авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 9 |
-- [ Страница 1 ] --

ПРИВОЛЖСКИЙ НАУЧНО-ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКИЙ ЦЕНТР

СОВРЕМЕННАЯ ЮРИСПРУДЕНЦИЯ:

ПРАВОВАЯ МЫСЛЬ И ПРАКТИКА ПРАВОПРИМЕНЕНИЯ

Сборник материалов

I

Международной научно-практической конференции

20 октября 2012 г.

Научно-издательский центр «Коллоквиум»

Йошкар-Ола

2012

УДК 34

ББК 67

С 56

Ответственный за выпуск:

А. В. Бурков, д-р. экон. наук

, профессор Академии управления и права (Йошкар-Олинский филиал) С 56 «Современная юриспруденция: правовая мысль и практика правопримене ния», I Международная науч.-практ. конф. (2012;

Йошкар-Ола). I Международная научно-практическая конференция «Современная юриспруденция: правовая мысль и практика правоприменения», 20 октября 2012 г. [Текст]: [материалы] / Приволжский научно-исследовательский центр. – Йошкар-Ола: Коллоквиум, 2012. – 138 с. – ISBN– 978-5-905371-36- ISBN – 978-5-905371-36- В сборник вошли доклады, признанные лучшими на I Международной научно практической конференции «Современная юриспруденция: правовая мысль и практика право применения», состоявшейся 20 октября 2012 года в г. Йошкар-Ола.

Ответственность за аутентичность и точность цитат, имен, названий и иных сведений, а также за соблюдение законов об интеллектуальной собственности несут авторы публикуемых материалов. Материалы публикуются в авторской редакции.

ISBN – 978-5-905371-36- УДК ББК С © Коллектив авторов, © ООО «Коллоквиум», СОДЕРЖАНИЕ ТЕОРИЯ И ИСТОРИЯ ПРАВА И ГОСУДАРСТВА И.О. Обиход Право как регулятор общественных отношений в гражданском обществе.

С.В. Корсакова К вопросу о формировании теории правовой политики муниципального уровня.

Т.Л. Баталова К вопросу о включении отдельных отраслей права в систему частного права.

М.Р. Хасаншин К вопросу о правовых ценностях в правовой системе постсоветской России.

Л.А. Карапетян К вопросу о российской теории парламентаризма в начале ХХ в.

В.М. Бельков Критерии эффективности механизма правового регулирования электорально-политических отношений.

О.А. Плоцкая Трансформация правосознания зырян под влиянием актов генерального межевания в конце XVIII-XIX столетиях.

ПРОБЛЕМЫ КОНСТИТУЦИОННОГО ПРАВА А.Г. Запорожцев Понятие конституционных гарантий права на наследование.



ПРАВОВАЯ ЗАЩИТА ПРАВ НЕСОВЕРШЕННОЛЕТНИХ Ф.А. Кыдырбаев К вопросу о необходимости детского кодекса в России.

СОВЕРШЕНСТВОВАНИЕ ГРАЖДАНСКОГО ПРАВА. ПАТЕНТНОЕ И АВТОРСКОЕ ПРАВО И.А. Гребенкина Вещная природа права преимущественной покупки чужой недвижимости.

А.В. Силаева Проблема основания защиты субъективных гражданских прав.

Д.О. Мандрыгин Некоторые особенности правового положения субъектов права интеллектуальной собственности.

А.В. Филатов Проблемы выплаты алиментов.

М.В. Мищенко Возмещение морального вреда: правовые проблемы и пути совершенствования законодательства.

А.В. Малышев Место кондикционного обязательства в системе охранительных правоотношений.

А.С. Кусков Правовая природа туристской путевки.

ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСКОЕ ПРАВО М.А. Кушнир К вопросу о правовом обеспечении государственной поддержки субъектов предпринимательства в Украине.

М.В. Новиков Проблема запрета создания дискриминационных условий на рынке (на основе анализа судебной практики).

К.О. Алексеева Проблема правосубъектности современных холдингов в Российской Федерации.

ПРАВОВОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ СЕМЕЙНЫХ ОТНОШЕНИЙ П.А. Матвеев Семейный кодекс Российской Федерации и его место в системе источников семейного права.

Л.В. Саенко Некоторые вопросы теории семейного правоотношения.

М.С. Короткова Признание юридических последствий фактических брачных отношений. Перспективы развития законодательства.

Э.С. Якшимбетова Алиментные обязательства родителей: сущность, проблемы, пути решения.

ТРУДОВОЕ ПРАВО И.М. Зиновьев Проблемы установления льгот за вредные условия труда по итогам аттестации рабочих мест.

И.М. Зиновьев Роль аттестующей организации в процессе аттестации рабочих мест.

Д.Н. Сидоренков Трудности в выдаче бывшим работникам документов, связанных с их работой.

Е.А. Шерашенкова Некоторые проблемы трудоустройства инвалидов в современной России.

А.С. Овсянникова Проблемы трудового права и способы их устранения.

ЭКОЛОГИЧЕСКОЕ ПРАВО Ж.Б. Иванова Правовая охрана и использование вод как условие сохранения водных живых ресурсов и рыбных запасов северной России (досоветский период).

УГОЛОВНОЕ ПРАВО И КРИМИНОЛОГИЯ Л.Ю. Ларина К вопросу отграничения единичных сложных преступлений от совокупности преступлений.

К.В. Дядюн Особенности толкования и применения отдельных обстоятельств, отягчающих наказание.

О.Ю. Овчухова Некоторые вехи истории развития уголовного права России.

Д.С. Меженина Основные проблемы преступности несовершеннолетних и пути их решения.

А.А. Князьков К вопросу о средствах дифференциации ответственности в уголовном праве.

Р.Н. Абдрахманов Организация преступного сообщества (преступной организации) или участие в нем (ней).

В.В. Широкова, А.Б. Немудрякина Влияние коррупции на экономическое развитие России.

УГОЛОВНО-ИСПОЛНИТЕЛЬНОЕ ПРАВО Д.А. Плотников, Н.А. Устинова К вопросу о правомерности применения отдельных мер по исполнению исполнительных документов.

УГОЛОВНЫЙ ПРОЦЕСС И.А. Аверьянова Обеспечение права на представителя лицам, в отношении которых ведется производство по применению принудительных мер медицинского характера: коллизии законодательства.





А.А. Медведева Применение полиграфа при производстве следственных действий.

Е.А. Загрядская Восстановительное правосудие по уголовным делам в отношении несовершеннолетних:

уголовно-правовые и социальные аспекты.

КРИМИНАЛИСТИКА М.С. Сергеева Способы совершения и сокрытия преступления как элемент криминалистической характеристики посягательства на жизнь сотрудника полиции.

МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРАВО С.В. Стародубцев Унификация и гармонизация как способы формирования права Таможенного союза Евразийского экономического сообщества (ЕврАзЭС).

К.Л. Сазонова Проблема «несостоявшихся государств» в современном международном праве.

СУДЕБНАЯ ВЛАСТЬ, ПРОКУРОРСКИЙ НАДЗОР, ОРГАНИЗАЦИЯ ПРАВООХРАНИТЕЛЬНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ С.М. Аламова, С.К. Бадамшин К вопросу о развитии и становлении мировой юстиции в России.

М.В. Лиходедов Особенности участия прокурора в судебном заседании в досудебном производстве.

АДМИНИСТРАТИВНОЕ ПРАВО И.А. Смирнов Коррупциогенные факторы: проблемы правоприменения.

Н.А. Чубун, Р.Р. Юлдашева Понятие административно-правовых споров.

А.С. Копьяк Об административной ответственности за нарушение тишины в ночное время суток (на примере Санкт-Петербурга).

Е.А. Чабан Многофакторность осуществления правового усмотрения при реализации права.

И.В. Мацко Некоторые вопросы совершенствования административно-правового статуса кредитных организаций.

А.Ш. Аслаев, А.С. Хакимова Государственное управление в сфере экологии.

А.Б. Рыскильдина, Р.Г. Исмагилова Административная ответственность за экологические правонарушения в аграрном секторе экономики.

Д.В. Гилязитдинова, Э.М. Рахматуллина История и современность государственного управления в сфере дорожного движения.

ФИНАНСОВОЕ И НАЛОГОВОЕ ПРАВО О.А. Собачкина Сравнительный анализ развития налоговой политики в отношении акцизов на табачные изделия в России и Европе.

Е.А. Мелехина Особенности налогообложения игорного бизнеса.

Т.Ю. Шарапова Проблемы формирования местных бюджетов.

К.С. Деньгина Проблемы принципа независимости аудита.

М.А. Невидимова Страхование на случай причинения вреда жизни и здоровью граждан.

А.В. Перминова Налоговый контроль и пути его совершенствования.

К.В. Шалагинова К вопросу о соотношении налоговой и административной ответственности за нарушения налогового законодательства.

К.В. Шалаева Финансовая политика как инструмент регулирования экономики.

Р.А. Тангатарова, А.У. Сырлыбаева Понятия правонарушения и ответственности в финансовом и налоговом праве.

А.А. Расюк Проблемы экономики в правовом регулировании безналичных расчетов.

П.В. Зайцева Государственный финансовый контроль: проблемы и пути совершенствования.

А.С. Мансурова, А.С. Хакимова Налог на недвижимость – проблемы, преимущества, перспективы.

М.А. Ушакова Казначейский контроль и пути его совершенствования.

Т.И. Мальшет Характеристика РЦБ в России. Проблемы и перспективы.

ИНФОРМАЦИОННОЕ ПРАВО Н.С. Машина К вопросу о формировании единого информационного пространства органов государственной власти в рамках электронного правительства.

С.Ф. Грищук-Бучка Нормативно-правовое обеспечение безопасности информационной инфраструктуры общества в Республике Молдова.

ГРАЖДАНСКИЙ ПРОЦЕСС А.А. Гладкий Актуальные проблемы претензионных сроков в гражданском процессе.

ТЕОРИЯ И ИСТОРИЯ ПРАВА И ГОСУДАРСТВА И.О. Обиход ПРАВО КАК РЕГУЛЯТОР ОБЩЕСТВЕННЫХ ОТНОШЕНИЙ В ГРАЖДАНСКОМ ОБЩЕСТВЕ Развитие гражданского общества формирует в сознании его членов представление о конституции, как о способе выражения гражданских прав и свобод, то есть соглашении между обществом и государством о разгра ничении сфер их деятельности.

Актуальность тематики правового регулирования отношений в современном гражданском обществе очень высока, так как оно затрагивает интересы, как отдельных граждан, так и общества в целом.

Право – система принятых или санкционированных государством и им охраняемых общеобязательных, формально определнных норм, выражающих меру свободы человека. Назначением права является регулирова ние общественных отношений, которое, в свою очередь, относится к виду социального регулирования. [1, с. 129] Природа права как социального явления и регулятора отношений в гражданском обществе проявляется в целенаправленной деятельности граждан по вопросам организации, защиты и контроля их жизненных процес сов. Особенностью правового регулирования являются лежащие в его основе идеи свободы и справедливости, без которых общество не может нормально функционировать и развиваться. Право, несомненно, относится к факторам, организующим жизнь граждан и регулирующим все сферы их деятельности.

Следует отметить, что целью права, как нормативного регулятора отношений, является создание устойчи вости, стабильности развития общества и охрана его порядка. Наряду с этим, оно обеспечивает гражданам безо пасность, защиту, а также свободу в сферах их жизнедеятельности.

Правовая основа гражданского общества является необходимым элементом формирования политической, экономической и социальной структур общества, а также правовых институтов государства. Большое значение при регулировании общественных отношений имеет взаимодействие права с моральными и нравственными нор мами, распространенными в гражданском обществе, так как они являются неотъемлемыми составляющими де мократического правового государства.

Право обеспечивает пространство свободы в отношении граждан, в условиях которого они могут сами выбирать вариант поведения, а также защищает членов гражданского общества от возможного произвола со сто роны государственной власти. [2, с. 113] Разрешение конфликтов между гражданами, а также между государством и его членами является непо средственной задачей права как регулятора общественных отношений.

Общество, как таковое, существовало всегда. Гражданское же общество является результатом отделения государства от социальной сферы общественной жизни. Современное государство и право складываются в про цессе его развития.

Важнейшим признаком гражданского общества является наделение граждан правами и свободами, гаран тированными государством, а также их закрепление в законодательстве страны. [3, с. 98] Следует отметить, что право как регулятор отношений в гражданском обществе:

1. Содержит волю и интересы различных общественных групп и классов.

2. Обеспечивает защищенность и предоставляет определенные льготы обездоленным слоям населения, что характеризует его как социальное право. [4, с. 189] Структуры гражданского общества различаются по способу регулирования отношений, складывающихся в условиях его развития, соответственно, оказывают влияние на саму систему права.

1. Органы государственной власти создаются правом и действуют исключительно в соответствии с зако ном, а жизнедеятельность членов гражданского общества правом не предопределена, она осуществляется по во ле участников, хотя их действия не должны противоречить установленным государством правовым нормам.

2. Правоспособность граждан дает им довольно широкий круг возможностей при реализации своих пра вомочий (за исключением запрещенных законом действий). Государственные служащие ограничены в своих действиях, они обладают лишь определенными правами в пределах своей компетенции.

3. Реализация права осуществляется гражданином по своему усмотрению, это возможность, а не обязан ность лица использовать определенное благо. Должностные лица органов государственной власти, в свою оче редь, обязаны при осуществлении своих полномочий и функций использовать права, которыми они наделены.

4. Отношения между членами гражданского общества являются горизонтальными, они характеризуются свободой и равенством участников, соответственно, в их основе лежат всевозможные договоры и соглашения.

Отношения, складывающиеся в сфере управления, напротив, носят вертикальный характер, так как строятся на основах субординации и подчинения.

5. В отличие от граждан, которым разрешены любые действия, не противоречащие закону, должностные лица осуществляют свою деятельность строго в пределах своих полномочий.

6. Основанием для привлечения к ответственности гражданского лица является исключительно правона рушение, должностное лицо отвечает дополнительно и за служебные упущения, обусловленные недостаточной квалификацией. [5, с. 116-117] Таким образом, можно сделать вывод, что право занимает особое место в системе нормативного регули рования общественных отношений, что обуславливается, прежде всего, необходимостью урегулирования наибо лее важных отношений, складывающихся в гражданском обществе.

Совершенствование законодательства и его нормативно-правовой основы связано с многообразием отно шений, развивающихся во всех сферах жизнедеятельности современного общества. Право, безусловно, должно соответствовать потребностям общества в урегулировании деятельности граждан, следовательно, необходимым является установление четкого соотношения между социально-экономическим развитием страны и принятием соответствующих нормативно-правовых норм.

Следует также отметить, что субъекты правоотношений должны руководствоваться правовыми нормами, закрепленными в законодательстве, так как они носят формально-определенный и общеобязательный характер.

Принимаются эти нормы компетентными органами, которые представляют интересы граждан во всех сферах их жизнедеятельности. Конституционное законодательство предоставляет гражданам возможность воздействовать тем или иным образом на осуществление государственной власти, что, несомненно, соответствует принципу де мократизма современного правового государства, являющегося основой развития гражданского общества.

Итак, право можно выделить, как особый, приоритетный регулятор общественных отношений в граждан ском обществе, характеризующийся рядом признаков, отличающих его от других видов социальных норм и де лающих его на данный момент наиболее социально значимым.

Список литературы:

1. Алексеев С.С. Государство и право. М.: Просвещение, 1999.

2. Лившиц Р.З. Теория права: учебник для вузов. 2-е изд. М.: Бек, 2001.

3. Мальцев В.А. Право как нормативно-деятельностная система // Журнал российского права. 2002. № 4.

4. Петражицкий Л.И. Теория права и государства в связи с теорией нравственности. СПб.: Лань, 2000.

5. Руткевич Е. История становления и развития гражданского общества // Государство и право. 2002. № 5.

ОБИХОД Ирина Олеговна – студент, Уральский институт экономики, управления и права (Курганский филиал).

С.В. Корсакова К ВОПРОСУ О ФОРМИРОВАНИИ ТЕОРИИ ПРАВОВОЙ ПОЛИТИКИ МУНИЦИПАЛЬНОГО УРОВНЯ Актуальность заглавной проблематики определяется тем вниманием, которое отводилось и отводится ка тегории «правовая политика» в юридической науке. В настоящий период можно констатировать, что в отечест венном правоведении сложилось самостоятельное научное направление, связанное с формированием общей тео рии правовой политики. К тому же, как отмечают О.Ю. Рыбаков и С.В. Тихонова, «речь идет уже не просто об актуальном направлении исследований, речь идет об исследовательской области, в которой получены реальные научные результаты» [5, с. 36].

Всесторонняя модернизация государственно-правовой жизни современной России еще более актуализи рует поставленный вопрос, поскольку неизбежно ведет к усложнению задач перехода страны на качественно новый уровень правового развития. Теория правовой политики пригодна для того, чтобы стать научной пара дигмой, позволяющей не только внедрить инновационные технологии и конструкции в юридическую сферу, но и придать преобразованиям стратегическую определнность и тактическую ценность.

С потребностью в модернизации и динамичном функционировании правовой системы объективно связано расширение граней исследования правовой политики. В связи с чем, очевидна необходимость обобщения многих выдвинутых ранее и сложившихся в последнее время представлений, связанных с дальнейшим уточнением сущ ности, целей, средств и механизма реализации правовой политики, ее форм и видов.

На структуру и содержание правовой политики оказали существенное влияние процессы демократизации государства через децентрализацию власти, в том числе признание местного самоуправления основой конститу ционного строя Российской Федерации, формой народовластия и уровнем публичной власти, появление новых полноценных субъектов права – муниципальных образований. Возникла жизненная необходимость в таком яв лении, как «правовая политика муниципального уровня» или «муниципально-правовая политика».

Правовая политика муниципального уровня (муниципально-правовая политика) – опосредованная правом деятельность органов государственной власти и местного самоуправления, а также местного сообщества по укреплению механизмов участия населения в самоуправлении, созданию организационно-правовых условий для устойчивого самостоятельного развития муниципальных образований, построению теоретически обоснован ной и эффективно действующей модели взаимоотношений государственной власти и местного самоуправления.

По масштабности муниципально-правовая политика подразделяется на правовую политику в сфере местного самоуправления, реализуемую в стране в целом, в субъектах Федерации по отношению к муниципальным обра зованиям и правовую политику городских, сельских поселений, иных муниципальных образований, реализуе мую населением, проживающим на соответствующих территориях, и органами местного самоуправления.

Сущность муниципально-правовой политики состоит в правовом закреплении и гарантировании местного самоуправления на основе предоставления организационно-юридических условий осуществления права населе ния на решение вопросов местного значения, исходя из своих интересов, и поддержания баланса интересов ме стных сообществ и государства. Муниципально-правовая политика призвана сформировать условия для полно ценного развития системы правового регулирования местного самоуправления;

обеспечить плодотворное дейст вие муниципальных правотворческих и правоприменительных органов;

создать благоприятные предпосылки для раскрытия и реализации человеческого потенциала в целях устойчивого социально-экономического развития, повышения уровня жизни в городских, сельских поселениях, иных муниципальных образованиях.

Специфическими признаками, характеризующими содержательную определенность муниципально правовой политики, являются:

- особый объект правового воздействия (объект муниципально-правовой политики) – местное само управление;

- специфика субъектного состава: население муниципального образования (местное сообщество), орга ны местного самоуправления и их должностные лица, органы государственной власти Российской Федерации и субъектов Федерации, общественные объединения и организации, средства массовой информации и др.;

- наличие сложной структуры. Муниципально-правовая политика включает в себя две разновидности:

правовую политику в области местного самоуправления, осуществляемую органами государственной власти Российской Федерации и субъектов Российской Федерации по отношению к муниципальным образованиям и проявляющуюся в комплексе мер, связанных с обеспечением реализации прав населения на самостоятельную и под свою ответственность решение вопросов местного значения;

и, собственно, правовую политику муници пальных образований, реализуемую населением, проживающим на соответствующих территориях, и органами местного самоуправления в целях упорядочения муниципально-правовой жизни. В свою очередь правовая поли тика государства в сфере местного самоуправления может быть общефедеральной и региональной (субъекта Российской Федерации);

- диалектическое сочетание в муниципально-правовой политике интересов местных сообществ как территориальных коллективов и государственных интересов, через гармонизацию которых достигается ста бильность общественных отношений в сфере местного самоуправления;

- формирование и реализация муниципально-правовой политики требуют от органов государственной власти и местного самоуправления активного взаимодействия (сотрудничества) со всеми институтами граж данского общества и общественностью.

Муниципально-правовая политика как системное образование может быть представлена в виде совокуп ности элементов, включающей в себя сущность, цели, принципы и приоритетные направления муниципально правовой политики. Определяя общую направленность правовой политики в сфере местного самоуправления, объединяют названные элементы в системное целое принципы муниципально-правовой политики.

Принципы муниципально-правовой политики – это исходные, определяющие идеи, положения, уста новки, которые составляют организационную основу соответствующей деятельности населения муниципального образования, органов государственной власти и местного самоуправления. Муниципально-правовая политика в Российской Федерации основана на принципах приоритета прав и основных свобод человека и гражданина, за конности, согласованности с международно-правовыми стандартами местного самоуправления, признания само стоятельности местного самоуправления в сочетании с применением принципа единства публичной власти, фе дерализма в сочетании с принципом единства российской муниципально-правовой правовой политики, социаль но-политической обусловленности, системности и научной обоснованности.

Цели муниципально-правовой политики – это желаемые результаты деятельности населения муници пального образования, органов государственной власти и местного самоуправления в сфере правового регулиро вания местного самоуправления, устанавливаемые в процессе ее правовой модернизации. Стратегической целью правовой политики России муниципального уровня является укрепление местного самоуправления в системе народовластия и создание эффективно функционирующей его модели с развитой системой взаимосвязей с госу дарством и гражданским обществом. Реализация этой цели предполагает достижение стабильности, системно сти, непротиворечивости правовых основ местного самоуправления и обеспечение потребностей правопримени тельной практики в этой сфере;

создание организационно-правовых условий для реализации населением муни ципальных образований права самостоятельно и эффективно, непосредственно и (или) через органы местного самоуправления решать вопросы местного значения;

обеспечение правовых, финансово-экономических и иных гарантий развития местного самоуправления;

развитие правового механизма взаимодействия органов государст венной власти и местного самоуправления;

повышение качества правоприменительной деятельности органов местного самоуправления по решению вопросов местного значения;

обеспечение научной обоснованности пра вовой модернизации местного самоуправления.

Средства муниципально-правовой политики – правовые явления, выражающиеся в инструментах и деяниях (технологии), с помощью которых обеспечивается достижение целей правовой политики в сфере мест ного самоуправления. В качестве таковых могут быть определены инструменты механизма правового регулиро вания (правовые акты, нормы муниципального права, включающие в себя ограничения, запреты, дозволения, стимулы, поощрения, правоотношения, юридические средства правореализационной практики и др.) и собствен ные специальные средства, непосредственно предназначенные для совершенствования системы правового регу лирования местного самоуправления (концепции, программы, правовой мониторинг, планирование, правовые прогнозы и эксперименты, систематизация и экспертиза правовых актов и др.). В своей совокупности средства муниципально-правовой политики образуют сложную динамическую систему, которая характеризуется призна ками целостности и гибкости. В современной муниципально-правовой политике прослеживаются тенденции по стоянного расширения и углубления сферы правового регулирования местного самоуправления, увеличения числа юридических средств, появления их новых разновидностей, с одной стороны, и возрастания роли ее спе циальных организационно-правовых средств, с другой.

Формы реализации муниципально-правовой политики – воплощение в деятельности ее субъектов требований, принципов и приоритетов данного уровня правовой политики, направленных на достижение ее стратегических целей и решение тактических задач. Представляется обоснованным выделение доктринальной, правотворческой, правоприменительной, правоинтерпретационной форм правовой политики муниципального уровня.

Доктринальная форма муниципально-правовой политики закладывает основы правотворческой, право применительной и правоинтерпретационной политики и представляет собой деятельность государственных и негосударственных структур, включает в себя не только научную познавательную деятельность, но и деятель ность по постановке проблем правового воздействия на правоотношения, возникающие при осуществлении ме стного самоуправления.

Правотворческая политика в сфере местного самоуправления представляет собой научно обоснованную, последовательную и системную деятельность органов государственной власти, местного самоуправления, насе ления муниципального образования, иных негосударственных субъектов права, направленную на определение стратегии и тактики правового регулирования местного самоуправления, на создание условий для эффективного правотворчества в этой сфере.

Правоприменительная форма муниципально-правовой политики представляет собой упорядоченную дея тельность широкого круга граждан, органов государственной власти и местного самоуправления, организаций и объединений по решению тактических и стратегических задач повышения эффективности механизма правопри менения, оптимизации комплекса обеспечивающих его средств, единство исходных целей и принципов право применительной практики в сфере местного самоуправления.

Правоинтерпретационная форма реализации муниципально-правовой политики представляет собой науч но обоснованную, последовательную и системную деятельность государственных и негосударственных струк тур, направленную на определение стратегии и тактики толкования муниципально-правовых норм, на создание необходимых условия для эффективной интерпретации правовых предписаний.

Механизм реализации муниципально-правовой политики – совокупность взаимосвязанных форм осуществления и методов практической деятельности ее субъектов, определенных стадий поэтапного процесса разработки и практического осуществления муниципально-правовой политики, на которых данные средства ра ботают.

Вышеобозначенное позволяет сделать вывод о том, что в определенной мере общие грани теории право вой политики муниципального уровня уже отчетливо просматриваются. Систематизированная научная инфор мация об особенностях и основных элементах муниципально-правовой политики, разумеется, важна не только с теоретических позиций. Она ориентирована на создание и функционирование эффективной системы правового регулирования местного самоуправления в условиях его правовой модернизации, решение конкретных проблем совершенствования деятельности государственных и негосударственных структур в этой области, а в целом, на укрепление института местного самоуправления как одной из основ конституционного устройства Российской Федерации.

Список литературы:

1. Багаутдинова Ю.Б. Муниципально-правовая политика как особая разновидность правовой политики: общетеорети ческий аспект: дис. … канд. юрид. наук: 12.00.01 / Багаутдинова Юлия Борисовна. Саратов, 2009. 170 с.

2. Корсакова С.В. Муниципально-правовая политика в России / С.В. Корсакова;

под ред. А.В. Малько. М.: Юрлитин форм, 2012. 344 с.

3. Малько А.В. Теория правовой политики. М.: Юрлитинформ, 2012. 328 с.

4. Правовая политика: словарь и проект концепции / Под ред. А.В. Малько. Саратов: Изд-во ГОУ ВПО «Саратовская государственная академия права», 2010. 276 с.

5. Рыбаков О.Ю., Тихонова С.В. Методологические проблемы формирования теории правовой политики // Правоведе ние. 2010. № 1. С. 36-48.

КОРСАКОВА Светлана Владимировна – кандидат юридических наук, доцент кафедры государственно правовых дисциплин, Российская академия правосудия (Ростовский филиал).

Т.Л. Баталова К ВОПРОСУ О ВКЛЮЧЕНИИ ОТДЕЛЬНЫХ ОТРАСЛЕЙ ПРАВА В СИСТЕМУ ЧАСТНОГО ПРАВА Правовые системы Российской Федерации и Республики Казахстан находятся на этапе своего развития. В настоящее время оба государства активно формируют свои правовые системы с учетом различных факторов.

Основным источником обеих систем является нормативно-правовой акт. Согласно ст. 15 Конституции Россий ской Федерации Конституция имеет высшую юридическую силу, прямое действие и применяется на всей терри тории Российской Федерации. Законы и иные правовые акты, принимаемые в Российской Федерации, не должны противоречить Конституции Российской Федерации. Общепризнанные принципы и нормы международного пра ва и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы. Если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора. [1] Аналогичную систему закрепила в ст. 4 Конституции и Республики Казахстан. [2] Таким образом, оба государства провозгласили принцип верховенства закона.

Чтобы определиться со структурой права в России и Казахстане, необходимо обратить внимание на поня тие самой системы права, частного права в том числе, в теории права обеих стран.

Единого понимания системы и ее структуры на современном этапе нет ни в России, ни в Казахстане. Тем не менее, позиции ряда авторов российских и казахстанских по данному вопросу совпадают, и это объясняется тем, что длительное время оба государства имели общую правовую систему.

«Система права, – пишет Хвостов В.М. в своей работе «Общая теория права», – яснее обнаруживает все недостатки и противоречия в накопившихся нормах права и, таким образом, дает толчок для различных реформ в области права. Одним словом, благодаря приведению права в систему, облегчается и изучение его, и применение в практике, и критика… сокращается и самое количество отдельных норм, так как устраняются ненужные повто рения». [14] Таким образом, мы имеем обоснование необходимости исследования системы права.

Авторы учебника по общей теории права, опубликованного под редакцией А.С. Пиголкина, указывают на то, что «право, отражая, опосредуя общественные отношения, их устойчивые признаки, свойства, представляет собой целостное образование, систему. Все ее элементы – нормы права – находятся в такой же постоянной, ус тойчивой зависимости, которая характеризует взаимодействие регулируемых ими общественных отношений».

[10, c. 180] Эти же авторы указывают на наличие в системе права связей четырех уровней: 1) между элементами нор мы права;

2) между нормами, объединенными в правовые институты;

3) между институтами соответствующей отрасли права;

4) между отдельными отраслями права. [10, c. 180] Наш интерес обращен на четвертый уровень – связь между отдельными отраслями права, регулирующими и защищающими частный интерес.

Казахстанский правовед Ибраева А.С., например, под системой права понимает внутреннее строение пра ва, выражающееся в единстве и согласованности всех действующих правовых норм и их логическом распреде лении по отраслям, подотраслям и правовым институтам. «Система права, – пишет она, – это строение самого права, его подразделение на нормы отрасли, подотрасли и институты. Системное устройство права означает, что оно представляет собой целостное образование, состоящее из множества элементов, находящихся между собой в определенной иерархической связи». [5, c. 62] Система права, по мнению Ибраевой А.С., обусловлена социально-экономическими, политическими, на циональными, религиозными, культурными, историческими факторами и имеет объективный характер, так как зависит от объективно существующих отношений и не может создаваться по чисто субъективному усмотрению людей. Ибраевой А.С. выделены признаки отрасли права, к которым отнесены: 1) предмет правового регулиро вания и свой метод правового регулирования;

2) свое законодательство, как правило, самостоятельные кодексы;

3) свой особый юридический режим, регламентирующий правовое положение субъектов права, устанавливаю щий способы реализации прав и обязанностей и государственно-правовые меры, направленные на неукосни тельную реализацию правовых норм. [5, c. 63-64] В казахстанской правовой науке вопросу о системе права и делении ее на частное и публичное право уде лено недостаточно внимания, что нельзя сказать о российских правоведах.

Так, Алексеев С.С. пишет: «Система права суть внутреннее строение (структура) права, отражающее объ единение и дифференциацию юридических норм. Основная цель этого понятия – объяснить одновременно ин тегрирование и деление нормативного массива на отрасли и институты, дать системную характеристику пози тивного права в целом … Особо здесь нужно подчеркнуть то, что структура права (его система) обусловливает его форму (систему законодательства) и неразрывно с ней связана». [12, c. 266] Таким образом, Алексеев С.С. под системой права понимает ее структуру. В основу дифференциации на частное и публичное право он кладет такие критерии как предмет и метод правового регулирования. Указанная точка зрения поддерживается и нами.

«Предмет правового регулирования – это фактические отношения людей, объективно нуждающиеся в правовом опосредовании… Метод правового регулирования есть совокупность приемов юридического воздей ствия на поведение людей, выработанных в результате длительного человеческого общения. Если предмет пра вового регулирования отвечает на вопрос, что регулирует право, то метод – на вопрос, как регулирует».

[12, c. 270] В системе частного права в основу предмета правового регулирования положена защита частного интере са.

В российской и казахстанской правовых системах частное право всегда было представлено гражданским правом, которое в качестве предмета правового регулирования определяет правоотношения между частными субъектами. Еще в советское время, после отказа от деления права на публичное и частное из гражданского пра ва в качестве самостоятельных правовых отраслей выделились семейное и трудовое право, обособилось между народное частное право. Все вместе указанные отрасли образовали по сути систему частного права, которое ина че называют цивилистикой. Однако жаркие споры в юридической литературе вызывает определение места в сис теме права предпринимательского права.

Положения гражданского законодательства позволяют нам привести достаточно весомый довод в пользу предпринимательского права как элемента системы частного права. Так, п. 1 ст. 2 ГК РФ указывает на то, что гражданское законодательство определяет правовое положение участников гражданского оборота, основания возникновения и порядок осуществления права собственности и других вещных прав, прав на результаты интел лектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации (интеллектуальных прав), регули рует договорные и иные обязательства, а также другие имущественные и личные неимущественные отношения, основанные на равенстве, автономии воли и имущественной самостоятельности участников. [3] Гражданское законодательство регулирует отношения между лицами, осуществляющими предпринима тельскую деятельность, или с их участием, исходя из того, что предпринимательской является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользова ния имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг лицами, зарегистрированными в этом качестве в установленном законом порядке.

Из текста статьи 2 ГК РФ следует, что сфера действия гражданского законодательства затрагивает все об щественные отношения с участием граждан и юридических лиц, в т.ч иностранных граждан, лиц без гражданст ва и иностранных юридических лиц [3]. Аналогичное положение содержит и Гражданский кодекс Республики Казахстан (статьи 1, 3). [4] Возврат к классическим основам правовой системы, базирующейся на принципиальном различии публич ного и частного права, потребовал отказа от вмешательства государства в различные сферы жизни конкретного индивида, бизнеса, правовая регламентация которых относится к гражданско-правовой сфере, и переоценки пра вовой природы «смежных» с гражданским правом отраслей. Подтверждением тому являются положения Кон ституции РФ: Человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина – обязанность государства (статья 2). [1] На наш взгляд, предпринимательское право в той же степени, как и трудовое, можно отнести к частному праву, так как предметом его правового регулирования являются общественные отношения с участием индиви дуального предпринимателя либо юридического лица, ведущего хозяйственную деятельность. И в основу этого правоотношения положен частный интерес. А реализация такого интереса регламентируется гражданским пра вом.

Прoдoлжая мысль о включении предпринимательского права в систему частного права, нельзя не обра тить внимание на вопрос принятия в Казахстанe предпринимательского кодекса. Юристы республики, в т.ч. из вестные ученые, разделились на два лагеря: за и против. Вместе с тем, решение этого вопроса готовится в рес публике на правительственном уровне. Уже подготовлена концепция проекта Предпринимательского кодекса Рeспублики Казахстан.

Одним из критериев самостоятельности той или иной отрасли права большинство ученых-правоведов считает наличие специального кодифицированного закона. Казалось бы, реализуя концепцию принятия Пред принимательского кодекса в Республике Казахстан, спор о самостоятельности предпринимательского права бу дет решен, между тем, он стал еще острее.

В настоящее время предпринимательское законодательство представляет сoбой огромный массив норма тивных правовых актов различной oтраслевой принадлежности, которые сторонники принятия предпринима тельского кoдекса условно объединяют в следующие группы, чем, в первую очередь, и объясняют нeобходимость кодификации указанных норм.

В первую группу включены спeциальные нормативные правовые акты, устанавливающие основные нача ла осуществления предпринимательской деятельности, например, Закон «О хoзяйственных товариществах» и дp.

Противники этoй концепции указывают на то, что эти законы устанавливают лишь формы осуществления предпринимательства и пределы огpаничения предпринимательской деятельности, но никак не основные начала (принципы) ее осуществления.

Во вторую группу авторы концепции включают акты о государственной поддержке инновационной дeятельности.

Однако представляется, что эти законы отражают лишь направления государственной политики в сфере науки и реализации инноваций.

В третью группу включены нормативные правовые акты о защите прав пoтребителей. Четвертую группу составляют нормативные правовые акты о поддержке отечественных товаропроизводителей, а пятую – норма тивные правовые акты, регулирующие отдельные виды предпринимательской деятельности.

Шестая группа – нормативные прaвовые акты, посвященные отдельным предпринимательским договорам.

В седьмую группу по мнению aвторов концепции могут быть объединены нормативные правовые акты общего характера, регулирующие отдельные аспекты предпринимательской деятельности – Уголовный кодекс;

Кодекс об административных правонарушениях;

Кодекс «О налогах и других обязательных платежах в бюджет»

(Налоговый кодекс) и др.

К части систeмы законодательства, регулирующего предпринимательство, отнесены и подзаконные акты, принятые в целях реализации вышеуказанных законодательных актов, а также международные договоры, по скольку общепризнанные принципы и нормы международного права и междунaродные договоры являются со ставной частью ее правовой системы кодекса. [8, c. 32-34] Совершенно очевидно, что в Предпринимательском кодексе нет необходимости объединять все укaзанные нормативные пpaвoвые акты, тем более нормы международных договоров.

Реализация концепции принятия предпринимательского кодекса приведет к дуализму предприниматель ского права, сплошной конкуренции норм и пoвторам, котоpые в правоприменительной практике приведут к проблемам, а значит, увеличат потенциал судебных ошибок и количество нарушений прав и зaконных интересов всех частных субъектов. [13] Сторонники принятия Предпpинимательского кодекса в Республике Казахстан в качестве цели его приня тия указывают систематизацию предпринимательского законодательства Республики Кaзахстан, устранение пробелов в правовом регулировании предпринимательства, и предметом регулирования законопроекта видят общественные отношения в сфере предпринимательства: 1) предпринимательские имущественные отношения (частно-правовые отношения);

2) предпринимaтельские управленческие отношения (публично-правовые отно шения);

3) предпринимательские внутрифирменные отношения (корпоративные отношения).

Однако, как считают в НИИ частного права Казахского Государсвенного Юридического Университета, и мы поддерживаем их позицию, корпоративные правоотношения в большей части являются чaстно-правовыми отношениями, связанными с объединением и использованием имущества для ведения хозяйственной деятельнoсти в рамках отдельных организационно-правовых форм коммерческих юридических лиц. При выде лении корпоративных отношений трaдиционно говорится о сбалансированном сочетании частно-пpавовых и публично-правовых методов регулирования предпринимательской деятельности. Причем публично-правовые аспекты также сфокусированы на том, чтобы установить рамки в свободе использования активов предпринима тельства в целях недопущения вреда для устойчивых хозяйственных связей между преимущественно крупными корпорациями. В peгулировании форм и содержания малого и среднего бизнеса ни о каких публично-правовых механизмах регулирования речи быть не может. Публичная регистрация и нормы о лицензировании в данном случае не являются примерами регулирования предпринимательской деятельности. [13] Предлагаемая aвторами зaконопpоекта структура предпринимательского кодекса практически дублирует правоотношения, урегулированные в основном гражданским правом.

Наряду с принятием Предпринимательского кодекса по-прежнему останется необходимость в существо вании многих других специальных законов. А это означает, что процесс правоприменения еще более усложнит ся: придется устанавливать соотношение не только Гражданского кодекса со специальными законами в сфере предпринимательства, но и каждого из них c Предпринимательским кодексом как специальным кодифициpованным законом, связывающим Грaжданский кодекс и дpугие специальные законы в сфере пред принимательства.

В проекте не освещен вопрос правового регулирования отношений предпринимателей с другими субъек тами частного права, в частности потребителями, поэтому можно сделать вывод о том, что этот блок правоот ношений остается предметом грaжданского пpaвa. Очевидно, что пострадает методологическая целостность Гражданского кодекса и четкая работа в сфере частного, в т.ч. предпринимательского оборота.

Обобщая все выше сказанное, можно сделать вывод о том, что нет необходимости в существовании, наря ду с действующим Гражданским кодексом, какого бы то ни было предпринимательского (торгового или хозяй ственного) кодекса, так как, во-первых, его принятие будет неизбежно означать слом действующей правовой системы и существенный пересмотр положений Грaжданскогo кодекса, что может только существенно навре дить экономическому и сoциальному развитию рeспублики. [11] После отказа от исключительной собственности государства на землю и разрешения совершения многих сделок с некоторыми земельными участками (купля-продажа, аренда, залог, передача по наследству и т.п.) соот ветствующие отношения стали предметом частноправового регулирования и вышли из предмета земельного права, став предметом гражданского права.

Земельное право, имея в настоящее время публично-правовую природу, определяет публично-правовой режим различных видов земельных участков, включая их целевое назначение, требования соблюдения норм по охране земель, количественные ограничения и т.п. Между тем регламентация оборота земли является предметом гражданского права. Сказанное в равной мере относится и к более широкой сфере природоресурсового и приро доохранного (экологического) права.

Тенденция усиления частного права на современном этапе привела к законодательному признанию воз можности заключения брачных контрактов, определяющих по воле супругов правовой режим их имущества.

Указанный факт свидетельствует о возрастании частноправовых начал и в сфере семейных отношений. Семей ное право всегда характеризовалось преобладанием неимущественных элементов над имущественными и прин ципом минимального вмешательства государства в семейные отношения, ограничиваясь в основном с целью защиты интересов несовершеннолетних детей, нетрудоспособных супругов и т.п., а также добровольным и рав ноправным характером брачно-семейных связей. Таким образом, семейное право определилось как самостоя тельная отрасль, входящая в систему частного права и имеющая самостоятельный предмет правового регулиро вания, вытекающий из таких понятий как брак и семья, основывающихся на реализации личных неимуществен ных прав граждан. Учитывая традиционное наличие в предмете гражданского права значительного круга лич ных неимущественных отношений (защита чести, достоинства и деловой репутации, возмещение морального вреда, охрана различных неимущественных прав граждан), можно говорить о частноправовой природе и семей ного права.

Достаточно дискуссионным является вопрос о месте трудового права в правовой системе как России, так и Казахстана. Его природу в настоящее время нельзя определить однозначно. В пользу его частноправового ха рактера свидетельствуют нормы, регламентирующие трудовой договор, составляющие основу этой отрасли и получившие теперь новое развитие. Однако наличие большого круга специальных социальных гарантий для участников трудовых правоотношений, позволяет сделать вывод о том, что трудовое право в определенной мере носит и публичный характер, так как такие гарантии устанавливаются в общественных, публично-правовых ин тересах. Правовая регламентация такого интереса и выделилась в право социального обеспечения. В континен тальном европейском праве, прежде всего в его германской ветви, трудовое право обычно рассматривается в качестве частноправового образования. Подтверждением тому служит Гражданское уложение ФРГ, в состав ко торого входят нормы, регулирующие правоотношения между работодателем и работником. На наш взгляд, это положение наиболее соответствует сущности трудового права, призванного регламентировать отношения между работником (конкретным индивидом) и работодателем, основную массу которых в условиях рыночной экономи ки составляют индивидуальные предприниматели и коммерческие организации, правовое положение которых определяется, прежде всего гражданским правом. А публично-правая сущность трудового права в части соци альной защиты работника определяется, прежде всего, защитой его личных имущественных и неимущественных прав, в т.ч. охрана жизни, здоровья, реализация права на отдых, получение образования, повышение квалифика ции и т.п. при исполнении обязанностей по трудовому договору.

Международное частное право по своим основным юридическим признакам (предмету и методу) никогда не теряло своей частноправовой природы, общепризнанной в развитых правопорядках. Более того, в теории оно иногда рассматривается в качестве составной части (подотрасли) гражданского права. Законодатель четко опре делился по данному вопросу. Подтверждением этой позиции является целый раздел в гражданских кодексах Российской Федерации и Республики Казахстан (Раздел VI ГК РФ «Международное частное право» (ст.ст. 1186 1194) [3] и Раздел 7 ГК РК (ст. 1084-1124)). [4] Таким образом, гражданское право составляет основу частного права, в общую систему которого входят семейное и международное частное право, традиционно признаваемые здесь, впрочем, самостоятельными по отношению к гражданскому праву правовыми отраслями, а также трудовое и предпринимательское право. К такому выводу автор приходит, основываясь на таком критерии как частный интерес.

На современном этапе дискуссия по поводу критериев разграничения частного и публичного права, сис темы частного и публичного права является весьма актуальной. В научной литературе указывается на приклад ное значение решения столь давней теоретической проблемы. «Уяснение критериев и сути деления права на ча стное и публичное необходимо, – пишет А.Я. Курбатов, – прежде всего нормотворческим органам, чтобы иметь возможность определить характер интереса, подлежащего правовой охране, и выработать „под него соответст вующий правовой режим. Для субъектов правоприменительной деятельности оно помогает уяснить существо отношений и с учетом этого правильно толковать и применять конкретные нормы права», из чего можно сделать вывод, что «потребность выделения частного права в противовес публичному, обусловлена, прежде всего, необ ходимостью охраны частных интересов во всех сферах общественной жизни». [9, c. 98] Весьма интересную позицию по вопросу определения критерия включения отраслей права в систему ча стного права высказала Мананкова Р.П. В числе основных критериев включения в систему частного права той или иной отрасли ею назван договор. [9] Для определения договора как критерия включения отрасли в систему частного права необходимо опре делить его универсальные свойства, черты, наконец, содержание.

Содержание этого понятия, с точки зрения Манаковой Р.П., наиболее точно обосновал профессор О.А. Красавчиков. Договор как правовой феномен приобретает известные специфические черты, которые отра жаются и юридически закрепляются в нормах различных отраслей права, определяющих соответствующие ком поненты договора, модели, его содержание, формы, порядок заключения, правовые последствия и т.д. Это воз действие права на договор осуществляется на различных уровнях и в различных формах, достигается с исполь зованием различных отраслевых методов. Об универсальности договора свидетельствует тот факт, что он явля ется юридической категорией большинства «материальных» отраслей советского социалистического права: го сударственного, гражданского, трудового, земельного, колхозного и др. [7, c. 8] Мы согласны с этой позицией, так как эта мысль и в наше время остается современной, о чем свидетель ствуют отраслевые исследования отечественных ученых, в т.ч. по проблеме нормативно-правового договора, противопоставляя его индивидуальному частно-правовому договору, отождествляемому с гражданско правовым. [9] Таким образом, приведенный выше анализ различных точек зрения на критерий разграничения частного и публичного права, а также включения той или иной отрасли права в систему частного права, позволяет сделать вывод о том, что часть авторов в качестве такого критерия определяет интерес, другие – договор (частно правовой), третьи – предмет и метод правового регулирования. Согласно указанным критериям, в систему част ного права с нашей точки зрения входят гражданское, семейное, трудовое, международное частное право. А в качестве критериев включение этих отраслей в систему используем все выше перечисленное. Несмотря на жар кие споры в юридической литературе, мы настаиваем на включении в нее предпринимательского права.

Список литературы:

1. Конституция Российской Федерации (принята референдумом 12.12.93) (ред. от 30.12.2008). URL:http://zakonprost.ru/ konstitucija-rf/statja-15/, 03.09.2012 г. 10.15.

2. Конституция Республики Казахстан, ПС «Параграф», 03.09.2012 г., 20.16.

3. Гражданский кодекс Российской Федерации часть 1, http://vladrieltor.ru/gragdkodeks, 10.09.2012 г., 11.26.

4. Гражданский кодекс Республики Казахстан, ПС «Параграф», 03.09.2012 г., 21.11.

5. Ибраева А.С. Теория государства и права. Учебное пособие, Алматы, 2006. С. 424.

6. Красавчиков О.А. Гражданско-правовой договор: понятие, содержание и функции // Гражданско-правовой договор и его функции. Свердловск: УрГУ, 1980. С. 144.

7. Концепция проекта Предпринимательского кодекса Республики Казахстан // Юрист. 2011. № 7.

8. Курбатов А.Я. Сочетание частных и публичных интересов при правовом регулировании предпринимательской дея тельности. М., 2001. С. 124.

9. Мананкова Р.П. Элементы системы частного права в современной России // Право. 2009. 3 марта.

10.Общая теория права. Учебник для юридических вузов под ред. д. ю..н, проф. А.С.Пиголкина. М., Издательство МГТУ им. Н. Э. Баумана, 1996. C. 386.

11.Сулейменов М.К. Хозяйственный (Предпринимательский) кодекс: улучшение законодательной системы или ее развал? // Юрист. 2010. № 10.

12.Теория государства и права / Алексеев С.С., Архипов С.И. и др. М.: Норма, 1998. С. 456.

13.Хвостов В.М. Общая теория права. Элементарный очерк. По изданию 1911 г. // Allpravo.Ru 2003. URL:http://www.

allpravo.ru/library/doc108p0/instrum958/item1971.html, 16.07.2012 г. 12.18.

БАТАЛОВА Татьяна Леонидовна – доцент кафедры юриспруденции, Санкт-Петербургский гуманитарный университет профсоюзов (Алматинский филиал) (Республика Казахстан).

М.Р. Хасаншин К ВОПРОСУ О ПРАВОВЫХ ЦЕННОСТЯХ В ПРАВОВОЙ СИСТЕМЕ ПОСТСОВЕТСКОЙ РОССИИ Раскрытие сущности правовой системы общества немыслимо без осознания сложившегося в ней ценност ного ядра, придающего смысловую нагрузку правовым явлениям и находящего свое отражение в установившем ся в ней наборе правовых ценностей, представляющем собой в оптимальном состоянии некую целостную сово купность представленных в форме целей, идеалов, предметов интересов и потребностей ценностей в праве и ценностей права [2, с. 3-6]. Поэтому любое воздействие на правовые ценности, содержащиеся в правовой систе ме, непосредственным образом сказывается на всей системе в целом. На этом фоне особую значимость приобре тает проблема состояния правовых ценностей в правовой системе постсоветской России, «ценностное ядро кото рой пытаются разрушить внутренние и внешние вестернизаторы, раздраженные сопротивляемостью российского менталитета» [5, с. 23].

Произошедшая в начале 1990-х годов в России перестройка потребовала пересмотра ценностного ядра отечественной правовой системы: сложилась ситуация кардинальной смены правовых ценностей (переход от коллективизма к индивидуализму, от социоцентризма к персоноцентризму). Принятая в результате перестройки Конституция России 1993 года провозгласила идеологию либеральных ценностей западного происхождения [4, с. 31-37], в то время как российскому менталитету присуще евразийское мировоззрение, представляющее ком плекс западных и восточных традиций [9, с. 503]. Принимая во внимание, что степень «признания или отверже ния личностью новых этических и правовых норм общественной жизни зависит от прошлого социального опыта и системы ценностных ориентаций» [6, с. 181], полагаем, что разрешение проблемы смены ценностно-правовых ориентиров в отечественной правовой системе требует учета ряда требований.

Во-первых, следует признать, что далеко не все ценности вестернизация имеют положительное воздейст вие на отечественную правовую систему. Так, отмечается, что в результате действия западных ценностей «про исходит процесс «размывания» значимости определенных идеалов и ценностей традиционной культуры, в част ности таких как долг, совесть, патриотизм и гордость за свою родину. Переосмыслению подвергаются и такие нравственные ценности, как доброта, милосердие, честность, ответственность, что тоже находит свое выражение в нарушении эмоциональной связи между людьми, в росте чувства изолированности, отчужденности и одиноче ства человека в обществе» [1, с. 74];

более того, «человеческие ценности теряют смысл, и интересы человека на чинают ориентироваться на вещи» [3, с. 305].

Во-вторых, необходимо сохранение прогрессивных правовых ценностей, выработанных в советский пери од, в правовой системе постсоветской России. Ведь в «правовых ценностях сконцентрирован опыт предшест вующих поколений, который позволяет человечеству выбрать оптимальные пути государственно-правового раз вития» [7, с. 29], с учетом специфики российского менталитета. Значение правовых ценностей зависимо от про чих социальных ценностей, уровня развития и типа организации общества, а обеспечение самобытности отече ственной правовой системы предполагает установление пределов изменчивости системы и восприимчивости ею универсальных правовых ценностей.

В-третьих, необходимо достижение оптимального соотношения между прежними (собственными) и но выми (заимствуемыми) правовыми ценностями. Как минимум, недопустимо полное отрицание прежних право вых ценностей, которые в последующем могут быть актуализированы применительно к новым социально правовым условиям. Однако наиболее верным путем будет формирование новых правовых ценностей на базе собственных и заимствуемых правовых ценностей.

В-четвертых, дальнейшее развитие постсоветского государственно-правового механизма требует повы шения значения правовых ценностей в жизни российского общества, что обеспечит укрепление отечественной правовой системы. В связи с этим формирование отечественной правовой культуры должно происходить в русле конституционно установленных ценностей, согласно которым право воспринимается как начало, способное при вести к прогрессу общества. Вместе с тем, реализация конституционных прав и свобод человека возможна лишь «путем взаимодействия общества и государства, а не их противостояния» [10, с. 128], отсюда, необходимость формирования гражданского общества и правового государства.

Таким образом, в правовой системе постсоветской России следует укоренять лишь те правовые ценности, которые позволят ей «идти своим путем, но вместе с основными правовыми системами современности» [8, с. 377]. В любом случае, отечественная правовая система обладает потенциалом как окончательного сближения с романо-германской правовой семьей (усиление роли и значения европейских правовых ценностей), так и вы страивания своего собственного пути правового развития на базе романо-германской правовой семьи (ответвле ние с учетом специфики российского правового менталитета).


Список литературы:

1. Алейникова О.С. Влияние культурного кризиса на проявление социального одиночества в современной России // Человек постсоветского пространства: Сборник материалов конференции. Выпуск 3 / Под ред. В.В. Парцвания. СПб.: Санкт Петербургское философское общество, 2005.

2. Кошелев М.С. Роль правовых ценностей в современном российском обществе // Государственная власть и местное самоуправление. 2011. № 10.

3. Кулиджанишвили А.Э., Горозия В.Е. Ценность как принцип, объясняющий социальное бытие человека // Человек постсоветского пространства: Сборник материалов конференции. Вып. 3 / Под ред. В.В. Парцвания. СПб.: Санкт Петербургское философское общество, 2005.

4. Мартышин О.В. Идейно-политические основы современной российской государственности // Государство и право.

2006. № 10.

5. Панарин А.С. Реванш истории: российская стратегическая инициатива в 21 веке. М., 2005.

6. Рашева Н.Ю., Гомонов Н.Д. Ценность права в контексте системы ценностей современного российского общества // Вестник МГТУ. Т. 9. 2006. № 1.

7. Рыбаков В.А. Преемственность в отечественном правосознании: в переходный период: общетеоретические вопро сы: Автореф. дис. … докт. юрид. наук. Омск, 2009.

8. Саидов А.Х. Сравнительное правоведение (основные правовые системы современности): учебник / Под ред.

В.А. Туманова. М.: Юристъ, 2003.

9. Семитко А.П. Российская правовая система // Теория государства и права: учебник для вузов. / Под ред. В.М. Ко рельского и В.Д. Перевалова. М.: НОРМА-ИНФРА-М. М., 2002.

10. Харлова С.Г. Переходные преобразования российской государственности как условия успешной модернизации общества // Современные проблемы науки и образования. 2010. № 3.

ХАСАНШИН Мурат Ринатович – соискатель кафедры теории и истории государства и права, Институт права Башкирского государственного университета.

Л.А. Карапетян К ВОПРОСУ О РОССИЙСКОЙ ТЕОРИИ ПАРЛАМЕНТАРИЗМА В НАЧАЛЕ ХХ в.

В начале ХХ в. под давлением общественного движения в социально-политической и государственной жизни произошли важные перемены, которые актуализировали вопросы соотношения теории и практики представитель ной власти. Манифест от 17 октября 1905 г. предоставил населению основы гражданской и политической свободы, включил в государственный механизм представительный законодательный орган. Изменения были закреплены в новой редакции Основных законов от 23 апреля 1906 г.

Интерес к представительной власти связан с тем, что она являлась основой либеральной теории демократии.

Кроме того, в публикациях часто говорится о российском парламентаризме начала ХХ в. Однако наличие парламен та еще не означает функционирование государственного механизма, именуемого парламентаризмом.

Проблема парламентаризма являлась одной из главных как в концепциях российских теоретиков государства, так и либеральных политических партий.

В.М. Гессен, анализируя различные типы конституционного государства, приходит к выводу о существенных отличиях между парламентарным и дуалистическим государством. Главный критерий, разграничивающий эти типы государства, по его мнению, есть характер отношений между законодательной и исполнительной властью. Основ ным началом парламентаризма он считал политическую ответственность министров перед парламентом. Из этого тезиса В.М. Гессен делает ряд логических выводов, дополняющих характеристику парламентаризма. 1) В парламен тарных и дуалистических государствах существенно различаются отношения министров к парламенту и к короне.

Политическая ответственность министров перед парламентом влечет за собой политическое преобладание парла мента над короной. Руководящим принципом парламентаризма является необходимость непрестанного согласия между направлением политики правительства и желаниями парламента. 2) Существенным признаком парламента ризма является солидарность министерства, которая достигается главным образом принадлежностью правительства к партии, имеющей большинство в парламенте. 3) При парламентаризме право законодательной инициативы сосре дотачивается в руках кабинета министров, ибо только законопроект, исходящий от кабинета может рассчитывать на поддержку парламентского большинства. 4) Сущность парламентаризма не в том, что парламенту подчиняется ко рона, а в том, что перед волей народа склоняется всякая власть в государстве. 5) Основным недостатком парламен таризма является неустойчивость парламентского министерства, участь которого зависит от исхода выборов в пар ламент. 6) В основе возникающего парламентаризма лежит не правовая необходимость, а политическая целесооб разность. 7) Парламентаризм зависит от числа парламентских партий, степени их сплоченности, характера их про грамм. Парламентаризма нет, когда парламент распадается на множество мелких партий, враждующих друг с дру гом. Исходя из существовавшей практики, В.М. Гессен полагал, что современный ему парламентаризм находился еще в процессе превращения из политического явления в правовой институт [1].

А.А. Алексеев также обращает внимание на такие существенные признаки парламентаризма как политиче ская однородность правительства, обусловленная господством в парламенте сплоченной и организованной партией, его солидарность, ответственность перед парламентом [2]. Он проводит различие между парламентаризмом англий ским и континентальным, прежде всего на примере Франции, Италии, Бельгии. Главной особенностью для Франции и Италии он называет отсутствие сплоченных политических партий, что не позволяет сформировать однородное правительство. Бельгию он относит к государствам, занимающим промежуточное положение между парламента ризмом английским и французским [3]. Россию с оговорками он считал государством дуалистического типа [4].

С.А. Котляревский определял парламентаризм как «режим обязательной сплоченной солидарности между правительством и органами, признающими за авторитетное выражение народного мнения». Он отдавал предпочте ние понятию политической солидарности и считал, что оно более ясное по сравнению с понятием политическая от ветственность. Наличие или отсутствие политической ответственности – важнейший признак, влияющий на сущ ность конституционного государства, от которого зависит различие парламентарных и дуалистических государств [5]. Он выделял три основные функции парламента: законодательную, бюджетную, контрольную [6]. Спецификой его теории парламентаризма было то, что он исходил из его взаимообусловленности, во-1-х, естественно-правовой идеей народного суверенитета (для демократических республик Европы и Америки), и во-2-х, являлся сторонником полного политического самоопределения нации в демократических федеративных государствах с двумя палатами, одна из которых представляет единство целого, а другая – многообразие частей [7]. Таким образом, политический смысл суверенитета в его концепции состоял в том, что полноправным гражданам принадлежит учредительная власть – через их избранников или непосредственно.

Одному из важнейших аспектов парламентаризма – взаимоотношению между парламентом и правительством уделил внимание А.И. Елистратов [8].

Ф.Ф. Кокошкин, рассматривая проблему парламентаризма в контексте теории разделения властей (законода тельная, исполнительная, судебная), сделал вывод о том, что парламентаризм есть необходимое условие их совме стной деятельности. Парламентаризм смягчает обособленность властей, но не уничтожает их разделения. При этом он замечает, что парламентаризм не представляет собой совокупности точных юридических правил, а является чрезвычайно сложной, тонкой и гибкой системой фактического приспособления конституционных начал к действи тельной политической жизни [9].

За исключением В.М. Гессена вышеуказанные ученые высказывались за двухпалатный парламент. Верхняя палата представляла демократизированные органы местного самоуправления, а нижняя палата избиралась на основе демократического избирательного законодательства по пропорциональной системе. Более того, по мнению С.А. Котляревского при парламентаризме «центр тяжести переносится на избирателей, и участь правительства зави сит не столько от парламентских вотумов, сколько от исхода общих выборов» [10].

Значительное место проблема народного представительства занимала в основном труде Н.М. Коркунова. В центре его внимания были вопросы структуры парламента, избирательного права. На основе анализа разных изби рательных систем он пришел к выводу о предпочтительности пропорционального представительства [11].

Таким образом, суть концепций парламентаризма отечественных теоретиков государства можно свести к то му, что в системе правления парламент, избранный на основе демократического избирательного права играет пре обладающую роль не только в области законодательства, но и как орган контроля над деятельностью исполнитель ной власти, которая несет политическую ответственность перед народным представительством.

Данная проблема занимала важнейшее место в теории и крупнейшей либеральной политической партии – Конституционно-демократической партии (кадеты), учредительный съезд которой проходил 12-18 октября 1905 г.

Ее членами были и вышеуказанные ученые Ф.Ф Кокошкин, В.М. Гессен, С.А. Котляревский.

Раздел программы кадетской партии, отведенный вопросам государственного строя был изменен вторым съездом партии (январь 1906 г.) в ходе дискуссий о форме правления.

Итогом обсуждения явилась следующая редакция: «Россия должна быть конституционной и парламентарной монархией. Государственное устройство России определяется Основным законом». Она была поддержана большин ством в 77 голосов, при тринадцати против и пяти воздержавшихся [12].

Суть данной формы правления раскрывается в п. 15-19 программы партии, в которых определены компетен ция парламента и монарха, характер отношений между законодательной и исполнительной властью [13].

В партийной теории законодательная власть делилась между монархом (глава государства) и народным пред ставительством. Депутаты участвовали в осуществлении законодательной власти, имея право законодательной ини циативы и относительно Основных законов, что отрицалось их новой редакцией, которая предоставляла это право лишь монарху. Парламент наделялся бюджетно-финансовой функцией, контрольной функцией за исполнением бюджета и деятельностью администрации. Таким образом, кадетская конструкция власти предполагала место мо нарха в конституционном институте, известном в теории государственного права как «король в парламенте» (госу дарственный орган, где взаимодействуют монарх и палаты парламента), но не как «король в кабинете», а тем более монарх, осуществляющий верховную власть. Высшая власть как раз и была сосредоточена в органе, именуемом «король в парламенте». По крайней мере, как выразился лидер партии П.Н. Милюков на партийной конференции в ноябре 1909 г., «эту идею пытались провести и мы» [14].

Программным требованием являлись и такие существенные признаки парламентаризма как институты соли дарности министерства, политической ответственности министерства перед народным представительством, членам которого принадлежало право запроса и интерпелляции.

Уже Учредительный съезд партии указывал на необходимость формирования министерства из парламентско го большинства [15]. Этот вопрос дебатировался и на втором съезде партии [16]. Более того, Ф.И. Родичев заявил, что « …мы идем в Думу, чтобы взять власть в свои руки» [17]. Следовательно, речь идет о правительстве партийно го большинства даже в условиях недемократического избирательного законодательства в Госдуму. Не соглашались с этим Е.Н. Трубецкой и П.Б. Струве, за что подверглись критике со стороны Ф.Ф. Кокошкина [18].

Партийная концепция ответственного министерства как главного признака парламентаризма была возможна:

во-первых, при его опоре на определенное парламентское большинство, от прочности которого зависела прочность и его существования;

во-вторых, только в связи с избирательной системой. При демократической избирательной системе, от которой зависел состав парламента, доверие парламентского большинства означало и доверие страны.

Накануне избирательной кампании во вторую Думу на заседании ЦК 29 октября 1906 г. П.Н. Милюков заявил:

«…думское министерство это условие всей нашей программы. Но для этого нужна поддержка избирателя. Необхо димо создание политического большинства в Думе, не нуждающегося в поддержке других партий» [19]. В докладе П.Н. Милюкова о тактике партийной фракции в четвертой Думе на конференции 2-3 февраля 1913 г. проблема от ветственного министерства ставилась и рассматривалась в контексте с другими вопросами. Тезис П.Н. Милюкова после обсуждения был принят в следующей редакции: «Существенное усиление Государственной думы, как зако нодательного и политического фактора, может быть достигнуто лишь путем осуществления трех основных условий:

демократичного избирательного закона, коренной реформы Государственного совета и ответственности министер ства» [20]. Это же решение было подтверждено на майской 1913 г. партийной конференции [21].

Парламентаризм в единстве с демократическим избирательным правом представлял собой один из крае угольных пунктов программы партии и являлся одним из наиболее совершенных и желательных форм государст венного строя. При этом отмечалась возрастающая роль избирателей. Так, по мнению, Ф. Кокошкина политические партии предлагали избирателям свои модели будущего общественного и государственного строя, способы их дос тижения. Поэтому итоги выборов определяли не только состав нижней палаты, но в значительной мере и состав ми нистерства, и направление его деятельности. Благодаря этому исполнительная власть становилась более самостоя тельной по отношению к парламенту, но вместе с тем и более зависимой от общественного мнения. В общем, прин цип формирования правительства парламентом являлся основой активизации избирателей, которые должны были усвоить, что их выбор определял характер правительства и превращал его в важнейший центр принятия решений.

Вопрос об ответственном министерстве в практическую плоскость был поставлен фракцией прогрессистов в четвертой Думе в июле 1915 г. Кадеты здесь придерживались более умеренной позиции. П.Н. Милюков и Ф.Ф. Ко кошкин считали этот лозунг несвоевременным. 9 августа 1915 г. на заседании ЦК Ф.Ф. Кокошкин говорил, что мало требовать долой правительство, надо подумать, чем его заменить. Свои мысли по данному вопросу он систематизи ровал в изданной им в 1915 г. специальной брошюре «Об ответственном министерстве» (вместе с тем это и позиция большинства партии, поскольку работа издавалась по решению ЦК) [22]. Брошюра содержит анализ различных формул исполнительной власти («правительство национальной обороны», «общественное министерство», «коали ционное министерство», «министерство общественного доверия», «ответственное министерство»). Автор считал, что формула «ответственное министерство» более всего привлекает к себе как определенностью своего содержания, так и непосредственной связью с конституционной теорией и программами прогрессивных политических партий [23]. Предложение прогрессистов Ф.Ф. Кокошкин считал не принципом, а практической необходимостью. Причем фракция требовала немедленного установления ответственности министров перед Думой. Но в связи с действующей избирательной системой в России Дума по своему составу не является отражением страны, и потому ответствен ность перед Думой не означает ответственности перед страной. Не всякое думское большинство способно создать кабинет, пользующийся доверием страны. По его мнению, Россия могла бы перейти к парламентаризму, если бы в Думе существовало коалиционное большинство с политической программой, соответствующей настроению широ ких слоев населения, чего не было в июле 1915 г. [24].

Создание парламентской коалиции в августе 1915 г. (Прогрессивный блок), считал Ф.Ф. Кокошкин, улучши ло условия для образования ответственного министерства. Но, с другой стороны, программа блока требовала не от ветственного министерства, а министерства, опирающегося на доверие народа. Этого же требовал ряд обществен ных организаций и органов местного самоуправления. Соотнося эти формы исполнительной власти, Ф. Кокошкин их не противопоставлял и пришел к выводу, что создание министерства общественного доверия явилось бы началом проведения в жизнь принципа политической ответственности министерства. Если бы оно даже формально не объя вило себя ответственным перед Думой, оно, несомненно, стремилось бы, согласно формуле всероссийского земско го и городского съезда, «быть в единении с Думой, т.е. действовать фактически как ответственное министерство».

Тем самым парламентаризм, как и в большинстве других стран, в России утвердился бы силой обычая.

Таким образом, основу кадетской модели формы правления составляет доктрина парламентаризма, вклю чающая в себя, прежде всего, такие важные институты, как демократическое избирательное право, «король в парла менте», устойчивая партийная система и правительство из партийного большинства победившей на выборах партии, ответственное перед народным представительством министерство. В их концепции независимый парламент олице творял верховную власть и контролировал правительство.

Эти принципы оставались неизменными до марта 1917 г., когда седьмой съезд партии внес изменения в про грамму. Менялись п.13 и 15, где речь уже шла не просто об «участии» народного представительства в осуществле нии законодательной власти, а об его исключительном праве. Съезд утвердил эту редакцию [25].

Таким образом, в кадетской теории парламентаризма главным органом государственной власти являлся де мократически избранный парламент, являвшийся представительным и законодательным органом. Если при консти туционной монархии парламент принимал участие в законотворческой работе, то при республиканской форме прав ления он становится единственным законодателем. Но итоги выборов в значительной мере определяли состав и на правление деятельности правительства. Оно формировалось на основе соотношения партийных сил в парламенте и несло перед ним политическую ответственность, что являлось главным признаком парламентаризма.

Итак, следует заключить, что в России при наличии парламента отсутствовала система правления, базирую щаяся на вышеуказанных основополагающих признаках парламентаризма. Отечественные теоретики государствен ного права начала ХХ в. с оговоркам относили Российскую империю к конституционной монархии дуалистического типа.

Список литературы:

1. Гессен В.М. Основы конституционного права. Петроград. 1918. С. 418-430, 437.

2. Алексеев А.А. Министерская власть в конституционном государстве. Ее основы, роль и современное положение.

Харьков. 1910. С. 205-222.

3. Алексеев А.А. Указ. соч. С. 234-249.

4. Алексеев А.А. указ. соч. С. 276-285.

5. Котляревский С.А. Власть и право. Проблемы правового государства. СПб., 2001. С. 266-267.

6. Котляревский С.А. Указ. соч. С. 256-265.

7. Котляревский С.А. Конституционное государство. Опыт морфлогического государства. СПб., 1907.С. 15-19, 150.

8. Елистратов А.И. Очерк государственного права. М.: 1915. С. 138-142.

9. Кокошкин Ф.Ф. Лекции по общему государственному праву. Изд.2-е. М., 1912. С. 259.

10. Котляревский С.А. Власть и право. Проблемы правового государства. СПб., 2001. С. 267.

11. Коркунов Н.М. Русское государственное право.Т.1. СПб., 1909. С. 420-440.

12. Съезды и конференции Конституционно-демократической партии. Т.1. 1905-1907 гг. М.: 1997. С. 153, 190.

13. Там же. С. 36, 190-191.



Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 9 |
 

Похожие работы:





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.