (Опыт справочно консультационных служб) // Современная русская речь: состояние и функционирование. Вып. 2: Сб.

аналитич. мат-лов. СПб., 2006.

Друговейко-Должанская С.В., Геккина Е.Н., Белокурова С.П., Белокуров А.А.

3.

Grammaтика диалога о русском языке и литературе. СПб., 2007.

Комментарий к Федеральному закону “О государственном языке Российской 4.

Федерации”. Комплексный нормативный словарь современного русского языка. СПб., 2009.

А.А. Дурнева (Лаборатория компьютерной лексикографии Института филологических исследований Санкт-Петербургского государственного университета, Санкт-Петербург) ВАРИАТИВНОСТЬ КАК ПРЕПЯТСТВИЕ НА ПУТИ К КОДИФИКАЦИИ ЯЗЫКОВОЙ НОРМЫ Для развития национального литературного языка характерно отсутствие устойчивости в функционировании языковой системы, что проявляется, в частности, в существовании многочисленных колебаний и вариантов. Это свойство языка является неизбежным следствием эволюции, закономерным проявлением происходящих в нем изменений.

Вариативность является неотъемлемой чертой любого языка и может рассматриваться как конкуренция средств выражения. В результате этой конкуренции побеждают варианты наиболее удобные и целесообразные для конкретных условий общения. Норма, с одной стороны, диктует выбор одного вариантов, а с другой — сама определяется теми явлениями, которые формируют эти варианты. Стадия вариативности помогает привыкнуть к новой форме, делает изменение нормы более плавным, менее ощутимым и болезненным.

В процессе развития языка возникают следующие варианты слова:

— акцентные (базил’ика — баз’илика, графф’ити — гр’аффити, берёста — берест’а, сосенка — сосёнка);

— фонетические (т[’э]ст — т[э]ст, в[е]сн’а — в[и]сн’а, б’уло[ч]ная — б’уло[ш]ная);

— фонематические (звер’ушка — звер’юшка, турн’е — турн’э);

— морфологические (топол’я — т’ополи, воль’ер — воль’ера, шотландский в’иски — шотландское в’иски) и т. п.

Вариативность не имеет универсальной системы и обуславливается разнообразными причинами — внешними и внутренними. К внутренним (внутрисистемным) причинам относятся те, которые порождаются возможностями самого языка: 1) действие закона аналогии;

2) неэквивалентность формы и содержания, возникающая в результате неравномерного развития этих категорий;

3) многообразие структурных потенций языковой системы и ее перестройка в процессе развития языка;

4) стремление к речевой экономии;

5) стремление к реализации дифференциальных признаков фонем в позиционных условиях ударных и заударных слогов и тенденция к облегчению произношения. Внешними причинами являются: контакты языка с другими, влияние диалектов, социальная диффузность языка.

Вопрос вариативности, отражающий колебание нормы, очень деликатный, вызывающий большие трудности при лексикографическом описании и особенно в процессе преподавания языка, поэтому неудивительно, что отношение к нему у лингвистов, лексикографов и преподавателей весьма спорное.

М.Я. Дымарский (Российский государственный педагогический университет им.

А.И. Герцена, Санкт-Петербург) «ЧТО ЖЕ НАМ ДЕЛАТЬ С МАТРОСОМ ПЬЯНЫМ?», ИЛИ О КОДИФИКАЦИИ НЕКОДИФИЦИРУЕМОГО Ключевые слова: литературный язык, лексикография, кодификация, норма.

М.А.Кронгауз назвал свою известную книгу «Русский язык на грани нервного срыва»

([Кронгауз 2008]). Думается, что о грани нервного срыва не случайно пишет профессиональный лингвист, а не, скажем, журналист. Журналисты чаще рассуждают о «порче» или «реформах языка».

Метафора же, употребленная М.А.Кронгаузом, лучше и осмысленнее всего читается не в метафорическом, а в буквальном ключе, так как она весьма точно передает состояние не языка, а языковедов. Ведь это именно их привычные представления рушатся одно за другим, в то время как язык по-прежнему добросовестно отражает бытие и быт общества — и, в общем, переживает один из ярких, интересных, динамичных периодов своей (будущей) истории.

Одна из лингвистических святынь, распадающихся сегодня буквально на глазах, — понятие литературного языка. Представление о литературном языке как о стройно организованной системе функциональных стилей уже изначально отличалось «соцреалистичностью» и являло собой, по сути, идеальный конструкт [Долинин 2004];

сегодня же говорить о стройной системе функциональных стилей просто не приходится: «всё смешалось в доме Облонских». Убеждение в существовании и действии довольно строгого отбора, гарантирующего литературный язык от проникновения диалектизмов, жаргонизмов, варваризмов, обсценизмов, может разделять сегодня только слепой.

Если мы, по всяком случае, придерживаемся того известного положения, что литературный язык есть высшая форма национального языка, обработанная мастерами слова и т.д. Когда признанные сегодня не просто мастерами слова, но живыми классиками писатели, не моргнув глазом, включают в рафинированно-повествовательный дискурс чистейший мат (о грубом просторечии и проч. и говорить не приходится), — лингвистике остается признать, что литературного языка больше нет, так как он попросту стал равен национальному языку.

Что же делают в этой ситуации лингвисты?

Одни — приписывают свое отчаяние языку. Другие предпочитают иную форму поведения, рассуждая примерно так: раз литературный язык оказался на грани исчезновения — надо помочь ему исчезнуть. Особенно ярко демонстрируют эту тенденцию некоторые словари, созданные отнюдь не кустарями, а именно профессиональными лингвистами.

В докладе обсуждаются конкретные примеры из современной лексикографической практики.

Библиография Долинин К.А. Социалистический реализм в лингвистике (к истории функциональной стилистики в СССР) // Теоретические проблемы языкознания: Сб. ст. к 140-летию каф. общего языкознания филологического ф-та СПбГУ. — СПб., 2004.

Кронгауз М.А. Русский язык на грани нервного срыва. — М., 2008.

А.В. Жуков, М.Е. Жукова (Новгородский государственный университет им. Ярослава Мудрого, Великий Новгород) НОВАЯ ФРАЗЕОЛОГИЯ В ЯЗЫКЕ ГАЗЕТЫ Ключевые слова: новая фразеология, фразеологическая калька, газетный текст.

Одной из бросающихся в глаза примет современной российской реальности является стремительное нарастание процесса заимствования иноязычной лексики и фразеологии.

Исследователи этого процесса считают, что заимствования из так называемых «престижных языков»

стали в русском языке маркерами определённого языкового кода. С одной стороны, этот феномен можно рассматривать как усиление диалогичности современных средств массовой коммуникации. С другой стороны, налицо факт всё более возрастающего американского и европейского влияния как непосредственно на наш язык, так и на русскую ментальность и культуру в целом.

В последние два–три десятилетия заметно пополнился и фонд русской фразеологии.

Известно, что источниками фразеологических неологизмов нередко становятся составные термины из области науки, техники, спорта и т. д. Но новые фразеологизмы приходят в язык и традиционным путем – через переосмысление и обобщение привычных, повседневных жизненных явлений и ситуаций (перекрывать кислород кому, белый и пушистый, с фигой в кармане, свет в конце туннеля, жирный кот и мн. др.). Так, говоря о неудачниках, терпящих поражение в политической борьбе, современные журналисты в последние годы активно используют заимствованные из английского языка фразеологизмы хромая утка и сбитый лётчик, характеризующие неуспешных людей, лузеров «по жизни». Ко всем несостоявшимся политикам вполне применимы и русские обороты (слабое звено, мелкая сошка, пятое колесо в телеге, пустое место, шишка на ровном месте и др.), но эквивалентов заимствованным идиомам хромая утка и сбитый лётчик в русском языке нет.

Фразеологизм хромая утка впервые зафиксирован в нашем «Современном фразеологическом словаре русского языка», где приводятся тексты, иллюстрирующие его употребление в газетной периодике [Жуковы 2009: 414-415]. Он означает политика, утратившего былой авторитет в глазах общественного мнения и не имеющего перспектив быть переизбранным на новый срок. Хромая утка является калькой с английского lame duck. В указанном значении в английском языке фразеологизм стал употребляться только в последнее десятилетие ХХ века, первоначально же он означал неудачника, «несчастненького», калеку [Гальперин 1972: 776]. Как свидетельствуют многочисленные примеры из современных газетных текстов, фразеологизм хромая утка заметно расширил синтаксические условия своего применения, а также свои семантические и эмоционально экспрессивные возможности. Вот характерный пример из Интернета: «…Это как при избрании нового президента – старого называют хромой уткой. Так вот, Адвокат (голландский тренер питерского "Зенита") сейчас – эта самая хромая утка. Все знают, что он уходит». 31 июля 2009.

(www.fontanka.ru).

Особую актуальность сохраняют нормативный и лексикографический аспекты обозначенной проблематики. Так, некоторые исследователи без достаточных на то оснований отождествляют фразеологические неологизмы с т. н. фразеологическими фантомами, хотя между первыми и вторыми имеет место существенное различие. Дело в том, что потенциальные и тем более новые устойчивые обороты, в отличие от фразеологических фантомов, обладают всеми признаками подлинных фразеологизмов [Жуков 2010] и их словарная репрезентация, как правило, является только делом времени.

Библиография Большой англо-русский словарь в 2-х т. / Под ред. И. Р. Гальперина. Т. 1. М., 1972.

Жуков А. В. Фразеологические фантомы // Проблемы истории, филологии, культуры, № 4. М., Магнитогорск, Новосибирск, 2009. С. 128-133.

Жуков А. В., Жукова М. Е. Современный фразеологический словарь русского языка. М., 2009.

В.В. Каверина (Московский государственный университет им. М.В. Ломоносова, Москва) ПРОБЛЕМЫ КОНВЕРТИРОВАНИЯ РУССКИХ ЛИЧНЫХ ИМЕН В ЛАТИНСКИЙ АЛФАВИТ Ключевые слова: графика, транслитерация, стандарт, кириллица, латиница.

Потребность в едином государственном стандарте, призванном регламентировать передачу русских имён собственных средствами латиницы, не вызывает сомнения. Основная проблема состоит в узаконенном сосуществовании нескольких конверсионных стандартов, что приводит к недопустимой вариативности в сфере официальной документации. Ситуация осложняется наличием не только национальных, но и зарубежных норм, в соответствии с которыми конвертируются имена во въездных документах, в результате чего при пересечении границы россияне сталкиваются с трудностями, вызванными несовпадением транслитерации имени в паспорте и на визе. Сложности при идентификации имени владельца могут возникнуть и в случае утраты кредитной карты на территории другого государства.

Нами проанализированы существующие конверсионные стандарты и результаты их применения, отраженные в именах на дебетовых, кредитных и бонусных картах, бланках переводов «Western Union» и DHL, загранпаспортах и визах. В результате проведенного анализа сделаны следующие выводы.

1. Нормы передачи русских имён собственных средствами латинского алфавита не упорядочены, вследствие чего написание одного имени может варьироваться даже в официальных документах. Так, простая фамилия Григорьева конвертирована тремя способами (Grigorieva, Grigorjeva, Grigoreva), столько же вариантов у имени Жанна (Zhanna, Jeanna, Janna).

2. Сложнее конвертировать буквы ж, ш, щ, ц, ч, й, е, ё, ю, я, из которых выделяется щ сложностью предлагаемых сводами конверсий (shh, shch) и несоблюдением данных норм официальными учреждениями. Основную трудность составляет конверсия е и ё, так как в соответствии с многими стандартами они передаются одинаково (LC, BGN, BSI), нередко теряя показатель йотированности (LC, BSI).

3. Процесс кодирования и декодирования должен быть урегулирован единым стандартом.

Звуковая сторона в данном случае приниматься во внимание не может, так как речь идёт только о письменном соответствии для упрощения процедуры компьютерной обработки данных. Такой свод должен основываться исключительно на принципах транслитерации, в соответствии с которыми следует использовать один латинский аналог для каждой буквы русского алфавита, привычные способы конверсии (например, ш в sh), единые конверсионные модели для передачи проблемных букв. Думается, при создании такого свода не обойтись без диакритических знаков.

Подобный конверсионный стандарт предложен в дипломной работе Кирилловой Дарьи Владимировны, выполненной на кафедре русского языка филологического факультета МГУ имени М.В. Ломоносова в рамках спецсеминара «Актуальные проблемы русской орфографии: история и современность» под руководством В.В. Кавериной. В данном стандарте использован надстрочный знак «^», указывающий на то, что знаки следует воспринимать как одну букву, а не буквосочетание.


Таким образом удаётся избежать совпадения в знаке ts букв ц и сочетания тс. Йотированные гласные е, ё, ю, я обозначаются соответственно как j^e, j^o, j^u, j^a, что отличает их от сочетаний je, jo, ju, ja.

Мягкий и твёрдый знаки, которые необходимы для точной передачи некоторых имён (например, Конькова, а не Конкова) отражены так же, как и во всех действующих стандартах, – при помощи диакритических знаков.

Т.И. Капитонова (Институт международных образовательных программ Санкт Петербургского государственного политехнического университета, Санкт-Петербург) ЯЗЫКОВАЯ НОРМА В ПРЕПОДАВАНИИ РУССКОГО ЯЗЫКА КАК ИНОСТРАННОГО Ключевые слова: языковая норма, единая норма, нормативные словари –минимумы для иностранцев.

Проблема языковой нормы с развитием русского языка становится актуальной и требует специальных лингвистических и методических решений.

В обучении русскому языку иностранных студентов (подготовительный факультет, предвузовская подготовка, базовый уровень) существует проблема ознакомления, а затем и знание норм русского литературного языка как в имплицитной форме, т.е. в виде признанных обществом образцов, так и эксплицитно – в кодификации, представленной языковыми словарями.

Учитывая то, что иностранные студенты изучают русский язык в языковой среде, которая оказывает существенное влияние на усвоение языка и формирование языковой нормы, навязывая свои законы, ненормативную лексику и т. д., поэтому у иностранных студентов в процессе обучения русскому языку должна формироваться система представлений о норме как о наиболее устойчивых традиционных реализаций языковой системы, которая обеспечивает оптимальные условия общественной коммуникации.

Эту задачу обеспечивают учебники, учебные словари – минимумы и т. д.

Поэтому вариативность нормы, ее колебания могут ввести учащегося в заблуждение, что и происходит, когда они приносят в аудиторию вариативные, ненормативные слова и просят их прокомментировать.

Словари-минимумы для иностранных студентов, как правило, следуют норме, а не ее вариативности, с которой студенты знакомятся, в основном, на старших курсах в курсе «Культура речи» и начинают изучать научный стиль речи.

Недавно мне попала в руки газета «Вестник» «Единой России» в Санкт-Петербурге от ноября, где я увидела знакомое фото Л.А. Вербицкой и её статью «Язык тяготеет к единой норме». Л.

А. Вербицкая справедливо отмечает, что «в Петербурге по-прежнему заботятся о языковой культуре, что отмечали многие гости ассамблеи «Русского мира», активно работает Совет культуры, недавно вышел (280 по счёту) карманный словарь из серии «Давайте говорить правильно». Как справедливо замечает Л.А. Вербицкая, «нам нужно бороться не за консервацию того или иного варианта русской речи, а за ёё грамотность и чистоту». И в этом отношении книжный, педантичный Петербург должен, как и прежде, оставаться одним из центров формирования отечественной языковой стихии».

Это очень важно понимать. Сейчас издается для иностранных студентов огромное количество учебников, учебных пособий. Очень важно особенно для начального этапа, чтобы издавались и переиздавались нормативные словари – минимумы для иностранцев разных уровней обучения. На наш взгляд, язык не только «тяготеет к единой норме», как утверждает Л. А. Вербицкая, но если говорить о борьбе за чистоту и грамотность русской речи у всех слоев населения, то требование нормативности должно освобождать ее от ненормативной и вульгарной лексики.

Для иностранных студентов и для всех изучающих русский язык необходимы нормативные словари- минимумы и учебники, содержащие такие словари.

Библиография 1. Газета «Вестник» «Единой России» в Санкт-Петербурге от 20 ноября 2011 г.

В.И. Коньков (Санкт-Петербургский государственный университет, Санкт-Петербург) РЕЧЕВОЕ ПОВЕДЕНИЕ В АСПЕКТЕ КОДИФИКАЦИИ НОРМ СОВРЕМЕННОГО РУССКОГО ЯЗЫКА Ключевые слова: норма, речевое поведение, агрессивность, оценка, мнение, средства массовой информации.

Когда речь идет о кодификации норм современного русского литературного языка, то обычно говорят именно о языковых нормах. При этом статус кодификации чрезвычайно высок, кодифицированные нормы, как, например, правила русской орфографии и пунктуации, являются обязательными для деятельности редактора, издательства, школьного учителя и т.д.

В наше время, однако, уже давно появилась необходимость ввести элементы кодификации норм в сферу речевого поведения. Объясняется это тем, что наиболее опасные для русской речевой культуры явления происходят именно в сфере поведенческой. Утрата русских национальных речевых традиций, агрессивность речевой среды, нарушение нравственных и этических речевых норм стали обыденным явлением. Безразличие, проявляемое по отношению к таким явлениям, на уровне государственных институтов, научных и общественных организаций ведет общество к деградации.

Формы кодификации норм речевого поведения могут быть различными.

Многие проблемы могут быть решены с помощью Уголовного и Гражданского кодекса. В настоящее время с этой целью пытаются использовать статьи 129 и 130 Уголовного кодекса Российской Федерации («Клевета» и «Оскорбление») и статьи 151 и 152 Гражданского кодекса Российской Федерации («Компенсация морального вреда» и «

Защита чести, достоинства и деловой репутации»). Однако на практике эти статьи работают плохо, так как юридическая терминология в тексте статей не согласована с лингвистической терминологией. Постановления Пленума Верховного суда пытаются свести к минимуму отрицательное влияние этого фактора, не устранив, однако, его основу.

Не имеют общепринятого истолкования в сфере юриспруденции и лингвистики такие базовые, фундаментальные для этой сферы категории, как утверждение, мнение, оценка.

Практика показывает, что эксперты лингвисты даже в своем кругу по-разному истолковывают содержание категории оценки. Анализ некоторых проведенных экспертиз показывает, что на основе одного и того же материала и на основе одних и тех же лингвистических работ разные специалисты (лингвисты по профессии) дают прямо противоположные заключения).

В плане нормализации речевого поведения требуется также активное вмешательство в деятельность СМИ и издательскую деятельность. Открытые сознательно агрессивные формы речевого поведения не должны допускаться в публичную речь, обращенную к массовой аудитории.

Бороться с деградаций речевой культуры можно как на уровне законодательном, так и на основе проявления в этой сфере социальной активности общественных организаций, профессиональных союзов.

М.П. Котюрова (Пермский государственный национальный исследовательский университет, Пермь) О СТРУКТУРЕ СЛОВАРЯ СТЕРЕОТИПНЫХ ЕДИНИЦ В НАУЧНЫХ ТЕКСТАХ Исследование выполнено при финансовой поддержке РГНФ грант 11-34-00228а1 «Научный текст в аспекте авторской индивидуальности»

Ключевые слова: научный текст, стереотипные речевые единицы, словарь-справочник.

Как известно, соотношение языка и мышления в сфере науки относится к столь актуальным проблемам, что их можно назвать «вечнозелеными», причем эта проблема, как утверждает Н.А. Ильина, «в наши дни приобрела особое значение» [Ильина 1994:5]. В таком широком проблемном контексте представляется важным обратить внимание на то, что научное мышление, несомненно, характеризуется единством стереотипного и творческого начал.

Стереотипность речемыслительной деятельности обусловлена разными факторами, среди которых важнейшими мы считаем: 1) социальный характер коммуникативной деятельности (повторяемость речевых ситуаций), в частности, влияние традиции (конвенциональность);

2) ускорение коммуникативного процесса («некогда думать»);

3) развитие информационных технологий, приводящее к появлению отрицательных тенденций в использовании языка;

4) психологические тенденции к автоматизму и преодолению автоматизма мысли и речи;

5) психология языковой личности.

Состояние современной функциональной стилистики, стилистики текста, когнитивной лингвистики предопределяет возможность рассмотреть оформленность таких типичных когнитивных смыслов, как выявление проблемы, выдвижение гипотезы, определение области поиска аргументов, воздействие на читателя и др., стереотипными языковыми единицами (словосочетаниями, конструкциями, цепочками метатекста). Интересно, что такие единицы в силу их полифункциональности не поддаются четкой дифференциации на когнитивной основе. Вместе с тем разработка проблем стереотипного и творческого начал в тексте (с 1998 по 2011 гг. в Пермском университете опубликовано 15 выпусков межвузовского сборника «Стереотипность и творчество в тексте»), речевой индивидуальности ученого [Котюрова, Тихомирова, Соловьева 2011], стереотипности письменной научной речи и ее преодоления позволяет приступить к созданию Словаря стереотипных единиц, активно используемых при написании научных текстов.

Для составления Словаря стереотипных единиц в научном тексте необходимо прежде всего 1) определить границы вариантов стереотипных единиц разных типов, затем 2) очертить контуры функционально-смысловых полей с ядерной номинацией «кванта» когнитивного смысла, 3) установить иерархию смыслов, соответствующих когнитивным операциям познавательно коммуникативной деятельности, 4) составить картотеку атомарных и молекулярных словосочетаний, выражающих эти смыслы, 5) составить словник ядерных номинаций, 6) организовать их в стереотипные единицы, 7) упорядочить полученный материал в соответствии с алфавитно гнездовым принципом.

Функционально-стилистический подход к выявлению и определению стереотипных единиц позволяет положить в основание специфику познавательно-коммуникативной деятельности, зафиксированной в научных текстах. В связи с этим считаем целесообразным ограничить состав единиц, актуальных как для начинающих авторов научных текстов, так и для их читателей, стереотипными единицами, имеющими отношение к познавательно-коммуникативной деятельности.


Библиография:

Ильина Н.А. Геогностика сквозь призму языка (Лингвистический анализ языка и логики наук биосферного класса). Москва, 1994.

Котюрова М.П., Тихомирова Л.С., Соловьева Н.С. Идиостилистика научной речи. Наши представления о речевой индивидуальности ученого: монография. ГОУ ВПО «Перм. гос. ун-т», НОУ ВПО «Зап.-Урал. ин-т экономики и права»;

Пермь, 2011..

М.А. Кронгауз (Российский государственный гуманитарный университет, Москва) НОРМА И ТЕХНИЧЕСКИЙ ПРОГРЕСС Ключевые слова: русский язык, языковые изменения, норма, лексика, технический прогресс, речевой этикет.

Доклад посвящен исследованию изменений в русском языке под влиянием внешних причин и процессу их кодифицирования. В качестве внешних причин рассматривается изменение окружающего мира в сфере технологий, то есть, технический прогресс, затрагивающий такие важные устройства, обеспечивающие порождение текстов и/или обмен ими, как телефон, пишущая машинка и компьютер. Превращения телефонного аппарата, – от громоздкого механизма, висящего на стене, до небольшого устройства, умещающегося в ладони, – естественно, оказали влияние на лексику, описывающую соответствующий фрагмент мира, и ее сочетаемость. Но влияние оказалось шире и затронуло также речевой этикет. Специальный исследовательский интерес состоял в том, чтобы попытаться единым образом проинтерпретировать различные языковые изменения в этой области, установив их причины, связав их с изменениями культуры и цивилизации.

Интересно также взаимодействие устройств, связанных с порождением письменного текста, и изменение соответствующей лексики. В девяностые годы персональный компьютер начинает вытеснять пишущую машинку. Вместе с предметом забывается и правильное название. Это связано еще и с тем, что название такого важного предмета состояло не из одного слова, а из словосочетания.

Это словосочетание можно рассматривать как фразеологизм, потому что пишущей эта машинка в действительности не была (разве что в самом общем значении писать), то есть значение словосочетания не складывалось из значений составляющих его слов. И постепенно забывается именно та часть словосочетания, смысл которой не соответствует смыслу целого. На смену пишущей машинке приходит печатная. В XXI веке происходит окончательная подмена. Новое поколение помнит лишь печатную машинку.

Иные изменения происходят в области связи. Отличить телефонную связь от прочих видов сегодня все труднее, потому что устройства связи становятся полифункциональными: компьютер можно использовать для телефонной коммуникации, а мобильный телефон обеспечивает выход в Интернет и реализацию «компьютерных» функций.

Изменение «телефонной» лексики продолжается уже около века. Ее роль только повышается, что подтверждается проникновением этой лексики в русский речевой этикет. Динамичность развития и распространения «телефонной» лексики обусловлена сегодня не изобретением одного нового, пусть даже революционного, устройства, а фундаментальными изменениями нашей коммуникации.

Наиболее нейтральным и универсальным способом общения становится общение с помощью новых технологий, а не непосредственный контакт. Еще одним важнейшим фундаментальным фактором является «срастание» человека и его коммуникационного устройства, их постоянная смежность в пространстве, что обеспечивает возможность регулярных метонимических переносов.

А.Г. Кротова (Новосибирский государственный технический университет, Новосибирск) ЛЕКСИЧЕСКИЕ НАРУШЕНИЯ: ШКАЛА НОРМАТИВНОЙ ОЦЕНКИ Ключевые слова: ортология, лексическая норма, лексические нарушения, нормативная оценка.

Владение лексической нормой обусловлено не только знанием лексической системы языка, но умениями говорящего учитывать целый комплекс экстралингвистических факторов, начиная от компонентов ситуации общения и заканчивая психологическими, коммуникативными и языковыми установками и предпочтениями коммуникантов.

В связи с этим важным становится изучение не только структурно-системных особенностей лексических единиц, но и выяснение того, какие представления о языковых нормах существуют в сознании носителей языка, чем они руководствуются при выборе слова, какие явления признаются ими нормативными или не нормативными.

Мы провели эксперимент, в ходе которого студентам, прослушавшим курсы ортологической направленности, предлагались дефектные высказывания, содержащие в себе нарушения лексической нормы. Испытуемые должны были найти и исправить ошибку в выборе члена лексических парадигм.

В процессе анализа результатов эксперимента мы столкнулись с тем, что предлагаемые испытуемыми варианты исправлений нарушений могут быть оценены по трехчленной шкале:

правильный/нормативный вариант правки – вариант, который соответствует • рекомендациям учебников и учебных пособий по культуре речи, зафиксирован в словарях и справочной литературе и предложен нами в процессе предварительного ортологического анализа нарушений;

условно нормативный/правильный вариант правки – вариант, не вполне • соответствующий рекомендациям вышеперечисленных источников (например, отличается оттенком значения от заменяемого слова;

является синонимом к другому значению анализируемого слова), но при этом не ведущий к коммуникативному сбою;

ненормативный вариант правки – вариант, грубо нарушающий принятые языковые • нормы, не соответствующий авторской интенции анализируемого контекста, могущий стать причиной коммуникативной неудачи.

Считаем, что подобная трехчленная шкала оценки вариантов правки в большей степени приближена к интерпретациям лексических нарушений в реальной коммуникации: достаточно часто в процессе общения мы сталкиваемся с ситуацией не вполне точного и нормативного, но при этом понятного употребления.

В связи с этим при оценке ненормативного употребления необходимо учитывать два его аспекта:

1) степень грубости нарушения, традиционно обозначаемой терминами «недочет» и «ошибка»;

2) серьезность коммуникативной проблемы, возникающей вследствие подобного использования: термин «коммуникативный сбой» целесообразно применять для обозначения менее серьезных последствий в коммуникативном акте;

термином «коммуникативная неудача»

можно маркировать более серьезные проблемы в коммуникации.

В связи с этим можно говорить о существовании поля лексической нормативности, в котором нормативное использование и условно нормативный вариант (лексический недочет без коммуникативной проблемы) входят в собственно поле лексической нормативности;

а «лексическая ошибка без коммуникативной проблемы», «лексический недочет + коммуникативная проблема», «лексическая ошибка + коммуникативная проблема» находятся вне этого поля, имея при этом различную степень удаленности от нормативного участка.

Н.В. Кудасова (Рязанское высшее воздушно-десантное командное училище им. генерала армии В.Ф. Маргелова, Рязань) ТЕСТОВЫЕ ТЕХНОЛОГИИ В ПРЕПОДАВАНИИ РУССКОГО ЯЗЫКА Ключевые слова: лингводиагностика, принцип градуальности, предметная и речевая компетенция.

Тестовая методика как одно из эффективных средств оперативного контроля должна занять свое достойное место в системе диагностики речевого развития и языкового образования.

Диагностика в обучении русскому языку есть "научно обоснованное определение причин тех или иных недочетов, ошибок, пробелов в знаниях…", поскольку "позволяет приблизиться к пониманию обучения как управления познавательной деятельностью учащихся".

Система диагностики предполагает несколько направлений: 1) контроль и оценка уровня сформированности знаний и умений;

2) выявление причин недостаточного речевого развития и уровня усвоения языка;

3) прогнозирование результатов, корректировка содержания и методов обучения, управление процессом языкового образования и речевого развития.

Методическими принципами построения диагностики являются:

- коммуникативный принцип обучения родному языку, предполагающий формирование коммуникативной компетенции учащихся;

- принцип градуальности, в соответствии с которым тесты создаются и предлагаются студентам с учетом градации по сложности, по этапу обучения, по объему диагностируемой информации, которую мы получаем;

- принцип единства изучения языка и обучения речи, предполагающий обучение единицам языка в единстве значения, формы и функции;

- принцип целостности процесса формирования лексико-грамматического строя речи учащихся (формирование лексического запаса и грамматического строя речи в единстве и взаимосвязи);

- принцип опоры на алгоритмы порождения и восприятия речи при формировании речевых умений и развитии языковой способности;

- принцип сопоставления и дифференциации единиц языка в процессе речевого выбора.

Для удовлетворения коммуникативных потребностей курсанты должны обладать специальными умениями, которые и являются предметом диагностики:

- активно использовать терминологическую лексику;

- в тексте письменных работ использовать простые и сложные предложения, характерные для подъязыка техники;

- соединять простые предложения в сложные при помощи специальных «скреп», создавая логически связные высказывания;

- составлять логически выдержанный план будущего высказывания в соответствии с основной идеей текста;

- уточнять, делать ссылки на привлекательный материал.

Диагностика этих умений осуществляется градуально. Выделяются три этапа контроля.

На 1-ом этапе диагностируется объем и долговременность запоминания лексики и терминологии, качества усвоения грамматической структуры, сформированность предметной и речевой компетенции.

На 2-ом этапе контролируется сформированность коммуникативной компетенции в данном виде речевой деятельности в ходе обучения.

На 3-ем проводится заключительная диагностика.

Перечисленные этапы диагностики умений составляют основу проверки сформированности коммуникативной компетенции.

Н.А. Куликова (Горно-Алтайский государственный университет, Горно-Алтайск) ПРОФЕССИОНАЛЬНО ОРИЕНТИРОВАННОЕ ОБУЧЕНИЕ НОРМАМ РУССКОГО ЯЗЫКА В ВУЗЕ Ключевые слова: коммуникативная компетенция, активные формы обучения, мотивация.

В современном обществе происходит резкое снижение уровня речевой грамотности, что проявляется на разных уровнях речевой коммуникации: грамматические, орфоэпические ошибки и стилистические погрешности становятся нормой для политиков, сотрудников государственных учреждений разных уровней, преподавателей вузов. Развитие общества, науки и производства в условиях быстро изменяющихся технологий, проникающих во все сферы деятельности человека, испытывает острую необходимость в грамотных выпускниках образовательных учреждений разного профиля. В этой связи актуальность обучения нормам русского языка и коммуникативной культуре студентов ВУЗов – будущих специалистов не вызывает сомнения.

Мотивация владения русским языком у школьников, в большинстве случаев, сводится к результатам ЕГЭ. Остается открытым вопрос о мотивации изучения русского языка у студентов высших учебных заведений. По нашему мнению, мотивационной основой может стать обучение коммуникативным навыкам в рамках будущей профессиональной деятельности.

При наличии очевидных достижений в области методики обучения языку, наметилась тенденция рассмотрения компьютерных технологий в качестве основного средства развития обучаемых. Наряду с позитивным влиянием компьютера на процесс обучения следует отметить негативное: компьютер вытесняет «живое общение» с окружающими людьми. Такое положение вещей находится в противоречии с профессиональными требованиями к уровню коммуникативной компетенции будущих специалистов.

Современное образование предполагает обучение русскому языку в рамках компетентностного подхода. Коммуникативную компетенцию принято рассматривать с позиции трех составляющих: предметно-информационной, деятельностно-коммуникативной, личностно ориентационной, где все компоненты составляют систему личных качеств обучающихся, проявляющихся в готовности к самостоятельному решению задач. Коммуникативная компетенция включает знание языковых норм, способов взаимодействия с окружающими людьми, навыки работы в группе, владение различными социальными ролями – все, что необходимо для качественной профессиональной деятельности.

На занятиях по русскому языку и культуре речи для эффективного и мотивированного обучения целесообразно предлагать активные формы работы, позволяющие моделировать ситуации, типичные для конкретной профессиональной деятельности (тренинг, деловая игра, ситуативный анализ, проектная деятельность), виды заданий, позволяющие адекватно выражать мысли, строить коммуникативно-целесообразные высказывания в устной и письменной форме, пользуясь нужными языковыми средствами в соответствии с целью и условиями общения. Необходимо вырабатывать профессиональное владение языком. В этом случае целью обучения русскому языку становится эффективное использование языковых средств в рамках решения профессиональных коммуникативных задач.

Э.П. Лаврик (Ставропольский государственный университет, Ставрополь) СЕМАНТИЧЕСКОЕ СОГЛАСОВАНИЕ: ДИНАМИКА ЯЗЫКОВОЙ НОРМЫ Ключевые слова: семантическое согласование, аналитизм в грамматике, экстралингвистические факторы динамики нормы.

Согласование как грамматическое явление реализуется на различных ярусах синтаксиса. В широком смысле согласование – это уподобление компонентов не только словосочетания, но и предикативной основы, обособленного компонента и опорного слова, анафорическое согласование в сложном предложении и в пространстве текста.

Характер взаимодействия уподобляющихся компонентов подчиняется языковой норме, которую традиционно понимают как «совокупность наиболее устойчивых, освященных традицией языковых средств и правил их употребления, принятых в данном обществе в данную эпоху» [Крысин 2006: 175]. Норма как результат традиции и кодификации обеспечивает единообразие и стабильность использования языковых средств, в том числе и на уровне грамматики. Однако существуют как собственно лингвистические, так и экстралингвистические причины динамики языковой нормы [Крысин 2006: 179–180], которые приводят к вариативности нормы и в ряде случаев обеспечивают успешность коммуникации.

На грамматическую норму (уподобление компонентов согласовательной конструкции во всех возможных формах: роде, числе, падеже, лице, одушевленности и др.) повлияли явления социального порядка: в исконно мужские профессии пришли женщины, начали играть несвойственные им ранее социальные роли, и такие лексические единицы, как врач, учитель, профессор, инженер, коллега и др., стали применяться и при наименовании лиц женского пола. В современном русском языке все более активно реализуется семантическое согласование, при котором происходит расподобление компонентов синтаксической конструкции в ряде грамматических форм. Так, анализ, проведенный на основе исследования устных и письменных текстов и данных Национального корпуса русского языка, показывает превалирование семантического согласования над грамматическим в устной речи:

Боренька! Глазной доктор запретила мне падать. Особенно с железнодорожных вагонов. Уу!

(Андрей Малюков, Всеволод Иванов. 34-й скорый, к/ф (1981), НКРЯ), а также в Интернет-общении:

А мне врач хотела прописать «Дюфастон» (www.woman.ru). Данная тенденция в целях снятия энтропии высказывания активно поддерживается и в языке СМИ: Великобритании разбилась одна из лучших пилотов-каскадеров (rambler- новости, 23 августа 2009 г.).

В данном случае обнаруживается коммуникативная толерантность языковой нормы:

приемлемость семантического согласования в устном и публицистическом дискурсе объясняется необходимостью снятия коммуникативного напряжения и достижения максимальной ясности выражения.

Библиография Крысин Л.П. Толерантность языковой нормы // Язык и мы. Мы и язык: сборник статей памяти Б.С. Шварцкопфа / отв. ред. Р.И. Розина. – М.: Рос. гос. гуманит. ун-т, 2006. – с. 175–182.

Е.М. Лазуткина (Институт русского языка им. В.В. Виноградова РАН, Москва) ПРОБЛЕМЫ КОДИФИКАЦИИ СИНТАКСИЧЕСКИХ НОРМ СОВРЕМЕННОГО РУССКОГО ЯЗЫКА Ключевые слова: сочетание слов, семантические категории предложения, синтаксическая позиция.

Доклад представляет собой описание опыта составления «Словаря грамматической сочетаемости слов», который сейчас выходит в издательстве АСТ-Пресс.

Необходимый уровень анализа сочетаемости слов - модель предложения, которая является когнитивным фреймом, т.е. онтологически обусловленным феноменом. Каждое предложение своим сигнификативным значением показывает один из возможных вариантов мыслительного представления того или иного события (факта).

Элементарной единицей семантико-синтаксической организации предложения является синтаксическая позиция. Синтаксическая позиция – это содержательный, структурно обусловленный элемент предложения, имеющий определенные грамматические характеристики В понятии синтаксическая позиция выражается характер ее зависимости от других форм внутри предложения, в нем подчеркивается, что сущность грамматической формы связана с тем, членом какого отношения она является [Ломтев 1958]. Так, имя существительное входит в различные разряды категориальной семантики, которая актуализируется, становится синтаксически релевантной при употреблении слова в дискурсе;

например, в предложениях Решение задачи не обсуждалось и Решение отца не обсуждалось значимой является категория одушевленности / неодушевленности существительных в родительном падеже: слово задачи занимает позицию объекта, а слово отца имеет субъектное значение.

Синтаксическая позиция открывает разные возможности своего представления. Эти возможности называются синтаксическим рядом. Синтаксический ряд – ряд словоформ или частей сложного предложения, которые могут занимать одну и ту же синтаксическую позицию в данной модели предложения. Возможность синонимической замены связана как со структурой предложения, так и с индивидуальными особенностями лексем. Так, например, с глаголом Намекать могут употребляться следующие компоненты со значением содержания речи-мысли: на кого-что / о ком-чем / насчет кого-чего / придаточное предложение изъяснительное: Говоря о соседке, ты намекаешь на Таню?;

Подруги намекали девушке о женихе;

Ей не раз намекали насчет замужества;

В школе намекнули, как трудно будет без нее.

Одна из проблем кодификации – показ мотивировки выбора правильного варианта в словарной статье. Синтаксическая норма в «Словаре» показывается как принятый в языке способ представления знания: рекомендации падежных форм слов определенной семантики в структуре предложения имеют строгое научное обоснование.

Библиография Ломтев 1960 - Ломтев Т.П. Об абсолютных и реляционных свойствах синтаксических единиц (О понятии позиции в теории синтаксиса) // Филологические науки. 1960. № 4. С. 15–28.

В.К. Лебедев (Санкт-Петербургский государственный университет экономики и финансов, Санкт-Петербург) НА СТЫКЕ МОРФОЛОГИИ И ОРФОГРАФИИ Ключевые слова: морфология, орфография, стык, иностранная фамилия, творительный падеж.



Pages:   || 2 | 3 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.