авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:   || 2 |
-- [ Страница 1 ] --

Институт международных исследований

МГИМО (У) МИД России

Геополитические

процессы

на Ближнем Востоке

(Материалы

международной конференции,

МГИМО (У) МИД России, г. Москва,

23 апреля 2009 г.)

Москва

МГИМО – Университет

2010

Институт международных исследований

МГИМО (У) МИД России

Центр ближневосточных исследований Геополитические процессы на Ближнем Востоке (Материалы международной конференции, МГИМО (У) МИД России, г. Москва, 23 апреля 2009 г.) Под редакцией А.В. Федорченко Москва МГИМО – Университет 2010 УДК 327 ББК 66.4 Г 36 Серия: «Книги и брошюры ИМИ». Том 14.

Редакционная коллегия серии: А.И. Подберезкин, А.А. Орлов, В.М. Сергеев.

Редакционная коллегия Тома 14: В.П. Воробьев, А.В. Федорченко, А.В. Крылов.

Редактор серии В.И. Шанкина.

Техн. секретарь серии Е.П. Конюхова.

Г В данном издании представлены материалы международной конференции «Геополитические процессы на Ближнем Востоке», проведенной 23 апреля 2009 г. в МГИМО (У) МИД России. Конференция была организована Центром ближневосточных исследований ИМИ МГИМО (У). В ходе пленарного и секционного заседаний ведущие представители ученого и экспертного сообщества, дипломаты и политики России и Израиля обсудили актуальные проблемы региона. Конференцию, явившуюся продолжением серии российско-израильских научных встреч, открыл ректор МГИМО (У), академик РАН А.В. Торкунов.

В центре внимания данного форума стояли палестино-израильский конфликт, Ирак, ситуация вокруг Ирана. Проблемы, вынесенные на обсуждение, затрагивают интересы народов не только Ближнего Востока, но и многих людей, живущих в других частях мира, включая Россию.

Сегодня ближневосточное направление органично вписалось в систему российских внешнеполитических приоритетов.

Издание предназначено для специалистов по ближневосточному урегулированию, проблемам развития стран Ближнего и Среднего Востока, российской внешней политике в Западной Азии, а также для всех, кто интересуется данными вопросами.

С МГИМО (У) МИД России, Содержание 1. Открытие конференции.......................................................... Ведущий конференции – В.П. Воробьев, проректор МГИМО (У) по кадровой политике Выступление ректора МГИМО (У) МИД России, академика РАН А.



В. Торкунова................................................................. 2. Пленарное заседание.............................................................. А. Азари, Чрезвычайный и Полномочный Посол Государства Израиль в России...................................................................... И.С. Неверов, директор Департамента Северной Америки МИД РФ.................................................................................... З. Элькин, депутат Кнессета, председатель парламентской правящей коалиции............................................................... Е.Я. Сатановский, президент Института Ближнего Востока.................................................................................... 3. Секционное заседание.......................................................... Ц. Маген, посол, глава института Евроазиатских исследований. Доклад на тему: «Влияние России, Ирана и Израиля на политические процессы в ближневосточном регионе»................................................................................... А.В. Крылов, ведущий научный сотрудник Центра ближневосточных исследований ИМИ МГИМО (У).

Доклад на тему: «Основные направления работы спецпредставительства «квартета» ближневосточного урегулирования в Иерусалиме»............................................. Ш. Бар, глава отдела исследований Института политики и стратегии Межотраслевого центра Герцлия. Доклад на тему:

«Борьба Израиля против исламистских террористических организаций».......................................................................... А.В. Федорченко, директор Центра ближневосточных исследований ИМИ МГИМО (У). Доклад на тему:

«Палестино-израильские отношения: от геополитики к геоэкономике»........................................................................ С.Б. Дружиловский, профессор кафедры Востоковедения МГИМО (У). Доклад на тему: «Возможные сдвиги в ближневосточной политике Ирана».................................... 4. Подведение итогов конференции.......................................... Выступление проректора МГИМО (У) В.П. Воробьева....... Геополитические процессы на Ближнем Востоке ОТКРЫТИЕ КОНФЕРЕНЦИИ Выступление А.В. Торкунова Дорогие друзья!

Дорогие гости!

Отрадно отметить, что сегодняшняя конференция яв ляется продолжением прошедшего год назад в Иерусалиме представительного международного научного форума «Россия, Ближний Восток и вызовы радикального ислама», в котором приняли участие известные государственные, общественные деятели, дипломаты, ученые из России, Израиля и США.

Внушает оптимизм то, что работа стала регулярной. В под готовке и проведении этих встреч МГИМО тесно сотрудничал с ведущими высшими учебными заведениями и научными центрами Израиля.

От своего имени и от имени коллег я приветствую г-жу Анну Азари – Чрезвычайного и Полномочного Посла Государства Израиль в России, г-на Цви Магена, который был Послом Государства Израиль в России, г-на Зеэва Элькина – депутата Кнессета от ныне правящей партии «Ликуд».

Очевидно, излишне подчеркивать актуальность изучения Ближнего Востока. Регион по-прежнему привлекает внимание всего мира. К сожалению, в потоке информации чаще всего преобладают тревожные новости. В центре внимания Форума вполне закономерно стоят палестино-израильский конфликт, Ирак, ситуация вокруг Ирана.





Проблемы, вынесенные на обсуждение, затрагивают инте ресы народов не только Ближнего Востока, но и многих людей, живущих в других частях мира, включая Россию. Сегодня ближневосточное направление органично вписалось в систему российских внешнеполитических приоритетов.

Если вспомнить недавние трагические события в секторе Газа, то в России главную задачу видели не в том, чтобы воз лагать на кого-то ответственность, а искать пути прекращения насилия. Используя свое традиционное влияние на Ближнем Востоке, Россия продолжала рабочие контакты со всеми веду щими сторонами в целях прекращения огня и возобновления палестино-израильского мирного процесса.

Геополитические процессы на Ближнем Востоке Основная причина продолжающегося кризиса – неурегу лированность арабо-израильского конфликта и его централь ного вопроса, а именно палестинской проблемы. Создание независимого палестинского государства в общепризнанных границах, прекращение израильской оккупации арабских тер риторий, нормализация арабо-израильских отношений, иными словами, достижение всеобъемлющего мира в регионе позволит устранить причины столь резкой дестабилизации.

В целях деэскалации ситуации в зоне арабо-израильского конфликта и продвижения к всеобъемлющему миру в регионе на прочной международно-правовой основе Россия продолжа ет энергичную работу, используя потенциал ближневосточного «квартета», а также двусторонние контакты с непосредственно вовлеченными сторонами и ключевыми региональными пар тнерами. Наша страна выступает в пользу запуска израильско палестинских переговоров по всему комплексу двусторонних проблем, в том числе созданию суверенного независимого палестинского государства, живущего в мире и безопасности с Израилем.

В настоящее время складывается благоприятная ситуация для проведения в Москве конференции по БВУ с участием представителей «квартета», Израиля, ПНА и арабских стран посредников. Эта встреча могла бы не только продвинуть вперед процесс урегулирования, но и усилить влияние России в регионе. Московская конференция должна принести «до бавленную стоимость» к тому, о чем шла речь в Аннаполисе, причем не только применительно к палестинскому треку. По нашему мнению, идея реанимации сирийского компонента ближневосточного урегулирования ни у кого не вызывает аллергии. Подключение Сирии к этому процессу было бы важным фактором, в том числе с точки зрения придания ему всеобъемлющего характера.

В заключение хотел бы сказать следующее. Сегодня в мире все еще не изжиты проявления расизма, ксенофобии и нетер пимости. Более того, эти пагубные явления приобретают новые формы и проявления. Однако не все готовы это признавать и адекватно реагировать на эти новые вызовы. Разное отношение стран к этим явлениям сказалось и на их отношении к откры тию 20 апреля в Женеве конференции по борьбе с расизмом.

Как известно, предыдущая конференция по противо действию расизму, расовой дискриминации, ксенофобии и Геополитические процессы на Ближнем Востоке связанной с ними нетерпимости в 2001 году в Дурбане была омрачена тем, что ее покинули Израиль и США. Это было сде лано из-за того, что в итоговых документах действия Израиля на оккупированных территориях якобы были охарактеризо ваны как расистская политика. Это не соответствует действи тельности: в межправительственном Дурбанском документе 2001 года содержится лишь призыв к обеим сторонам вернуться за стол переговоров. Такая ситуация и предопределила отказ Израиля и Канады принять участие в подготовительном про цессе обзорной конференции, который начался почти два года назад. Еще больший скандал, как мы знаем, разразился во время выступления Президента Ирана Ахмадинежада, когда делегаты из многих стран мира покинули зал, где проходила конференция. Это лишний раз доказывает насколько запута ны, серьезны, деликатны проблемы современного Ближнего Востока.

Представляются необходимыми и вполне реальными подготовка и осуществление в этом регионе при содействии мирового сообщества экономических, образовательных, со циальных и иных проектов как эффективного противовеса планам военно-силового навязывания демократии.

Россия видит в Израиле важного партнера в ближневосточ ном регионе и рассчитывает, что наработанный потенциал в наших отношениях будет преумножен. Интенсивный полити ческий диалог между нашими странами развивается по широ кому кругу актуальных вопросов международной повестки дня, включая проблематику угроз стратегической стабильности, нераспространения оружия массового уничтожения, борьбы с терроризмом, урегулирования региональных конфликтов, в том числе затянувшегося палестино-израильского конфликта.

Геополитические процессы на Ближнем Востоке ПЛЕНАРНОЕ ЗАСЕДАНИЕ Выступление А. Азари Я благодарю руководство МГИМО, особенно профессо ра Валерия Воробьева, за гостеприимство и замечательную организацию международной научной конференции «Геопо литические процессы на Ближнем Востоке». Я также весьма признательна гостям и участникам этого значимого события:

ученым, политикам и представителям экспертного сообще ства России и Израиля: председателю парламентской коали ции Израиля Зеэву Элькину;

старшему научному сотруднику Института национальной безопасности при Тель-Авивском университете Цви Магену;

профессору Шмуэлю Бару;

главе де партамента Северной Америки МИД России Игорю Неверову;

ректору МГИМО, профессору Анатолию Торкунову;

президен ту Института Ближнего Востока Евгению Сатановскому.

Наше мероприятие проходит на неделе, начавшейся в по недельник, 20 апреля, скандалом вокруг Женевской конферен ции ООН по борьбе с расизмом, которая превратилась в фарс под названием «антирасистская конференция». Символичное совпадение пришлось на эту дату: 20 апреля по еврейскому календарю в Израиле отмечался день Холокоста;

20 апреля, если не ошибаюсь, родился «великий цадик» Адольф Гитлер;

20 апреля из Женевы весь мир услышал страшнейшую анти семитскую и расистскую речь президента Ирана. Когда в день памяти Холокоста на международной площадке произносится подобная речь, это влияет на психологию израильтян и на реше ния, которые они принимают. Все страны мира понимают, что с расизмом надо бороться, и практически в каждой есть средства для этого. Но, к сожалению, открытие конференции в Женеве стало не борьбой с расизмом, а его распространением.

Теперь вернемся к сегодняшней конференции. Наше сотрудничество с МГИМО становится доброй традицией.

В прошлом году примерно в это же время здесь проходило мероприятие, посвященное 60-летию Государства Израиль. В этом году в конференции принимают участие представители академического сообщества Израиля и депутаты действующей коалиции.

Геополитические процессы на Ближнем Востоке В 2008 году произошло заметное улучшение российско израильских отношений. Символом этого служат и отмена виз, и активный диалог между государствами на политическом уровне. Я думаю, что следующий год в российско-израильских отношениях будет не менее насыщенным. Да и то, что глава действующей коалиции прилетел в 6 часов утра, чтобы читать лекцию, тоже показатель того, что будет дальше. Мне кажется, с созданием нового правительства и новой коалиции в Из раиле российско-израильские отношения станут еще более глубокими и тесными. Это частично касается и так называе мого «русского фактора». Русскими в Израиле считаются все, кто говорит по-русски. Что касается этой конференции, то очень интересно будет послушать всех выступающих, и в том числе, конечно, нашего гостя, главу действующей коалиции Зеэва Элькина.

Выступление И.С. Неверова Мы рады приветствовать израильских коллег и друзей:

госпожу посла, господина Элькина, профессора Цви Ма гена, организовавшего в прошлом году очень интересную конференцию в Иерусалиме, в которой мне посчастливилось принять участие. Это показывает, насколько тесно мы сотруд ничаем, координируем свои позиции, которые, естественно, не во всем совпадают, потому что ситуация довольно сложная.

Сейчас активный период мировой политики, исключительно ответственный. С одной стороны, создались условия для ка чественного прорыва, но, с другой стороны, и риски возросли.

Динамика международной обстановки, обстановки на Ближ нем Востоке заботит всех: дипломатов, ученых, аналитиков. Я уверен, что в ходе сегодняшней конференции мы рассмотрим эти проблемы.

В силу служебных обязанностей я отвечаю в МИД за отношения с Соединенными Штатами, поэтому я скажу не сколько слов именно в этом контексте. В отношениях с США сейчас у нас этап, который обозначается прочно вошедшим в политический обиход словом «перезагрузка». Дает ли это основание для реального движения вперед? Да. Сейчас для этого созданы все условия, и не только для того чтобы вы править российско-американские отношения. Отношения с США – актуальная тема для всех, потому что от них зависят Геополитические процессы на Ближнем Востоке стабильность и безопасность в мире, в том числе на Ближнем Востоке. Приведет ли перезагрузка российско-американских отношений, если она состоится, к перезагрузке других крити ческих областей международной политики, к новому старту в поиске решения этих проблем – это еще вопрос. Я думаю, такие «мозговые штурмы» и нужны для того, чтобы нащупать какие-то подходы и решения.

Я с большим удовольствием участвовал в Герцлийской кон ференции в январе текущего года. Это было без преувеличения великое событие и с интеллектуальной, и с внешнеполитиче ской точек зрения, хотя там, помимо внешнеполитических, рассматривались и ключевые вопросы избирательной кам пании в Израиле, которая тогда вышла на решающую ста дию. Названия секций, которые работали там, говорят сами за себя: «взгляд на меняющуюся глобальную обстановку», «Иран у ядерного порога – достижимо ли предотвращение или сдерживание», «ядерное нераспространение», «контроль над вооружениями», «энергобезопасность и мировой эконо мический кризис». Это еще раз доказывает, что региональную безопасность нельзя рассматривать в отрыве от безопасности глобальной. Вот почему российско-американские отношения играют принципиальную роль для формирования между народного консенсуса в решении этих проблем, для поиска каких-то, действительно, работающих решений и для созда ния здоровой атмосферы в мировой политике. «Перезагрузка»

российско-американских отношений началась. Сейчас это не просто риторика, установочной была лондонская встреча президентов Медведева и Обамы. Она определила повестку дня в двусторонних отношениях и в работе России и США по ключевым вопросам мировой политики. Создается хорошая атмосфера, которую надо наполнять содержанием. До визита президента Обамы в Россию, который состоится в начале июля 2009 года, наши эксперты должны поработать, чтобы в Москве лидеры двух стран могли очертить актуальную повестку дня и обозначить свои позиции, которые с американской стороны пока только прорисовываются. Важно уже то, что в Лондоне президенты, приняв совместное заявление об общих рамках отношений, обозначили актуальную повестку дня. Впервые в совместном документе в нераспространенческом разделе президент Обама зафиксировал намерение добиваться ратифи кации договора о запрещении ядерных испытаний. Я думаю, Геополитические процессы на Ближнем Востоке что весь разоруженческий блок, который сейчас выходит на первые позиции в российско-американской повестке дня, имеет отношение к региональному контексту. Ведь это повы шает уровень глобальной безопасности. Это решение проблем нераспространения, работа на успех предстоящей конферен ции о нераспространении, серьезное намерение не допустить развала режима нераспространения. Конечно, здесь возникает тема Ирана, над которой предстоит серьезно работать. Мы с большим вниманием присматриваемся к новым подходам администрации США. От нее сейчас очень много зависит.

Декларируется готовность к установлению прямого диалога с Ираном. Это необходимо, потому что стратегически наши цели и цели международного сообщества отражены в резолю циях Совета Безопасности ООН, МАГАТЭ и в двусторонних документах: нельзя допустить появления у Ирана ядерного оружия. Возвращаясь к совместному заявлению президентов России и США в Лондоне, можно утверждать, что иранская тема там прописана очень подробно. Мы считаем, что и здесь появляется определенное окно возможностей.

Ключевая тема для администрации США – урегулирование в Афганистане. Это искоренение очага терроризма и неста бильности в регионе. И сейчас, после разговора президентов на эту тему, с нашей стороны обозначено желание оказать не посредственное содействие администрации США в решении вопроса. Афганское урегулирование 27 марта 2009 года, когда в Вашингтоне была объявлена новая стратегия США в так называемом направлении Афпака (Афганистан + Пакистан), показывает, что проблему искоренения терроризма можно решать только комплексно. И здесь, может быть, я выскажу нестандартную мысль: терроризм в глобальном масштабе невозможно искоренить без разрешения ближневосточного конфликта. Без этого все время будет идти подпитка экстре мизма и терроризма в глобальном масштабе. Контакты с новой администрацией США и сигналы, которые мы получаем из Вашингтона, обнадеживают. Сейчас есть позитивный вектор для продвижения российско-американских отношений. В ближайшее время все это должно воплотиться в практическое сотрудничество. Ближнему Востоку в этом сотрудничестве будет уделено повышенное внимание.

Даже в эпоху президентства Джорджа Буша, которая на за- вершающем этапе привнесла в наши отношения совершенно Геополитические процессы на Ближнем Востоке ненужную турбулентность, ближневосточный трек российско американского сотрудничества продолжал работать. Есть широкая матрица совпадающих интересов России и США на Ближнем Востоке. Продвижение мирного процесса, искоре нение международной террористической инфраструктуры и обеспечение надежных заслонов на пути распространения оружия массового уничтожения и средств его доставки – все это способствовало непрекращающейся и интенсивной работе для достижения общих целей. Готовность нынешней администра ции США активнее задействовать собственно дипломатические рычаги для продвижения внешнеполитических приоритетов и плотнее координировать свои усилия с международным сообществом создает новые возможности для этого сотруд ничества. Естественно, Ближний Восток неизбежно занимает важное место в российско-американском диалоге, потому что политический ландшафт там меняется и внушает тревогу, мозаика отношений во всех измерениях усложняется. Фактор Тегерана сейчас имеет повышенное значение. Нарастают де стабилизирующие элементы и в Ираке. В подобной ситуации международное сообщество должно предпринять более энер гичные действия по стабилизации региона. Мы считаем, что на России и США лежит серьезная степень ответственности за ра боту международных механизмов: Совета Безопасности ООН, «квартета» международных посредников в ближневосточном урегулировании, «шестерки» по урегулированию иранской ядерной проблемы. Все эти форматы предстоит активизиро вать. В предстоящие месяцы мы увидим, насколько серьезной и обширной будет активность на этих направлениях.

Однако ближневосточные подходы новой команды в Белом доме пока не утверждены, процесс их формирования про должается. Но готовность вести прямой диалог с Тегераном, намерение делать акцент на политическую материю внутри иракского урегулирования позволяет надеяться на увеличение отдачи от нашего взаимодействия с американцами на ближне восточном направлении. На днях президент Обама объявил о намерении провести в ближайшее время встречи с руковод ством Палестинской национальной администрации, Израиля, Египта. Эта смелая инициатива нацелена на то, чтобы вернуть процесс Аннаполиса на свои рельсы и обеспечить условия для продвижения к урегулированию. Надеемся, что эта активность сейчас позволит перезапустить переговорные усилия и создать Геополитические процессы на Ближнем Востоке благоприятную атмосферу для успешного и результативного проведения московской встречи по Ближнему Востоку. Сейчас рассматривается вопрос о сроках ее проведения. Конференция будет организована в процессе тесного консультирования со всеми основными партнерами в регионе, и естественно, с изра ильскими партнерами. Первые контакты нашего руководства с вновь избранным руководством Израиля, премьер-министром Биньямином Нетаньяху и министром иностранных дел Авиг дором Либерманом, показывают, что у нас есть серьезное поле для совместной работы. Естественно, мы надеемся на результат.

То есть «перезагрузка» – это не просто термин, который был придуман для эффектного обозначения какой-то новой стадии в отношениях России и США, он имеет международное зна чение. Задача в том, чтобы творчески применить этот термин в решении проблем ближневосточного региона. Я бы на этом остановился, потому как отношения с США важны, но, по жалуй, главное в том, что сейчас есть шанс для коллегиальной работы в рамках коллективной дипломатии. И этот шанс нельзя упустить. Большое спасибо за внимание.

Выступление З. Элькина Для меня участие в этой конференции символично. В каком-то смысле, это завершение определенного логического процесса. Для меня он начался 12 лет назад, когда я переступил порог МГИМО как член делегации тогдашнего и нынешнего премьер-министра Израиля Биньямина Нетаньяху. Тогда он приехал в Россию, потому что одной из основных задач, по ставленных им в рамках каденции премьер-министра, была попытка вывести на новый уровень российско-израильские отношения, в том числе и в научной области. Он предложил делегации Еврейского университета в Иерусалиме присоеди ниться к его первому визиту в Россию. Тогда в Москве был подписан договор о сотрудничестве между МГИМО и Иеруса лимским университетом. И вот прошло 12 лет, и мы участвуем здесь в работе конференции, посвященной проблемам Ближ него Востока.

Вообще, идея превратить Москву в одну из центральных площадок для обсуждения ближневосточной проблематики, на мой взгляд, очень интересная и правильная. У нее может быть большое будущее. Именно по этой причине я посчитал важным Геополитические процессы на Ближнем Востоке прилететь на эту конференцию, даже если это займет только полдня. Надо сказать, что тематика российско-израильских отношений и их перспектив на ближайшие годы, сама по себе, любопытна. В нынешней ситуации стоит обратить внимание на целый ряд моментов, которые будет очень жалко упустить.

Один из базисных параметров – демографическая специфика Израиля. На сегодняшний день около 14 % населения Израи ля – русскоязычные израильтяне, выходцы из постсоветского пространства. Их интерес к развитию российско-израильских взаимоотношений очевиден. Нет, пожалуй, другой страны за пределами СНГ и Прибалтики, где можно говорить о таких процентах. Я приведу несколько примеров из израильской политической жизни. Более 10 % депутатов израильского парламента свободно говорят на русском языке, родились в странах бывшего СССР. Если к этому числу добавить араб ских депутатов, часть которых свободно говорит по-русски и своих детей называет Русланами, Людмилами и так далее, то получится очень любопытная русскоязычная группа. Се годня в израильском парламенте ходит шутка, что заседания руководства парламентской коалиции будут проходить на русском языке, поскольку лидеры трех самых больших партий из шести – выходцы из бывшего Советского Союза. Лидеры трех других фракций жалуются на то, что они представляют меньшинство, и просят не вести заседание на русском языке.

В нынешнем правительстве Израиля около 13 % – русскоязыч ные министры. Последний раз в истории Израиля так было в момент создания государства при Д. Бен-Гурионе, когда очень многие министры были людьми, говорящими по-русски. На данном витке израильской истории это не тривиально, как и то, что министр иностранных дел Израиля русскоязычен. При мечательно, что израильские средства массовой информации, желая прояснить будущую политику Авигдора Либермана, в качестве источника информации воспользовались его интер вью газете «Московский комсомолец», поскольку самое раз вернутое интервью министр иностранных дел дал именно ей.

Это во многом характеризует ситуацию, которая сложилась с созданием нового правительства.

В израильской политике в последние 10–20 лет тема российско-израильского сотрудничества – одна из централь ных;

она обсуждалась даже в рамках создания этого прави тельства. Было принято даже решение о создании российско Геополитические процессы на Ближнем Востоке израильской комиссии по стратегическому диалогу. До этого в Израиле подобная двусторонняя комиссия была создана в рамках сотрудничества только с одной страной – США. То, что в коалиционных соглашениях попытка создать похожую комиссию по стратегическому диалогу с Россией была названа одной из основных задач, показывает, как нынешнее прави тельство Израиля относится к взаимоотношениям с Россией.

Это касается не только русскоязычного элемента в правитель стве, но и подхода самого премьера. Не случайно во время пер вой каденции Биньямина Нетаньяху российско-израильские отношения продолжали развиваться, и не случайно он видит в их развитии одну из задач нового правительства.

Все это чрезвычайно интересно и позволяет нам воспри нимать сегодняшнюю конференцию в МГИМО в абсолютно новом контексте, но при этом перед нами ставятся новые задачи. Если этот потенциал не будет использован и через 3-4 года, когда истечет срок деятельности этого правитель ства, российско-израильские взаимоотношения останутся на том же уровне, я считаю, это будет упущением исторического шанса. Какими могут быть эти качественно новые моменты сотрудничества – тема отдельного разговора и, возможно, тема отдельной конференции.

Идея обсуждения ближневосточной проблематики в контексте урегулирования арабо-израильского конфликта и израильско-палестинской проблемы в Москве мне кажется чрезвычайно важной. Возможно, на этой площадке можно бу дет говорить о создании новых моделей для ведения диалога.

Одно из базовых положений, которым руководствуется новое израильское правительство, состоит в том, что традици онные модели ведения израильско-палестинского диалога в последние 10–15 лет зашли в тупик. Необходимо искать какие то новые модели. За прошедшие 17–18 лет можно сделать такие выводы. Во-первых, существует опасность установления слишком высокой планки ожиданий и жестких временных гра фиков. Как правило, это заканчивается ничем, кроме всплеска насилия на Ближнем Востоке. Тому есть несколько примеров.

Так, процесс, начатый договором Осло, породил очень высо кую планку ожиданий. Когда она не была реализована, это привело к очередному всплеску террора. Во-вторых, мы видели попытку резкой интенсификации израильско-палестинских переговоров, прошедших в Кемп-Девиде и Табе, что во многом Геополитические процессы на Ближнем Востоке было обусловлено американским давлением. А это только привело ко второй интифаде, всплеску насилия и сотням и тысячам погибших с обеих сторон. В тех случаях, когда мы ставим перед собой нереальные цели и нереальные временные графики, мы не только не выполняем поставленные задачи, но и активируем процессы, которые неизвестно чем закончатся.

Получается знаменитое: «Хотели как лучше, а получилось как всегда». И в данном случае «как всегда» – все новые и новые жертвы и эскалация насилия. Нужно об этом помнить, когда мы пытаемся рисовать какие-то «розовые» картинки быстрого урегулирования ближневосточных проблем.

Еще один очевидный факт – проблема стабильности Палестинской автономии1. Когда начинался процесс в Осло, его авторы видели положительные моменты в создании Па лестинской автономии: превращение ее в некоторое подобие государственности, способной контролировать ситуацию;

развивать палестинскую экономику, бороться с проявлениями террора и выводящей израильско-палестинские отношения на другой уровень доверия. Если мы посмотрим, какой путь про шла Палестинская автономия, то мы увидим, что этот прогноз не реализовался. Я уже упоминал, что Палестинкой автономии не удалось справиться со всплеском террора даже на этапе про цесса в Осло, не говоря уже об интифаде. Мы все видели, что кризис поразил автономию после победы на выборах ХАМАС, лидеры которого изначально отказались признать договорен ности автономии с Израилем. А ведь само существование этой автономии было связано с подобными договоренностями. За кончилось все, по крайней мере, на данном этапе расколом.

Фактически, на сегодняшний день Палестинская автономия разделилась на две части: сектор Газа, который контролируется правительством ХАМАС, не признающим над собой прерога тивы законно избранного лидера Абу Мазена, и палестинские города на территории Иудеи и Самарии2, которые управляются отдельным правительством. Попытки провести диалог между этими двумя составляющими после военного переворота в секторе Газа пока ни к чему не привели. Динамика прямо Имеется в виду Палестинская национальная администрация.

16 В Израиле принято называть Западный берег реки Иордан библейскими географическими названиями «Иудея и Самария».

Геополитические процессы на Ближнем Востоке противоположна тому, что ожидалось. Нельзя сделать вид, что этого не существует, что все замечательно.

Как попытка справиться с подобного рода проблематикой возникла модель «Дорожной карты» поэтапного продвижения израильско-палестинских переговоров, которая получила поддержку у международного сообщества и израильского правительства на определенных условиях. Однако если мы сегодня окинем взглядом путь, проделанный в рамках «Дорож ной карты», то увидим, что не сдвинулись с места, а остались на том же начальном этапе. Первый этап «Дорожной карты»

говорил о том, что базовое условие в создании палестинского государства – успешная ликвидация террористических отря дов и расформирование военных организаций на территории Палестинской автономии. Был целый ряд других условий, ни одно из которых на данный момент не реализовано. «Дорожная карта» должна была осуществляться по четкому временному графику. Когда сегодня говорят о ней, то забывают, что срок ее действия истек.

Другая модель, которая была опробована израильским правительством в тот момент, когда стало понятно, что не уда ется продвигаться в рамках «Дорожной карты», – это попытка Израиля в одностороннем порядке определить свои будущие границы, исходя из демографических принципов и принципов безопасности. Эта модель созвучна плану размежевания, лик видации израильских поселений в секторе Газа и вывода оттуда израильских войск, то есть фактическому отступлению Израи ля к границам 1967 года. Планировалось, что уход Израиля из Газы послужит шагом к развитию отношений доверия между двумя сторонами. В итоге сектор Газа стал одним из главных очагов исламского радикального фундаментализма на Ближнем Востоке. И если ХАМАС раньше воспринимался как самый радикальный элемент, то есть эксперты, которые говорят, что сейчас в секторе Газа появилась альтернатива ХАМАС – более радикальные организации, которые постепенно набирают силу.

Уход Израиля из сектора Газа привел к тому, что если раньше под обстрелом в основном находились израильские поселения в секторе Газа, то сегодня под обстрел попадает треть территории Государства Израиль. Сотни тысяч людей оказались под непре кращающимся ракетным огнем. Это не может не повлиять на настроения в израильском обществе. Когда жители городов, которые ощущали себя в полной безопасности до начала про Геополитические процессы на Ближнем Востоке цесса размежевания, вдруг обнаруживают, что на их детские сады падают ракеты, они, естественно, задумываются: по правильному ли пути шло израильское государство последние 15–20 лет, привел ли этот путь к улучшению ситуации в сфере безопасности в Израиле?

В последние три года была разработана еще одна модель израильско-палестинских переговоров. Имеется в виду по пытка перескочить через этапы «Дорожной карты». Идея состояла в следующем: если мы не в состоянии справиться с террором сегодня, будем вести переговоры о постоянном уре гулировании. Мы достигнем договора, который не в состоянии воплотить сегодня, но будем знать, к чему стремиться. И теперь давайте будем осуществлять «Дорожную карту», зная, к чему мы придем. Это была идея конференции в Аннаполисе. Надо сказать, что и она доказала свою несостоятельность, прежде всего, с точки зрения задач, которые поставила. Сегодня очень активно в израильской и мировой прессе и в международном сообществе обсуждается вопрос – готово ли израильское пра вительство продолжить процесс, начатый на конференции в Аннаполисе? При этом забывается, что процесс Аннаполиса изначально был рассчитан на четкий временной промежуток – на 2008 год. Несмотря на интенсивные переговоры и далеко идущие предложения израильского правительства, которые не пользовались и не пользуются поддержкой в Кнессете, договора не удалось достичь практически ни по одному из обсуждавшихся вопросов. Процесс Аннаполиса провалился.

Можно продолжать рассуждать: правильно ли продвигать этот процесс дальше? Но, по крайней мере, надо честно признать, что задача, которая ставилась, не сработала. Кстати, улучшения ситуации на Ближнем Востоке конференция в Аннаполисе тоже не принесла.

Последние три года в Израиле у власти находилось прави тельство, которое ставило задачу – достичь окончательного израильско-палестинского урегулирования. Это правительство активно вело переговоры и на сирийском, и на палестинском направлениях, выражая готовность предпринять далеко иду щие шаги. Практическим результатом этого стали две военные операции в течение трех лет. И тот факт, что, за исключением большого Тель-Авива, практически все другие города Израи ля оказались под ракетным обстрелом, не мог не повлиять на итоги прошедших недавно в Израиле выборов. Я думаю, если Геополитические процессы на Ближнем Востоке бы три четверти любой страны оказались под ракетным обстре лом, то это не могло не повлиять на умонастроение граждан, которым, в конечном счете, хочется безопасности. Красивые теории и идеи хороши, но ракеты, которые падают на твой дом, говорят гораздо убедительнее любой теории.

В рамках переговоров, вызванных процессом Аннапо лиса, обозначился целый ряд вопросов, на которые так и не удалось ответить. Я упомяну только некоторые из них. Когда мы говорим об идее создания палестинского государства в той ситуации раскола автономии, которая сложилась на сегодняш ний день, речь идет об одном палестинском государстве или о двух? Если палестинская автономия функционирует как две отдельные единицы, то это дает основание предполагать, что при создании государства эти две единицы сольются в братском объятии в одну? Второй вопрос – говорим ли мы о создании палестинского государства и его будущем сосуществовании с Государством Израиль, которое в первую очередь является на циональным очагом для еврейского народа? Или мы говорим о формуле, которой придерживается сегодня палестинская сто рона: «полтора государства против половины», то есть создании палестинского государства, свободного от еврейского присут ствия, и признании Израиля как двухнационального еврейско палестинского государства, у которого со временем есть шанс на превращение в государство с палестинским большинством?

Ни на один из этих вопросов на переговорах не был дан ответ.

И позиции сторон, как можно догадаться, здесь существенно расходятся. Я уже не говорю о таких традиционных проблемах, как проблема границ подобного палестинского государства и гарантиях безопасности Израиля, проблема Иерусалима, беженцев и т.д. Это традиционный набор проблематики, свя занной с израильско-палестинскими переговорами.

Еще одна проблема, от которой мы часто отмахиваемся, делая вид, что ее не существует. Это проблема сектора Газа.

Сектор Газа представляет собой «пороховую бочку» по де мографическим, экономическим соображениям. Это очень маленькая территория, на которой сегодня проживает около 1 млн человек. По всем прогнозам через 15 лет там будет про живать около 2 млн человек. Нет практически никаких шан сов, что в нынешней ситуации там можно обеспечить условия проживания такой группы населения. В этом смысле создание палестинского государства не решает проблемы сектора Газа.

Геополитические процессы на Ближнем Востоке А любая попытка ближневосточного урегулирования, которая не решает проблемы сектора Газа, в конечном счете, будет об речена на провал. Все это приводит нас к пониманию того, что сегодня пришло время поиска новых моделей в израильско палестинских переговорах, потому что старые не работают.

Они не дали результата. Мы идем по путям, о которых я уже говорил более 10 лет. Никому от этого лучше не стало. Скорее, наоборот. Надо искать нетрадиционные пути решения, как любят говорить математики, решая нетрадиционные зада чи, пытаться выйти за пределы четко очерченного квадрата.

Эти модели могут быть разными. Сегодня много говорят о геоэкономике, вместо геополитики. Это тема одной из лекций, которая будет звучать на этой конференции. Звучат идеи по иска региональных путей выхода из конфликтов, в том числе и решения проблемы сектора Газа, и трехстороннего обмена территориями, а не просто переговоров, которые каждый раз срываются, потому что нет формулы, которая будет иметь шанс получить одобрение и в израильском обществе, и в обществе палестинском.

Мы находимся на очень интересном этапе, который тре бует поиска новых путей. А для того, чтобы выйти за пределы костных моделей, полезно иногда поменять и площадку для об суждения. Вот почему идея диалога по ближневосточной про блематике в Москве, во-первых, на мой взгляд, перспективна и интересна, но только при условии, что мы выйдем за пределы традиционных моделей и попытаемся заново оценить ситуа цию. Во-вторых, в рамках поиска новых моделей необходимо понимать границы реальности. Нельзя ставить нереальные задачи и нереальные сроки. Лучше ставить те задачи, которые удастся решить, чтобы динамика была положительной. Это один из примеров, когда важен вектор движения, то есть не задачи, которые мы ставим, а продвижение в нужном направ лении. В-третьих, в последние 5-10 лет звучит идея, которая мне во многом напоминает политику умиротворения перед началом Второй мировой войны: если решить израильско палестинскую проблему, всех быстро заставить договорить ся, то исламская радикальная угроза исчезнет сама по себе.

Я очень пессимистично отношусь к этой идее. Как показывает опыт, международная попытка умиротворения радикальных режимов приводит только к развитию у них аппетита. Они начинают задумываться, на какие еще территории у них есть Геополитические процессы на Ближнем Востоке претензии. А таких территорий очень много, если мы задума емся, где могут быть точки столкновения между радикальным исламом и европейской цивилизацией. В этом смысле Израиль – своего рода полигон для подобных столкновений. Поэтому идея о том, чтобы даже ценой безопасности жителей Израиля быстренько решить проблему, закончится тем же, чем пре цедент Чехословакии для Европы. Израилю за это придется заплатить высокую цену, а участникам процесса – столкнуться с еще большими проблемами. Нужно избавиться от мысли, что стоит только убрать один гвоздик – и на Ближнем Вос токе все станет замечательно. Необходимо подойти к реше нию израильско-палестинской проблемы и более широкой проблемы израильско-арабской, с одной стороны, – трезво;

с другой стороны, – творчески, а с третьей стороны, – именно как к решению этой проблемы, а не как к средству решения гораздо более серьезной проблемы, с которой столкнулась сегодня европейская цивилизация. И в данном случае, палестино-израильский конфликт – скорее арена и, может быть, синдром, но, ни в коем случае, не причина. Спасибо.

Выступление Е.Я. Сатановского Сегодня мы участвуем в очень интересном и знаменатель ном мероприятии. В том числе и потому, что в значительной мере академическое сотрудничество России и Израиля было создано сегодняшним главой правительственной коалиции Кнессета, когда он еще был только аспирантом Иерусалим ского университета. Это, господа студенты и аспиранты, при сутствующие здесь, – вам урок: именно со студенческих лет начинается путь человека в большую политику. Все, кто будут активны, трудоспособны и талантливы, будут вскоре увидены нами в качестве руководителей российской политики. Я на деюсь, руководство МГИМО оценит, как я побудил студентов к активной общественной деятельности.

Уважаемые коллеги, есть старый русский анекдот: когда в колхозе на повестке дня стоят два вопроса: о севе и о построе нии коммунизма, а зерна нет, то надо сразу переходить ко вто рому вопросу. Мне кажется, что ближневосточные процессы, которые обсуждает государственный департамент, наш МИД и многие уважаемые эксперты и ведомства, начиная с ООН, относятся к действительности, примерно как к задаче построе Геополитические процессы на Ближнем Востоке ния коммунизма. Поскольку сделать в реальном измерении ничего нельзя до очередных президентских выборов в США, если, конечно, не назначить дату построения палестинского государства на 2005, 2008 годы и далее, очередной президент будет откладывать это под свои выборы.

Можно долго говорить о безъядерном мире на Ближнем Востоке, когда мир стоит на пороге разрушения режима нерас пространения, и о мирном процессе, когда идея палестинского государства, к большому сожалению, изжила себя. Примерно из 7,5 тыс. народов, населяющих нашу планету, не все построили государства. Государств около 200. Не все могут создать государ ство. Государство Абхазия существовало даже вне зависимости от того, признала ли его Россия. Существовала территория со своей экономикой, границами, устойчивым правительством и способностью этого правительства контролировать свою территорию, где оно решает, кто и в кого будет стрелять. А госу дарства Палестины не существует, несмотря на то, что туда было инвестировано денег гораздо больше, чем в создание очень многих государств. Я думаю, на средства, инвестированные туда только за последнее десятилетие, можно было собрать еще одну Российскую Федерацию. Когда в ходе кризиса после опе рации «Литой свинец» довольно завышенные оценки говорят, что разрушений в Газе на 2 млрд долларов, а спонсор выделяет 5,5 млрд, то поверьте, даже Юрий Михайлович Лужков был бы рад таким инвестициям в городское хозяйство Москвы – только кто же ему даст? Это очень серьезный бизнес. И поскольку все это превратилось из цели в процесс, то процесс бесконечен.

Ни один из десятков тысяч чиновников UNRWA (в русской транскрипции БАПОР – Ближневосточное агентство по ока занию помощи палестинским беженцам и организации работ) не будет счастлив тому, что работа кончилась и управлять ими теперь будет не офис в Женеве с большими бюджетами, а некие достаточно жесткие территориальные власти, которые будут платить другие зарплаты. Это не палестинская вина, когда в течение 60 лет организуется бюрократический процесс, кото рый раз за разом не имеет завершения. Можно еще 60 лет идти по этой дороге.

Мне кажется, сегодня задача израильско-палестинских отношений не в построении государства. Если его построят, мы все порадуемся, сходим на банкет и выпьем по этому пово ду. Задача состоит в выстраивании палестинской экономики и Геополитические процессы на Ближнем Востоке безопасности, дерадикализации территорий любыми путями.

Последний и единственный эффективный опыт дерадикали зации территории на исламском Востоке имеет Российская Федерация. Для этого понадобился Рамзан Кадыров. Это далось дорого, большой кровью, но привело к определенным результатам. Эта модель не идеальная. Если в Палестине появится свой Кадыров, она станет как минимум устойчивым политическим образованием. Если нет, то, при всей моей люб ви и уважении к Абу Мазену, симпатичному интеллигентному человеку, – интеллигенты государств не образовывают. У них для этого не хватает сил и контроля над штыками.

У нас сегодня существует сложная ситуация с ирано израильскими отношениями. Мы, вообще-то говоря, идем к большой ближневосточной войне, потому что последние две операции – это не арабо-израильская, а ирано-израильская война. А то, что Иран воевал по доверенности через «Хизбал лу» и ХАМАС, никакого отношения к действительности не имеет. Мы обманываем себя, говоря об арабо-израильском конфликте. В чем он? В том, что на Бахрейне местная элита назначает в пику Тегерану евреев послами, депутатами местной шуры, вводит их в правительство;

там уже все тридцать евреев, которые есть, задействованы? Или в том, что египетские спец службы сдают информацию о путях контрабанды оружия на Синай: фактически, на африканской территории проводится совместная израильско-египетская разведывательная военная операция? Или в том, что все газеты арабского мира, когда Израиль воюет с «Хизбаллой» и с ХАМАС, обрушиваются не только на евреев, но на ХАМАС и «Хизбаллу», значительно резче и жестче обвиняя их напрямую в том, что это пятая ко лонна Ирана в сердце арабского мира?

Ближневосточный процесс, если иметь в виду арабо израильский конфликт, – один из самых мелких, незначитель ных и тихих процессов, происходящих в исламском мире, где идет иранский проект, а он развивается не только на Ближнем Востоке, но и в Латинской Америке, где с ним конкурирует радикальный суннитский проект, патронируемый Саудовской Аравией. Наша задача сегодня – говорить не столько о регу лировании, так как это все равно что говорить о построении коммунизма, сколько о том, сможем ли мы выйти за пределы почти гарантированной ирано-израильской войны. Дай бог, если она лет через десять не превратится в ядерную войну.

Геополитические процессы на Ближнем Востоке По поводу режима нераспространения, я как человек, по счетам которого государство не платит, буду говорить полити чески некорректные вещи: режим нераспространения умирает и умрет достаточно быстро. Никто не остановит иранскую ядерную программу, ядерную бомбу, и нам придется с этим жить при нашем неурегулированном режиме по Каспию с Ираном. Ничего хорошего нам это не предвещает. Наша за дача – попытаться подумать, каков будет формат ядерного клуба после того, как иранское ядерное оружие станет реаль ностью;

можно ли установить режим взаимного сдерживания Израиля, который не подтверждает и не отрицает наличия у него ядерных программ, и Ирана, который борется за мирный атом так же, как боролись мы за него при Сталине, и Китай – при Мао Цзэдуне. Откуда взялись ядерные бомбы в Советском Союзе и в Китае – неизвестно. Все боролись исключительно за мирный атом. Сегодня главная задача – прохождение порога Карибского кризиса в отношениях Ирана и Израиля, потому что Иран остановить не удастся. Народ, который 2 500 лет торгует коврами, умело обойдет европейскую, американскую и российскую политики сдерживания. Последняя конференция против расизма это показала. Россия, фактически заплатив за эту конференцию (она почти вся на наши деньги была проведена), проявила чудеса дипломатического героизма. И руководитель делегации МИД России, господин Бойченко, сделал все возможное, чтобы вычеркнуть проявления экстре мизма, которых было очень много. После этого, в последний момент, были одобрены бумаги Дурбана-1, что перечеркнуло все усилия российской делегации. А потом вышел президент Ахмадинежад, которого мы упорно пытаемся вывести вместе с его страной из того угла, куда он себя загоняет, провоцируя конфликт из иранских внутриполитических проблем. Теперь эта конференция запомнится исключительно тем, что мы не вольно были главными организаторами и спонсорами самого расистского мероприятия после Второй мировой войны, разве что после Дурбана-1, за что «большое спасибо» нашим иран ским коллегам.

В этой ситуации нам надо применять нетрадиционные идеи и подходы, ориентируясь на то, как мир сложен сегодня.

В мире больше нет сверхдержав. Последняя сверхдержава ничего не может добиться военными методами и, инвестируя сотни миллионов в радикальные уголки планеты, подпитывает Геополитические процессы на Ближнем Востоке радикализм. В сегодняшнем мире самой сильной экономикой и армией командует непрофессионал, очень симпатичный, с хорошей фигурой, как говорил господин Берлускони, «загоре лый». А Ближним Востоком у него занимается бывшая клин тоновская администрация, люди, чья работа привела Америку к 11 сентября, люди, чьи усилия на ближневосточном треке привели к интифаде аль-Акса. Спустя 10 лет, они вернулись к власти. Они не стали умнее, они стали старше и более раздра жительными. Они искреннее верят, что все, что не получилось у предыдущих администраций, не вышло не по объективным причинам, а потому что американский президент Билл Клин тон не слушал жену, а теперь она сама – госсекретарь и сама решит, «как надо», потому что президент Буш был в плену неоконов. Теперь пришел чрезвычайно умный Барак Обама.

Ему, как Кеннеди, назначено быть исторической фигурой;

он все сделает (только очень быстро), пока он – президент. Это самая опасная комбинация после Кеннеди со времен Второй мировой войны. У Кеннеди были точно такие же идеи о том, чтобы остаться в истории. Именно при Кеннеди в Карибский кризис мы были на грани третьей мировой войны, ядерной войны.

Я думаю, нам придется пересматривать вопрос отношения к израильским поселениям. Кто сказал, что ликвидация по селений, где живет значительная часть людей, на которых мы опираемся в отношениях с Израилем, в интересах Российской Федерации? Сколько можно быть собакой, которой вертят какие угодно хвосты: администрация США, которая в 1990-е годы нам ставила какие-то странные задачи или лоббирую щие те или иные идеи коллеги из стран Ближнего и Среднего Востока?

Мне кажется, что главное в наших отношениях с Израилем сегодня не «перезагрузка», которую американцы символически обозвали «перегрузкой», а реализм, понимание того, что надо отстаивать военно-техническое сотрудничество, которое мы строили в 1990-е годы. Благодаря нашим американским кол легам, тогда оно сорвалось и в отношении Турции, и Китая, и всех остальных стран, где мы пытались работать. Нам надо отстраивать профсоюз государств, которые способны что-то производить, контролировать собственную территорию и раз вивать собственное сообщество, в котором будет существовать и Россия, и Китай, и Индия, и США, и европейцы, и все те, Геополитические процессы на Ближнем Востоке кто захочет. Нужно осторожно относиться к идеям любой революции. Тот, кто хочет основать государство, должен от многого отказаться, как это сделал Фидель Кастро, а не быть вечным революционером, как Че Гевара, разваливавшим все вокруг. Относительно палестинского государства – то его нет и не было. У нас продолжается революция, которая, конечно, вечна, но мы уже на собственном примере знаем, к чему она приводит. Спасибо.

Геополитические процессы на Ближнем Востоке СЕКЦИОННОЕ ЗАСЕДАНИЕ Ц. Маген Влияние России, Ирана и Израиля на политические процессы в ближневосточном регионе Данный доклад ставит своей целью раскрыть дилемму российской ближневосточной политики и дать представление о том, как она воспринимается в Израиле.

На Ближнем Востоке постоянно идут процессы жесткого внутреннего противостояния, которые оказывают огромное влияние на события глобального уровня. В последний период произошло изменение внешнеполитического вектора, ко торый определяет позиции сторон, вовлеченных в противо стояние: прежде он было арабо-израильским, а относительно недавно стал ирано-израильским. На самом деле Иран и Из раиль представляют два конфликтующих лагеря: «радикально исламистский» и «умеренный».

Иран, возглавляющий радикально-исламистский блок, выстраивает свою «державную» политику, направленную на реализацию региональных геополитических аспираций, в контексте продвижения «всемирной исламской революции».

Вследствие этой политики Иран ныне представляет угрозу остальным мусульманским странам региона, а также становит ся проблемой в глобальном масштабе.

Израиль, наряду с другими странами умеренного лагеря, находится в вынужденном противостоянии этой угрозе. К тому же Иран и исламистские радикальные силы сделали Израиль основной мишенью агрессивной политики, рассматривают его в качестве главного врага. Образ внешнего врага необходим этим режимам для внутреннего сплочения рядов и привлечения поддержки единоверцев.

Двухполярная региональная система состоит из «радикально-исламистского» и «умеренного» лагерей, которые ныне движутся на встречных курсах. Реальная угроза столкно вения этих полюсов является сердцевиной всего комплекса ближневосточной политики. Вокруг этой проблемы проис Геополитические процессы на Ближнем Востоке ходит формирование любой внешнеполитической стратегии в глобальном и региональном масштабах.

Россия также вовлечена в этот процесс, и перед ней стоит дилемма выбора: либо поддерживать один из двух противо стоящих полюсов, то есть Иран или Израиль, или выбрать иное, более эффективное направление. Ясно лишь одно – избежать этого вызова невозможно. От выбора России во многом зависит будущее и в регионе, и за его пределами.

Иран Нынешний Иран уже нельзя считать обычным, рядовым го сударством, его следует рассматривать как лидера радикально исламистской системы, действующей в региональном и гло бальном масштабах. В эту систему включены и государства (на пример, Сирия), и региональные террористические структуры, инспирированные Ираном («Хизбалла», ХАМАС и другие), а также международная террористическая сеть, задействованная Ираном. Эта система оказывает доминирующее влияние на большинство процессов в регионе Ближнего и Среднего Вос тока и вне его.

Для установления своей гегемонии Иран создал и исполь зует следующие инструменты:

1. Радикально-исламистские структуры, проводящие в других ближневосточных и западных странах подрывную деятельность.

2. Террористические формирования, действующие против стран в регионе и вне его, например «Хизбалла» и ХАМАС.

3. Ядерная программа, завершение которой предоставит Ирану возможность реализации агрессивных намерений под ядерным прикрытием.

Стоит отметить, что удачное завершение этой программы создаст новые международные реалии. Основным исполь зованием этого оружия будет не его боевое применение, а реализация геополитических планов под его прикрытием для установления иранской гегемонии в других странах.

В отношении Израиля можно отметить следующее: даже без применения ядерного оружия, но под его прикрытием, Иран совместно с поддерживаемыми им террористическими стра нами может инициировать условия, при которых возникнет стратегическая угроза для существования страны.

Геополитические процессы на Ближнем Востоке В отношении России следует учесть следующий момент:

контроль ядерного Ирана над коммуникациями, в частности над инфраструктурой транспортировки энергоносителей, в со вокупности с расширением влияния в сфере интересов России на Кавказе и Средней Азии и даже в пределах Российской Фе дерации могут создать комплекс труднорешаемых проблем.

Добавим к этому, что у России в формировании собствен ной политики по отношению к Ирану присутствует ряд иных, более сложных, чем только ядерная программа, факторов.

Суть российской политики на иранском направлении для по сторонних наблюдателей не всегда однозначна. Несмотря на потенциальную угрозу для собственных интересов, исходящую как из иранской ядерной программы, так и из его державных амбиций, Россия тем не менее оказывает Ирану поддержку на международной арене, позволяющую ему проводить провока ционную политику в регионе. Россия также помогает Ирану в реализации его ядерной программы (правда, с определенными ограничениями).

Кроме того, Россия снисходительно относится к террори стическим структурам, инспирированным и задействованным Ираном, в частности к таким, как «Хизбалла» и ХАМАС.

Логично предполагать, что такая политика преследует определенные глобальные интересы в отношении США и Запада. Именно в этом контексте Иран является для России желанным партнером. Кроме того, в России, вероятно, не исключают возможность будущего превращения Ирана в до минирующую региональную державу и, соответственно, во влиятельного субъекта мировой политики и реагируют адек ватно на такую перспективу.

В результате в глазах стороннего наблюдателя российская политика балансирования между различными факторами влияния в регионе представляется неопределенной.

Израиль Как и Иран, Израиль нельзя отнести к числу рядовых госу дарств, его следует рассматривать как объект, фокусирующий на себя основное внимание всего ближневосточного региона.

Комплекс проблем, появившихся на этом участке, было бы на порядок легче локализировать и решить в иных условиях.

Превратившись в основного противника радикально- исламистского лагеря, Израиль становится объектом агрес Геополитические процессы на Ближнем Востоке сии, на который направлен полный набор террористического арсенала вплоть до угрозы применения ядерного оружия. Для стабилизации обстановки Израиль вынужден активизировать усилия для локализации угрозы, искать другие пути решения накопившихся проблем.

Ввиду этих обстоятельств Израиль превратился в основной опорный плацдарм сопротивления радикально-исламистскому лагерю. Вокруг Израиля группируются умеренные страны региона, хотя, к сожалению, недостаточно активно. По этой причине Израиль превращается именно в полюс ближне восточного противостояния. Усилия Израиля направлены в основном на разрыв замкнутого круга этого противостояния и на достижение взаимопонимания с соседями. Параллельно необходимо пресечь террор и подрывные действия со сторо ны радикально-исламистского лагеря. Но основным вызовом остаётся иранская ядерная программа, которую необходимо предотвратить.

Естественно, что в этом контексте Израиль был бы крайне заинтересован в активизации российских усилий по локализа ции иранской ядерной угрозы.

Россия В последнее время Россия проводит новый, более активный внешнеполитический курс, включающий два параллельных направления:

1. Активное участие в существующей системе междуна родных отношений, постепенное наращивание паритетного статуса.


2. Курс на изменение существующей системы, выражаю щийся в концепции «многополярного мира», что подразумевает противопоставление альтернативы «однополярному» миру, в надежде на адекватный статус для себя.

В этой шкале приоритетов Ближний Восток занимает вто ростепенное место, хотя участие в происходящих там процессах является необходимым по следующим соображениям:

– Ввиду геополитического значения для России Ближнего Востока, где происходит рост влияния исламского фактора, влияющего непосредственно на российские интересы.

– Ближневосточный регион со времен «холодной войны»

служит ареной состязаний для мировых держав. Стремление России к обретению достойного статуса в мировом сообществе Геополитические процессы на Ближнем Востоке обрекает ее на участие в региональных процессах, протекающих на Ближнем Востоке.

Эти предположения ставят Россию перед дилеммой в определении дальнейшего пути. Уместно напомнить, что в прошлом у России есть непростой опыт по выбору партнеров на Ближнем Востоке, который она предпочла бы не повторять.

В настоящее время мы видим заинтересованность России в развитии отношений со всеми странами региона.

Ныне перед Россией наиболее остро стоит вопрос выбора между Ираном и Израилем, а точнее, между лагерями, которые они олицетворяют. Как всегда, этот выбор основывается на вызовах и приоритетах и вынуждает Россию балансировать в поисках оптимального решения:

– Выбор Россией направления поддержки Израиля и умеренного лагеря может поссорить ее с исламистами и в дальнейшем превратить в объект исламистской экспансии.

Также может пострадать имидж России в глазах антизападных субъектов в других регионах. Но такой выбор содействовал бы локализации угрозы, исходящей от радикально-исламистского лагеря.

– Выбор поддержки Ирана и радикально-исламистского лагеря даст определенные преимущества для создания оси с доминирующим региональным субъектом. Такая ось мо жет выдавить США из региона и способствовать упрочению «многополярной» концепции. Разумеется, такой выбор не будет благоприятствовать стабилизации в регионе.

Естественно, что, на наш взгляд, правильным выбором для России был бы отказ от поддержки исключительно одной стороны и принятие решения в пользу сбалансированного сотрудничества с обоими лагерями. У такого решения свои преимущества, оно подразумевает сотрудничество России со всеми субъектами региона и мирового сообщества. Такое решение позиционирует Россию в выгодном свете и создает возможности эффективного воздействия на ситуацию на Ближнем Востоке.

Но, с другой стороны, такой выбор опасен тем, что создает условия для противостояния России и других претендентов на ту же нишу, без однозначных шансов на успех.

Геополитические процессы на Ближнем Востоке Заключение Ближневосточный регион и в прошлом, и в настоящем таит в себе много привлекательных перспектив, совмещающих, однако, как преимущества, так и опасности. Региональные реалии предполагают выбор между двумя полюсами, пред ставленными Ираном и Израилем. Россия, наращивающая участие в проблемах региона, вынуждена определить выбор своего курса по отношению к этим противостоящим полю сам. Данное решение сопряжено с дилеммой, сочетающей российские геополитические и другие интересы в регионе, в том числе исходящую из этого региона и набирающую силы радикально-исламистскую угрозу. Выбор поддержки одного из лагерей повлечёт за собой потерю потенциального преимуще ства, тогда как дальнейшее балансирование между лагерями чревато опасностью быть отодвинутым другими игроками.

Российское преимущество заключается в основном в возмож ности поддержания диалога со всеми сторонами конфликта. В этой ипостаси она является желанным и даже необходимым арбитром по всем основным вопросам в регионе. Однако это преимущество может оказаться временным ввиду возможной смены внешнеполитического курса США.

Надеемся на адекватный выбор России… А.В. Крылов Основные направления работы спецпредставительства «квартета»

ближневосточного урегулирования в Иерусалиме Как известно, четырехсторонний институт международных посредников ближневосточного урегулирования («квартет») был сформирован в конце 2001 года в составе: Россия, США, ЕС и ООН. Инициаторами его создания выступили Россия и Евросоюз. Новый политический механизм заработал в самый сложный и драматический период в истории ближневосточного урегулирования, когда сама идея достижения всеобъемлющего и приемлемого для всех сторон конфликта мира казалась не достижимой и бесперспективной.

В условиях, когда переговорный процесс был свернут из-за 32 неуступчивости сторон, начала широкомасштабной палестин Геополитические процессы на Ближнем Востоке ской интифады и ответных, явно не симметричных наступа тельных действий израильских вооруженных сил на Западном берегу и в Газе, по сути, только «квартет» посредников был способен предпринять действенные меры для прекращения взрывоопасного развития событий в регионе и возвращения ситуации в русло политического урегулирования. Основным результатом постоянных рабочих встреч «четверки» стала разработка в экстренные сроки (весна – лето 2002 года) до кумента, получившего известность под названием «Дорожная карта», который предусматривал трехэтапное продвижение к всеобъемлющему арабо-израильскому урегулированию в течение трехлетнего периода.

«Дорожная карта» была поддержана палестинцами, а в апреле 2003 года – Израилем. По инициативе России «Дорож ная карта» получила одобрение Совета Безопасности ООН, что нашло отражение в резолюции № 1515, которая, в частности, призывала «стороны выполнить свои обязательства по плану «Дорожная карта» в сотрудничестве с «четверкой» и воплотить видение сосуществования двух государств, живущих бок о бок в условиях мира и безопасности».

Вместе с тем, к началу 2007 года реализация плана «Дорож ная карта» и других инициатив международных посредников забуксовала по ряду объективных причин. В условиях про должавшейся интифады Израиль ввел жёсткие ограничения на передвижение людей и товаров в зоне ответственности ПНА, что на практике вело к дальнейшему разделению палестинских территорий на изолированные анклавы. Положение усугу блялось развитием острого кризиса власти в ПНА, который перерос в ожесточенное вооруженное противостояние между ФАТХ и ХАМАС. В июне 2007 года сторонники ХАМАС полно стью взяли под свой контроль сектор Газа. Таким образом, на территории, являющейся зоной ответственности ПНА, об разовалось два изолированных анклава: ФАТХ контролирует Западный берег, а ХАМАС – Газу. К этому следует добавить, что Израиль, США и ряд стран Евросоюза считают ХАМАС террористической организацией, что дает основание Израилю вести военные действия и применять жесткие блокадные меры против населения Газы в целях защиты своего гражданского населения.

К 2007 году стало очевидно, что процесс урегулирования конфликта зашел в тупик. В этих достаточно непростых услови Геополитические процессы на Ближнем Востоке ях от «квартета» международных посредников требовалось при нятие дополнительных решений, способных прорвать плотную завесу напряженности и реанимировать забуксовавший про цесс урегулирования палестино-израильского противостояния.

В этой связи «квартет» на министерском уровне принял реше ние усилить свою работу непосредственно в зоне конфронта ции назначением на пост спецпредставителя на Ближнем Вос токе бывшего премьер-министра Великобритании Т. Блэйра, который имел большой опыт в урегулировании многолетнего национального конфликта в Северной Ирландии.

Кандидатура Т. Блэйра была предложена бывшим пре зидентом США Дж. Бушем и поддержана всеми участниками международной «четверки» посредников ближневосточного урегулирования, в том числе Россией. «Если весь «квартет»

«за», то мы будем приветствовать вклад Тони Блэйра в усилия по нормализации ситуации на палестинских территориях», – заявил российский министр иностранных дел С.В. Лавров, отметив, что эту позицию подтвердил тогдашний президент России В.В. Путин после назначения в личном телефонном разговоре с экс-премьером Великобритании.

Одобрило назначение Т. Блэйра и правительство Израиля.

«Израиль приветствует назначение Тони Блэйра и желает ему успеха в строительстве институтов Палестинской админи страции и оказании помощи палестинцам в формировании фундамента, на котором будет создано палестинское государ ство, – говорилось в официальном заявлении пресс-службы правительства. В то же время, палестинское движение ХАМАС негативно восприняло назначение бывшего британского пре мьера на новую должность. «Блэйр, поддерживавший аме риканское вторжение в Ирак и Афганистан, не может быть человеком мира», – отреагировал на назначение Т. Блэйра официальный представитель ХАМАС в Газе Фаузи Бархум.

Вместе с тем, глава ПНА Махмуд Аббас (Абу Мазен) пообещал Т. Блэйру всестороннее сотрудничество для достижения мира на Ближнем Востоке.

Переход Т. Блэйра из лондонской резиденции британско го премьера на Даунинг-стрит, 10 в Офис спецпредставителя «квартета» в Иерусалиме едва ли можно считать неожиданным.

Очевидно, что появление Т. Блэйра на ближневосточном по литическом пространстве было продиктовано, прежде всего, Геополитические процессы на Ближнем Востоке стремлением Великобритании сохранить на высоком уровне потенциал влияния Запада в регионе, который считается глав ным элементом системы глобальной энергетической безопас ности. Реальные вызовы западным интересам в этом районе мира в Лондоне видят в религиозном исламском экстремизме и Иране. По мнению самого Т. Блэйра, борьба между умерен ными и радикальными кругами становится доминирующей тенденцией в общественной жизни большинства исламских государств. После террористических актов в Лондоне летом 2005 года среди британских политиков укрепилось понимание уязвимости и самой Великобритании от действий исламских фундаменталистов.

Рост влияния Ирана, проблема иранской ядерной угрозы, претензии Тегерана на лидерство в исламском мире, по оценкам британских политиков, оказывают даже более сильное дестабилизирующее воздействие на ситуацию на Ближнем и Среднем Востоке, чем радикальные исламские фундаменталисты. Имелись у Т. Блэйра и причины личного характера в пользу того, чтобы после ухода в отставку с поста премьера подключиться к урегулированию ближневосточных проблем. Считается, что это направление внешней поли тики оказалось для него за десять лет премьерства в целом проигрышным в международной деятельности. Полная под держка Великобританией действий Вашингтона в Ираке и Афганистане объективно подорвала политический потенциал Т. Блэйра. Успешная работа в качестве спецпредставителя «квартета» могла бы компенсировать прошлые промахи экс премьера, не исключавшего для себя возможность занять пост первого президента ЕС.

Сразу после того, как Т. Блэйр получил мандат спецпредста вителя «квартета», он энергично поддержал инициированный Дж. Бушем Аннаполисский процесс. Британский политик выразил также уверенность в том, что достижение позитивных договоренностей между израильской и палестинской сторона ми станет реальностью, если новый американский президент Б. Обама проявит решительность именно в вопросах ближне восточного урегулирования. Об этом свидетельствовало его следующее заявление: «Я думаю, что вступающий в должность новый президент США, должен понимать, что на нем лежит большая ответственность и что у него есть и большие возмож ности. Мои прошлые встречи с Б. Обамой убедили меня в том, Геополитические процессы на Ближнем Востоке что он понимает эту ответственность, как понимает то, что у него есть все возможности продвигать вперед ближневосточ ный процесс».

Полномочия спецпредставителя «квартета»

Члены «квартета» посредников ближневосточного урегу лирования объяснили решение о назначении Т. Блэйра своим намерением «удвоить усилия», направленные на прекраще ние конфликта в соответствии с планом «Дорожная карта».

«Чрезвычайный характер событий в Газе и на Западном берегу усилил необходимость того, чтобы международное сообще ство, памятуя об обязательствах сторон, помогло палестинцам в деле создания институтов и экономики жизнеспособного государства в Газе и на Западном берегу, которое смогло бы стать мирным и процветающим партнером Израиля и других его соседей», – говорилось в заявлении «квартета». В этом же заявлении «квартета» отмечалось, что обязанности спецпред ставителя будут сводиться к следующему:

– заниматься мобилизацией международной помощи пале стинцам, тесно взаимодействуя с донорами и существующими координирующими органами;

– оказывать содействие в выявлении и обеспечении под ходящей международной поддержки в том, что касается по требностей институтов управления палестинского государства, особо концентрируя внимание на верховенстве закона;

– разрабатывать планы развития палестинской экономики, включая партнерство по линии частного сектора, укрепление ранее согласованных механизмов, особенно касающихся во просов доступа и перемещения, а также – исходя из обстановки, взаимодействовать с другими странами в целях содействия выполнению согласованных «квартетом» задач.

«Четверка» посредников ближневосточного урегулиро вания также уполномочила своего спецпредставителя пред ставлять доклады и консультироваться на регулярной основе с «квартетом», а также – в случае необходимости – находиться под его руководством. В заявлении сообщалось, что Т. Блэйру будет помогать группа экспертов – представителей России, США, ООН и ЕС, местом пребывания которой будет Иеру 36 салим.

Геополитические процессы на Ближнем Востоке При составлении документа с перечислением обязанностей Т. Блэйра Россия принципиально отстаивала две позиции. Во первых, не ущемлять при новой схеме интересы палестинцев, то есть не допускать крена в сторону израильтян, учитывая прочные связи США и Великобритании с Израилем. Во вторых, не позволять столь влиятельному политику, как Блэйр выходить из-под контроля «квартета». Как заявил С.В. Лавров, «квартет» закончил выработку мандата нового представителя, который основан на необходимости сделать все для удовлетво рения насущных потребностей палестинцев и на тесной работе под руководством четверки.

Т. Блэйр в отличие от своего предшественника Дж. Вулфен сона3 получил возможность заниматься проблемами не только сектора Газа, но и Западного берега реки Иордан. Сразу после назначения на пост спецпредставителя «квартета» он подчер кнул, что сконцентрирует работу своего иерусалимского Офиса на практических вопросах государственного строительства и экономической помощи палестинцам и, безусловно, примире нии арабов и израильтян. Т. Блэйр также подтвердил, что будет стремиться к созданию арабского палестинского государства, соседствующего с еврейским государством Израиль.

Программа Т. Блэйра В апреле 2007 года аппарат советников Т. Блэйра, который первоначально состоял из представителей США и ЕС, подгото вил детальную программу «На пути к созданию палестинского государства», ставшую рабочим документом для сотрудников Офиса спецпредставителя в Иерусалиме, который размещает ся в здании гостиницы «American Colony» в восточной части города. На новой должности Т. Блэйр проявил себя как убеж денный сторонник идеи, что основной причиной палестино израильского противостояния и пробуксовки мирного диалога До утверждения кандидатуры Т. Блэйра спецпредставителем «квартета» эту должность некоторое время занимал бывший президент Всемирного банка Джеймс Вулфенсон. Скоротечная миссия Дж. Вулфенсона на Ближнем Вос токе завершилась безрезультатно. Он честно признался в неудаче, проработав в регионе чуть более года и подав в отставку в мае 2006 года, сразу после победы радикального исламского движения ХАМАС на парламентских выборах на Западном берегу и в секторе Газа. С тех пор вплоть до назначения Т. Блэйра пост высокопоставленного представителя «квартета» оставался вакантным.

Геополитические процессы на Ближнем Востоке является «отсутствие таких условий, при которых израильтяне будут уверены, что их безопасности ничто не угрожает, а па лестинцы будут уверены, что оккупация, в конечном итоге, будет прекращена». Среди других причин продолжающегося противостояния между израильской и палестинской сторонами спецпредставитель «квартета» называет слабость и разделен ность ПНА, отсутствие необходимой гибкости со стороны Израиля, а также недостаточную твердость США в проведении ближневосточной политики. Упреки к израильтянам связаны с продолжением ими поселенческой активности, сохраняю щимися ограничениями на передвижение людей и товаров на Западном берегу, а также с недальновидной политикой в отношении сектора Газа4. По мнению спецпредставителя «квартета», в целях преодоления существующих разногласий между конфликтующими сторонами необходимо выполнить следующие действия:

– Содействовать экономическому и социальному развитию Западного берега и сектора Газа.

– Обеспечить для палестинцев безопасность и снять все ограничения на их передвижение.

– Содействовать дифференцированному развитию зоны «С» на Западном берегу.

– Обеспечить надлежащий уровень безопасности для из раильтян.

Во время своего первого визита на Ближний Восток в новом качестве Т. Блэйр на переговорах с тогдашним премьер министром Израиля Э. Ольмертом раскрыл основные поло жения своей программы, указав, что он попытается сдвинуть мирный процесс с мертвой точки при помощи «грандиозных»

израильско-палестинских экономических проектов. Для об суждения проектов спецпредставитель «квартета» предложил созвать конференцию с участием ведущих израильских и па лестинских бизнесменов. План Блэйра предполагал сочетание израильского капитала с палестинской дешевой рабочей силой.

Планировалось построить на Западном берегу совместные промзоны. Т. Блэйр рассчитывал, что сразу после конференции ПНА и израильское правительство окажут поддержку этим 38 В июле 2008 года Т. Блэйр предпринял смелую попытку посетить Газу, однако израильтяне отказались пропустить его на территорию сектора.

Геополитические процессы на Ближнем Востоке инициативам. Он также предполагал, что совместные эконо мические проекты быстро дадут положительные результаты5.

Программа Т. Блэйра предусматривает создание промыш ленных зон в Дженине, Таркумии, Иерихоне;

туристических зон в Вифлееме и Иерихоне;

строительство сооружений по очистке воды и водоснабжению в Наблусе, Салфите, Рамалле и секторе Газа;

увеличение иностранных инвестиций в пале стинскую экономику;

проведение мероприятий по реформе палестинских правоохранительных органов и служб, ответ ственных за обеспечение безопасности;

ведение переговоров с израильскими ответственными лицами по вопросам сокра щения количества КПП на Западном берегу и увеличения их пропускной способности. В финансировании программы в настоящее время участвует ряд стран Евросоюза (Нидерланды, Дания, Норвегия, Германия, Италия), Япония, Всемирный Банк, международная телекоммуникационная компания «Уатанийя» и др.

Текущей работой Офиса спецпредставителя в Иеруса лиме руководит Р. Данин (США), а когда он отсутствует – Ф. Хадад-Зервос (представитель Всемирного Банка). Штат сотрудников насчитывает 26 человек. Непосредственно реализацией программы спецпредставителя занимаются 12 советников. График работы группы советников спланирован в соответствии с кластерным принципом, который подразуме вает выполнение ими конкретных задач и участие каждого как минимум в двух из четырех основных проектов: развитие ча стого сектора и инфраструктуры на палестинских территориях, обеспечение свободы передвижения для палестинцев, развитие зоны «С» и специальный проект социально-экономического развития Дженина.

По рекомендации Представительства России при ПНА в состав группы советников был включен А.В. Крылов. Его функции сводились к следующему:



Pages:   || 2 |
 

Похожие работы:





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.