авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 9 |
-- [ Страница 1 ] --

Федеральная служба исполнения наказаний

Академия ФСИН России

Научно-исследовательский институт ФСИН России

Рязанское региональное отделение Общероссийской

общественной

организации «Ассоциация юристов России»

Penal Reform International

УГОЛОВНО-ИСПОЛНИТЕЛЬНАЯ СИСТЕМА

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

В УСЛОВИЯХ МОДЕРНИЗАЦИИ:

СОВРЕМЕННОЕ СОСТОЯНИЕ

И ПЕРСПЕКТИВЫ РАЗВИТИЯ

Сборник докладов участников Международной научно-практической конференции 22–23 ноября 2012 г.

Том 2 Доклады участников круглых столов Рязань 2013 ББК 67.409.02 У26 Уголовно-исполнительная система Российской Федерации У26 в условиях модернизации: современное состояние и перспективы развития : сб. докл. участников Междунар. науч.-практ. конф.

(Рязань, 22–23 нояб. 2012 г.) : в 4 т. – Рязань : Академия ФСИН России, 2013. – Т. 2 : Доклады участников круглых столов. – 280 с.

ISBN 978-5-7743-0566- ISBN 978-5-7743-0523- В сборнике опубликованы материалы Международной научно практической конференции «Уголовно-исполнительная система Российской Федерации в условиях модернизации: современное состояние и перспективы развития».

Предназначен для преподавателей, молодых ученых, курсантов, слуша телей и студентов юридических вузов, представляет интерес для сотрудни ков уголовно-исполнительной системы.

ББК 67.409. ISBN 978-5-7743- 0566-7 © Коллектив авторов, ISBN 978-5-7743- 0523-0 © Академия ФСИН России, СОДЕРЖАНИЕ УГОЛОВНО-ПРАВОВОЕ И КРИМИНОЛОГИЧЕСКОЕ ОБЕСПЕЧЕНИЕ МОДЕРНИЗАЦИИ УГОЛОВНО-ИСПОЛНИТЕЛЬНОЙ СИСТЕМЫ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Рыжов Р.С. Актуальные вопросы обеспечения реализации наказания в УК РФ Токубаев З.С. К вопросу о совершенствовании наказания в виде пожизненного лишения свободы Радочина Т.Н., Морозова Ю.А. Преступность женщин как одна из серьезных криминологических проблем Антонян Е.А. Предупреждение рецидивной преступности в условиях модер низации уголовно-исполнительной системы Бабаян С.Л. Материальное основание условно-досрочного освобождения осу жденных Бадальянц Э.Ю. Проблемы правовой регламентации принудительного лечения алкоголизма и наркомании Базилова А.А. Этапы становления и исторического развития института необ ходимой обороны в Республике Казахстан Богатырев И.Г. Генезис ареста как вида уголовного наказания в Украине Боровик П.Л. Личностные особенности осужденных, совершивших преступле ния, связанные с оборотом детской порнографии с использованием информа ционных технологий Бурчихин А.Н. Некоторые показатели, характеризующие преступность лиц, освобожденных условно-досрочно Воронин Р.М., Датий А.В., Трубецкой В.Ф. Личность осужденного, больного наркоманией Дендебер С.Н. К вопросу о правовом регулировании исключительных личных обстоятельств как основания предоставления выезда осужденному за пределы исправительного учреждения Забелич А.А. Нейтрализация распространения в обществе криминальной суб культуры в условиях реализации Концепции развития уголовно исполнительной системы Российской Федерации до 2020 года Ищук Я.Г. К вопросу о совершенствовании системы субъектов предупрежде ния преступности условно осужденных Кадников Б.Н. К вопросу о праве осужденных, отбывающих наказание в виде лишения свободы, на частную жизнь Князева О.В., Котомкина Н.Б. Реализация целей и задач института условного осуждения на первом этапе реализации Концепции развития уголовно исполнительной системы Российской Федерации до 2020 года Конкина О.В. К вопросу о совершенствовании применения условно досрочного освобождения от отбывания наказания и замены неотбытой час ти наказания более мягким видом наказания в условиях реализации Концеп ции развития уголовно-исполнительной системы Российской Федерации до 2020 года Корзун И.В., Кужабаева Г.Т. К вопросу о дефиниции «пенитенциарная про филактика терроризма» в современной криминологии Кочкарев А.И., Дергачев А.В. Основания для криминализации передачи либо попытки передачи запрещенных предметов лицам, содержащимся в учрежде ниях уголовно-исполнительной системы, следственных изоляторах или изоля торах временного содержания Лакин Д.Н. Некоторые аспекты противодействия преступлениям коррупцион ного характера в уголовно-исполнительной системе Лапшин В.Ф. Конфискация имущества: уголовно-правовая регламентация и проблемы преодоления межотраслевых коллизий Минкова Е.А., Южбабенко С.М. Повышение эффективности противодействия коррупции в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации Нестеров П.Н. Судебное усмотрение в условиях модернизации уголовно исполнительной системы Орлова Ю.Р. Социальная обусловленность и содержание дефиниции уголовно исполнительной политики в отношении несовершеннолетних в условиях реа лизации Концепции развития уголовно-исполнительной системы Российской Федерации до 2020 года Пузырев М.С. Некоторые аспекты реализации дифференциации и индивидуа лизации исполнения наказания в виде лишения свободы на определенный срок по уголовно-исполнительному законодательству Украины Руткевич В.Н. О некоторых проблемах гуманизма Салатин А.В. Закономерности должностной преступности сотрудников уго ловно-исполнительной системы Российской Федерации Сысоев А.М. Современная уголовная политика США: итоги стратегии «нуле вой терпимости» и эволюция пенитенциарной системы Уваров И.А. Латентизация пенитенциарной преступности в системе факторов, снижающих эффективность пенитенциарной профилактики Цалко А.С. Принудительные меры медицинского характера как один из спосо бов противодействия преступлениям, совершаемым в состоянии алкогольного опьянения Чистотина О.Н. Административный надзор как мера профилактики рецидив ной преступности АКТУАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ ОРГАНИЗАЦИОННО-ПРАВОВОГО ФУНКЦИОНИРОВАНИЯ ОРГАНОВ И УЧРЕЖДЕНИЙ УИС В УСЛОВИЯХ РАЗВИТИЯ 135 Шогенова Н.У. Сравнительно-правовой анализ нормативно-организационного обеспечения формирования кадрового состава уголовно-исполнительной сис темы и иных правоохранительных органов 141 Соколов Д.В. Основные направления взаимодействия УИС с государственны ми органами и институтами гражданского общества 144 Белик В.Н. Обеспечение права осужденных к лишению свободы на свидания как основной механизм реализации специального права на юридическую по мощь 149 Белов А.Г. Отдельные аспекты развития УИС в современных условиях 151 Воробьев С.М. Проблемы обеспечения возмещения вреда потерпевшим от пре ступлений осужденными, отбывающими уголовные наказания, в условиях мо дернизации УИС 154 Гамершмидт С.А. Актуальные вопросы взаимодействия уголовно-исполни тельной системы со средствами массовой информации 161 Гришко Л.Е. Налоговое законодательство как составляющая модернизации уголовно-исполнительной системы 163 Дьяченко А.П., Митропольская К.В. Исполнение наказания в виде лишения свободы в отношении ВИЧ-инфицированных осужденных в некоторых странах постсоветского пространства (обзор и анализ законодательства) 167 Каляшин А.В. Совершенствование правового положения сотрудников Феде ральной службы исполнения наказаний в условиях реформирования и развития уголовно-исполнительной системы Российской Федерации 172 Карпова О.Н. К вопросу о взаимодействии уполномоченного по правам ребен ка с учреждениями и органами ФСИН России 176 Ковалева С.Н. Федеральная служба исполнения наказаний в системе обеспече ния национальной безопасности Российской Федерации 180 Колесов Г.В. Факторы, обусловливающие осуществление взаимодействия структур ных подразделений следственных изоляторов ФСИН России 184 Корнийчук О.О. Некоторые проблемы обеспечения безопасности персонала УИС 187 Маленков И.И. Формирование кадровой политики в уголовно-исполнительной системе 190 Маринчев И.А. Нормативно-правовое обеспечение профессиональной адаптации 195 Медведев А.В. Правовое регулирование направлений и форм сотрудничества уголовно-исполнительной системы и религиозных объединений 198 Михайлов Э.И. Воспитательная работа с несовершеннолетними осужденными в условиях воспитательного центра 202 Морозова Ю.А. Соблюдение законности в следственных изоляторах ФСИН России 207 Новичихин Н.В. Организационно-правовые аспекты деятельности колонии поселения с особыми условиями труда 211 Пантелеев В.А. Правовые основы применения огнестрельного оружия в дея тельности УИС 214 Переднис М.В. Актуальные вопросы организации и проведения служебных со вещаний в органах ФСИН России 217 Пилецкая Е.Н. О некоторых аспектах реализации международных стандартов обращения с осужденными несовершеннолетними правонарушителями в Рес публике Казахстан Плющева Е.Л. Применение условно-досрочного освобождения в условиях мо дернизации уголовно-исполнительной системы России 227 Прохоров В.А. Планирование оперативно-розыскной профилактики рецидив ной преступности 231 Реент Ю.А. Становление воспитательного аппарата пенитенциарной системы России: противоречия в оценке событий 236 Сангаджигоряев Н.И. Ведомственный контроль за ОРД как средство повыше ния эффективности деятельности по обеспечению правопорядка в условиях модернизации УИС 239 Символоков О.А., Волохова М.Б. Гражданско-правовая ответственность учре ждений уголовно-исполнительной системы 243 Старухин Д.В. Развитие специальных профессиональных компетенций кур сантов вузов ФСИН России 247 Стеблинская О.С. Международные стандарты обеспечения запрета пыток и жестокого или бесчеловечного обращения с осужденными в контексте реали зации уголовно-исполнительной политики Украины 251 Степанов А.В. Некоторые аспекты лишения избирательных прав осужденных в Российской Федерации и зарубежных странах: сравнительный анализ 255 Сторожук М.И. Постпенитенциарная адаптация в системе права 258 Сывороткина И.



Ю. Наследственные права осужденных в свете актуализации реформ уголовно-исполнительной политики Российской Федерации 264 Тадтаев В.С. Обеспечение безопасности учреждений УИС в условиях рефор мирования 267 Филатов Н.В. Взаимосвязь пенитенциарной системы с социально экономической системой России на различных исторических этапах развития 271 Шабанов В Б., Куценков И.И. Особенности управления органами и учреждения ми, исполняющими наказания 277 Шахов А.Н. Проблемы медицины во ФСИН России УГОЛОВНО-ПРАВОВОЕ И КРИМИНОЛОГИЧЕСКОЕ ОБЕСПЕЧЕНИЕ МОДЕРНИЗАЦИИ УГОЛОВНО-ИСПОЛНИТЕЛЬНОЙ СИСТЕМЫ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Р.С. Рыжов, заместитель начальника академии по научной работе, кандидат юридических наук, доцент (Академия ФСИН России) Актуальные вопросы обеспечения реализации наказания в УК РФ Важнейшую роль в реализации уголовного наказания играют уголов но-правовые нормы, регламентирующие замену наказания в случае злост ного уклонения осужденного от его отбывания. Данная замена регламен тируется в ч. 5 ст. 46, ч. 3 ст. 49, ч. 4 ст. 50, ч. 5 ст. 53, ч. 6 ст. 531 УК РФ.

С момента введения в действие УК РФ в указанные нормы вносились из менения федеральными законами от 08.12.2003 № 162-ФЗ, от 27.12. № 377-ФЗ, от 07.12.2011 № 420-ФЗ. Они коснулись таких наказаний как штраф, обязательные работы, исправительные работы, ограничение сво боды, за исключением нового вида наказания – принудительные работы.

В рамках изучения сущности указанного аспекта уголовно-правового ре гулирования и перспектив дальнейшего совершенствования замены нака зания в случае злостного уклонения осужденного от его отбывания как одной из составляющих обеспечения реализации наказания в УК РФ ве сомый интерес представляет анализ данных изменений.

В первоначальной редакции ст. 46 УК РФ штраф мог заменяться не зависимо от того, назначен он в качестве основного или дополнительного вида наказания. В частности ч. 5 ст. 46 УК РФ гласила: «В случае злостно го уклонения от уплаты штрафа он заменяется обязательными работами, исправительными работами или арестом соответственно размеру назна ченного штрафа в пределах, предусмотренных настоящим Кодексом для этих видов наказаний». В данной норме указывался конкретный перечень заменяющих наказаний. При этом немаловажно, что законодатель пытался ограничить размер заменяющего наказания посредством введения в ука занную норму таких формулировок как «соответственно размеру назна ченного штрафа» и «в пределах, предусмотренных настоящим Кодексом для этих видов наказаний». Хотя, если вторая формулировка была вполне конкретна, то первая являлась весьма абстрактной. Непонятно как должно было определяться такое соответствие без установленных пропорций, как необходимо было переводить деньги в часы, дни и месяца? Кроме того, нельзя не отметить, что в числе заменяющих наказаний не указывалось лишение свободы, заменяющий вид наказания в виде обязательных работ фактически начал применяться только с 2005 года, а самым строгим заме няющим наказанием являлся неприменяемый арест.

В редакции Федерального закона от 08.12.2003 № 162-ФЗ часть пятая ст. 46 УК РФ кардинально изменилась: во-первых, в ней конкретно ука зывалось, что заменяться штраф может только как основной вид наказа ния, во-вторых, не стало перечня заменяющих наказаний, поскольку тако вое наказание определялось из соответствующей санкции статьи Особен ной части УК РФ;

в-третьих, размер заменяющих наказаний стал опреде ляться не пределами, предусмотренными УК РФ для этих видов наказа ний, а исходя из санкции, предусмотренной соответствующей статьей Особенной части УК РФ. Справедливости ради следует сказать, что зако нодатель в данном случае разумно попытался ограничить пределы заме няющего наказания посредством соответствующей санкции УК РФ. Одна ко и такое решение содержало два существенных недостатка. Один – за конодатель по-прежнему не определил соотношение штрафа с заменяю щими наказаниями. Данная проблема сохраняла свою актуальность, так как в санкциях статей УК РФ зачастую устанавливались весьма широкие пределы альтернативных штрафу наказаний. Другой – в некоторых санк циях вообще отсутствовали альтернативные штрафу наказания, либо при менение к осужденному закрепленных в соответствующей санкции УК РФ альтернативных штрафу наказаний было невозможно1.

Согласно ч. 5 ст. 46 УК РФ в редакции Федерального закона от 07.12.2011 № 420-ФЗ в случае злостного уклонения от уплаты штрафа, на значенного в качестве основного наказания, он заменяется иным наказани ем, за исключением лишения свободы. Как видно законодатель при замене штрафа на более строгое наказание отошел от жесткой привязки к санкции соответствующей статьи УК РФ. И хотя прежний подход был неудачным с точки зрения конструкции самих санкций ввиду их фактической безальтер нативности в ряде случаев, действующая редакция указанной нормы, по су ти, еще менее определенна, чем первичная. Правоприменитель в лице суда фактически может применить в отношении осужденного любое другое нака зание. В данном случае возникает закономерная проблема, обусловленная тем, что в перечне заменяющих наказаний оказываются и те, которые ранее не могли рассматриваться как таковые. Речь идет о таких, например, специ альных наказаниях как лишение права занимать определенные должности См., напр.: Гаманенко Л.И. Уголовно-правовое обеспечение реализации назна ченного наказания. Рязань, 2010. С. 64–72.

или заниматься определенной деятельностью, ограничение по военной службе и содержание в дисциплинарной воинской части. Абсолютно понят но, что при отсутствии формальных препятствий к применению данных на казаний у суда возникнут трудности, связанные с определением срока заме няющего наказания, так как нет какой-либо судебной практики.

Большие сомнения вызывает и тот момент, что по общему правилу штраф не может заменяться лишением свободы как одним из наиболее строгих видов наказаний. Согласно указанной нормы данный порядок не распространяется на осужденных к наказанию в виде штрафа за преступ ления, предусмотренные статьями 204, 290, 291, 2911 УК РФ. Это те нор мы, в санкции которых Федеральным законом от 04.05.2011 г. № 97-ФЗ в качестве наказания было введено кратное исчисление суммы назначаемо го штрафа. Однако как показывает анализ в санкциях ч. 5 ст. 1281 и ч. ст. 2981 предусматривается штраф в размере до пяти миллионов рублей, что по сумме весьма близко к штрафам, сумма которых определяется по средством кратного исчисления.

Кроме того, возникает закономерный вопрос: что означает фраза «дан ный порядок не распространяется»? В данном случае возможны два вариан та: первый – в случае злостного уклонения осужденного за преступление, предусмотренное ст. 204, 290, 291, 2911 УК РФ, от уплаты штрафа, назна ченного в качестве основного наказания, он может заменяться только лише нием свободы;

второй – он может заменяться любым иным наказанием, в том числе и лишением свободы. Думается, что законодателю необходимо было изложить сущность данной нормы более понятно и категорично.

Относительно замены обязательных работ изменения касались только перечня заменяющих наказаний. В первоначальной редакции ч. 3 ст. УК РФ в качестве заменяющих наказаний выступали ограничение свобо ды и арест, в редакции Федерального закона от 08.12.2003 № 162-ФЗ – ог раничение свободы, арест или лишение свободы, в редакции Федерально го закона от 27.12.2009 № 377-ФЗ – лишение свободы, в редакции Феде рального закона от 07.12.2011 № 420-ФЗ – принудительные работы или лишение свободы. Такая новеллизация была попросту необходима, так как в первичной редакции оба заменяющие наказания на тот момент не применялись, в последующей из трех наказаний эти же два также не при менялись. Возникал закономерный вопрос о фиктивности данной нормы.

Недостатком третьей редакции было то, что единственной альтернативой являлось лишение свободы.

Применительно к исправительным работам изменения касались не только перечня заменяющих наказаний: в первоначальной редакции ст. УК РФ и редакции Федерального закона от 08.12.2003 № 162-ФЗ заменяющие наказания – ограничение свободы, арест или лишение свободы, в редакции ч. 4 ст. 50 УК РФ Федерального закона от 27.12.2009 № 377-ФЗ – лишение свободы, в редакции Федерального закона от 07.12.2011 № 420-ФЗ – при нудительные работы или лишение свободы. Законодатель уточнил катего рию лиц, которым исправительные работы могут быть заменены на другое наказание. В первоначальной редакции ст. 50 УК РФ и редакции Феде рального закона от 08.12.2003 № 162-ФЗ – лица, осужденные к исправи тельным работам. Подобное указание создавало препятствия для замены заменяющего наказания, поскольку как известно, к заменяющему наказа нию лицо не осуждается. В этой связи закономерно в последующих ре дакциях ст. 50 УК РФ данное указание было исключено.

Относительно наказания в виде ограничения свободы, введенного Федеральным законом от 27.12.2009 г. № 377-ФЗ, изменения были внесе ны в ч. 5 ст. 53 УК РФ Федеральным законом от 07.12.2011 г. № 420-ФЗ, которые дополнили перечень заменяющих наказаний, в который первона чально входило только лишение свободы новым видом наказания – при нудительные работы.

Применительно к принудительным работам, введенным Федеральным законом от 07.12.2011 г. № 420-ФЗ в ч. 6 ст. 531 УК РФ также был опреде лен порядок замены принудительных работ в случае злостного уклонения от их отбывания. В качестве альтернативы установлен единственный вид наказания – лишение свободы.

Таким образом, изменения в уголовно-правовое регулирование заме ны наказания в случае злостного уклонения осужденного от его отбыва ния касались в основном перечня заменяющих наказаний (штраф, обяза тельные и исправительные работы, ограничение свободы), порядка опре деления срока заменяющего наказания (штраф), категории лиц, которым может заменяться наказание (исправительные работы).

З.С. Токубаев, заместитель начальника академии по научной работе, доктор юридических наук, доцент (Карагандинская академия МВД Республики Казахстан имени Б. Бейсенова) К вопросу о совершенствовании наказания в виде пожизненного лишения свободы В системе мер, осуществляемых Республикой Казахстан по укреплению законности и правопорядка, усилению борьбы с преступностью, важное ме сто отводится совершенствованию системы уголовных наказаний, повыше нию эффективности ее функционирования. При изучении преступности и разработке средств борьбы с ней важное теоретическое и практическое зна чение приобретает правильная оценка эффективности применения этих мер.

При этом одной из важных мер реагирования государства на совершение пре ступлений является наказание виновных. В этом смысле особую важность приобретает рассмотрение наказания в виде лишения свободы Среди различных видов уголовного наказания, предусмотренных Уголовным кодексом Республики Казахстан, пожизненное лишение сво боды занимает по своей значимости особое положение. Речь идет об изо ляции человека от общества, лишении его свободы, ограничении опреде ленных прав, применении принуждения от имени государства за совер шенное преступление на пожизненный срок.

Пожизненное лишение свободы оказывает самое сильное воздейст вие на человека, особенно на лиц, впервые осужденных к этому виду на казания, способствует восстановлению социальной справедливости, пре дупреждению совершения новых преступлений. Помимо этого, оно обла дает повышенной репрессивностью, так как сопряжено с возложением на виновного определенных и достаточно серьезных правоограничений: сво бодного передвижения, возможности выбора вида трудовой деятельности, времени отдыха, общения с близкими и родственниками и так далее.

Пожизненное лишение свободы по уголовному законодательству РК является одним из видов лишения свободы, и был введен с 1 января 2004 г. как альтернатива смертной казни.

Появление института пожизненного лишения свободы в Казахстане было обусловлено, прежде всего, внешнеполитическими факторами, а именно необходимостью подписания Протокола № 6 к Европейской кон венции о защите прав человека, касающегося отмены смертной казни в мир ное время и установления моратория на исполнение смертных приговоров, как одного из условий вступления нашей страны в Совет Европы.

Введение моратория на смертную казнь и применение пожизненного лишения свободы до сих пор остается предметом жарких дискуссий не только ученых-правоведов, но и представителей различных слоев населе ния. Мнения научных работников, журналистов, адвокатов, правозащит ников и самих осужденных порой диаметрально противоположны.

По состоянию на 31 декабря 2011 г. в исправительных учреждениях Республики Казахстан содержатся 53 тыс. 338 человек, из них 95 осуж денных отбывают пожизненное лишение свободы.

Вопросы, касающиеся назначения и исполнения пожизненного лише ния свободы нашли свое законодательное урегулирование в УК Республи ки Казахстан и УИК Республики Казахстан. Вместе с тем, результаты проведенного исследования показали, что возникают вопросы при опре делении правовой природы пожизненного лишения свободы.

На наш взгляд, полярность мнений о пожизненном лишении свободы обусловлена тем, что обсуждение этой проблемы в нашем обществе строит ся не только на основе здравого смысла и с позиции закона, но также под влиянием накопившихся в сознании людей негативных эмоций, постоянно подпитываемых сообщениями средств массовой информации о жестоких убийствах, проявлениях терроризма и росте уровня преступности в целом.

Время покажет, по какому пути пойдет дальше законодательство Республи ки Казахстан и практика применения этой сравнительно новой для страны меры наказания. Но, на наш взгляд, несомненным является то, что на сего дняшний день пожизненное лишение свободы своим существованием в сис теме уголовных наказаний Республики Казахстан реализовывает потреб ность в компенсационной мере, максимально адекватной смертной казни и с точки зрения социальной справедливости, и с позиций общей превенции.

Пожизненное лишение свободы согласно ч. 4 ст. 48 УК РК устанавли вается за совершение особо тяжких преступлений, а также как альтерна тива смертной казни. При этом пожизненное лишение свободы не назна чается женщинам, а также лицам, совершившим преступления в возрасте до восемнадцати лет, и мужчинам, достигшим к моменту вынесения при говора шестидесятипятилетнего возраста.

После введения моратория на смертную казнь пожизненное лишение свободы в настоящее время является самым суровым видом наказания и может быть назначено только за совершение особо тяжких преступлений, посягающих на жизнь, а также за совершение особо тяжких преступлений против общественной безопасности.

Пожизненное лишение свободы согласно уголовного законодательст ва Республики Казахстан является разновидностью лишения свободы. И по своей правовой природе пожизненное лишение свободы отвечает всем це лям наказания. Восстановление социальной справедливости при пожиз ненном лишении свободы заключается в реализации его исполнения. Цель исправления осужденного заключается в возможности применения услов но-досрочного освобождения. Характеризуясь высоким устрашительным потенциалом, пожизненное лишение свободы отвечает целям общего и частного предупреждения преступлений.

Сравнительно-правовой анализ позволил выявить и сравнить особен ности применения указанного института в зарубежных странах (Греция, Канада, Великобритания, США, Германия, Франция, Япония, Италия, Польша, Австралия, Новая Зеландия), а также сделать определенные выво ды, учесть которые представляется целесообразным для дальнейшего со вершенствования практики применения этого вида наказания.

1. В зарубежных странах, опыт организации исполнения пожизненно го лишения свободы в которых нами был исследован, имеет место про грессивная система отбывания наказания, предусматривающая возмож ность освобождения данной категории осужденных после отбытия ими определенного законом обязательного срока.

2. Освобождение от дальнейшего отбывания наказания возможно толь ко при соблюдении установленных законом требований (отсутствие грубых нарушений, заключение экспертной комиссии из психологов и психиатров о позитивном социальном прогнозе поведения осужденного и др.) 3. Воспитательная работа с осужденными, отбывающими пожизнен ное лишение свободы, ориентирована не только на сохранение физиче ского и психического здоровья, но и на поддержание родственных свя зей, подготовку к освобождению.

4. Пенитенциарная система многих зарубежных стран предусматри вает этап подготовки к жизни на свободе путем направления таких осуж денных непосредственно перед освобождением в специализированное учреждение, представляющее собой нечто среднее между тюрьмой и нормальной жизнью в обществе.

5. Так, по данным эксперта, в Европе под пожизненным лишением свободы (ПЛС) подразумевается лишение свободы от 6 до 15 лет. В Вели кобритании можно апеллировать на досрочное освобождение после 8 лет отбытия наказания. В целом в большинстве стран ПЛС не сохраняется как собственно пожизненное наказание.

В соответствии с международными стандартами прав человека пожиз ненное лишение свободы при всей исключительности данного вида наказания не должно быть унизительным или жестоким видом наказания. Осужденные продолжают оставаться людьми с ограниченным набором прав, однако с при знанием за ними неотъемлемого права на уважение человеческого достоинст ва. Именно поэтому на данном этапе реформы уголовно-исполнительной сис темы, по мнению организаторов, предстоит определить, как можно перевести осужденных к данному виду наказания в более гуманные условия, где они получат возможность работать, заниматься какими-либо другими видами деятельности и проходить курс подготовки к освобождению.

Введение в систему уголовных наказаний пожизненного лишения свободы с самого начала было рассчитано на сокращение практики при менения смертной казни. В отличие от законодательства ряда зарубежных стран пожизненное лишение свободы длительное время применялось только как мера наказания, альтернативная смертной казни. Сегодня дан ный вид наказания применяется самостоятельно за совершение особо тяжких преступлений.

Пожизненное лишение свободы назначается судом при соблюдении условий, указанных в п. «г» ч. 5 ст. 48 УК РК, в порядке помилования лиц, приговоренных судом к смертной казни (ч. 5 ст. 49 УК РК), и отбыва ется в исправительных колониях особого режима.

Вместе с тем, на сегодняшний день на законодательном уровне не разрешены ряд вопросов, касающегося порядка отбывания наказания в виде пожизненного лишение свободы.

Так, основными средствами исправления осужденных являются: ус тановленный порядок исполнения и отбывания наказания (режим);

воспи тательная работа;

общественно полезный труд;

получение общего образо вания;

профессиональная подготовка;

общественное воздействие.

Для достижения цели – исправления осужденного, необходимо вне сения единообразия в распорядок дня осужденных к пожизненному лише нию свободы. В этой связи необходимо дополнить Правила внутреннего распорядка исправительных учреждений приложением, содержащим примерный распорядок дня осужденных, отбывающих пожизненное ли шение свободы. Также возможно некоторое смягчение режимных требо ваний в плане увеличения продолжительности прогулок, в частности по заключению врача, предоставления времени для проведения встреч с пси хологом, социальным работником, священнослужителем.

Воспитательная работа с осужденными к пожизненному лишению свободы должна быть организована на основе комплексного использова ния психолого-педагогических методов за счет широкого привлечения психологов, педагогов и психиатров к работе с осужденными.

Необходимо расширять сотрудничество исправительных учреждений и различных религиозных концессий, поскольку в этом случае, с одной сто роны, решается вопрос трудоиспользования осужденных в условиях камер ного содержания с учетом индивидуальных способностей и возможностей (изготовление церковной утвари, религиозной атрибутики), а с другой – ока зывается посильное духовно-воспитательное воздействие на ту их часть, ко торая принимает веру.

Учитывая повышенную общественную опасность осужденных к пожиз ненному лишению свободы, нецелесообразно выпускать их на свободу без предварительной адаптации. В качестве промежуточного этапа между ли шением свободы и жизнью в обществе вместо условно-досрочного осво бождения следует производить замену пожизненного лишения свободы более мягким видом наказания (ограничением свободы).

Соглашаясь с существующим мнением ряда авторов, также считаем необходимым пожизненное лишение свободы предусмотреть в качестве самостоятельного вида наказания. В соответствии, с чем следует внести со ответствующие изменения и дополнения в уголовное и уголовно исполнительное законодательство.

Таким образом, является очевидным факт совершенствования норм уголовного и уголовно-исполнительного законодательства, в вопросах назначения и исполнения наказания в виде пожизненного лишения сво боды. Принятие данных мер, на наш взгляд, будет способствовать более широкому применению пожизненного лишения свободы и достижения целей наказания.

Т.Н. Радочина, профессор кафедры криминологии и организации профилактики преступлений, доктор юридических наук, профессор (Академия ФСИН России);

Ю.А. Морозова, заместитель начальника колонии по тылу (Рязанская воспитательная колония УФСИН России по Рязанской области) Преступность женщин как одна из серьезных криминологических проблем Одной из особенностей женской преступности является то, что на протяжении десятков лет она продолжает оставаться в несколько раз ниже мужской, но, вместе с тем, обнаруживает тенденцию к росту. Рост пре ступности женщин объясняется рядом активно действующих в обществе явлений и процессов. На всех этапах общественного развития менялось положение женщины в обществе, ее социальные роли и функции. Ни на одной из предшествующих стадий существования и развития общества женщины не пользовались разными правами с мужчинами и не занимали равное с ними положение в семье и в обществе. Исторически сложившие ся различия социальной жизни женщин и мужчин отражаются и на фор мировании различий в их поведенческих актах. Даже формальное уравне ние женщин в правах с мужчинами, которое стало возможным на совре менном этапе, далеко не для всякой личности создает реальную возмож ность избавления от исторически сложившейся социальной, материаль ной, психологической зависимости от мужчины, что накладывает свой от печаток на специфику преступлений, совершаемых женщинами.

Таким образом, в основе причин женской преступности лежат социаль ные противоречия, связанные с определенными конкретными условиями жизни общества, а место женщины в системе общественных ценностей, ее роль и функции, имеют предопределяющее значение. Современная женская преступность представляет собой сложное, изменчивое явление, испыты вающее влияние негативных реалий сегодняшнего дня и оказывающее в си лу своей специфики самое отрицательное воздействие на общество, его ин ституты и общности, особенно на семью, на нравственно-психологическую атмосферу в целом.

Как уже отмечалось, в последние годы наблюдается стремительный рост преступности, в том числе и женской. Это обстоятельство можно объяснить тем, что изменения в политической и экономической жизни России повлекли рост социальной напряженности, социальных конфлик тов и противоречий. Произошли изменения в понимании социального ста туса женщины, что, безусловно, отразилось как на количественных пока зателях женской преступности, так и на ее качестве.

Важное значение имеют факторы, связанные с социально психологическими и духовно-нравственными аспектами поведения жен щин. Обстановка нестабильности, незащищенности и вседозволенности ориентирует определенную часть женщин на самостоятельные способы разрешения конфликтных ситуаций.

Структура женской преступности не повторяет мужскую, она специ фична и в значительной мере определяется теми видами преступлений, которые наиболее присущи женщинам. В структуре женской преступно сти преимущественно преобладают корыстные преступления, а в группе последних – в большей степени связанные с профессиональной деятель ностью.

В последние годы выделяются две основные тенденции преступного поведения женщин: повышение уровня их криминальной активности и ак тивное вовлечение женщин в тяжкую и особо тяжкую преступность с вы соким уровнем организованности и профессионализма.

Понять, что такое преступность, и выяснить, почему она растет, зна чит определить, какие причины, явления общественной жизни ее порож дают. Это полностью относится и к преступности женщин, интенсивное существование которой объясняется рядом активно действующих в обще стве явлений и процессов. Именно воздействие на них и их изменение, по возможности снятие или сглаживание социальных противоречий, обла дающих криминогенными свойствами, улучшение условий жизни женщин имеет самое важное значение для снижения уровня правонарушений сре ди них.

Рассматривая преступность женщин, следует руководствоваться не которыми соображениями имеющими принципиальный характер.

Во-первых, причины преступности женщин, как и преступности в це лом, носит социальный характер. Во-вторых, обстоятельства, порождающие женскую преступность, составляет часть причин преступности в целом. В третьих, нужно различать два основных уровня анализа причин: преступно сти женщин в целом и их индивидуального преступного поведения.

Приоритет в причинном комплексе преступности принадлежит тем обстоятельствам, которые формируется преимущественно условиями со циальной жизни. Именно они оказывают наиболее значимое влияние на формирование преступного поведения женщины, как, в прочем, и право послушного.

Если проследить изменения в женской преступности за длительный исторический период, то можно отметить, что причины, влияющие на со вершение этих преступлений, трансформируются с изменением историче ских условий. Изменение условий жизни влечет неминуемо и различия в поведении, в отношении к общественным и личностным ценностям.

Исследования позволяют утверждать, что различия в преступности мужчин и женщин имеют довольно сложную основу. Причины этих раз личий заключаются не только в том, что социальные роли, выполняемые мужчинами и женщинами в обществе, при наличии одинаковых прав, га рантированных Конституцией РФ, не совпадают. Нравственно психологические аспекты жизни женщин отличаются от данных аспектов жизни мужчин в силу исторически сложившихся условий при выполнении ими соответствующих функций в обществе. Определенную роль играют биологические различия, но и они в силу необходимости для нормального функционирования общества становятся социальными в определении раз личий в поведении женщин.

Две основные функции женщины – производственная и семейно бытовая – остаются за ними, и выполнять их становится все сложнее.

Трансформируются социальные условия, даже государственный строй, но положение женщины в обществе, отношение к ней практически не меня ется. Те обстоятельства, которые ранее определяли преступность, не толь ко сохранились, но и получили еще большую остроту. Значительную роль в неблагоприятных изменениях преступности сыграли разрушения сло жившихся стереотипов образа жизни, которые существовали ранее в об ществе. Резко сменились ориентиры ценностей, альтернативы им не най дено. В общественной системе ценностей преобладает материальный фак тор. Он оказывает значительное влияние на формирование личности, по ведение. Постоянно растущее вовлечение женщины в преступную дея тельность свидетельствует о значительном неблагополучии развития об щества, так как именно женщина в современных условиях способна со хранить семью и в определенной мере благотворно повлиять на поведение мужчин.

Преступное поведение женщин оказывает самое отрицательное влия ние на общество, его институты и общности, особенно на семью, на его нравственно-психологическую атмосферу в целом. Это в полной мере от носится не только к совершаемым женщинами преступлениям, но к их асоциальным действиям: проституции, пьянству, алкоголизму, наркома нии, бродяжничеству. Женская преступность, как и преступность несо вершеннолетних, может быть показателем нравственного здоровья обще ства, его духовности, отношения к базовым общечеловеческим ценностям.

Чем уважительнее отношение в обществе к женщине, чем меньше на силия и агрессии против нее, тем менее остро стоит проблема женской преступности. Поэтому необходима активизация совместной деятельности правоохранительных органов, общественных организаций, церкви, раз личных фондов, направленной на решение этой проблемы.

Е.А. Антонян, доцент кафедры криминологии и уголовно-исполнительного права, кандидат юридических наук, доцент (Московская государственная юридическая академия имени О.Е. Кутафина) Предупреждение рецидивной преступности в условиях модернизации уголовно-исполнительной системы Современная рецидивная преступность – наиболее опасный, действи тельно угрожающий национальной безопасности криминальный феномен, вызывающий обоснованное беспокойство государства, объективно требует особого правоохранительного внимания и превентивного контроля. Именно состояние уголовно наказуемого рецидива преступлений в своей совокупно сти выступает не только неким качественным показателем общего характера преступности в том или ином регионе и в то или иное время, но и явной де монстрацией эффективности правоохранительной деятельности в целом.

Более того, укрепление позиций рецидивной преступности становится «криминальной воронкой» для первичной преступности, «втягивает» не опытных преступников в орбиту расширения криминального влияния, це ментирует и воспроизводит преступность в новых поколениях.

Как известно, именно отсутствие антикриминогенного предупреди тельного результата неизбежно влечет увеличение количества новых пре ступлений, совершаемых лицами, уже попадавшими в поле зрения право охранительных органов.

В то же время решение этой проблемы является отнюдь не только прерогативой правоохранительных органов. Ведь рецидивная преступ ность, в известном смысле, – это концентрированное последствие всех не доработок, просчетов, недоразумений, порой, просто явных провалов кур са уголовной политики. Вспоминая известное с конца XIX века и давно ставшее крылатым выражение классика криминологии Шарля Лакассаня о том, что каждое общество имеет тех преступников, которых оно заслужи вает, можно с уверенностью сказать, что рецидивная преступность – есть результат и одновременно показатель всех издержек общественного раз вития. Отсюда оптимальная организация практической превентивной ра боты по недопущению повторного совершения преступлений одними и теми же правонарушителями становится делом огромной государственной важности.

Перспектива этой превентивной работы видится в безусловной гума низации системы уголовных наказаний и соответствующей такой гумани зации системы реструктуризации занятых в той сфере государственных учреждений. Она имеет прямое отношение к решению проблемы реци дивной преступности, поскольку традиционная для российского прошлого эскалация уголовной репрессии лишь закрепляет известные криминаль ные навыки лиц, нарушивших уголовный закон, изолирует их от общест венного прогресса, лишает возможности социальной адаптации.

Сегодня определенную обеспокоенность вызывает состояние реци дивной преступности. В ближайшие годы она может негативно сказать ся на общем состоянии национальной безопасности нашего государства.

Если в 2006 г. доля рецидива в структуре совершенных преступлений составляла 28,8 %, то в 2011 г. она превысила 32,0 %. При рецидиве со вершаются 45,4 % особо тяжких и 37,9 % тяжких преступлений. Лица, ранее судимые за разбойные нападения, составляют 41,3 %;

хищение либо вымогательство оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств – 31,6 %;

убийство и покушение на убийство – 35,4 %;

организацию либо содержание притонов для потребления нар котических средств или психотропных веществ – 38,4 %;

бандитизм – 31,6 %. Наблюдается рост рецидива не только по относительным, но и по абсолютным величинам (от 517 383 преступлений в 2005 г. до 531 798 преступлений в 2010 г.).

Уровень рецидива среди лиц, отбывших наказание в местах лишения свободы, выше среднестатистического и достигает 52 %. Количество лиц, ранее совершавших преступления, только в 2010 г. выросло на 1,8 % и со ставило 397403. Из них ранее судимых – на 1,0 % (294 167 чел.), совер шивших преступления, признанные опасным или особо опасным рециди вистом – на 8,2 % (15 124 чел.). Рецидив среди лиц, осужденных к альтер нативным наказаниям и иным мерам, составляет: к обязательным рабо там – 9,8 %, исправительным работам – 7,0 %, условно осужденных – 5,2 %. Личность рецидивиста характеризуется нравственной деградацией, отсутствием положительных жизненных установок, социальной дезадап тацией и проявлением криминальной деструктивности в поведении.

Удельный вес рецидивистов, страдающих тем или иным психическим рас стройством в рамках вменяемости, составляет 57,6 %. До 80 % рецидиви стов злоупотребляют спиртными напитками. Особого внимания заслужи вает проблема потребления наркотических средств, так как общая дегра дация личности в этом случае наступает в 15–20 раз быстрее, чем в ре зультате употребления алкоголя. Среди рецидивистов, отбывающих нака зание в виде лишения свободы, в настоящее время доля больных наркома нией составляет около 40 тыс. человек.

Вместе с тем в местах лишения свободы личность каждого конкрет ного осужденного изучается недостаточно предметно и глубоко. Законо дательные и иные нормативные основы их исправления далеко не в пол ной мере учитывают их личностные особенности. То же самое можно ска зать о различных методических рекомендациях, которые разработаны для их применения в исправительных учреждениях.

Отсюда необходимость более глубокого изучения ее личностных осо бенностей.

Развитие системы учреждений, исполняющих наказание в виде лише ния свободы, по пути преобразования исправительных колоний в закры тые исправительные учреждения – тюрьмы приведет к тому, что в них бу дет сосредоточена наиболее криминогенная, трудноподдающаяся исправ лению категория осужденных – рецидивисты. Новые условия исполнения данного наказания в отношении них обусловит и иные подходы к преду преждению с их стороны повторных преступлений, применению основ ных средств исправления осужденных, изысканию новых, более эффек тивных средств, что невозможно без знания особенностей признаков, ха рактеризующих их личность.

В 2005–2011 гг. появились новые виды наказаний (обязательные ра боты, ограничение свободы, принудительные работы), значительной ре формации подверглись санкции, предусматривающие наказание в виде лишения свободы (снижен их нижний порог в 68 статьях УК РФ), что не могло не сказаться на качественных характеристиках осужденных. Изуче ние личности последних в этих условиях не проводилось. Перепись осуж денных 2009 года, во-первых, была проведена в условиях, когда уголовное законодательство не было подвергнуто столь серьезному изменению;

во вторых, ею не были охвачены ряд личностных особенностей осужденных, других характеристик наказания в виде лишения свободы, заложенных в том числе в Концепции развития уголовно-исполнительной системы Рос сийской Федерации до 2020 года.

Сегодня представляется важным, во-первых, исследование кримино генно значимых особенностей личности осужденных рецидивистов. До сих пор изучение их личности, как правило, ограничивалось познанием социально-демографических и уголовно-правовых особенностей, которые недостаточно информативны для познания подлинных причин повторного преступного поведения. Необходимо изучать поведение рецидивистов в период отбывания наказания, в частности, их социально-психологические связи, место в социально-психологической среде исправительного учреж дения, что, в свою очередь, позволит выявить наиболее распространенные мотивы совершения преступлений и поведения в местах лишения свободы применительно к отдельным типам преступников;

во-вторых, исследова ние особенностей воспитательной работы с рецидивистами, их приобще ние к труду, включение в образовательный процесс, оказание медицин ской помощи, налаживание социальных связей вне ИУ и подготовки к ос вобождению. Не возникает сомнений, что проблемы ресоциализации осо бенно актуальны именно в отношении рецидивистов, поскольку они дли тельное время находятся в местах лишения свободы и их социальные свя зи либо значительно ослаблены, либо вообще разорваны. Разумеется, речь идет о позитивных социальных связях.

На основе изучения личностных особенностей рецидивистов, анализа зарубежной практики по предупреждению рецидивной преступности с их стороны нами предложена модель исполнения наказания в виде лишения свободы, направленная на предупреждение рецидива преступлений со стороны лиц, осужденных к нему. Модель предусматривает три стадии применения лишения свободы:

1-я стадия (до исполнения наказания) – отсрочка исполнения нака зания (условное осуждение, отсрочка исполнения наказания беремен ным женщинам, добровольное лечение от наркомании или алкоголизма и др.);

2-я стадия (отбывание лишение свободы) – дифференцированный ре жим отбывания наказаний в зависимости от степени рецидивоопасности и других особенностей личности осужденных к лишению свободы, катего рирование тюрем;

3-я стадия (после освобождения от дальнейшего отбывания наказа ния) – в колонии-поселении, исправительной колонии или тюрьме создать центры социальной адаптации, административный надзор, центры по ока занию наркологической помощи в принудительном порядке, контроль со стороны уголовно-исполнительных инспекций за условно-досрочно осво божденными, деятельность службы пробации.

С.Л. Бабаян, ведущий научный сотрудник, кандидат юридических наук (НИИ ФСИН России) Материальное основание условно-досрочного освобождения осужденных В соответствии с ч. 1 ст. 79 УК РФ лицо, отбывающее содержание в дисциплинарной воинской части, принудительные работы или лишение сво боды, подлежит условно-досрочному освобождению (УДО), если судом бу дет признано, что для своего исправления оно не нуждается в полном отбы вании назначенного судом наказания. Употребление четкой формулировки «подлежит условно-досрочному освобождению» в данном случае представ ляется немаловажным, поскольку она ясно свидетельствует о необходимо сти суда применить рассматриваемое средство поощрения, когда отпадает целесообразность в дальнейшем отбывании наказания осужденного к лише нию свободы.

Оценивая материальное основание УДО, изложенное в ч.1 ст. 79 УК РФ, следует отметить, что в нем нет четких критериев, с помощью кото рых можно было бы судить о том, что лицо для своего исправления не нуждается в полном отбывании назначенного судом наказания и поэтому такое основание носит неопределенный характер. Очевидно, что данная формулировка создает трудности в работе судов при применении рас сматриваемого поощрительного института и не способствует исправле нию осужденного. В связи с этим в судебной практике продолжают со храняться значительные расхождения по поводу того, какие факторы яв ляются определяющими при принятии решения об УДО, что в итоге отри цательно сказывается на соблюдении принципов законности, справедли вости, гуманизма и препятствует процессу ресоциализации осужденных.

Вероятно, следует конкретизировать основания условно-досрочного осво бождения от отбывания наказания.

Оценивая положительный зарубежный опыт применения рассматри ваемого поощрительного института можно отметить законодательство ФРГ, где УДО осужденного должно соответствовать соблюдению интересов об щественной безопасности. Кроме того в этой стране существуют шесть ма териальных критериев условно-досрочного освобождения (абз. 1 § 57 УК ФРГ): 1) ценность правового блага, находящегося под угрозой в случае со вершения повторного преступного деяния;

2) прежняя жизнь осужденного;

3) обстоятельства совершенного деяния;

4) поведение осужденного при от бывании наказания;

5) условия жизни осужденного;

6) последствия, которые можно ожидать от осужденного в случае условно-досрочного освобожде ния1. Эти материальные критерии УДО в ФРГ связаны в большей степени с отсутствием общественной опасности личности осужденного2. Представля ется более последовательным расширить материальные критерии УДО в российском законодательстве, используя опыт материального основания применения УДО в ФРГ.

Говоря об исправлении осужденных применительно к ст. 79 УК РФ, важно понять, как законодатель определяет понятие «исправление осуж денных». В соответствии с ч. 1 ст. 9 исправление осужденных – это фор мирование у них уважительного отношения к человеку, обществу, труду, нормам, правилам и традициям человеческого общежития и стимулирова ния правопослушного поведения. Очевидно, исправление осужденных Уголовный кодекс Федеративной Республики Германии / науч. ред. и вступ. ст.

Д.А. Шестакова;

пер. с нем. Н.С. Рачковой. СПб, 2003. С. 161–162.

Фильченко А.П. Практика законодательного регулирования условно досрочного освобождения от отбывания наказания по уголовному законодательству России и ФРГ // Правовое обеспечение исполнения наказаний в Российской Федера ции и Федеративной Республике Германии: материалы Междунар. науч.-практ. семи нара (Рязань, 24–25 марта 2011 г.). Рязань, 2011.

подразумевает достижение такого результата, когда ценности человече ского общежития осужденный соблюдает глубоко осознанно, а не из-за боязни нового наказания. В связи с этим под исправлением следует подра зумевать нравственное исправление осужденного, которое представляет собой изменения в духовно-нравственных, эмоционально-волевых и мо тивационно-потребностных сферах личности осужденного, произошед шие в результате комплексного воспитательного воздействия на него в период отбывания наказания1.

Представляется, что даже после условно-досрочного освобождения исправление осужденного не наступило, так как освобожденный условно досрочно должен в период испытательного срока (неотбытой части нака зания) доказать свое исправление и не допустить преступлений и право нарушений. В частности, Е.В. Благов указывал: «Само по себе примерное поведение и добросовестное отношение к труду... еще мало о чем говорит.

Важно еще то, осознавало ли лицо противозаконность своего прошлого поведения. Отсюда основание такого освобождения желательно допол нить условием, если дальнейшее исправление лица возможно без отбыва ния наказания»2.

Формулировку ч. 1 ст. 79 УК РФ «лицо... подлежит условно досрочному освобождению, если судом будет признано, что для своего исправления оно не нуждается в полном отбывании назначенного судом наказания» не следует понимать как фактическое исправление осужденно го3. Возможно суть данной нормы заключается в том, что процесс исправ ления достиг такой своей стадии, когда для его завершения может быть прекращено воздействие на осужденного основных средств исправления и достаточно лишь контроля, осуществляемого уполномоченным на то го сударственным органом.

Условно-досрочному освобождению предшествует убежденность суда в том, что осужденный достиг определенной степени исправления (очевидно, высшей), но полного «фактического» исправления не наступило. Иначе сле довало бы предусмотреть в законодательстве возможность применения без условного досрочного освобождения именно как результата достижения це ли наказания4. Представляется, что это будет способствовать принятию бо лее правильного решения по УДО.

Степаненко В.В. Проблемы теории и практики условно-досрочного освобож дения от отбывания наказания (на примере Тамбовской области): автореф. дис. … канд. юрид. наук. М., 2009. С. 9.

Благов Е.В. Замечания на Общую часть проекта нового Уголовного кодекса Российской Федерации. Ярославль, 1992. С. 33.

Уголовно-исполнительное право / под ред. И.В. Шмарова. М., 1998. С. 446.

Ценова Т.Л., Малин П.М. Реформа института условно-досрочного освобожде ния от отбывания наказания // Рос. следователь. 2005. № 12.

При определении основания условно-досрочного освобождения целе сообразно использовать понятие «общественная опасность» освобождае мого лица наряду с термином «исправление». В.Д. Филимонов под обще ственной опасностью преступника понимает свойство этой личности, за ключающееся в угрозе совершения им нового преступления, которая по рождается антисоциальным отношением лица к другим лицам, общест венным организациям или государству1. По мнению Д.А. Щербы, термин «общественная» опасность личности преступника означает возможность совершения лицом преступного деяния, которая обусловлена свойствами, характеризующими саму личность2. Очевидно, такое понятие связано как с предупреждением преступлений после освобождения осужденного, так и с процессом ресоциализации осужденных.

В соответствии с методическими рекомендациями по использованию системы «социальных лифтов» в ИУ Федеральной службы исполнения наказаний (ФСИН России) в условиях действующего законодательства, утвержденными в 1.04.2011 г. директором ФСИН России, критерии оцен ки поведения осужденного подразделяются на два вида: основной и до полнительные. Основным критерием оценки поведения осужденного яв ляется соблюдение им порядка отбытия наказания. Дополнительными яв ляются два критерия: а) стремление осужденного к психофизической кор ректировке своей личности и инициативные меры к ресоциализации;

б) иные действия, свидетельствующие об активной позитивной позиции осужденного. Результаты исследования проблем совершенствования по ощрительных институтов уголовно-исполнительного права, проведенного автором в апреле 2012 г., свидетельствуют: около 37,7 % опрошенных су дей считают, что к осужденным при рассмотрении вопроса об УДО и за мене наказания более мягким его видом должны применяться все выше указанные три критерия оценки поведения осужденного. Около 20 % су дей считают, что к осужденным должны применяться 1 и 2 критерии оценки поведения осужденных, 13,3 % – 1 и 3 критерий;

13,3 % – только 1 критерий;

6,7 % – только 2 критерий;

6,7 % – только 3 критерий;

2,2 % – 2 и 3 критерии.

Таким образом, большинство опрошенных судей (37,7 %) считают, что к осужденным должны применяться все три критерия оценки поведе ния осужденного в комплексе. Очевидно, такие критерии можно сформу лировать в ч. 4 ст. 9 УИК РФ и использовать судебным органам при при нятии решения об УДО осужденного.

Филимонов В.Д. Общественная опасность личности преступника. Предпосылки, содержание, критерии. Томск, 1970. С. 34.

Щерба Д.А. Условно-досрочное освобождение от отбывания наказания: вопро сы теории и практики: дис. … канд. юрид. наук. Владивосток, 2007. С. 106.

В связи с изложенным материальное основание поощрительного ин ститута УДО можно представить в следующей редакции: «Лицо, отбы вающее содержание в дисциплинарной воинской части, принудительные работы или лишение свободы, подлежит условно-досрочному освобожде нию, если судом будет признано, что осужденный имеет устойчивое пра вопослушное поведение, на основании критериев оценки его поведения в период отбывания наказания, предусмотренных уголовно-исполнительным законодательством, и его исправление возможно без дальнейшего отбыва ния данного вида наказания в связи с отсутствием общественной опасно сти личности осужденного».

Э.Ю. Бадальянц, доцент кафедры уголовного права и уголовного процесса, кандидат юридических наук, доцент (Рязанский филиал Московского университета МВД России) Проблемы правовой регламентации принудительного лечения алкоголизма и наркомании Алкоголизм и наркомания – одни из самых распространенных явле ний в мире.

Человечество много столетий достаточно безуспешно борется с пьян ством. Так, в России еще в XVI веке Великий князь Иван III издал Указ, согласно которому запрещалось “гнусное” пьянство. По этому Указу про стому народу разрешалось варить хмельное лишь четыре раза в год – в большие церковные праздники и иногда на семейные торжества. В посла нии митрополита Фотия (1410 год) запрещалось пить вино до обеда. Тем не менее, пьянство усиленно распространялось по стране, а особенно ин тенсивный его рост начался с введения государственной монополии на торговлю алкоголем (“царевы кабаки” Бориса Годунова). Во времена, ко гда алкоголизм не считался болезнью, “принудительное лечение” злост ных алкоголиков проводилось нередко с помощью палача (например, в странах Востока).

Ежегодно от алкогольного отравления в нашей стране умирает до тыс. человек, а каждое пятое преступление совершается на почве пьянст ва. Количество смертей от употребления наркотиков увеличилось в 1, раза.

На сегодняшний день законодательство Российской Федерации не со держит оснований для принудительного лечения алкоголиков и наркома нов. Поэтому актуальной проблемой является регламентация данного во проса.

Нормы действующего уголовного законодательства содержат поло жения об обязательном лечении от алкоголизма, наркомании и венериче ских заболеваний.

Так, в соответствии с положениями ч. 5 ст. 73 УК РФ, назначая ус ловное осуждение и ч. 5 ст. 79 УК РФ, применяя условно-досрочное осво бождение, суд может возложить на осужденного обязанность пройти курс лечения от алкоголизма, наркомании, токсикомании или венерического заболевания.

В советский период широкое распространение получили лечебно трудовые профилактории (ЛТП). На первом этапе они предназначались только для больных алкоголизмом, затем стали создаваться специальные ЛТП для больных наркоманией 1. Для лиц, которые по состоянию здоро вья не могли находиться в ЛТП, но нуждались в принудительном лечении, в 80-х годах ХХ в. была организована сеть специальных наркологических отделений для принудительного лечения больных хроническим алкого лизмом с тяжелыми сопутствующими заболеваниями.


Первый ЛТП на территории Советского Союза, напомним, был от крыт в 1964 году в Казахской ССР. Затем подобные заведения появились в РСФСР и других республиках. В марте 1974 года вышел указ Президиума Верховного Совета РСФСР «О принудительном лечении и трудовом пере воспитании хронических алкоголиков». Им устанавливалось, что в ЛТП должны направляться лица, «уклоняющиеся от лечения или продолжаю щие пьянствовать после лечения, нарушающие трудовую дисциплину, общественный порядок или правила социалистического общежития».

Срок пребывания в ЛТП устанавливался от 1 года до 2 лет, решение о на правлении в него принимал судья.

В деятельности ЛТП имелся ряд крупных и очевидных недостатков, которые, по мнению экспертов, и стали причиной закрытия ЛТП: плохо организованный лечебный процесс с минимальным участием психотера певтов;

недостаточная реабилитационная работа с больными;

организация трудотерапии зачастую без особенностей учета личности пациента;

не редко чрезмерно строгий (фактически тюремный) режим. К тому же, эф фективность лечения в ЛТП объявлялась низкой, и, следовательно, с ме дицинской точки зрения профилактории себя не оправдывали.

Вместе с тем, принудительное лечение в ЛТП имело и несомненные преимущества. Так, длительная изоляция в сочетании с лекарственной те рапией при наличии устойчивой установки пациента на отказ от алкоголя помогали воздерживаться от приема спиртного в наиболее «опасный» пе Указ Президиума Верховного Совета РСФСР «О принудительном лечении и трудовом перевоспитании больных наркоманией» от 25 июня 1987 г. // Ведомости Верховного Совета РСФСР. 1987. № 27. Ст. 961.

риод болезни и способствовали формированию ремиссий у ряда пациен тов, у которых иное лечение не дало бы положительного результата.

Кроме того, ЛТП являлись своего рода дополнительным мотиваци онным фактором добровольного обращения за медицинской помощью для алкоголиков, которые вели асоциальный образ жизни: наличие ЛТП заставляло их прятаться от общества и, как следствие, уменьшало улич ную преступность. Семьи лиц, находящихся в ЛТП, получали их зара ботную плату, что способствовало поддержанию достаточного жизнен ного уровня. Таким образом, налицо позитивная социально профилактическая роль ЛТП 1.

В еще более драматической ситуации оказались несовершеннолет ние, страдающие наркологическими заболеваниями. Лечебная сеть для принудительного лечения больных наркологического профиля была развернута в свое время в основном для взрослого контингента. В то же время была очевидной необходимость административного воздействия на несовершеннолетних, страдающих наркоманиями и уклоняющихся от добровольного лечения. Попыткой найти выход из создавшегося по ложения стала организация лечебно-воспитательных профилакториев (ЛВП). В этих учреждениях режимную работу осуществляли сотрудни ки внутренних дел, лечебную – врачи системы здравоохранения, педа гогико - воспитательную – специалисты системы образования. Мало численные и недолго просуществовавшие, эти учреждения бесспорно доказали одно – возможность организации принудительного лечения несовершеннолетних наркоманов в нашей стране 2.

Но ЛВП развалились даже раньше системы принудительного нарко логического лечения. Здравоохранение, по существу, осталось один на один перед проблемой роста наркоманий (а следовательно, и ВИЧ – ин фекции) среди молодежи.

Комитет конституционного надзора 24 октября 1990 года, признал неконституционными законодательные акты, устанавливающие принуди тельное лечение больных алкоголизмом и наркоманией 3.

В настоящее время помощь больным алкоголизмом, наркоманией, токсикоманией не регламентируется ни одним законодательным доку ментом.

Егоров В.Ф. О целесообразности принудительного лечения больных алкого лизмом и наркоманиями // Вопросы наркологии. 1996. № 1. С. 66–70.

Иванов А.И. Особенности организации лечебного процесса в ЛВП для несо вершеннолетних, страдающих наркоманиями: метод. рек. М.: Минздрав СССР. 1987.

234 с.

Заключение Комитета Конституционного надзора СССР от 25.10.1990 № 8 (2–10) «О законодательстве по вопросу о принудительном лечении и трудовом перевоспита нии лиц, страдающих алкоголизмом и наркоманией» // Известия. 1991. 19 июня.

Следует отметить, что институт принудительного лечения наркома нов существует во всех без исключения цивилизованных странах мирово го сообщества 1.

По данным Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ), из 47 государств, обследованных ее экспертами, в 43 действуют законы, регламентирующие принудительное лечение больных алкоголизмом и наркоманией, разработаны специальные положения о порядке вынесения медицинского заключения о принудительной госпитализации. Антиалко гольное лечение проводится как в специальных учреждениях, так и в местах лишения свободы.

В США, Канаде, Франции практикуется направление в психиатриче ские лечебницы либо в специальные центры для лечения от алкоголизма и обязательной трудотерапией. В Великобритании алкоголики, совершив шие противоправные поступки, помещаются на срок до трех лет в специ альные реформатории в системе министерства внутренних дел, а в Да нии – в работные дома на срок от одного года до пяти лет.

Необходимо отметить, что в Конституции Российской Федерации за креплен принцип «социального» государства, что выражается в заботе о своих гражданах, включая и помощь тем, кто не может осознать, что бо лен, и самостоятельно справиться с болезнью 2. Исходя из этого государ ство, узаконив принудительное лечение больных алкоголизмом и нарко манией, реализует свое конституционное право.

В Республике Беларусь, до сих пор сохранились и успешно работают ЛТП. Для того чтобы направить туда на излечение алкоголика, суду доста точно трех милицейских протоколов об административном правонарушении.

Необходимо учитывать то, что принудительные методы воздействия должны принципиально отличаться от прежних, существовавших в совет ский период времени.

Необходимо многообразие форм и методов лечения алкоголиков, наркоманов, токсикоманов. Следует предусмотреть амбулаторное лече ние, а более строгий вид (как в ЛТП) применять в исключительных случа ях, когда все остальные способы не дали данного эффекта. Необходимо восстановить методику лечения с привлечением психологов, психиатров, использование методов групповой психотерапии и трудотерапии. Преду смотреть возможность поддерживающего лечения.

В уголовном законодательстве усилить ответственность должностных лиц и взрослых за вовлечение и склонение к употреблению спиртных на питков и наркотических средств несовершеннолетних.

Пелипас В.Е., Соломонидина И.О. Организационные аспекты борьбы с нарко манией и алкоголизмом // Вопросы наркологии. 1996. № 1. С. 83–93.

Конституция Российской Федерации. М., 2009.

Закрепить в УК РФ, что основанием для применения принудительных мер медицинского характера к алкоголикам и наркоманам является их общественная опасность для себя и других, обусловленная патологиче ским состоянием их психики. Таким, образом, принудительное лечение может быть назначено, при наличии двух условий:

1. имеется болезненная склонность к систематическому употреблению спиртных напитков либо наркотических веществ (позитивное условие);

2. не существует медицинских противопоказаний к лечению.

В мире есть примеры эффективного лечения алкоголизма. В основе этого лежит следующий принцип. Если алкоголик попадает в суд за какое то правонарушение, то ему предлагают на выбор или отбывать срок в тюрьме, или пройти лечение в клинике. Чаше всего алкоголики останав ливаются на последнем. Тогда человеку на выбор предоставляется список медицинских учреждений, в котором он может пройти курс реабилитации, который длится год, реже полтора-два. Когда выбор сделан, государство на сто процентов оплачивает его лечение. В среде таких медицинских центров идет настоящая конкурентная борьба. В результате резко возрас тает качество лечения. В итоге больной получает хорошее лечение, а кли ники деньги от государства.

А.А. Базилова, преподаватель кафедры уголовного права и уголовного процесса, криминалистики юридического факультета (Казанский национальный университет имени аль-Фараби) Этапы становления и исторического развития института необходимой обороны в Республике Казахстан После обретения Казахстаном независимости и становления как са мостоятельного государства, возникла необходимость перестройки собст венных правовых основ всего, что должно служить опорой для суверени тета, прав и свободы граждан. В этом направлении была проделана ог ромная работа. Принимается и реализуется множество законов и указов, регулирующих государственное управление, экономику, социально политическую жизнь, культуру, соблюдение правопорядка, обороны стра ны, внешнеполитические отношения.

Одним из требований концепции является необходимость ведения усовершенствования законодательства с неукоснительным соблюдением основных уголовно-правовых положений. В Концепции «Правовая поли тика Республики Казахстан на период с 2010 по 2020 годы», утвержден ной Указом Президента Республики Казахстан № 858 от 24 августа 2009 года, указано: «2. Основные направления развития национального права должны осуществляться вкупе с законодательными, организацион ными и другими мерами государства, необходима дальнейшая реализация правовых идей и принципов» [1].

Необходимая оборона, определенная в Конституции Республики Казах стан и содержащаяся в уголовном, административно-процессуальном и гра жданском кодексах, имеет собственные этапы исторического развития и не однократно подвергалась изменениям и дополнениям. Если исследовать ее появление, то увидим, что она берет начало еще со времен древности.

По мнению Бугыбай Д.Б., «Институт необходимой обороны в теории уголовного права – один из самых древних, что характерно для всех эта пов развития общества. Поэтому, по мнению многих авторов, право на не обходимую оборону – естественное, принадлежащее с рождения право че ловека, следовательно оно является законным. Согласно другим авторам, оборона - необходимое приложение к защищающей деятельности госу дарства и вред, нанесенный нападавшему, сообразуется с правом и зако ном. Право на оборону не предоставляется государством, оно лишь при знается и допускается им»» [2, с. 109]. Опираясь на высказывание Бугы бай Д.Б., можно сделать вывод, что необходимая оборона сформировалась с появлением человека. На этом основании оно прямо предусмотрено и закреплено Конституцией Республики Казахстан, как одно из прав и сво бод человека. Однако, если сделать обзор конституций других государств на предмет утверждения, либо не утверждения настоящего права на необ ходимую оборону человека, то появится другое представление.

В частности, хотя в статье 31 Конституции Республики Азербайджан указывается, что каждый человек вправе защищать свои права и свободу, не запрещенную законодательством, приемами и средствами, необходи мая оборона не нашла в ней своего места [3, с. 11]. На основании этого можно сделать вывод, что необходимая оборона не предусмотрена и не закреплена Конституцией Республики Азербайджан.

Согласно статье 38 Конституции соседней Кыргызской Республики, принятой 5 мая 1993 года, хотя и указано, что права и свобода граждан подлежат полной, безусловной, неотложной защите, пресечение правона рушений и восстановление в случае нарушения в этой сфере является обя занностью государства, всех его органов и должностных лиц, однако пра во необходимой обороны граждан самостоятельно не рассматривается [4, с. 204]. На основании обзора Конституции Кыргызской Республики мы можем заключить, что уместно будет закрепление необходимой обороны по Конституции.

Согласно статье 45 Конституции Российской Федерации, права и сво бода человека и гражданина в Российской Федерации защищаются госу дарством. Указывается, что каждый человек вправе защищать свои права и свободу всеми средствами, не запрещенными законодательством [5, с. 270]. Можно отметить, что в Российской Федерации также право необ ходимой обороны людей не закреплено в основном законе страны.

Статья 14 Конституции Республики Таджикистан предусматривает, что права и свобода человека и гражданина защищаются Конституцией, законодательством республики, международными правовыми актами, принятыми Таджикистаном;

однако не уточняет права на необходимую оборону человека и гражданина [6, с. 299].

Если рассмотрим защиту прав и свободу человека в Республике Узбе кистан, то статья 43 Конституции Республики Узбекистан, принятой 8 де кабря 1991 года, предусматривает, что права и свобода человека, закреп ленные в Конституции и законодательстве, обеспечиваются государством [7, с. 344].

В статье 55 Конституции Республики Украина, хотя и указывается, что права и свобода человека подлежат защите от нарушения и противо правного вмешательства любыми не запрещенными законодательством средствами, необходимая оборона отдельно не рассматривается [8, с. 376].

Как следует из представленного выше обзора конституций ближнего зарубежья, хотя в них и предусматривается, что права и свобода человека и гражданина подлежат защите, но конкретно не указывается, что каждый человек имеет право защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законодательством, как это предусмотрено и закреплено в Конституции Республики Казахстан [9, с. 162].

Зиманов С.З., Куандыков Б.Ж., Байжанова К.У., Дауталиев К.Н., говорят, что «Появление казахского государства историки относят к ХV-XVI векам.

А появление «Казахского права» произошло гораздо раньше, оно сложи лось прежде, чем этническая целостность казахского народа. Старинное право казахов сложилось на основе правового мировоззрения и норматив ных активов, множества кочевых и полукочевых объединений, состоящих из древнетюркских племенных, государственных образований, сменявших друг друга», указывают, что появление права казахского народа берет свое начало не с момента появления казахского государства, его корни лежат гораздо глубже по времени, то есть, наша страна была правовым государ ством [10, с. 38]. Если исходить из мнения Зиманова С.З., Куандыко ва Б.Ж., Байжановой К.У., Дауталиева К.Н., права в нашей стране сущест вовали еще в эпоху древних тюрко-казахских племен. Поэтому можно ска зать, что вывод о глубоких корнях института необходимой обороны нахо дит свое подтверждение. Потому что, указанное выше утверждение Зима нова С.З., Куандыкова Б.Ж., Байжановой К.У., Дауталиева К.Н. о том, что старинное право казахов сложилось на основе правового мировоззрения и нормативных активов, множества кочевых и полукочевых объединений, состоящих из древнетюркских племенных, государственных образований, сменявших друг друга, соответствует истине. Потому что между образо ванием казахского государства, историей и становлением казахского пра ва есть разница. Имеются доказательства того, что появление права на ка захской земле произошло до образования казахского государства. Поэто му история казахского права требует глубоких поисков. В связи с этим, историческое развитие казахского права имеет глубокие корни, этапы ис торического развития и становления рассматриваемой необходимой обо роны, как законодательной нормы, необходимо исследовать и доказывать, рассматривая их глубже, на основе правового мировоззрения и норматив ных активов множества кочевых и полукочевых объединений, состоящих из древнетюркских племенных, государственных образований, сменявших друг друга.

Ряд авторов отмечают, что созданный бием свод законов «Манкы» о правах из тайного сказания монголов «Алтан топчи» состоял из семи уста вов: устав о правах человека гласил, что «Кровь за кровь отменяется, выпла чивается кун либо штраф. Уплата двойного куна (в два раза больше, чем за обычного человека) за древних торе, баев и беков тоже было отменено», указывают, что случай «кровь за кровь» сравним с сегодняшней необходи мой обороной [10, с. 207]. Здесь стоит обратить внимание на тот факт, что ответственность за кровную месть, то есть преступление в целях мести, не предусматривалась. Однако сам собой возникает вопрос: можем ли мы со относить кровную месть, то есть преступления в целях мести с современным институтом необходимой обороны. Теперь, если искать ответ на этот во прос, кровную месть, то есть преступление на основе мести, можно рассмат ривать в двух направлениях. Первое, хотелось бы указать, что если кровная месть, мщение было осуществлено в момент данного преступления, то тогда оно соотносится с одним из признаков правовой нормы необходимой оборо ны. Также следует вывод о том, что все же месть, совершенная в ходе кров ной мести - это преступление, которое имеет умышленное намерение. С этой точки зрения, оно не согласуется с намерением необходимой обороны.

Второе, кровная месть, преступление на основе мести, может быть осущест влено после действия человека, совершившего общественно опасное посяга тельство после завершения преступления. Поэтому, здесь есть разница меж ду необходимой обороной и кровной местью. В том, что вред для общест венно опасного посягателя осуществляется после завершения преступления с его стороны, вред в случае кровной мести может быть направлен не только на совершившего общественно опасное посягательство, но и на других лю дей или на иное имущество. Например, в случае «барымты» (угона скота) в целях мести может быть совершена «барымта» на его скот. На основании этого, можно увидеть взаимосвязь между действующей в настоящее время необходимой обороной и имевшим место в дореволюционном казахском обществе обычаем мести.

Также известный ученый В. Сергеевич сделал вывод, что в древности в ходе зарождения и появления мести, необходимая оборона не могла су ществовать как особый законный институт, поскольку месть, как понятие более широкое, заключало в себе право необходимой обороны [38, с. 164].

Мы соглашаемся с мнением В. Сергеевича и делаем вывод, что в древно сти понятие мести имело более широкое толкование и заключало в себе такую же правовую норму необходимой обороны. Следовательно, не ис ключается возможность наличия необходимой обороны в ходе осуществ ления мести, т.к. потерпевшее лицо прибегает к этому с целью восстанов ления своих нарушенных прав и восстанавливает их посредством нее. Это объясняется тем, что в прежние времена, когда месть была широко рас пространена у казахов, в случае ее не осуществления потерпевшей сторо ной, считалось, что права нарушены, и пока она не отомстит, ее будут от носить в разряд тех, кто не смог защитить свои права. Следует вывод, что в связи с этим, право на месть рассматривалось как необходимая оборона, и регулировалось правовой нормой.

Таким образом, известно, что в традиционном праве казахского наро да, наряду с осуществлением необходимой обороны при наличии посяга тельства, допускалось нанесение вреда посягателю после устранения уг розы потерпевшему, либо его близким. [38, с. 164].

В действовавшем в Казахстане Уголовном кодексе РСФСР от 1922 года необходимая оборона была сформулирована более определенно и конкретнее в правовом отношении, чем предусмотрена в «Руководящих началах». Статья 19 Уголовного кодекса РСФСР от 1922 года предусмат ривала, что необходимая оборона, наряду с применением против нападе ния или насилия, должна применяться также против незаконного посяга тельства на любое частное лицо или права обороняющегося или другого лица [38, с. 164]. Таким образом, по нашему мнению, можно сделать вы вод о том, что существует взаимосвязь и схожесть между необходимой обороной, предусмотренной статьей 19 действовавшего в 1922 году в Ка захстане Уголовного кодекса РСФСР, и социалистической и законода тельной нормой необходимой обороны, предусмотренной статьей 32 дей ствующего в настоящее время уголовного кодекса Республики Казахстан.



Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 9 |
 

Похожие работы:





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.