авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:   || 2 | 3 |
-- [ Страница 1 ] --

Фонд развития юридической наук

и

МЕЖДУНАРОДНАЯ КОНФЕРЕНЦИЯ

«СОВРЕМЕННЫЕ ТЕНДЕНЦИИ ПРАВОВЫХ ИССЛЕДОВАНИЙ»

(17 августа 2013 г.)

МЕЖДУНАРОДНАЯ КОНФЕРЕНЦИЯ

«ПРАВО И ОКОЛОПРАВОВЫЕ НАУКИ: НОВЫЕ ВЕКТОРЫ

ИССЛЕДОВАНИЙ»

(14 сентября 2013 г.)

г. Санкт-Петербург – 2013

© Фонд развития юридической науки

УДК 34

ББК Х67(Рус)

ISSN: 0869-1243

Современные тенденции правовых исследований: международная конференция (17 августа 2013 года г. Санкт-Петербург): Фонд развития юридической науки.

Центр академических публикаций. – 68 стр.

Право и околоправовые науки: новые векторы исследований развитие институциональной структуры правового государства в современных условиях:

международная конференция (14 сентября 2013 года г. Санкт-Петербург):

Фонд развития юридической науки. Центр академических публикаций. – 68 стр.

Тираж: 200 шт.

УДК ББК Х67(Рус) ISSN: 0869- Издательство не несет ответственности за материалы, опубликованные в сборнике. Все материалы поданы в авторской редакции и отображают персональную позицию участника конференции.

Контактная информация Организационного комитета конференции:

Фонд развития юридической науки Электронная почта: info@legal-foundation.ru Официальный сайт: www.legal-foundation.ru Администратор конференции - Кошкин Денис Викторович Оглавление ТЕОРИЯ И ИСТОРИЯ ГОСУДАРСТВА И ПРАВА Подорожная Т.С.

ПРАКТИЧЕСКОЕ ЗНАЧЕНИЕ ПРОЦЕССА КОНСТИТУЦИОНАЛИЗАЦИИ ДЛЯ ПРАВОВОЙ СИСТЕМЫ УКРАИНЫ.............................................................. КОНСТИТУЦИОННОЕ ПРАВО Заворотченко Т.Н.

ИСТОРИЧЕСКИЕ УСЛОВИЯ НОРМАТИВНО-ПРАВОВОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ ПОЛИТИЧЕСКИХ ПРАВ ЧЕЛОВЕКА В УССР................. УГОЛОВНОЕ ПРАВО И ПРОЦЕСС Максимихина Ю.О.

К ВОПРОСУ О КРУГЕ ЛИЦ, ЗАИНТЕРЕСОВАННЫХ В ПРОДОЛЖЕНИИ ПРОИЗВОДСТВА ПО УГОЛОВНОМУ ДЕЛУ В ОТНОШЕНИИ УМЕРШЕГО..................................................................................................................................... Новикова А.И.

ПРАКТИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ РАЗГРАНИЧЕНИЯ НЕЗАКОННОГО ПРОИЗВОДСТВА АБОРТА ОТ СМЕЖНЫХ СОСТАВОВ ПРЕСТУПЛЕНИЯ В РОССИИ И ЗА РУБЕЖОМ...................................................................................... Сайлибаева Ж. Ю.

ПРАКТИКА ПРИМЕНЕНИЯ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА ОБ УГОЛОВНОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ ЗА КОНТРАБАНДУ В РЕСПУБЛИКЕ КАЗАХСТАН. Шмыков Д.В.

ПОЗИЦИИ УЧЕНЫХ К ОПРЕДЕЛЕНИЮ ПОРНОГРАФИИ............................. ГРАЖДАНСКОЕ ПРАВО И ПРОЦЕСС Колотилова И.А.



К ВОПРОСУ О ТРЕБОВАНИЯХ, ПРЕДЪЯВЛЯЕМЫХ К СУДЕБНЫМ РЕШЕНИЯМ В ГРАЖДАНСКОМ ПРОЦЕССЕ УКРАИНЫ............................... Короед С.А.

О ПОНЯТИИ СУДЕБНОГО ПРОЦЕССУАЛЬНОГО ИНТЕРЕСА В АСПЕКТЕ ПОВЫШЕНИЯ ЭФФЕКТИВНОСТИ ПРАВОСУДИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ....................................................................................................................... Прудникова А.Е.

К ВОПРОСУ О СУБЪЕКТАХ ЛИЗИНГОВОГО ОБЯЗАТЕЛЬСТВА................ АДМИНИСТРАТИВНОЕ, ФИНАНСОВОЕ, ТАМОЖЕННОЕ ПРАВО Бондаренко Е.В.

НЕКОТОРЫЕ АСПЕКТЫ УПРАВЛЕНИЯ ГОСУДАРСТВЕННОЙ СЛУЖБОЙ В УКРАИНЕ И РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ.................................................... Лаптев С.С., ПОЛНОМОЧИЯ СУДЬИ АДМИНИСТРАТИВНОГО СУДА: ПОНЯТИЕ, ПРИЗНАКИ И СОСТАВЛЯЮЩИЕ ЭЛЕМЕНТЫ................................................ УГОЛОВНО-ИСПОЛНИТЕЛЬНОЕ ПРАВО, КРИМИНОЛОГИЯ Квасникова Т.В.

ЭКОНОМИЧЕСКАЯ ПРЕСТУПНОСТЬ НА РЫНКЕ НЕДВИЖИМОСТИ:

РОЛЬ ЖЕНЩИН....................................................................................................... ТРУДОВОЕ ПРАВО Скворцова Т.В.

ПОЗВОЛЯЕТ ЛИ РОССИЙСКОЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО ПРИМЕНЯТЬ ЗАПАДНЫЕ КАДРОВЫЕ ТЕХНОЛОГИИ?.......................................................... ЭКОЛОГИЧЕСКОЕ, ЗЕМЕЛЬНОЕ И АГРАРНОЕ ПРАВО Васильев А.М., Васильева Н.А.

ПРОБЛЕМЫ ВОЗМЕЩЕНИЯ ЭКОЛОГИЧЕСКОГО ВРЕДА............................ ТЕОРИЯ И ИСТОРИЯ МЕЖДУНАРОДНОГО ПРАВА Задорожний А.В.

МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРАВО В ДВУСТОРОННИХ ОТНОШЕНИЯХ ГОСУДАРСТВ: К ПОСТАНОВКЕ ПРОБЛЕМЫ.................................................. Пащук Т. В.

МЕЖДУНАРОДНОЕ ПОЛОЖЕНИЕ ПОЛЬШИ И ЕЕ ВНЕШНЯЯ ПОЛИТИКА В МЕЖВОЕННЫЙ ПЕРИОД (1919- 1939 гг.)....................................................... МЕЖДУНАРОДНОЕ ГУМАНИТАРНОЕ ПРАВО Мильченко Е.А.

ПОСТАВЩИКИ ИЛИ ПОТРЕБИТЕЛИ МЕЖДУНАРОДНОЙ БЕЗОПАСНОСТИ?................................................................................................... ТЕОРИЯ И ИСТОРИЯ ГОСУДАРСТВА И ПРАВА Подорожная Т.С.

к.ю.н., доцент Подольского государственного аграрно-технического университета ПРАКТИЧЕСКОЕ ЗНАЧЕНИЕ ПРОЦЕССА КОНСТИТУЦИОНАЛИЗАЦИИ ДЛЯ ПРАВОВОЙ СИСТЕМЫ УКРАИНЫ Провозглашенные в Конституции Украины правовые идеи, нормы и принципы верховенства закона, положения о правах и свободах человека и гражданина соответствуют нормам международного права и имеют важное значение для продолжения конституционно-правовой реформы. Учитывая это, потребность модернизации правовой системы Украины с целью обеспечения ее наиболее эффективного функционирования, предполагает актуализацию исследования вопросов ее конституционализации.

Собственно проблема конституционализации правовой системы Украины имеет большое значение не только для решения чисто научных задач, но и для юридической практической деятельности. В этом аспекте, признавая Конституцию центральным элементом, ядром правовой системы, следует заметить, что, назначение Основного закона во многом определяется и связано с процессом конституционализации: во-первых, Конституция занимает ведущее место в правовой системе, в области законодательства. Во-вторых, Конституция имеет высшую юридическую силу, когда все другие правовые акты издаются на основе и во исполнение ее положений, а в случае разногласий действуют нормы Конституции. В-третьих, Конституция выступает мощным правосоздательным фактором: и в смысле прямого действия ее норм, и благодаря нормативно-ориентационном влиянии на процесс законотворчества.





В-четвертых, Конституция служит главным нормативно-правовым критерием толкования и применения всех юридических актов, осуществление юридических действий.

Уровень конституционного регулирования наиболее высокий из возможных уровней правового регулирования. Именно благодаря конституционализации обеспечивается (с учетом изменений и перспектив развития институтов власти, демократии и гражданского общества) уровень конституционного регулирования. Как следствие, такая конституционализация способствует стабильности и преемственности их конституционно-правового развития [1, с. 52]. Именно поэтому очень важно прибегать в исследованиях к сущности и основных характеристик конституционализации всех элементов правовой системы как основы механизма правового регулирования. И это потому, что нормы Конституции Украины (как известно) выступают высшим материальным критерием права. Все, что содержится и выражается в праве, должно соответствовать конституционным нормам. Конституция имеет высшую юридическую силу, является приматом относительно всех остальных норм. Главные цели, закрепленные в Конституции Украины, являются ведущими ориентирами и для нормотворческого процесса, и для деятельности по реализации правовых норм. Нормы Конституции, по сравнению с отраслевыми нормами, имеют высшую юридическую силу в иерархии правовых норм и являются основополагающими (отсюда и название - Основной Закон государства). Отметим также, что существует возможность многовариантного толкования конституционной нормы с учетом изменения жизненных обстоятельств или субъективного правопонимания. Все конституционные нормы предопределяют содержание отраслевых норм, иногда корректируя их в процессе правоприменения.

Заметим, что важное значение в процессе конституционализации правовой системы имеют также конституционные принципы, которые отличаются нормативным характером. Их роль заключается в том, что «они аккумулируют, обобщают наиболее важные, социально значимые явления и процессы материальной и духовной жизни общества, дают им оценку и вводят их в рамки принятых в государстве нормативов» [2, с. 48]. Они тесно связаны с регулированием общественных отношений, влияющих на всю правовую систему и действуют именно как правовые принципы, которыми должны руководствоваться все правотворческие и правоприменительные органы, все граждане, должностные лица и общественные объединения. Конституция дает импульс, а также устанавливает принципы развития отраслевого законодательства, вызывая тем самым законотворческую и правоприменительную стратегию в нем. Конституционные принципы в полной мере обладают свойствами нормативно-правового регулятора общественных отношений, «а их сила обусловлена отношением к ним общества» [3, с. 25-26].

Итак, Конституция призвана направлять в правильном направлении общественные процессы, а ориентиром для этого служат ее нормативно установленные цели. Безусловно, в процессе функционирования, правовая система подвергается воздействию многих факторов (как объективных, так и субъективных), которые наблюдаются в обществе на конкретном этапе его развития. В этом контексте следует отметить, что особая природа Конституции состоит в том, что она является юридически узаконенным балансом интересов всех социальных групп. Основной Закон способствует устранению соответствующих коллизий с помощью специфического конституционного воздействия на все сферы общественных отношений, выступая механизмом согласования частноправовых и публично-правовых интересов.

Конституционные нормы должны пронизывать все элементы правовой системы государства. Для этого важно, чтобы не только было введены положения Конституции в текущее законодательство но и чтобы были созданы условия для прямого действия конституционных норм и применения их в различных сферах правовой жизни. По нашему мнению, процесс преобразования правовой системы должен быть комплексным, включать все ее составные части, в частности обеспечение единства объективного и субъективного права, усовершенствования деятельности правотворческих и правоприменительных органов, соответствие развития правоотношений действующему праву. Однако главное место в этом процессе должна принадлежать повышению уровня правосознания субъектов права. Только при таких условиях, по нашему убеждению, можно обеспечить необходимую дееспособность правовой системы Украины. Поскольку приоритетными направлениями в нашей стране стали социальная сфера, здравоохранение, сельское хозяйство, образование, то можно сделать вывод, что страна стремится к построению не только социального, но и правового государства.

Это возможно при условии создания эффективной правовой системы, требующей не только дальнейшего развития правовых институтов, но и коренной трансформации базового элемента существования и развития всей правовой системы - правового сознания общества. Современное государство это такая правовая, демократическое государство, идеология и политика которой исходят из интересов общества, а не государственной власти.

Здравоохранение, образование и жилье - это те области, где гражданам большей степени необходима поддержка со стороны государства. С внедрением программ, касающихся реализации приоритетных национальных проектов, в них появилась возможность в большей мере реализовать свои социально экономические права, предусмотренные Конституцией Украины.

Список использованной литературы:

Баймуратов М. А. Конституционное право Украины в системе 1.

мирового коммунитарного права / М. А. Баймуратов // Конституционное право Украины / под ред. М. А. Баймуратиова, А. В. Батанова. – Харьков, 2008.

Лучин О. В. Конституция Российской Федерации: проблемы 2.

реализации / О. В. Лучин. – М., 2002.

The Constitution in 2020 / еd. by Jack M. Balkin, Reva B. Siegel. – 3.

Oxford University Press, 2009. – P. 25–26.

КОНСТИТУЦИОННОЕ ПРАВО Заворотченко Т.Н.

кандидат юридических наук, доцент кафедры теории государства и права, конституционного права и государственного управления Председатель Совета молодых учёных юридического факультета Днепропетровского национального университета имени Олеся Гончара г. Днепропетровск, Украина ИСТОРИЧЕСКИЕ УСЛОВИЯ НОРМАТИВНО-ПРАВОВОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ ПОЛИТИЧЕСКИХ ПРАВ ЧЕЛОВЕКА В УССР Учитывая интересы трудящихся и политическую активность народных масс, нормативно-правовое регулирование политических прав человека в УРСР обеспечивалось предоставлением права на свободу объединения в общественные организации, профессиональные союзы, кооперативные объединения, организации молодёжи, спортивные и оборонные организации, культурные, технические и научные общества. Наиболее активные и сознательные граждане со скамьи рабочего класса и других слоёв трудящихся объединяются в Коммунистическую партию (большевиков) Украины, которая является передовым загоном трудящихся в их борьбе за укрепление и развитие социалистического строя, и представляет собой руководящее звено всех общественных и государственных организаций трудящихся.

Позднее, во времена „застоя”, 20 апреля 1978 г. на внеочередной сессии Верховной Рады Украинской ССР девятого созыва была принята Конституция Украинской Советской Социалистической Республики, главу шестую раздела второго „Государство и личность” была посвящена основным правам, свободам и обязанностям граждан Украинской ССР. Нормы, закреплявшие политические права и свободы человека и гражданина, практически восстанавливали положения, содержавшиеся в предыдущих советских конституциях. На первый взгляд, в данной конституции имела место значительная палитра политических прав и свобод за исключением того, что они указывались на бумаге, носили декларативные лозунги, и поэтому граждане Украины лишались этой важной группы прав и свобод. На наш взгляд, следует прокомментировать отдельные положения данной конституции. Так, ст. 46 указывала, что граждане Украинской ССР имеют право принимать участие в управлении государственными и общественными делами, в обсуждении и принятии законов и решений общегосударственного и местного значения. Это право обеспечивается возможностью избирать и быть избранными в Советы народных депутатов и других избирательных государственных органов, принимать участие во всенародных обсуждениях и голосованиях, народном контроле, в работе государственных органов, общественных организаций и органов общественной самодеятельности, в собраниях трудовых коллективов и за местом проживания. Следующая норма, с нашей точки зрения, действительно имела место на практике, и наверное на много лучше, чем в современных условиях. Речь идёт об обращении граждан. Так, ст. 47 указывала на то, что каждый гражданин Украинской ССР имеет вносить в государственные органы и общественные организации предложения об улучшении их деятельности и критиковать недостатки в работе. Служебные лица обязаны в установленные сроки рассматривать предложения и заявления граждан, давать на них ответы и применять необходимые меры. Преследовать за критику запрещается. Лица, преследующие за критику, привлекаются к ответственности. Наконец, норма ст. 48 указывала, что в соответствии с интересами народа и с целью укрепления и развития социалистического строя гражданам Украинской ССР гарантируются свободы слова, печати, сборов, митингов, уличных походов и демонстраций. Осуществление этих политических свобод обеспечивается предоставлением трудящимся и их организациям общественных зданий, улиц и площадей, широким распространением информации и возможностью использования прессы, телевидения и радио. До принятия новой конституции продолжала действовать прежняя с многочисленными дополнениями. Именно так появилась норма ст.

49, в которой речь шла о том, что граждане Украины имеют право объединяться в политические партии, другие общественные организации, принимать участие в движениях, способствующих удовлетворению их законных интересов. Осуществление этого права не подлежит никаким ограничениям, кроме тех, которые предусматриваются законом и являются необходимыми для интересов государственной или общественной безопасности, общественного порядка или защиты прав и свобод граждан [1, с.

170]. Итак, в разные исторические периоды в конституциях Украины закреплялись политические права. Но, как показывает история, государственными органами надлежащим образом они не обеспечивались, а поэтому в большинстве случаев граждане лишались возможности их реализовывать. С принятием Конституции Украины 28 июня 1996 г. ситуация в этом направлении значительно улучшилась. И теперь это гарантированные политические права и свободы, среди которых – право на свободу объединения в политические партии и общественные организации (ст. 36);

запрет создания и деятельности политических партий и общественных организаций, программные цели которых направлены на ликвидацию независимости Украины, изменение конституционного строя насильственным путём (ст. 37);

право принимать участие в управлении государственными делами (ст. 38);

свобода мирных собраний, митингов, походов и демонстраций (ст. 39);

право на обращение (ст.

40). Но одно дело – закрепить в Основном Законе государства политические права и свободы, а другое – их обеспечить соответствующим образом. Дело в том, что одним из принципов политико-правовой концепции народовластия в нашем государстве в недалёком прошлом был коллективистский характер осуществления власти. Считалось, что каждый отдельный гражданин владеет политической властью только совместно с другими гражданами в виде субъекта полновластия – советского народа. Такой односторонний подход к содержанию власти привёл к отделению от неё обычного гражданина и к созданию системы нормативных актов только формально, декларативно закрепивший политические права и свободы человека и гражданина. Изменения в общественном сознании, осуществившиеся в последние годы, требуют от современной государственно-правовой науки отказа от предыдущего подхода к оценке субъективных политических прав и свобод и признания очевидности того факта, что каждый гражданин является субъектом политической, а иногда – и государственной власти [2, с. 27]. Новая концепция взаимоотношений государства и власти обусловлена необходимостью коренного изменения оценки и правового содержания политических прав и свобод человека и гражданина и разработки системы нового законодательства, которое бы регулировало указанные права и свободы. Комплекс прав и свобод человека и гражданина, который даёт возможность для всестороннего развития и совершенствования. Кроме того, этот комплекс требует реагирования со стороны государства. Задание именно демократического государства, которым пытается быть Украина, состоит в том, чтобы наиболее полно выразить и законодательно закрепить права и свободы человека и гражданина.

Конституционное стремление развивать и изменять демократическое государство невозможно реализовывать без утверждения в общественном сознании и социальной практике неотчуждаемых прав и свобод человека, а также нормативного закрепления их гарантий. И именно государство обязано проявлять активность в обеспечении прав человека и гражданина. Следует ещё и указать на то, что реализация и внедрение в жизнь государством демократических принципов осуществляется с помощью предоставления гражданам возможности реализовывать конституционные политические права, являющиеся неотъемлемыми правами человека, которые закреплены Всеобщей декларацией прав человека. Что же касается меры реализации прав человека, то вона во многом зависит от неуклонного соблюдение и исполнения законов.

Основу развития правового статуса граждан образуют их конституционные права и свободы, важное место среди которых занимают политические.

Учитывая изменения, произошедшие в нашем государстве за период приобретения независимости, актуальным остаётся задание, касающееся усовершенствования законодательства на основании закреплённых норм Конституцией Украины, регулирующих политические права и свободы человека и гражданина. В последнее время в Украине значительно увеличилось количество политических мероприятий, таких как митинги, демонстрации, уличные походы, в которых принимает участие большое количество людей.

Иногда возникают определённые недопонимания между организаторами указанных мероприятий и представителями органов власти по поводу свободной реализации конституционных политических прав и свобод человека и гражданина. Кое-где местная власть неохотно предоставляет возможность гражданам использовать центральные площади, улицы, мотивируя тем, что эти мероприятия мешают нормальному движению транспорта и что большой толпой портятся газоны, насаждения и т.д. Как правило, такие действия, влекут за собой определённые негативные выводы участников в отношении местной власти и порождают в них неверие в беспрепятственную реализацию конституционных свобод. Безусловно, по нашему мнению, причин этому немало, но основой является несовершенное законодательство.

В качестве вывода к нашим тезам об исторических условиях нормативно правового регулирования политических прав человека в УССР, следует отметить следующее: надлежащее обеспечение государственными органами конституционных политических прав и свобод человека и гражданина требует постоянного неуклонного усовершенствования наработанных механизмов. И в контексте расширения и утверждения демократии в современных условиях необходимо комплексно осуществлять решение большинства вопросов, связанных с обеспечением этой группы системы прав человека государственными органами.

Список использованной литературы:

Конституции и конституционные акты Украины. История и 1.

современность. – К.: Ин-т государства и права им. В.М. Корецкого НАН Украины, 2001. – 400 с.

Букач В.В., Олейник А.Ю. Конституционные политические права и 2.

свободы человека и гражданина в Украине в Украине: Монограф. на укринском языке. – Д.: Днепроп. госуд. ун-т внутр. дел, 2006. – 172 с.

УГОЛОВНОЕ ПРАВО И ПРОЦЕСС Максимихина Ю.О.

аспирантка Самарского государственного университета К ВОПРОСУ О КРУГЕ ЛИЦ, ЗАИНТЕРЕСОВАННЫХ В ПРОДОЛЖЕНИИ ПРОИЗВОДСТВА ПО УГОЛОВНОМУ ДЕЛУ В ОТНОШЕНИИ УМЕРШЕГО Конституционный Суд РФ в Постановлении от 14.07.2011 г. N 16-П «По делу о проверке конституционности положений пункта 4 части первой статьи 24 и пункта 1 статьи 254 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан С.И. Александрина и Ю.Ф. Ващенко»

указал на необходимость привлечения к участию в производстве по уголовному делу в случае смерти подозреваемого (обвиняемого) его близких родственников и иных заинтересованных лиц. Однако термин «заинтересованные лица» в уголовно-процессуальном законодательстве отсутствует, его содержание не раскрывает и КС РФ.

Вместе с тем, КС РФ определил, что основной целью производства по уголовному делу в отношении умершего является защита чести, достоинства и доброго имени умершего, незаконного и необоснованно подвергнутого уголовному преследованию и дальнейшая его реабилитация [1, с. 8]. С учетом именно этой цели производства и должен определяться круг лиц, которым может быть предоставлено право настаивать на продолжении производства по уголовному делу в отношении умершего. Обоснованным представляется наделение таким правом всех лиц, которым при жизни умерший был не безразличен, для которых с морально-этической стороны важно защитить добрую память о дорогом близком родном человеке. Однако существуют и иные мотивы предоставления права инициировать производство по уголовному делу в отношении умершего, так, например, это может быть материальная заинтересованность, либо желание защитить личные честь и достоинство.

Нужно отметить, что УПК РФ в ст.5 выделяет три категории лиц, которым, на наш взгляд, должна быть обеспечена возможность возражать против прекращения уголовного дела в связи со смертью подозреваемого (обвиняемого): близкие родственники, родственники, близкие лица.

В соответствии с п.4 ст.5 УПК РФ к близким родственникам относятся супруг, супруга, родители, дети, усыновители, усыновленные, родные братья и родные сестры, дедушка, бабушка, внуки. Данный перечень близких родственников практически не претерпел изменений по сравнению с тем, который содержался в п. 8 ст. 34 УПК РСФСР. Братья и сестры, как вытекает из сопоставления данного пункта со ст. 14 СК РФ, рассматриваются в качестве близких родственников, независимо от того, являются ли они полнородными или неполнородными. Такой перечень близких родственников является наиболее полным и отвечает требованию обеспечения права на защиту как доброй памяти об умершем, так и собственных чести и достоинства его ближайших родственников.

Именно этой категории лиц должно быть предоставлено приоритетное право принятия решения о необходимости продолжения производства по уголовному делу в отношении умершего, поскольку постановлением о прекращении уголовного дела в связи со смертью подозреваемого (обвиняемого), прежде всего, затрагиваются их интересы как неимущественного, так и имущественного характера. Как отметил КС РФ нельзя не принимать во внимание наличие у заинтересованных лиц, прежде всего близких родственников умершего подозреваемого (обвиняемого) законного интереса, оправдывающего дальнейшее рассмотрение дела, который может заключаться в желании защитить как честь и достоинство умершего и добрую память о нем, так и собственные честь и достоинство, страдающие ввиду сохранения известной неопределенности в правовом статусе умершего в случае прекращения в отношении него уголовного дела по нереабилитирующему основанию. Кроме того, законный интерес этих лиц в случае реабилитации умершего подозреваемого (обвиняемого) может иметь и имущественный характер [1, с.8].

Ко второй категории лиц, которым, по нашему мнению, должно быть предоставлено право возражать против прекращения уголовного дела в отношении умершего, следует отнести родственников умершего. В соответствии с п. 37 ст.5 УПК РФ родственниками названы все иные лица, за исключением близких родственников, состоящие в родстве. Их состав А.В.

Смирнов и К.Б. Калиновский предлагают определять с учетом положений ст.

1143-1145 ГК РФ [2, с.32]. По их мнению, к родственникам следует относить племянников и племянниц, дядь и теть, двоюродных братьев и сестер, прадедушек и прабабушек, двоюродных внуков и внучек, двоюродных дедушек и бабушек, двоюродных правнуков и правнучек, двоюродных племянников и племянниц, двоюродных дядь и теть. Родственники умершего, также как и близкие родственники, могут иметь как неимущественный, так и имущественный интерес в продолжении производства по уголовному делу.

Однако необходимо обратить внимание, что право возражать против прекращения уголовного дела в отношении умершего, у них возникает лишь при условии отсутствия близких родственников либо невозможности принятия ими соответствующего решения.

К третьей категории лиц, которой должно быть предоставлено право возражать против прекращения уголовного дела в отношении умершего относятся, так называемые, близкие лица. УПК РФ в п.3 ст.5 определяет близких лиц лишь относительно свидетелей и потерпевших. Это, прежде всего, свойственники потерпевшего и свидетеля, а также те лица, жизнь, здоровье и благополучие которых дороги потерпевшему, свидетелю в силу сложившихся личных отношений. Другими словами, это люди, связанные со свидетелем или потерпевшим тесным личным общением, дружбой или любовью [2, с. 32].

На наш взгляд, понятие «близкие лица» следует расширить и распространить не только на лиц близких свидетелю и потерпевшему, но и умершему подозреваемому и обвиняемому. Обоснованность такого дополнения определяется необходимостью обеспечить право на защиту чести и доброй памяти умершего не только лицами, состоящими с ним в родстве, но и лицами, которым умерший при жизни был не безразличен, это могут быть лица, не состоящие с умершим в зарегистрированном браке, но на протяжении длительного периода поддерживающие с ним семейные отношения, друзья или свойственники. Следует отметить, что гражданское законодательство, допуская возможность защиты чести и достоинства гражданина после его смерти (ст. ГК РФ), также не ограничивает родственными связями круг лиц, которые могут обращаться с таким требованием.

Тем не менее, предоставляя лицам близким умершему право настаивать на продолжении производства по уголовному делу, следует обратить внимание на то, что их мнение может быть учтено лишь при условии отсутствия у умершего близких родственников и родственников, которые имеют возможность выразить свое отношение к прекращению уголовного дела в отношении умершего по нереабилитирующему основанию.

Рассматривая вопрос о порядке участия заинтересованных лиц в производстве по уголовному делу в отношении умершего, необходимо отметить, что, на наш взгляд, правильным будет допускать к участию в производстве по уголовному делу в отношении умершего только одно заинтересованное лицо. В условиях же когда несколько заинтересованных лиц выразили желание принять участие в уголовном судопроизводстве право решать, кто из них будет выступать в защиту чести и доброго имени умершего должно быть предоставлено им самим. Однако в некоторых случаях суд, действуя в интересах защиты доброй памяти умершего, может взять решение этого вопроса на себя.

Кроме того, при решении вопроса о том, кто будет участвовать в судопроизводстве необходимо учитывать личность заинтересованного лица и конкретные обстоятельства дела. В случае отказа от участия в деле одного заинтересованного лица следует привлечь иное заинтересованное лицо, выразившее желание на участие в судопроизводстве. Аналогичная позиция была выражена М.С. Строговичем по отношению к участию в судопроизводстве законных представителей несовершеннолетнего [3, с.484].

В заключение следует также отметить, что если хотя бы один человек в рамках каждой категории выскажет возражения против прекращения производства по уголовному делу на основании п.4 ч.1 ст.24 УПК РФ, производство по уголовному делу подлежит продолжению независимо от наличия согласия на прекращение производства других лиц. Это позволит обеспечить реализацию права каждого заинтересованного лица на защиту чести, доброго имени и памяти умершего.

Список использованной литературы:

Постановление Конституционного Суда РФ от 14 июля 1.

2011 г. N 16-П "По делу о проверке конституционности положений пункта части первой статьи 24 и пункта 1 статьи 254 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан С.И. Александрина и Ю.Ф. Ващенко"// Российская газета. – 2011. – 29 ноября. - № 165.

Смирнов А.В., Калиновский К.Б. Комментарий к Уголовно 2.

процессуальному кодексу Российской Федерации. Постатейный (под общ. ред.

А.В. Смирнова). 4-е издание, дополненное и переработанное. - Система ГАРАНТ, 2007 г.

Строгович М.С. Курс советского уголовного процесса: Порядок 3.

производства по уголовным делам по советскому уголовно-процессуальному праву. Т. 2 / Строгович М.С. – М.: Наука, 1970. – 516 с.

Новикова А.И.

студент Белгородского государственного исследовательского университета ПРАКТИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ РАЗГРАНИЧЕНИЯ НЕЗАКОННОГО ПРОИЗВОДСТВА АБОРТА ОТ СМЕЖНЫХ СОСТАВОВ ПРЕСТУПЛЕНИЯ В РОССИИ И ЗА РУБЕЖОМ В уголовной практике особое значение имеет вопрос квалификации преступления, то есть отнесения всех элементов данного общественно-опасного деяния к определенному составу, с целью назначить соответствующую меру наказания, отвечающую ряду принципов уголовного законодательства.

В связи с этим целесообразно рассмотреть состав конкретного преступления, а именно незаконного производства аборта, описанное статьей 123 УК РФ и выявить существующие проблемы разграничения данного вида преступления от других, смежных с ним, в отечественном и зарубежном законодательстве на примере анализа норм уголовного кодекса РФ и судебной практики РФ и зарубежных стран.

Останавливаясь на судебных решениях по рассмотренным делам, перейдем к анализу постановления Московского городского суда от сентября 2010 г. В ходе данного разбирательства было расследовано дело о причинении смерти гражданке Р. В ходе выполнения операции по искусственному прерыванию беременности гражданкой Комаровой.

Гражданка Комарова Т.И., ранее несудимая была осуждена по ч. 2 ст. УК РФ к лишению свободы сроком на 3 года с лишением права заниматься деятельностью по оказанию медицинских услуг сроком на 3 года [3]. В рамках данного дела Комарова Т.И., не имея высшего медицинского образования, своими действиями в процессе осуществления аборта гражданке Р. вызвала своими действиями кровотечение, которое привело к смерти гражданки Р.

По решению суда Комарова была привлечена к уголовной ответственности по ст.109 УК РФ [1]. Но отметим, что данное общественно-опасное деяние соответствует составу преступления предусмотренного ч.2 ст.123 УК РФ. По итогам решения, для Комаровой был предусмотрен срок лишения свободы до лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельности на срок до трех лет или без такового. Данный пример отечественной практики демонстрирует нам очевидные проблемы, во первых, связанные с квалификацией преступления, во-вторых, с разграничением аналогичных по объекту преступления составов.

Для конечной оценки, рассмотрим аналогичные проблемы разграничения незаконного производства аборта за рубежом на примере Постановления от марта 2007 года Европейского суда по правам человека в деле «Tysiec vs Poland», в котором рассматривался вопрос о разрешении на производство незаконного аборта гражданке Польши [4].

В данном случае разрешение на аборт было не оправдано в связи с медицинскими рекомендациями, так как производство аборта влияло на состояние ее здоровья и жизни. Несмотря на то, что медицинское заключение по данному факту было подтверждено тремя специалистами, врач-гинеколог произвел гражданке Т. незаконный аборт по ее собственному желанию, после чего последовало значительное ухудшение ее здоровья.

По итогам дела данный вид деяния квалифицировался как причинение среднего вреда тяжести потерпевший, однако перед нами налицо состав преступления связанный с незаконным производством аборта, а, следовательно, вместо назначенного наказания в виду штрафа в размере 25 тыс. евро, следует более строгое наказание в виде лишения свободы.

Из рассмотренных примеров становится очевидна необходимость разграничения незаконного производства аборта от прочих смежных с ним составов для правильной квалификации преступлений. Поскольку данные составы преступлений имеют различия между собой лишь по одному или нескольким признакам, то необходимо определить те исключительные признаки, которые позволят разграничить состав по незаконному производству аборта от смежных составов преступления.

Исходя из отечественной судебной практики последних лет данное разграничение особенно актуально, поскольку незаконное производство аборта, уголовная ответственность за которое предусмотрена ст.123 УК РФ довольно часто квалифицируют по ст. 106 УК РФ и 107 УК РФ, находя данные составы наиболее подходящими к данному преступлению[1].

Для того чтобы решить данную проблему, логично использовать способ, состоящий в разграничении в первую очередь незаконного производства аборта, по общим критериям, а затем использовать исключительные. Исходя из предлагаемого метода, разграничительные признаки незаконного аборта целесообразно.

Наличие того или иного разграничительного признака обусловливает необходимость применения уголовно-правовой нормы, в которой предусмотрен данный признак. Для примера мы возьмем два основных признака, это характер вреда и форму вины.

Первый критерий, а именно характер вреда, причиненного здоровью человека, не позволяет разграничить состав ст.123 УК РФ. Связано это с тем, что вред причиненный здоровью человека, а частности его внутренним органам в данном случае может быть причинен не только вследствие незаконного производства аборта, но и по другим причинам, поэтому недостаточным будет определить лишь данную сторону дела.

Следующий критерий, форма вины дает возможность разграничить преступления против здоровья человека, совершаемые умышленно или по неосторожности. Состав преступления, субъективная сторона которого характеризуется виной в форме неосторожности описан в ч. 3 ст. 123 УК РФ, однако помимо этого в рамках данные признаки описаны в ст. 118, ч. 4 ст. 122, ст. 124 УК РФ, что затрудняет квалификацию, но при этом сужает круг статей смежного состава.

В связи с этим целесообразно будет изучить отдельные критерии, среди которых выделяют сферу объекта, объективную сторону, субъективную сторону и субъект преступления. По признакам, характеризующим потерпевшего, в том числе его действия и поведение является возможным разграничить незаконное производство аборта, потерпевшей от которого является беременная женщина;

неоказание помощи больному, потерпевшим от которого признается больной.

С помощью определения формы и содержания деяния, возможно, разделить незаконное производство аборта с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшей в форме только действия и неоказание помощи больному, повлекшее по неосторожности вред здоровью средней тяжести в форме лишь бездействия;

причинение тяжкого вреда здоровью по неосторожности, совершаемое в формах действия или бездействия.

По признакам, характеризующим специального субъекта, незаконное производство аборта, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшей разграничивается от неоказания помощи больному, повлекшее по неосторожности причинение средней тяжести или тяжкого вреда здоровью потерпевшего;

субъект названных деяний специальный соответственно лицо, не имеющее высшего медицинского образования соответствующего профиля, в том числе судимое ранее за незаконное производство аборта, и лицо, обязанное оказывать помощь больным в соответствии с законом или со специальным правилом.

Из вышеизложенного следует, что состав предусмотренный статьей УК РФ, возможно, разграничить между другими составами по одному или нескольким отдельным критериям, а также предполагает использование сочетаний этих критериев.

Разграничение рассматриваемых преступлений между собой осуществляется посредством общих, отдельных и единичных критериев, которые используются в различных сочетаниях и имеют важное значение поскольку в процессе судебного разбирательства могут сыграть решающую роль в вопросе восстановления справедливости по отношению, как к потерпевшим, так и подсудимым.

Список использованной литературы Уголовный кодекс Российской Федерации от 13.06.1996 N 63-ФЗ 1.

[Электронный ресурс]/ Гарант. - Электрон. Дан.- Режим доступа:

http://base.garant.ru/10108000/ Панкратов, В. И. Проблемы установления уголовной 2.

ответственности за незаконное производство аборта / В. И. Панкратов // Уголовное право.- 2011.- № 3.- C.23-27.

Постановление Московского городского суда от 23 сентября 3.

2010 г. по делу N 4у/11-7219 [Электронный ресурс] / Гарант. - Электрон.

Дан.- Режим доступа: http://base.garant.ru/5965 4. Постановления Европейского Суда по правам человека от 20 марта года дело «Тысенц против Польши» от 20 марта 2007 г. [вынесено IV Секцией] [Tysiecv. Poland] (N 5410/03) [Электронный ресурс] / Гарант. - Электрон. Дан. Режим доступа: http://base.garant.ru/5732907/ Сайлибаева Ж. Ю.

ст.преподаватель Уголовно-правовых дисциплин ИПиЭ КазНПУ имени Абая кандидат юридических наук ПРАКТИКА ПРИМЕНЕНИЯ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА ОБ УГОЛОВНОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ ЗА КОНТРАБАНДУ В РЕСПУБЛИКЕ КАЗАХСТАН.

Обстоятельствами, ограничивающими уголовно наказуемую контрабанду от контрабанды, наказуемой в административном порядке, а также от нарушений таможенных правил, сопряженных с перемещением товаров и предметов через таможенную границу, являются крупный размер контрабанды либо перемещение предметов, в отношении которых установлены специальные правила.

На сухопутной территории, на водах, в воздушном пространстве таможенная граница, исключая периметры свободных таможенных зон и свободных складов, вне зависимости от местонахождения пунктов пропуска, таможенных постов совпадает с государственной границей.

Указание в процессуальных следственных и судебных документах крупного, особо крупного размера и других квалифицирующих признаков контрабанды, в том числе специальных правил перемещения в отношении определенных предметов, является обязательным.

Незаконное перемещение товаров или иных ценностей и предметов может совершаться как путем ввоза их на таможенную территорию, так и вывоза их с этой территории.

Под ввозом и вывозом следует понимать перемещение предметов контрабанды любым способом (провоз или пересылка при помощи любого вида транспорта, в том числе по воздуху, пересылка по почте, перенос в руках, в карманах одежды, в виде ручной клади и др.).

Незаконное перемещение осуществляется как в пунктах пропуска и других местах, определенных законодательством для пересечения границы (под видом легального перемещения), так и вне этих мест (нелегальным путем).

Преступление считается оконченным:

- при ввозе и вывозе, осуществляемом нелегально, - с момента непосредственного пересечения границы;

- при ввозе, осуществляемом под видом легального перемещения, - с момента завершения таможенного оформления, а в отношении предметов, для которых установлены специальные правила, - с момента окончания процедуры пограничного контроля;

- при вывозе, осуществляемом под видом легального перемещения, - с момента завершения таможенного оформления.

С объективной стороны контрабанда характеризуется:

- сокрытием от таможенного контроля товаров или иных ценностей и предметов;

- их перемещением помимо таможенного контроля;

- их недекларированием или недостоверным декларированием;

- обманным использованием таможенных и иных документов или средств таможенной идентификации.

Для признания таких действий преступными наступление каких-либо вредных последствий не требуется.

Сокрытие от таможенного контроля заключается в утаивании товаров или иных ценностей и предметов, использовании при их перевозке тайников либо других способов, затрудняющих их обнаружение, или в придании одним предметам вида других.

Перемещение предметов контрабанды помимо таможенного контроля заключается в их пересылках и провозе вне таможенных постов, пунктов пропуска и иных мест, определенных законодательством и таможенными органами Республики Казахстан для проведения таможенного оформления, или вне установленного для его производства времени.

Обманное использование таможенных и иных документов или средств таможенной идентификации предполагает предъявление таможенным органам, а также лицам, осуществляющим пограничный контроль, недействительных, полученных незаконным путем, поддельных, а также содержащих ложные сведения документов, использование поддельных печатей, пломб, штампов и иных подобных средств таможенной идентификации либо предъявление подлинного средства идентификации, относящегося к другим объектам.

Недекларирование или недостоверное декларирование - это невыполнение либо ненадлежащее выполнение обязанности подать таможенную декларацию в соответствии с правилами, установленными законодательством в отношении запрещенных или ограниченных к перемещению либо изъятых из обращения товаров или иных ценностей и предметов.

Под предметами контрабанды понимаются любые движимые предметы материального мира, в том числе валюта, валютные ценности, электрическая, тепловая или иные виды энергии и транспортные средства.

К ним относятся также культурные ценности, имеющие значение художественного, научного, исторического и археологического достояния народов - произведения искусства, предметы старины и иные имеющие указанное значение предметы, объекты интеллектуальной собственности, виды животных и растений, находящихся под угрозой исчезновения, их части и дериваты (производные). Ответственность за незаконное перемещение через таможенную границу Республики Казахстан указанных, а также иных, не изъятых из обращения предметов или предметов, обращение которых не ограничено (например, продукты питания, одежда, обувь, парфюмерные товары и др.), установлена статьей 209 УК РК.

Перемещение наркотических средств, психотропных, ядовитых, сильнодействующих, отравляющих, радиоактивных или взрывчатых веществ, вооружения, военной техники, взрывных устройств, огнестрельного оружия и боеприпасов, ядерного, химического, биологического и других видов оружия массового поражения, материалов и оборудования, которые могут быть использованы для создания оружия массового поражения, образует состав преступления, предусмотренного статьей 250 УК РК и влечет ответственность независимо от размера и количества предметов контрабанды.

Стоимость предметов контрабанды определяется, исходя из государственных регулируемых цен, если таковые на эти предметы имеются, а в других случаях - из таможенной стоимости на момента совершения преступления. При невозможности определения стоимости в указанном порядке (например, в случаях контрабанды фальсифицированных спиртных напитков, других поддельных товаров) она устанавливается на основании заключения эксперта в соответствии с правилами, установленными законодательством о таможенном деле.

При признании деяний, предусмотренных статьей 209 УК РК, совершенными в крупном размере, во внимание должна приниматься стоимость только той части товаров или иных предметов, которая перемещена через таможенную границу помимо или с сокрытием от таможенного контроля, либо с обманным использованием документов или средств таможенной идентификации, а также стоимость запрещенных или ограниченных к перемещению через таможенную границу товаров, вещей и ценностей, в отношении которых установлены специальные правила перемещения через таможенную границу, недекларированных или недостоверно декларированных.

Должностным лицом, совершившим контрабанду с использованием своего служебного положения, следует считать лицо, которое по долгу службы обязано осуществлять таможенный или пограничный контроль, соответствующие действие по досмотру перемещаемых через таможенную границу Республики Казахстан товаров или иных ценностей и предметов и давать разрешение на пересечение границы.

Контрабанда, совершенная такими лицами с использованием своего служебного положения, не требует дополнительной квалификации по статьям уголовного закона о коррупционных и иных преступлениях против интересов государственной службы и государственного управления.

Иные лица, уполномоченные на выполнение государственных функций, либо приравненные к ним, совершившие контрабанду с использованием своего служебного положения, несут ответственность на общих основаниях, то есть по совокупности преступлений, предусмотренных подлежащей применению нормой уголовного закона о должностных преступлениях и соответствующей частью статьи УК РК о контрабанде без ссылки на данный квалифицирующий признак.

Лицо, умысел которого направлен на незаконное перемещение товаров или иных ценностей и предметов, принадлежащих разным лицам, в том числе и ему самому, должно нести ответственность за контрабанду всего вместе взятого (совместно перемещаемого) объема предметов контрабанды. Владелец же отдельной части такого заведомо для него незаконно перемещаемого товара или иных ценностей и предметов, умыслом которого не охватываются действия других лиц по незаконному перемещению остальной части предметов контрабанды, несет уголовную ответственность только за контрабанду ему принадлежащего имущества. Так же должны быть квалифицированы действия лиц, хоть и не являющихся владельцами предметов контрабанды, но виновных в заведомо незаконном перемещении таких предметов через таможенную границу за плату, в качестве курьера и т.п.

Под квалифицирующим признаком "организованная группа" понимается устойчивая группа лиц, заранее объединившихся для совершения контрабанды.

Совершение контрабанды объективно сопряжено с уклонением от уплаты обязательных платежей и налогов, взимаемых таможенными органами, которое охватывается прямым умыслом виновного одновременно с незаконным перемещением товаров или иных ценностей и является, как правило, целью этого перемещения, поэтому эти действия не подлежат дополнительной квалификации за уклонение от уплаты налогов и других обязательных платежей в бюджет.

Такая квалификация может иметь место лишь в тех случаях, когда действия, образующие составы контрабанды и преступного уклонения от уплаты обязательных платежей, совершаются в разное время.

Не требуют дополнительной квалификации также действия, которые представляют собой элементы обманного использования таможенных и иных документов (служебный подлог, подделка знаков оплаты, подделка документов).

В случаях совершения, наряду с контрабандой, иных преступлений, в частности, связанных с валютой, наркотическими средствами, огнестрельным оружием и боеприпасами и т.п., либо с нарушением государственной границы, которые являются объектом иного контроля, нежели таможенного (соответственно пограничного, валютного, над наркотиками и т.д.), содеянное должно квалифицироваться по совокупности совершенных преступлений, предусмотренных соответствующими нормами уголовного закона.

Отмена или упрощение таможенного и пограничного контроля, в том числе на основании международных соглашений, участником которых является Республика Казахстан, не затрагивающие необходимости таможенного оформления товаров или иных ценностей и предметов и обеспечения разрешительного порядка и условий их перемещения через границу, других мер, направленных на защиту казахстанского рынка и пресечение незаконного оборота предметов уголовно наказуемой контрабанды, не сужают пределов действия уголовного закона.

В таких случаях уголовно наказуемое перемещение через таможенную границу товаров или иных ценностей и предметов должно расцениваться как контрабанда, сопряженная с их недекларированием и совершенная помимо таможенного контроля.

Выполнение требований закона о наложении ареста на имущество обвиняемого, находящееся вне территории Республики Казахстан, для обеспечения возможной его конфискации производится лишь на основании и в соответствии с международными соглашениями, участником которых является Республика Казахстан.

При назначении наказания по делам данной категории судам следует руководствоваться требованиями статьи 52 УК РК, учитывать при этом также размер и количество предметов контрабанды, обсуждать вопрос о назначении дополнительных наказания в виде лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью, либо в виде лишения специального, воинского или почетного звания, классного чина, дипломатического ранга, квалификационного класса и государственных наград с тем, чтобы наказание было обоснованным и справедливым. В предусмотренных законом случаях предметы контрабанды следует обращать в доход государства.

Судам также следует иметь в виду, что средства от реализации обращенных в доход государства предметов контрабанды подлежат перечислению в государственный бюджет в полном объеме. Поэтому суды не должны допускать в приговорах указаний об отчислении определенной части стоимости обращенных в доход государства предметов контрабанды на какой либо специальный счет.

Если предметы контрабанды были реализованы виновным, суд должен решить вопрос о взыскании с осужденного в доход государства их стоимости и, в случае сопряжения этой реализации с уклонением от уплаты государству обязательных платежей, соответствующей суммы невыплаченных платежей.

При установлении фактов незаконного перемещения контрабандных товаров или иных ценностей и предметов путем их ввоза или вывоза через таможенную границу Республики Казахстан с использованием транспортных средств лицами, признанными виновными в совершении преступлений, предусмотренных статьями 209, 250 УК, судьбу использованных при контрабанде транспортных средств надлежит разрешать в зависимости от того, признаны ли последние в установленном законом порядке вещественными доказательствами по делу в качестве орудий преступления.

Транспортное средство следует признавать орудием преступления, когда оно служит средством перемещения предметов контрабанды через таможенную границу помимо таможенного контроля, а также в иных случаях его использования для сокрытия предметов контрабанды от таможенного контроля (в частности, путем изменения технических параметров транспортного средства, его отдельных агрегатов и частей, перевозки предметов контрабанды в бензобаке, под днищем автомашины, устройства скрытых емкостей и оборудования транспортного средства тайниками, иными приспособлениями, затрудняющими обнаружение контрабандных предметов и т.п.).

Согласно пункту 1 части третьей статьи 121 Уголовно-процессуального кодекса Республики Казахстан, транспортное средство, использовавшееся его собственником в качестве орудия контрабанды и признанное вещественным доказательством, подлежит конфискации. В случае, когда умыслом собственника товаров, иных ценностей или транспортных средств, признанных предметами контрабанды либо использованных в качестве орудий преступления, не охватывалось соучастие в контрабанде и перемещение его имущества через таможенную границу контрабандным путем либо использование этого имущества в качестве орудия контрабанды другими лицами, такое имущество конфискации не подлежит.

Шмыков Д.В.

Старший преподаватель кафедры гражданского права и процесса Прикамского социального института (г. Пермь) ПОЗИЦИИ УЧЕНЫХ К ОПРЕДЕЛЕНИЮ ПОРНОГРАФИИ А.В. Наумов в комментарии к УК РФ дает следующее определение порнографическим материалам: «Материал или предмет является порнографическим, если он, взятый как целое, направлен на возбуждение похоти (грубо чувственного полового влечения) и если в явной, очевидно циничной, непристойной форме изображает половое влечение человека, и при этом не имеет существенной литературной, художественной или научной ценности» [7, с. 338].

Как видно из этого определения, главной его составляющей является циничная и непристойная форма. Но данные определения являются субъективными. Непристойность зависит напрямую от воспитания и культуры определенных лиц. То есть одна категория людей может отнести, исходя из своих познаний, картину либо скульптуру изображающие обнаженное тело к ряду непристойных, а другая группа посчитает это шедевром мирового искусства [5, с. 133].

О. Савельева говорит, что «непристойность - это поведение, «вгоняющее в краску» средненормального члена общества, то есть человека, придерживающегося господствующих в этом обществе культурных и социальных норм. С другой стороны, широта понятия непристойность достаточно индивидуальна. Сексуально ориентированная непристойность и есть порнография. Но в юридической практике подобная трактовка этого феномена не работает» [11, с. 25].

Р.С. Джинджолия трактует порнографию как «описание или изображение половых органов, полового акта, половых аномалий и изощрений в непристойном виде, осуществленное вопреки нравственным принципам эротического искусства, с нарушением требований научной сексологии и педагогики, способные вызвать извращенное сексуальное чувство» [4, с. 18].

О.А. Аксенов придерживается мнения о том, что «на представления об этом понятии влияют национальные и религиозные взгляды и традиции, отражающие православные, мусульманские, буддистские, иудаистские и иные вероучения. В результате невозможно создать общенародное, всероссийское понятие о том, что именно является циничным и непристойным в половой жизни» [1, с. 227].

Высказанная позиция представляется спорной. Разумеется, хотя на представления о пристойном и непристойном, влияют культурные, национальные и религиозные особенности разных народов и групп населения, тем не менее, международное сообщество может найти и фактически находит общий язык в понимании и юридическом определении рассматриваемого явления [8, с. 137].

О.Ш. Петросян определяет порнографию как «непристойное, грубо натуралистическое, циничное изображение сексуальной жизни, публично фиксирующее внимание потребителя информации на половых органах персонажей с целью возбуждения грубочувствительного полового влечения и удовлетворения половой страсти» [9, с.9].

М.В. Гусарова понимает под порнографией «детальную демонстрацию половых органов либо полового акта, умышленно созданную с целью производства сильного полового возбуждения, не обладающую при этом культурной, научной и исторической ценностью, и являющуюся по своей сути оскорбительной для общественной нравственности» [3, с. 28].

Исходя из рассмотренных точек зрения, можно сказать, что понятие порнографии является оценочным. Только искусствоведческая экспертиза с обязательным привлечением специалистов в области медицины, педагогики, сексологии, художественного искусства, кино, - теле - и видеоиндустрии, других, имеющих соответствующее образование и опыт работы, может отнести тот или иной предмет к статусу порнографических материалов. Однако зачастую к исследованиям привлекаются специалисты, область профессиональных знаний которых находится за пределами искусствоведческого анализа видеопродукции: гинекологи, врачи-педиатры, фотографы, преподаватели школ и т.п. [10, с. 15]. Выводы таких экспертов не могут быть положены в основу заключения, так как они являются не результатом использования специальных познаний в соответствующей области, а лишь субъективной оценкой, основанной на личных предположениях.

Но даже лица, имеющие специальные познания в данной области и входящие в состав комиссии, неоднозначно трактуют понятие порнографии и эротики, так как критерии их разграничения неоднозначны.

В настоящее время существует множество точек зрения относительно не только содержания, но и формы порнографии. Так, О.А. Булгакова предлагает разделить ее, на легальную (ограниченную) и нелегальную (запрещенную). При этом, по мнению указанного автора, уголовная ответственность, должна наступать во всех случаях распространения запрещенной порнографии, а незаконное распространение легальной порнографии, следует квалифицировать как административное правонарушение или как преступление, предусмотренное ст. 171 УК РФ, - «незаконное предпринимательство» [2, с.

141-144]. Мы не можем согласиться с данной позицией, так как, порнография в любой форме несет в себе вред общественной нравственности, в связи с чем считаем более разумным ее полный запрет.

В целом, на наш взгляд, можно выделить два противоположных подхода к порнографии.

Сторонники первого считают, что при просмотре порнографических материалов у людей возникает потребность в реализации увиденного, с воплощением своей агрессии, с целью сексуальной разрядки.

Сторонники второго подхода предполагают, что просмотр порнографических материалов способен дать сексуальную разрядку, что приводит, наоборот, к угасанию возможной агрессии [6, с. 633].

Из исследований американского ученого В. Фишера следует, что у 89% из обследованных им мужчин при просмотрах порнографии увиденное не вызвало какой-либо агрессии [12, с. 23-38]. А, например, в Дании в 1969 г. порнография была полностью легализована, что послужило снижению числа половых преступлений.

Поскольку данные исследования проводились не в России, мы не можем сказать, что порнографию в нашей стране необходимо легализовать, чтобы получить результат тождественный, описанному выше.

Подытоживая, следует указать, что для более эффективной борьбы с исследуемым негативным феноменом необходимо сформулировать и закрепить в примечании к ст. 242 УК РФ понятие порнографии, а также разработать и указать в постановлении Пленума Верховного суда РФ критерии, позволяющие разграничить порнографию и эротику, чтобы использовать их при проведении экспертизы по каждому конкретному уголовному делу.


На наш взгляд, под порнографией следует понимать противоречащее принципам общественной нравственности. вульгарно-натуралистическое, циничное изображение половых органов, специальное детализированное изображение гениталий, сцен полового акта, сексуальных извращений, оскорбляющих честь и достоинство человека.

Исходя из данного определения, можно выделить следующие признаки порнографии:

она фиксирует внимание потребителя на гениталиях, манипуляциях с гениталиями, половом акте и технике его проведения;

изображение полового акта является в порнографии самоцелью, следование которой убирает из сексуальной жизни другие компоненты сексуального поведения;

в порнографии отсутствует выражение личностного смысла сексуального поведения;

она, в отличие от эротики, ориентирована только лишь на стимуляцию сексуального возбуждения;

порнография изображает дегуманизированные социально или морально осуждаемые формы половых контактов (гомосексуализм, групповой секс, половые контакты с животными и т.д.);

в ней присутствует демонстрация сексуальных сцен вне художественной задачи с детализированными грубо натуралистичными, циничными, непристойными деталями;

в порнографических материалах имеет место использование крупного плана, прямых ракурсов съемки при показе сцен полового акта;

Список использованной литературы 1. Аксенов О.А. Ответственность за преступления против общественной безопасности, здоровья населения и общественной нравственности по новому уголовному законодательству России. Ростов н/Д, 1997. С. 227.

2. Булгакова О.А. Уголовная ответственность за распространение порнографический материалов или предметов: дис.... канд. юрид. наук.

Ставрополь, 2003. С. 141-144.

3. Гусарова М.В. Незаконный оборот порнографических материалов или предметов: уголовно-правовые и криминологические аспекты: дис. … канд.

юрид. наук. Н. Новгород, 2010. С. 28.

4. Джинджолия Р.С. Уголовная ответственность за незаконное распространение порнографических материалов или предметов. Сочи, 2001. С.

18.

5. Изосимов С.В. Незаконный оборот порнографических материалов:

пробелы уголовного законодательства / С.В. Изосимов, Д.В. Шмыков // «Черные дыры» в российском законодательстве. – 2007. - № 4 – С. 133.

6. Келли Гэри Ф. Основы современной сексологии. СПб., 2000. С. 633.

7. Комментарий к УК РФ / под ред. Наумова А.В. М., 1996. С.338.

8. Международное уголовное право: учеб. пособие / Под ред. В.Н.

Кудрявцева. М., 1999. С. 173.

9. Петросян О.Ш. Уголовная ответственность за изготовление и оборот материалов или предметов с порнографическими изображениями несовершеннолетних: дис.... канд. юрид. наук. М., 2005. С. 9.

10. Родионов А. Борьба с незаконным распространением порнографических материалов // Профессионал. 2000. № 2. С. 15.

11. Савельева О. Грязное порно или крылатый эрос? // Бизнес адвокат.

2000. № 9. С. 25.

12. Fisher W.A. Violent pornography, antiwoman thoughts and antiwoman acts // Journal of Sex Researh. 1994. № 1. P. 23-38.

ГРАЖДАНСКОЕ ПРАВО И ПРОЦЕСС Колотилова И.А.

Аспирант юридического факультета Киевского национального университета имени Тараса Шевченко К ВОПРОСУ О ТРЕБОВАНИЯХ, ПРЕДЪЯВЛЯЕМЫХ К СУДЕБНЫМ РЕШЕНИЯМ В ГРАЖДАНСКОМ ПРОЦЕССЕ УКРАИНЫ Вопрос требований, которым должны отвечать судебные решения в гражданском процессе был объектом интереса многих ученых, таких как М.Г.

Авдюков, Е.В. Васьковский, М.А. Гурвич, В.Н. Жуйков, Н.Б. Зейдер, Я.П.

Зейкан, Л.Ф. Лесницкая, Г.П. Тимченко, Н.И. Ткачев, М.К. Треушников, С.Я.

Фурса, Е.В. Хахалева, Д.М. Чечот, Е.М. Шиманович, М.Й. Штефан, В.Н.

Щеглов и многих других.

Но исследования проблем данного института нельзя считать завершёнными. Качество судебного решения является категорией сложной и многогранной, поэтому подлежит анализу с разных позиций.

На протяжении длинного периода изучения указанного института было высказано и аргументировано множество точек зрения, отчего в теории гражданского процесса перечень требований, которым должно отвечать судебное решение, стал достаточно широким.

Учитывая тот момент, что требования, за несоблюдение которых не предусмотрены какие-либо негативные последствия, по нашему мнению, являются декларативными (и практически ничтожными), остановимся на требованиях законности и обоснованности. Так как они предусмотрены законом, и их несоблюдение может иметь такие последствия, как отмена или изменение судебного решения.

Согласно ГПК Украины [1], обоснованным является решение, принятое судом на основании полного и всестороннего исследования обстоятельств дела, на которых стороны основывают свои требования и возражения, подтвержденные теми доказательствами, которые были исследованы в судебном заседании.

Требование обоснованности судебного решения включает три условия:

полное выяснение имеющих значение для дела обстоятельств;

1) доказанность имеющих значение для дела обстоятельств;

2) соответствие выводов суда обстоятельствам дела.

3) Как правильно считал С.Н. Абрамов, в жизни и судебной практике не всегда можно разделить все случаи (виды) необоснованности решения, – они часто переплетаются [2, c. 82].

Законным, согласно украинскому законодательству, является решение, которым суд, исполнив все требования гражданского процесса, разрешил дело в соответствии с законом.

Согласно ч. 2 ст. 308 ГПК Украины не может быть отменено правильное по сути и справедливое решение по одним лишь формальным требованиям. Как в теории, так и на практике возникает вопрос толкования сути признака «правильности» разрешения спора. Против применения этого термина в гражданском процессе выступает ряд ученых [3].

Критерий законности включает правильное применение норм материального права и не нарушение норм процессуального права (ст. 309 ГПК Украины). Многие ученые говорят о необходимости дополнения материальной составляющей (стороны) законности формой правильного толкования закона.

Ми согласны с такой позицией, к тому же она высказана и в Постановлении Пленума Верховного Суда Украины № 14 от 18.12.2009 г. «О судебном решении в гражданском деле» (п.2.) [4].

В украинском законодательстве, как и в законодательстве Российской Федерации, предусмотрены безусловные основания отмены судебных решений (п. 4 ч. 1 ст. 309 ГПК Украины).

Нарушение практически всех норм процессуального права (исключение – п. 4 ч. 1 ст. 309 ГПК Украины) может стать основание отмены или изменения судебного решения только в том случае, если оно стало причиной неправильного разрешения спора (ч. 3 ст. 309 ГПК Украины).

Логически следует, что решение может быть процессуально незаконным и правильным одновременно.

В Украине действует 3-ох уровневая система правосудия: первая инстанция, апелляционная и кассационная (возможен пересмотр дела Верховным Судом Украины и по вновь открывшимся обстоятельствам).

В апелляционной инстанции возможно обжалование как законности, так и обоснованности решений. По результатам рассмотрения апелляционной жалобы на решение суда первой инстанции апелляционный суд может:

оставить решение без изменений, отменить решение и вынести новое по сути исковых требований, изменить решение или закрыть производство по делу. В случае признания решения незаконным и/или необоснованным суд апелляционной инстанции не имеет полномочий отправки дела на новое судебное рассмотрение в суд первой инстанции, по сути, он должен заново рассмотреть дело в пределах апелляционной жалобы и требований, заявленных в суде первой инстанции.

В кассационном производстве действуют другие правила. Согласно ч. ст. 324 ГПК Украины основаниями обжалования может быть только неправильное применение норм материального права или нарушение норм процессуального права. Отмена судебного решения с вынесением нового возможна при неправильном применении норм материального права. И только при таких нарушениях норм процессуального права, которые делают невозможным установление фактических обстоятельств, имеющих значение для разрешения спора, решение может быть отменено и дело отправлено на новое рассмотрение в нижестоящий суд.

В таких условиях сложилась практика, при которой для обжалования судебного решения в кассационной инстанции по основаниям необоснованности заявителю необходимо в самой жалобе ссылаться на нарушение норм процессуального права, которые регулируют процесс представления доказательств, их исследование и оценку, а также мотивы принятия решения.

Можно долго спорить о том, как требования законности и обоснованности соотносятся между собой. Взгляды ученых разделились. Одни говорят о приоритете требования законности, так как при широком понимании оно включает в себя обоснованность. Другие приоритетным называют обоснованность, говоря о том, что даже законодатель, формируя последовательность оснований отмены или изменения судебных решений (ст.

309 ГПК Украины, ст. 362 ГПК РФ), указал на то, что нарушение качественных составляющих обоснованности решения суда приводят к вынесения незаконного решения [5, c. 168-170].

По нашему мнению, требования законности и обоснованности судебных решений являются самостоятельными и взаимозависимыми одновременно. О.

Иванов писал: «Выделение их как самостоятельных, отличающихся друг от друга качеств правосудного судебного решения вытекает из различных аспектов судебной деятельности по установлению фактических обстоятельств и по применению и исполнению норм права». Вместе с тем, эти два требования тесно связаны между собой [6].

На практике любая классификация оснований отмены или изменения судебных решений, по сути, является условной, так как решения чаще отменяются по целому ряду оснований, нарушений как условий законности, так и условий обоснованности.

Но изучение этих требований как в совокупности, так и раздельно является необходимым, так как они играют роль индикатора правосудности, устанавливают перечень критериев, под углом зрения которых необходимо проверять судебные решения в гражданском процессе.

Список использованной литературы Гражданский процессуальный кодекс Украины от 18.03.2004 г. // 1.

[Электронный ресурс]. – URL: http://zakon4.rada.gov.ua/laws/show/1618-15;

Абрамов С.Н. Проверка обоснованности судебного решения 2.

вышестоящим судом по советскому праву. – М.: Госюризад, 1950. – 132 с.;

Нигматинов Р.М. Проблемы правовых понятий и оценочных 3.

категорий в гражданском процессуальном праве: дис. … канд. юр. наук. – Саратов, 2004. – 181 с. – С. 131;

Черданцев А.Ф. Вопросы толкования советского права: учебн. пособие / А.Ф. Черданцев. – Свердловск: Свердл.

юрид. ин-т, 1972. – 192 с. – С. 169;

Постановление Пленума Верховного Суда Украины № 14 от 4.

18.12.2009 г. «О судебном решении в гражданском деле» // [Электронный ресурс]. – URL: http://zakon1.rada.gov.ua/laws/show/v0014700-09;

Хахалева Е.В. Обоснованность решения суда общей юрисдикции.

5.

Автореф. дис.. канд. юрид. наук. Саратов, 2005. 193 с.;

Иванов О. Законность и обоснованность судебного решения // 6.

Советская юстиция. 1968. № 3. С. 15-16.

Короед С.А.

доцент кафедры гражданского, хозяйственного и уголовного права Открытого международного университета развития человека «Украина»

г. Киев, Украина, кандидат юридических наук О ПОНЯТИИ СУДЕБНОГО ПРОЦЕССУАЛЬНОГО ИНТЕРЕСА В АСПЕКТЕ ПОВЫШЕНИЯ ЭФФЕКТИВНОСТИ ПРАВОСУДИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ Задачи гражданского судопроизводства в гражданских процессуальных кодексах стран СНГ определяются по-разному: в одних – это охрана и защита гражданских прав, в других – рассмотрение и разрешение гражданских дел [1].

Несмотря на это, следует согласиться, что основной задачей, разрешаемой судебной властью, является устранение правовых конфликтов в обществе, а общепризнанной целью гражданского судопроизводства на современном этапе его развития в юридической литературе признается защита нарушенных прав и законных интересов граждан и организаций [2]. При этом фактическое достижение цели судебной защиты и задач правосудия ученые-процессуалисты связывают с эффективностью правосудия по гражданским делам [3, с. 143, 152;

4].

Принимая во внимание, что процессуальная деятельность по отправлению правосудия по гражданским делам, посредством которой реализуются задачи гражданского судопроизводства, осуществляется судом, поэтому большое значение имеет деятельность суда как "исполнителя" задач, действиями которого определяется сущность правосудия и обуславливается достижение предусмотренных целей. А в свете этого возникает вопрос о стремлении суда выполнять эти задачи, т.е. его процессуальной заинтересованности.

Постановка вопроса в такой плоскости обусловлена несколькими причинами. Первая причина, и она не новая, сводится к тому, что при формулировании в гражданском процессуальном законодательстве задач гражданского судопроизводства законодатель не делает акцент на "исполнителе" этих задач. Ведь ожидать от каждого из участников гражданского процесса выполнения указанных задач не приходится [5], так как стороны (особенно нарушитель права) не всегда стремятся к быстрому и объективному судебному разбирательству и защите нарушенного права.

Очевидно, что задачи гражданского судопроизводства адресуются именно суду (так как закон не возлагает на стороны обязанность выполнять эти задачи или содействовать суду в их выполнении), а поэтому именно от заинтересованности суда, его стремления своевременно, всесторонне и правильно разрешить гражданское дело зависит эффективность гражданского судопроизводства в целом.

Вторая причина, по нашему мнению, связана с возможностью применения в гражданском судопроизводстве судебного усмотрения. При этом не стоит забывать, что применение судебного усмотрения зависит, прежде всего, от желания (стремления) суда достичь того или иного процессуального результата (например, рассмотреть дело в настоящем судебном заседании и таким образом обеспечить своевременность судебного разбирательства, либо же объявить перерыв по ходатайству одной из сторон для истребования дополнительных доказательств и таким образом обеспечить всесторонность и полноту).

Как мы убедились, в первом и втором случаях эффективность гражданского судопроизводства напрямую зависит от степени заинтересованности суда в реализации задач гражданского судопроизводства.

Такую заинтересованность мы предлагаем именовать судебной процессуальной заинтересованностью. Кстати, некоторыми учеными-процессуалистами тоже признается наличие у суда процессуальной заинтересованности в исходе дела (быстром и правильном рассмотрении и разрешении дела), и то, что процессуальный интерес суда не лежит на чьей-то стороне [6, с. 63]. В юридической литературе существует также утверждение, что суд – особый субъект гражданских процессуальных отношений, поскольку является органом государственной власти и на него возложена функция осуществления правосудия, которая и определяет процессуальную заинтересованность суда при рассмотрении и разрешении гражданских дел [7, с. 14-16]. Признает существование у суда заинтересованности и Н.А. Чечина, говоря, что заинтересованность суда осуществить правосудие по делу, вынести законное и обоснованное решение вытекает из его обязанности осуществить правосудие как перед сторонами, так и перед государством [8, с. 40].

Как мы выяснили, судебный процессуальный интерес связан с выполнением судом задач гражданского судопроизводства, одной из которых является своевременность судебного разбирательства. При этом срок судебного разбирательства является служебным, т.е. установлен гражданским процессуальным законодательством для суда, а его несоблюдение хоть и не является нарушением норм процессуального права, влекущим отмену вышестоящим судом решения суда первой инстанции, однако может быть основанием для постановления относительно нарушившего срок судьи частного определения судом вышестоящей инстанции, либо же еще страшнее, – обращения одной из сторон в Европейский Суд по правам человека с жалобой на нарушение судом права на рассмотрение дела на протяжении разумного срока. Таким образом, суд заинтересован рассмотреть дело в установленный срок, так как это является его обязанностью (указанный судебный процессуальный интерес будет интересом первого порядка). Для этого судья должен быть заинтересован в совершении ряда процессуальных действий, направленных на обеспечение своевременного разбирательства и недопущение необоснованного затягивания процесса (такие судебные процессуальные интересы будут интересами второго порядка).

Судья также заинтересован, чтоб его решение не обжаловалось в вышестоящую инстанцию, а в случае обжалования – осталось в силе (указанный судебный процессуальный интерес будет интересом первого порядка). Из этой заинтересованности вытекает процессуальный интерес суда в принятии правильного по сути, законного и обоснованного судебного решения, чтобы исключить основания для его отмены вышестоящим судом, а также не допустить нарушения норм процессуального права, не повлекших отмену судебного решения, но послуживших поводом для частного определения в адрес судьи (такие судебные процессуальные интересы будут интересами второго порядка). А для этого суд должен быть заинтересован быстро и правильно определить: обстоятельства, имеющие значение для дела, и факты, подлежащие установлению, и которые положены в основу требований и возражений сторон;

характер спорных правоотношений и содержание правового требования;

материальный закон, регулирующий спорные правоотношения;

решить вопрос о составе лиц, участвующих в деле;

выяснить, какие есть доказательства на подтверждение указанных фактов, определить круг доказательств соответственно характеру спорных правоотношений;

принять меры для обеспечения явки участников процесса в судебное заседание.

Вышеизложенное позволяет охарактеризовать судебный процессуальный интерес как вытекающее из назначения судебной власти и связанное функциями правосудия стремление суда (судьи) к оперативной реализации служебных полномочий, принципов судебной активности (инициативности), судебного руководства и судебного усмотрения, обусловленное общим объектом гражданских процессуальных правоотношений и направленное на выполнение задач гражданского судопроизводства, которое обеспечивается гражданско-процессуальными санкциями (частными определениями вышестоящего суда или отменой судебного решения) и реализуется в гражданской процессуальной форме.

Список использованной литературы:

1. Гражданские процессуальные кодексы стран СНГ [Электронный ресурс]. – Режим доступа к документам: http://www.pravoteka24.com/zakony (дата drugih-stran/98-grazhdanskiy_processualnyy_kodeks_stran_sng.html обращения 01.08.2013).

2. Дегтярев С.Л. Цели и задачи судебной власти на современном этапе // Правоведение. – 2005. – № 6. – С. 99-108.

3. Цихоцкий А.В. Теоретические проблемы эффективности правосудия по гражданским делам / А. В. Цихоцкий. – Новосибирск: "Наука", Сибирское предприятия РАН, 1997. – 392 с.

4. Шакарян М.С. Проблемы доступности и эффективности правосудия в судах общей юрисдикции // Проблемы доступности и эффективности правосудия в арбитражном и гражданском судопроизводстве: Материалы Всероссийской научно-практической конференции, 31 января – 1 февраля 2001 г. – М., 2001 [Электронный ресурс] / Веб-сайт Юридической фирмы «Лиджист». – Режим доступа к документу:

http://www.legist.ru/conf/Shakaryan.htm (дата обращения 01.08.2013).



Pages:   || 2 | 3 |
 

Похожие работы:





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.